Питер Хёг De m&ske egnede Условно пригодные Роман Перевод с датского Елены Красновой Санкт-Петербург symposium Rosinante 2002




НазваниеПитер Хёг De m&ske egnede Условно пригодные Роман Перевод с датского Елены Красновой Санкт-Петербург symposium Rosinante 2002
страница1/29
Дата публикации28.07.2013
Размер2.9 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > Философия > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29
Peter H0eg Питер Хёг

De m&ske egnede Условно пригодные

Роман

Перевод с датского Елены Красновой

Санкт-Петербург

symposium

Rosinante 2002

УДК 82/89 ББК 84.4 Х35

Издано при поддержке Датского Литературно-информационного центра

(Копенгаген)

Bogen er udgivet med stette fra Dansk Lltteraturlnformatlonscenter (K0benhavn)

Андрея Бондаренко

»олмос»%ью млм чдсяшчно —

Copyright @ Peter H0eg og Munksgaard/Roslnante,

1993

О Издательство «Симпозиум», 2002 О Е. Краснова, перевод, 2002 О А. Бондаренко, оформление серии, ISBN 5-89091-207-0 2002

Что такое время?

Мы поднимались на пять этажей ближе к свету и вставали тринадцатью шеренгами, лицом к изоб­ражению того бога, который открывает утренние врата. Наступала пауза, а потом появлялся Биль.

Для чего делалась пауза?

Как-то одна из прилежных девочек прямо спро­сила Биля об этих его паузах. Сначала он ничего не ответил. А потом он, вообще-то никогда не гово­ривший о себе в первом лице, произнес медленно и весомо, как будто этот вопрос — а возможно, и его собственный ответ — удивили его: «Когда я что-нибудь рассказываю, вы должны прислушиваться в первую очередь к тем паузам, которые я делаю. Они говорят больше слов».

Это же относилось и к промежутку времени пос­ле воцарения полной тишины и до того момента, когда он входил в зал и поднимался на кафедру. Го­ворящая пауза. Пользуясь его же словами.

Потом пели утренний псалом, за которым следо­вала пауза, Биль читал «Отче наш», и опять пауза, еще один короткий псалом — пауза, датский гимн — пауза, и это было все, конец: он уходил из зала, как и появлялся,— бодро, почти бегом.

7

^ ПИТЕР ХЁГ

Что чувствовали во время утреннего пения те, кто находился в зале?

Думаю, никто ничего особенного не чувствовал, ответил я, было раннее утро, все были вялыми, и не пора ли нам уже заканчивать: у меня начинала бо­леть голова, уже поздно, звонок прозвенел, — я на­помнил ей, который час.

Нет, сказала она, ей бы хотелось обратить мое внимание еще на одно обстоятельство, а именно на отношение к боли. Если во время эксперимента по­является боль,— например, вот как сейчас, начинает болеть голова,— то никогда не надо останавливаться и уходить от боли. Вместо этого надо направить на нее свет внимания.

Так она и сказала. Свет внимания.

И мы сосредоточились на страхе.

Когда-то Биль написал мемуары — «По стопам 1]рундтвига». В них перечислялись все учителя, когда-либо работавшие в школе, все переезды в более про­сторные и удобные помещения, длинный ряд дости­жений и наград за них.

Но ни единого слова об отношении к ученикам, а потому и ни слова о страхе. Ни слова, даже в пау­зах или между строк.

Сначала это было невозможно понять. Потому что имело значение именно явление страха. Не ува­жение или восхищение. Страх.

Позже стало ясно, что это умолчание было частью грандиозного плана. И тогда я понял все.

На утреннем пении псалмов мы стояли не ше­лохнувшись — это было первое, что я пытался ей объяснить

8

^ УСЛОВНО ПРИГОДНЫЕ

Ежедневно в определенный час нам открывали зал для пения, двести сорок человек в сопровожде­нии двадцати шести учителей и Биль заходили внутрь, а потом двери закрывались, и все знали, что теперь в течение пятнадцати минут мы не имеем права шевельнуться.

Это был абсолютный запрет, и потому в зале из-за него возникало напряжение. Как если бы это правило, охватывая все и не допуская исключений, тем самым побуждало к тому, чтобы его нарушили. Как будто само возникающее напряжение входило в программу.

За многие годы так и не удалось добиться полно­го подчинения запрету. Но те отдельные нарушения, которые имели место, были призваны лишь под­тверждать и укреплять правило.

В тех исключительных случаях среди учеников слышались легкий шум, покашливания и топот, мгновенно распространявшиеся по залу; и какое-то временя это было невозможно остановить. Ситуа­ция создавалась критическая, одна из самых слож­ных для человека в положении Биля. Пассивное сопротивление множества маленьких людей.

В такие моменты ему не было равных. Он не пы­тался вести себя так, будто ничего не произошло. Он наклонял голову и принимал вызов. Так он и стоял наклонив голову; напряжение в помещении нарас­тало, и страх, наконец подавлял беспорядок.

За все это время он ни на ком не задерживался взглядом, он продолжал вести утреннее пение, как будто ничего не случилось. Но тем не менее все зна­ли, что он знает, кто зачинщик. Что он определил источник шума и уже знает, как с ним поступить.

^ ПИТЕР ХЁГ

Должен был прийти другой учитель, но он так и не появился. Вместо этого дверь в класс оставили открытой, и мы провели в ожидании такую длинную паузу, что все, нами прежде осознаваемое, стало казаться непреложным. Потом вошел Биль, быстро и энергично.

— Садитесь,— сказал он.— Все, кроме Йеса.

Ему потребовалось некоторое время, чтобы войти в роль. Не очень много,— хотя после того, как я за­болел, стало казаться, что много,— вероятно, всего лишь несколько минут. Достаточно, чтобы кратко об­рисовать произошедшее, сказать, что Йес испортил своим товарищам утреннее пение, нарушил и без того напряженный распорядок школы, злоупотребил доверием, ему оказанным... И вдруг он нанес удар.

Произошло это очень быстро — но с такой си­лой, что тело отлетело от стола в проход между ря­дами.

Сразу после удара наступила короткая пауза, и, хотя в ней и заключался ключ к страху; она была так коротка, что ее никто не заметил, сказал я, и не надо об этом больше говорить.

— Напротив,— сказала она.— Значит, об этом мы и будем говорить.

И я попытался. Когда он ударил, сначала возник­ла короткая пауза — от потрясения все замерло. Потом одновременно появились два чувства. Облегчение оттого, что теперь все встало на свои места, и нечто другое, более глубокое и устойчивое, возникающее, когда взрослый сильно бьет ребенка, но не имеющее отношения к физической боли.

У доски Биль привел в порядок свою одежду. Как мужчина после посещения туалета. Или только что посетивший проститутку. Закончивший какое-то не легкое, но необходимое дело.

10

^ УСЛОВНО ПРИГОДНЫЕ

Она не поняла меня, так что мы продолжили.

— Как часто такое случается? — спросила она. До болезни у меня не было никаких оснований

задумываться над тем, как часто. Но теперь, когда необходимо было постоянно следить за временем, оказалось, что это происходит довольно редко, не чаще чем раз в неделю в каком-то одном классе. Ров­но столько, сколько нужно.

— Как это?

Еще не пришло время открывать ей сокровен­ные мысли, но все же я попытался. Речь идет о зако­не,—а обнаружила его Карин Эре,—он ведет свое начало из античного мира. При нанесении позолоты на поверхность необязательно покрывать ее на все сто процентов золотом, напротив, лучший результат достигается, если покроешь чуть больше шестидеся­ти процентов. Вариант закона о золотом сечении.

Точно так же соотносились время и наказание. Если взять все выявленные преступления, то наказа­ние следовало немногим более чем в половине слу­чаев.

Своего рода золотое сечение насилия.

Часто ли били меня?

На это я мог ответить отрицательно, если гово­рить о времени, проведенном в этой школе, а это два года и два месяца. За все это время, если не счи­тать недавнего происшествия, меня ни разу не били и не оставляли после уроков, и пока я не заболел, не было ни выговора, ни отмеченных опозданий.

— Да, но когда живешь в постоянном страхе,— сказала она,— то, может быть, сознание того, что ты избежал наказания, становится своего рода сво­бодой.

11

ПИТЕРХЁГ

Она не хотела меня обидеть, у нее это вырвалось, это вполне могло иметь отношение к ней самой. Но это показывало, что она относится ко мне несколь­ко настороженно. И так как мне нечего было терять, я заметил, что в прошлом, до школы Биля, особенно в интернате Химмельбьергхус и в воспитательном доме, мне доставалось куда больше, чем другим. В этой школе ей вряд ли попадутся большие специа­листы по зуботычинам. Разве только обратиться к самому Билю.

Она спросила: а что бы сказал он сам?

За год до этого в школе рассматривалось одно дело. Некий ученик, это был Иес Йессен, с которым я жил в одной комнате и которого позже исключи­ли, стал заметно хуже слышать после того, как был наказан Билем.

Взаимосвязь между этими фактами так и не была доказана, но Билю пришлось по этому поводу давать объяснения. Он сказал, что школа, насколько это возможно, с уважением относится к запрету на телес­ные наказания, который действует во всех датских школах, но его опыт подсказывает, что от хорошей затрещины никому еще не было вреда.

Это было так веско и со значением сказано, что все успокоились. Ведь у него был опыт, он же регу­лярно на протяжении сорока лет бил детей.

При этом нельзя сказать, что сказанное было сплошной неправдой. Самым важным был не удар. Самым важным было происходившее не во время удара, а непосредственно перед ним и сразу после. То, что нельзя увидеть невооруженным глазом. По­тому что оно было скоротечным. И тем не менее потом длилось очень долго.

12

^ УСЛОВНО ПРИГОДНЫЕ

Для описания этого короткого глубинного воз­действия она предложила слово «унижение», с кото­рым я согласился. Значит, она все-таки поняла.

Сведения из внешнего мира, то есть из-за стен лабо­ратории, были нам доступны в любой момент.

В мае 1971 года, после почти двух лет в школе, тех двух лет, в течение которых меня не в чем было упрекнуть, когда в моем личном деле было записа­но, что я нормально функционирую и обладаю средними умственными способностями, мне вдруг стало трудно вставать по утрам. По субботам и вос­кресеньям, когда все уезжали домой и я оставался в школе один, я либо вообще не спал, либо спал днем, а по ночам не мог заснуть,— и так потом про­должалось всю неделю.

Я обратился к школьному врачу; чтобы никто не заподозрил меня в лени или недобросовестности и чтобы можно было назвать происходящее со мной болезнью, против которой сам человек бессилен, даже если у него есть два будильника, один из кото­рых очень большой.

К школе был прикреплен городской врач; он распорядился, чтобы меня каждый день будил Флак-кедам, и в результате я стал приходить вовремя, но чувствовал страшную усталость. К этому времени я уже понял, что существует грандиозный план, и стал бояться катастрофы.

Поэтому я написал это письмо. Это было мое первое письмо —до этого в моей жизни не было человека, которому я мог бы написать.

^ ПИТЕР ХЁГ

Я увидел ее во дворе, рядом с Билем, под надпи­сью «Soli Deo Gloria».

По утрам Биль всегда стоял под этими начертан­ными над входом словами, чтобы поздороваться с теми, кто приходит вовремя, и чтобы узнать, кто опаздывает. Когда ты начинал просыпаться, ты по­стоянно думал о том, что он будет там стоять. Так что в известном смысле он уже был рядом с тобой, когда ты находился еще между сном и явью.

Мы никак не общались с другими классами, даль­ше всего от нас находились самые взрослые учени­ки; она же училась двумя классами старше меня. Нд какое-то время она исчезла, может быть на полгода. Когда же снова появилась, то была уже среди интер­натских детей, и никто не знал почему. К этому вре­мени я уже наблюдал за ней, но по-прежнему из­далека.

Однажды утром я увидел ее во дворе. Она опоз­дала, и это казалось странным — она была не из тех, кто опаздывает.

Когда несколько дней спустя она снова опоздала, я начал считать. За четырнадцать дней я насчитал шесть раз. Тогда я понял — тут что-то не так.

Когда она опоздала в шестой раз, Биль отозвал ее в сторону.

Он подвел ее к стене, освободив проход осталь­ным ученикам. Он склонился к ней, он был сама сосредоточенность. Именно поэтому мне удалось подойти поближе, так что стали видны их лица. Она стояла слегка подавшись в его сторону и глядя ему прямо в лицо. Я был настолько близко, что видел ее взгляд — она как будто искала что-то.

14

^ УСЛОВНО ПРИГОДНЫЕ

Тоща-то и появилась мысль, что мы можем при­годиться друг другу.

Прошло много времени, а ответа все не было; в конце концов я уже почти потерял надежду. В еже­годных школьных альбомах я нашел ее на фотогра­фиях класса, звали ее Катарина. Однажды утром, когда мы поднимались по лестнице в зал для пения, она оказалась прямо за моей спиной.

— Библиотека,— сказала она.

Впервые я слышал ее голос. Она сказала одно-единственное слово.

По окончании урока запрещалось находиться где бы то ни было, кроме двора. Единственным ис­ключением была библиотека, примыкавшая к учи­тельской,— там было разрешено проводить большую перемену тем, у кого возникало желание совершен­ствовать свои знания.

Теперь мы были здесь с Катариной одни.

Она долго сидела, пытаясб собраться с силами и что-то сказать.

— Это я специально,— сказала она.— Я специаль­но опаздываю.

Это стало ясно еще тогда, когда я наблюдал за нею во дворе. Если Биль к кому-нибудь приближал­ся, то тот человек пытался отклониться от него, это было инстинктивное движение — иначе и быть не могло. Она же придвинулась к нему; глядя ему прямо в глаза. Как будто хотела извлечь как можно больше из этого мгновения.

Она прочитала вслух то, что было написано на листке бумаги, похожем на письмо.

— «Кроме сна и необходимости концентрировать внимание есть и другое, о чем никто не упоминал.

ПИТЕРХЁГ

Целые дни, которые пропадают, и короткие мгнове­ния, которые длятся вечность».

— Расскажи об этом,— сказала она.

Я вовсе не собираюсь ничего отрицать, сказал я, но кто бы там ни написал это письмо, он наверняка шел на большой риск, признавая, что так серьезно болен. Что можно сделать, чтобы уменьшить этот риск? Может быть, она, в свою очередь, мне тоже что-нибудь расскажет?

— Я провожу эксперимент,— сказала она. Так она и сказала: «Провожу эксперимент».

— А ты уверена, что потом сможешь приходить вовремя?

На этот вопрос она ответила отрицательно.

Если бы она что-нибудь пообещала, я бы ей не поверил и продолжение было бы невозможно. Но она сказала правду, так что я попытался все объяс­нить.

Первое, что я постарался объяснить ей, касалось пения псалмов по утрам. Речь шла о законе, кото­рый открыла Карин Эре.

Обычно Карин Эре ничего не говорила, она вме­сте со всеми начинала псалом, а потом ходила по рядам, слушая, кто поет чисто, а кто фальшивит, и так определяла, кто будет петь в хоре, кто нет, а кто под вопросом. Но, слушая, она иногда одновре­менно что-то произносила, и то, что она говорила, часто оказывалось очень важным, это были какие-то глубокие истины, как, например, закон о золотом сечении.

Однажды, расхаживая таким образом по рядам, она сказала, что начало музыкального произведе­ния — если только это умное и правильное произ-

16

^ УСЛОВНО ПРИГОДНЫЕ

ведение — в сжатом виде уже обязательно содержит в себе весь его смысл и дальнейшее развитие.

Так же и с утренним пением. В сжатом виде оно заключало в себе оставшуюся часть дня. Время, ко­торое еще придется провести в школе. Возможно, и всю оставшуюся жизнь.

Вот почему я и начал с этого, но сначала ничего не получалось. Казалось немыслимым, что она ког­да-либо сможет понять, ведь она девочка, и глав­ное — она всегда училась здесь и считала время само собой разумеющимся.

И тут прозвенел звонок.

У нее не было наручных часов, этого нельзя было не заметить. Но важнее всего было не это. Важ­нее всего было то, что она не слышала, как звенит звонок.

Для меня он прозвучал неожиданно, но я его услышал.

Она же не обратила на него внимания. И это от­того, что слушала меня. Значит, ей не были заранее известны все ответы.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Питер Хёг De m&ske egnede Условно пригодные Роман Перевод с датского Елены Красновой Санкт-Петербург symposium Rosinante 2002 iconДжон Мэдсен Грамматика датского языка Перевод с английского: Роман Ларюшкин
После поисков в интернете грамматики датского языка на русском, и не найдя её, я решил сделать перевод с английского. После того,...

Питер Хёг De m&ske egnede Условно пригодные Роман Перевод с датского Елены Красновой Санкт-Петербург symposium Rosinante 2002 iconМосква • Санкт-Петербург • Нижний Новгород • Воронеж
О56 Психология масс. — Спб.: Питер, 2002. — 368 с. — (Серия «Мастера психологии»)

Питер Хёг De m&ske egnede Условно пригодные Роман Перевод с датского Елены Красновой Санкт-Петербург symposium Rosinante 2002 iconПроектная декларация о проекте строительства жилого дома со встроенными...
Юридический адрес: 191167, Россия, Санкт-Петербург, улица Александра Невского, дом 9

Питер Хёг De m&ske egnede Условно пригодные Роман Перевод с датского Елены Красновой Санкт-Петербург symposium Rosinante 2002 iconСанкт-петербурга и ленинградской области санкт-петербург
Прием граждан осуществляется начальником и заместителем начальника мрэо гибдд №1 по адресу: 194292, г. Санкт-Петербург, 3-й Верхний...

Питер Хёг De m&ske egnede Условно пригодные Роман Перевод с датского Елены Красновой Санкт-Петербург symposium Rosinante 2002 iconСписок новинок от 12 декабря 2012 г
Саан, А. Веселые эксперименты для детей. Биология. Санкт-Петербург: Питер, 2011. 55 с

Питер Хёг De m&ske egnede Условно пригодные Роман Перевод с датского Елены Красновой Санкт-Петербург symposium Rosinante 2002 iconДворцовый Петербург Незабываемый новый год в Санкт-Петербурге! Впервые...
Приезд в г. Санкт-Петербург. Праздничная встреча поезда на Московском железнодорожном вокзале г. Санкт-Петербурга

Питер Хёг De m&ske egnede Условно пригодные Роман Перевод с датского Елены Красновой Санкт-Петербург symposium Rosinante 2002 iconКруиз по балтийскому морю из санкт-петербурга 6 дней! Санкт-Петербург...
Класс «B2V 365/292 325/260 305/244 665/532 Класс «B»

Питер Хёг De m&ske egnede Условно пригодные Роман Перевод с датского Елены Красновой Санкт-Петербург symposium Rosinante 2002 iconВ. И. Васильев Устойчивость объектов экономики в чс санкт-Петербург 2002 оглавление
Методика детерминированной оценки устойчивости оэ к действию поражающих факторов 85

Питер Хёг De m&ske egnede Условно пригодные Роман Перевод с датского Елены Красновой Санкт-Петербург symposium Rosinante 2002 iconУчебное пособие Санкт-Петербург Издательство «Союз» 2002
М65 Патоморфоз заикания. Изменение картины возникно­вения и течения заикания, особенности коррекционной работы: Учебное пособие....

Питер Хёг De m&ske egnede Условно пригодные Роман Перевод с датского Елены Красновой Санкт-Петербург symposium Rosinante 2002 iconМеждународный фестиваль-конкурс детского и молодежного творчества " балтийское созвездие"
Адрес: юридический: 198095, Санкт – Петербург, ул. Шкапина, д 10; лит А; пом 1Н;почтовый: 198216, Санкт-Петербург, Ленинский проспект,...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов