«Национализация рубля путь к свободе России»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-4237-0213-7




Название«Национализация рубля путь к свободе России»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-4237-0213-7
страница4/24
Дата публикации18.06.2013
Размер4.14 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > Право > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24
^

Глава 3
О Банке Англии и болезненных родственниках «короля-солнца»



Меня часто спрашивают: «За что мы сражаемся?».

Могу ответить: перестанем сражаться – тогда узнаете.

^ Уинстон Черчилль
В истории есть факты, о которых знает практически каждый. Существуют исторические персонажи, которые знакомы любому школьнику. Но спроси что-либо о таком известном человеке или факте «чуть в сторону», и ответить уже не сможет никто. Вот неоспоримый факт – в истории Франции монархи наследовали один другому. Очень долгое время всех их звали Людовиками. Имя не менялось – менялся лишь порядковый номер короля. Самым известным Людовиком (да и вообще самым знаменитым французским королем) был Людовик XIV. Он и есть тот самый «король-солнце», что построил великолепный дворцово-парковый ансамбль Версаля. Именно его Дюма описал в своих романах, надев на его брата-близнеца железную маску. Этого короля, еще мальчика, защищали от козней кардинала Мазарини д'Артаньян и три мушкетера. А до этого они защищали от другого кардинала – Ришелье – мать этого Людовика, королеву Анну Австрийскую.

Говоря современным языком шоу-бизнеса, Людовик XIV был и остается самым «раскрученным» французским монархом. О нем пишут книги и снимают фильмы, делают передачи о его любовницах-фаворитках. Между тем действительная жизнь «короля-солнца» была такой захватывающей и невероятной, что сюжеты Дюма по сравнению с ней – пресные и скучные рассказы. И вот об этом, самом загадочном и удивительном, романисты и историки молчат как рыбы.

Зато экскурсоводы много рассказывают о «короле-солнце» туристам. Всем, кто приезжает в прекрасный Версаль и красавец Париж. Что говорят? Король купался в роскоши и вел захватнические войны. Впрочем, его это никак не характеризует, потому что воевали в те времена все, и все старались хоть немного искупаться в роскоши. Кто из экскурсоводов поначитаннее да поумнее, тот обязательно скажет, что правил Людовик XIV очень долго – более семидесяти лет. Так что даже правление товарища Сталина по сравнению с этим царствованием было небольшой короткометражкой.68 Получалось, что менялись поколения, дети становились родителями, рождались внуки, а король все был и был, словно вечный и несменяемый символ власти. Можно вспомнить его крылатый афоризм: «Государство – это я».

А вот теперь вам вопрос, уважаемые читатели. Кем приходился Людовику XIV сменивший его на престоле Людовик XV? В каких родственных отношениях состояли «король-солнце» и его наследник?69 Этот вопрос я задавал многим. Правильно не смог ответить никто. Хотя, казалось бы, что может быть проще? Мы же все знаем этого короля, знаем Версаль, знаем в общих чертах историю Франции. Обычный ответ – «сын». Тот, кто понимает, что вопрос должен быть с подвохом, пытается нащупать правильную нить и отвечает «внук». Неправильно. Тогда обычно говорят – «племянник». Снова неверно. Тогда последняя попытка и ответ «отчаяния» – «никем не приходится». И. опять ошибка.

^ После Людовика XIV, политика, построившего сильнейшую державу, государственного деятеля, стоявшего у руля страны семьдесят два года, трон унаследовал его правнук. И это при том, что «король-солнце» не страдал от отсутствия детей. И его дети имели детей. Но на трон вступил лишь правнук. Куда же они все подевались? Почему никто не задумывается о причинах столь странных событий?

Я очень часто удивляюсь тому, что историки отчего-то упорно не желают понять истинные пружины изучаемой ими дисциплины. И совершенно не хотят сравнивать даты одних событий с датами других. Наложить их друг на друга, как делают следователи, раскрывая преступления. Мотив, совпадения, косвенные улики. Именно на этих трех китах базируется следствие. Вот такое расследование проведем и мы. Попробуем понять, изучая историю тех лет, что же случилось с семейством «короля-солнца». Потому что закат его семьи совпал с первым, пока еще робким расцветом действий «печатной машинки», которая сегодня подмяла под себя почти весь земной шар. А тогда это были ее первые шаги по установлению мировой гегемонии. Чудовище еще только вылупилось на свет. И семья Людовика XIV была одной из ее первых жертв…

Деньги – это власть. Можно относиться к ним по-разному, но отрицать это невозможно. И кому этот факт был лучше всего виден, как не тем, кто по роду своей деятельности погружался в мир драгоценностей и золота? В различные времена банкиры назывались по-разному: в античности менялами, потом ювелирами и купцами. Мы же будем называть их банкирами. Как и у всякого человека, была у банкиров мечта. Желание получить безграничный источник власти и богатства. Аналогичные мечты увлекали алхимиков и чернокнижников, желавших открыть тайны превращения простых металлов в золото. Но ничего у них в итоге не вышло: наука алхимия была «закрыта» за отсутствием результатов, открыв дорогу современной химии. Чернокнижников сожгли на кострах, банкиры же оказались более удачливыми. Они смогли найти правильный рецепт получения золота из ничего. Поскольку законы природы нельзя отменить, то нужно было не создавать само золото, а наделить его ценностными качествами что-то другое. Сделать валютой не только золото и серебро, превратить деньги в отдельную от металла ценность. А в итоге – заменить золото бумажными деньгами, которые бы сами банкиры и выпускали.

Идея эта витала в воздухе. В Средние века банкиры хранили золото одних и ссужали его другим. Кроме того, они за небольшое вознаграждение брали на себя и еще одну банковскую функцию: платежную. Золото не обязательно таскать с места на место. Можно ограничиться векселем, то есть бумагой, где будет написано, что предъявитель сего гарантированно получит в любой момент определенное количество золота от выдавшего вексель банкира. А ведь с бумагой было легче путешествовать по неспокойному миру, чем с мешком золота. По этой бумаге, не рискуя драгоценным металлом, можно было получить золото у банкира в другом городе. Отдаешь банкиру свое золото, получаешь расписку, предъявляешь ее в другом городе как средство оплаты за нужный тебе товар. Удобно и безопасно.

^ А для самого банкира появлялась уникальная возможность выдавать больше «золотых расписок», чем он имел реального золота в хранилищах.

Кто знает, сколько у него всего желтого металла? Кто знает, сколько вкладчиков сдало свои ценности банкиру, сколько у него собственных средств? Кто знает, сколько заемщиков взяло золота в долг? Сколько еще осталось? Открывались удивительные перспективы. Нужно было только избегать одной неприятной ситуации, которая и сегодня является катастрофой для любого банка. Это когда за своими деньгами приходят все вкладчики разом. Банкротство в таком случае неминуемо. Ведь сразу станет понятно, что банкир выдал расписок больше, чем имел реального золота. То есть что он попросту жульничал.

Чем больше бумажных расписок раздавал банкир, тем выше был риск. Риск того, что он будет раскрыт. Существовала и еще одна опасность – уж больно проста и элегантна была сама идея. До этого легко мог додуматься кто-то еще. И этот умник мог сам начать «жульничать», или же, будучи «святым», просто отрубить головы банкирам-хитрецам и прикрыть их лавочку раз и навсегда. Требовалось серьезное прикрытие той гениально простой аферы, которую изобрел неизвестный нам банкир. Требовалась сила, которая защитит и не даст в обиду. Ведь, придумав столь простой способ создавать ценности из ничего, банкир покусился не только на тысячелетние устои экономики, в которой все ценности всегда были реальными. Он покусился на душу человечества. Он стал давать в долг веру. Веру в то, что у банкира под расписку забронировано золото, что он всегда оплатит вексель желтым металлом. В реальности и вправду оказалось, что веры достаточно, что на самом деле не нужно иметь так много золота – достаточно веры в то, что оно действительно есть. Ровно таким же образом организована и сегодняшняя экономика. Вы же слышали от ведущих телевизионных и радионовостей слова «инвесторы поверили в экономику США» или «трейдеры верят в скорое оздоровление еврозоны»? Что это? Это вера, и ничто иное. Современная экономика с легкой банкирской руки превратилась в религию, а не в науку. А в Средние века шутить с верой было весьма опасно…

Итак, «изобретателям» получения денег из ничего требовалось силовое прикрытие. Уж больно серьезные барыши здесь были замешаны, больно манящие перспективы открывались перед банкирами. Без государственной поддержки одним «менялам» было уже не устоять. И они поделились своей идеей. С кем? Чтобы разобраться в этом вопросе, достаточно посмотреть, где и когда идея банкиров была впервые воплощена на государственном уровне.

^ Первой конторой «делания денег из ничего» стал Банк Англии. Отдадим должное англичанам – именно на своей территории они создали первый частный эмиссионный центр. Это произошло почти на триста лет раньше возникновения американской Федеральной резервной системы. Своей идеей банкиры поделились с королевским домом Англии. Однако при сопоставлении фактов и дат складывается впечатление, что Туманный Альбион стал колыбелью частной эмиссии денег… не совсем добровольно.

«Банк Англии был основан в 1694 году с целью представления интересов и управления долгами Правительства»70 – можем прочитать мы на официальном сайте Банка Англии. Произошло это, согласно официальной версии, следующим образом. Из-за многочисленных войн к 1690 году королевская казна оказалась пуста. В 1693 году был образован комитет палаты общин, имевший целью поиск способов получить деньги. Тогда же «вдруг» появился некий шотландский финансист Вильям Питерсон, предложивший англичанам решение проблем финансового дефицита.71 За это банкир потребовал не душу, как Мефистофель, а создание Банка Англии. То есть первого в мире частного эмиссионного центра, выпускающего не «расписки банкиров», а фактические деньги государства.

Как видите, мимикрию и маскировку банкиры применяли с самого начала. Уже первая «контора» по деланию денег из ничего носила гордое название, которое явно намекало на государственный характер учреждения. Но Банк Англии был частным – его акционерами стали банкиры и король.72 Дефицит британского бюджета погасили выпуском бумажных, а не золотых фунтов стерлингов. «Была открыта общественная подписка на заем в 1 200 000 фунтов; подписчики на него составили привилегированную компанию, в руки которой были отданы переговоры обо всех последующих займах. Список подписчиков заполнился в десять дней».73 Эта «привилегированная компания» и составила ту таинственную группу людей, которая, шаг за шагом в течение столетий, смогла навязать всему миру свои условия игры. А ведь ничего могло и не получиться. Но для начала они гарантировали надежность новых бумажных билетов Банка Англии, возможность получения по ним золота. Хотя, если присмотреться к датам и обстоятельствам создания Банка, то могут закрасться сомнения, что все произошло так уж гладко и полюбовно.

Короля, давшего согласие на создание Банка Англии, звали Вильгельм III, принц Оранский. Дело в том, что он занял английский престол в результате государственного переворота,74 за шесть лет до создания Банка. Будучи правителем Нидерландов, Вильгельм в 1688 году получил из Англии секретное письмо (!) с предложением свергнуть короля Якова II и занять трон.75 5 ноября того же 1688 года он высадился с войском в Англии и двинулся на Лондон.76 Войско было наемным и состояло сплошь из иностранцев, лишь для ассортимента в нем присутствовало несколько эмигрантов-англичан. Вильгельм III стал королем практически без борьбы. Свергнутый Яков II бежал во Францию. А новый король начал договариваться с теми, кто, вполне возможно, дал ему денег на оплату армии наемников.

^ И на оплату неожиданно возникшей лояльности руководителей английской армии. Потому что на сторону высадившихся войск сразу перешел господин, командовавший армией Якова Д. Далекий потомок этого человека стал одним из выдающихся политиков в мировой истории – его профиль с сигарой в зубах известен каждому. Этого «наследника и потомка» зовут сэр Уинстон Черчилль.77 Сегодня никто не говорит о том, что гордо носимый современными Черчиллями титул – герцог Мальборо – был получен за предательство. Оказывается, командовавший войсками короля Якова II товарищ Джон Черчилль перешел на сторону высадившегося Вильгельма Оранского и тем решил судьбу страны. От нового короля он и получил титул – герцог Мальборо. Вы можете быть уверены в том, что кроме титула он ничего больше не приобрел?78

С новым королем в Англии начался экономический подъем. Тут мы должны задать себе вопрос: почему же именно при новом монархе-путчисте начался расцвет британского народного хозяйства? Ведь и ранее англичане работали как проклятые, но уровень их жизни ничем не отличался от уровня остальной Европы. Например, к середине XVII века в Англии производилось 4/5 всего добывавшегося в то время в Европе каменного угля. Получило широкое развитие железоплавильное дело. Активно развивалось кораблестроение, гончарное ремесло и производство металлических изделий. Но настоящим национальным промыслом для англичан стало сукноделие. Вывоз сукна составлял примерно 80 % английского экспорта.79 При этом британцы не постеснялись запретить вывоз необработанной шерсти, которую ранее экспортировали из страны, и таким образом быстро превратились в страну, которая поставляла на внешний рынок готовые шерстяные изделия.80

Однако эти изделия не сделали англичан богатыми. Экономика страны была «одной из» тогдашних экономик. И вдруг наступило процветание. Сегодняшние британские историки и политики очень любят Вильгельма III. И говорят нам, что при нем был принят Билль о правах, который создал основы нового политического устройства страны. Тут мы видим обычный прием демагогов и манипуляторов – чтобы доказать некий тезис, просто опускается часть фактов. Нужно показать, что именно наличие парламента и выборов, а не что-то другое привело к процветанию Альбиона. У нынешнего человека современное понятие о выборах, он по-другому их представить не может. И когда слышит, что уже в 1690 году в Англии существовал демократически избранный парламент, то понимает, что Россия отставала от Англии на целые столетия. На самом деле, нам абсолютно нечего переживать. Манипуляторы нашим мнением не говорят, что никаких всеобщих выборов в «демократический» парламент не было и в помине – право голоса имели только те, у кого было не менее 200 фунтов деньгами или в недвижимости.81 Таких в двадцатипятимиллионной стране нашлось всего 250 тысяч. Вот эти джентльмены и голосовали, гтри этом многие из них сколотили состояние на работорговле и сами являлись владельцами «говорящего скота». Женщины в голосовании вообще не участвовали.82

Что еще хорошего обычно говорят про короля Вильгельма? При нем была создана объединенная Ост-Индская компания, ставшая в дальнейшем инструментом покорения и разграбления колоний. Но колонии англичане будут грабить потом, золото и бриллианты из подвластных земель потекут в Туманный Альбион позже. А процветание бюджета и страны наступило до всего этого. Что за экономическое чудо случилось в Британии?

Темна история восхождения Вильгельма Оранского на английский престол. Ему помогли деньги и купленное на них предательство. Кто мог дать ему нужную сумму? В то время короли брали в долг у тех, кого мы сегодня называем банкирами. И вот, придя к власти, король подписал Билль о правах, то есть законодательный акт, главной целью которого явилось вовсе не всеобщее и равное избирательное право, а ограничение королевской власти. Речь шла не о свободе и демократии для всех людей планеты. Британские банкиры-рабовладельцы думали только о себе. Это была защита от возможности «король передумал». Ведь, покопавшись, мы можем найти информацию, сколько именно банкиров участвовало в проекте под названием «Банк Англии». «В 1694 году сорок купцов создают Английский банк».83 Число концессионеров минимально – а соблазн велик. В истории Англии людей казнили часто и помногу. Сорок «купцов» плюс родственники – это не проблема. Заговор раскрыли – головы отрубили, имущество конфисковали. А если никакого заговора в помине не было, так это несущественные мелочи. Пройдет триста лет, и историки напишут – время, мол, было сложное. Кругом происки врагов. Вот и организаторы нового Банка были подосланы католической партией и французским королем с целью ослабить Англию во время борьбы с соперниками.84 И король был вынужден принять жесткие меры…

Историю ведь пишут победители. А «печатная машинка» вот уже триста лет, с момента своего первого воплощения, победно движется по миру. И герои у нее свои собственные. Например, президент США Вильсон, подписавший акт о создании Федеральной резервной системы, изображен на самой крупной в истории денежной купюре в 10 000 долларов. Вот и современная британская историография очень любит Вильгельма III за то, что именно при нем банкиры достигли договоренности с королевской властью. Ему – финансирование борьбы за престол и долю в «печатной машинке», им – частный эмиссионный центр в Великобритании. Первая в истории человечества частная «печатная машинка», с помощью которой, используя ее чудесные свойства, появилась возможность покорять мир. А потом, победив, писать историю и делать ее героями тех, кто помогал созданию «печатной машинки». А мертвые герои всегда удобнее живых: за них можно говорить, за них можно объяснять, они все стерпят и будут молчать. Вот и король Англии Вильгельм III, помимо темной истории восхождения к власти, имеет темную историю смерти. Уж очень вовремя он умер…

Но об этом чуть позже. Хочется обратить ваше внимание, уважаемые читатели, на один момент. Великобритания являлась морской державой номер один на протяжении веков, пока пальму первенства не перехватила другая англосаксонская держава – США. А между прочим, в момент создания Банка Англии военные возможности Британии были меньше, чем у главного соперника Альбиона того времени: «Морская сила Франции в 1689 и 1690 годах была сильнее, чем у Англии и Голландии вместе».85 То есть Великобритания вовсе не являлась в тот момент грозой морей, таковой в конце XVII века была Франция. Французские каперы, базировавшиеся в Дюнкерке, полностью разрушили английскую торговлю.86 Их английские коллеги таких успехов не добились. В 1690 году в сражении при Бичи-Хэд французы разгромили английский флот, потопив двенадцать кораблей. Еще двадцать взорвали сами британские команды. Кто помнит сегодня это поражение британского флота? Зато всем известна величайшая победа адмирала Нельсона под Трафальгаром. Сколько кораблей потопили героические британцы в том эпическом сражении? Всего один!87 И еще семнадцать – во главе с французским адмиралом Вильневом – сдались. Историю пишут победители…

Но тем не менее англичане все же забрали пальму первенства в размере и силе флота. И произошло это как раз в начале XVIII века. Что же им помогло? Давайте вспомним, что необходимо было в то время для строительства большого числа новейших кораблей. Как и сегодня, главное – это деньги. Как известно, флот – это очень дорогое удовольствие. Его строительство многократно превосходит затраты на развитие сухопутных вооруженных сил. У обескровленной английской экономики «вдруг» нашлись огромные средства на строительство флота. Откуда? Средства, полученные от выпуска бумажных денег, от использования тайного ноу-хау банкиров, были брошены на получение военного превосходства для страны, где «печатная машинка» пустила корни.

Именно в эти годы выковывались основные принципы британской политики: не допускать создания сильной державы в Европе, стараться воевать чужими руками.88 Об этом много пишут. Главного принципа британской политики вы в справочниках не найдете: нигде не допускать создания сильного эмиссионного центра. Всегда следовать неизменному правилу – твоя валюта должна быть крепче, надежнее, удобнее, востребованнее, нужнее, чем все прочие деньги мира. Потому что уже в конце XVII века основатели Банка Англии поняли то, в правильности чего все человечество окончательно убедилось только сегодня. Не крепкая экономика делает валюту страны сильнейшей в мире, а наоборот – крепкая валюта делает экономику страны сильнейшей на планете. Сделайте свои деньги главными деньгами мира, и все остальное перетечет к вам само. Вывод напрашивается простой – ослабление конкурирующих: стран необходимо для ослабления конкурирующих валют.

Так рождался симбиоз умных и изворотливых финансистов и британского государства. Только после создания Банка Англии Вильгельмом III Оранским из тумана острова на политическую сцену явилась та Великобритания, которую мы знаем. «Великая Британия» – так правильно переводится название этой страны.89 Ее величие и раньше достигалось путем английского «ноу-хау» – разжигания смуты внутри сил противника. Так обрушили Испанию, а морские партизаны из Голландии – гезы – базировались в английских гаванях. Затем французские гугеноты получали оружие и деньги из Англии, о чем прекрасно рассказывал в своих романах Дюма. И вот к этой политической изворотливости добавилось еще одно изобретение, рожденное пронырливым умом банкира, – печатание денег из ниоткуда. Финансовая смекалка и банкирская хитрость очень удачно вписались в английскую политическую традицию. Все вместе дало поистине гремучую смесь того англосаксонского политического искусства, которое Великобритания применяла к своим врагам. И к своим друзьям, впрочем, тоже. С той поры англосаксы действуют в политике, следуя одному незыблемому правилу: правил не существует.

Вот теперь стоит вспомнить: кто же был главным противником англичан на рубеже XVII–XVIII веков? Ответ однозначен – Франция. Не будем углубляться в описание поистине бесконечного количества англо-французских войн на разных континентах и по разнообразным поводам. В качестве примера возьмем лишь одну из них – Войну за испанское наследство. Именно в ходе этого конфликта Англия сломила мощь Франции и вышла на первое место по силе и размеру своего флота: «Это превосходство прочно устанавливается и резко выделяется со времени Войны за испанское наследство. До этой войны Англия была одною из морских держав; после нее она сделалась морской державой, не имеющей соперника».90

1702 год. Война за испанское наследство. Это было крупнейшее военное столкновение в Европе со времен Крестовых походов, «Король-солнце» решил посадить на трон Испании своего внука, что могло привести к созданию европейской мегаимперии – путем слияния в одном королевстве двух стран.91 А союз Испании и Франции был не просто опасен для англичан. Могло получиться слияние старого врага Англии, у которого британцы забирали и забирали колонии и золото, – Испании, и нового противника бриттов на мировой арене – Франции, Первой целью нового мощнейшего государства обязано было стать уничтожение Великобритании как колониальной державы. «Печатная машинка» оказывалась в величайшей опасности, едва появившись на свет. Чтобы спасти «новорожденного», нужно было использовать весь арсенал средств, которые только можно купить за деньги. И Англия тут же объявила войну Франции. Как мы помним, пустота казны была, якобы, одной из причин создания Банка Англии в 1694 году. А вот в 1702 году проблема отсутствия денег перед англичанами уже не стоит. Помимо несения собственных расходов на войну англичане субсидируют военные расходы Германии, Дании и Австрии.

«Почему Франция была угнетена и истощена, тогда как Англия ликовала и процветала? – пишет классик морской геополитики адмирал А. Т. Мэхэн. – Почему Англия продиктовала, а Франция приняла условия мира? Причина, очевидно, заключалась в различии богатства и кредита. Франция сопротивлялась одна против многих врагов, поднятых и ободрявшихся английскими субсидиями»92

Но откуда у англичан взялись эти деньги и возможность подрядить на войну с Людовиком почти всю Европу? Деньги просто нашлись. Сами собой. Из ниоткуда. Из воздуха. «Несмотря на то, что мы вышли из тяжелой войны в 1697 году обремененными долгом, слишком значительным для погашения его в течение кратковременного мира, мы все-таки уже около 1706 года, вместо того, чтобы видеть флот Франции у наших берегов, ежегодно посылали сами сильный флот для наступательных действий против неприятельского».93 Экономические чудеса? Нет, чудес не бывает. Деньги обанкротившейся Британии дал (создал) Банк Англии. Вот у Франции нет средств на покупку лояльности других стран. Поэтому Савойя, начав войну на стороне Парижа, заканчивала ее уже на стороне Лондона.94 Ее просто перекупили. У англичан «вдруг» появляется очень много денег. И они могут не только платить, чтобы за них воевали другие. Теперь средства щедро выделяются на финансирование пятой колонны. Нет, тогда неправительственные некоммерческие организации (НКО) еще не были изобретены, не существовало «правозащитных организаций» и «независимых журналистов». Приходилось пользоваться тем, что есть. А в начале XVIII века во Франции из «несогласных» в наличии были только гугеноты. Несогласные с правительством Франции по религиозным мотивам, самые настоящие узники совести. И вот именно в 1702 году, когда началась Война за испанское наследство, во Франции в провинции Лангедок вспыхивает восстание гугенотов. В историю оно войдет под названием восстания камизаров.95

Франция не отставала. Через год после своего свержения Вильгельмом король Яков высадился в Ирландии, где все было наоборот: протестанты-англичане угнетали католиков-ирландцев.96 Людовик – «король-солнце» – направил в Ирландию 7 тыс. солдат ему на помощь. Но военное счастье оказалось на стороне Лондона, а не Парижа. Борьба Франции и Англии не затихала ни на день. Когда США начали Войну за независимость, из Франции в Америку немедленно направился отряд «добровольцев» во главе с маркизом Лафайетом. Это были военные советники, а вовсе не восхищенные юнцы или восторженные поклонники свободы. В борьбе с главным врагом своей родины французы активно помогали восставшим североамериканским колониям. Например, писатель Бомарше в это время возглавлял подставную фирму «Родриго Горталес», через которую в Америку поставлялось оружие и боеприпасы.97 При первой возможности, в 1778 году, Франция признала независимость США и заключила с Вашингтоном союзный договор. И только ответный удар англичан в 1789 году, вызвавший революцию в самой Франции, поставил окончательную точку в этом вековом споре…

А вот теперь самое время вспомнить про загадочные происшествия в семье короля Людовика XIV. Начались они к концу той самой Войны за испанское наследство, которая началась через семь лет после создания Банка Англии. Не разбив «короля-солнце», «печатной машинке» не сделать было дальнейших шагов к мировой гегемонии. И тогда в ход пошли совсем другие методы…

Людовику XIV было семьдесят три года. Ничто не предвещало беды. Первым, ^ 13 апреля 1711 года, скончался сын короля и наследник престола, Великий дофин Людовик. В качестве причины его смерти называется оспа. Это точь-в-точь напоминает историю российского императора Петра II, который во время охоты якобы зашел в крестьянскую хижину выпить воды и заразился от больной девочки.98 Эта страшная болезнь тогда действительно часто «гостила» в Европе. Одно только но – дофин болел оспой в детстве,99 а на момент смерти ему было уже пятьдесят лет. А, как известно, дважды этим недугом не болеют. Однако наследник французского престола сгорел в несколько дней.

Так все же оспа? Или мышьяк? Окись мышьяка, белый мышьяк (As2O3), отлично подходит для преступлений: при растворении в воде не дает окраски и запаха. Есть и минусы – плохо растворяется. Но большого количества и не требуется: 60 мг – смертельная доза. И, что самое важное, симптомы отравления мышьяком очень схожи с симптомами многих болезней.100 Отравление мышьяком очень сложно распознать: кроме желудочно-кишечного тракта он поражает нервную систему и кровь, вызывает заболевания слизистых оболочек и кожи. В то время некоторые умные люди так готовили себя к долгой жизни – лизали кусок мышьяка, постепенно увеличивая дозу, и становились нечувствительны к «любимому» яду того времени.

Фактов отравлений в истории существует масса. Есть и такие, которые до самого последнего времени считались естественной смертью – среди них и истории очень известных и влиятельных особ. Например – Наполеона Бонапарта. Для справки – один из поклонников французского императора уже в наши дни решил разобраться с причинами смерти французского императора. Как известно, Бонапарт после Ватерлоо сдался англичанам и был отправлен на остров Святой Елены, где и умер от рака желудка. Однако имелись подозрения, что его отравили. Чтобы разобраться, провели анализ сохранившихся волос Наполеона. Мышьяк откладывается в тканях, и этот факт, сопутствующий отравлениям, хотели установить или опровергнуть. Результаты свидетельствуют: великого сына Франции действительно отравили мышьяком. Количество яда в волосах Наполеона в тридцать восемь раз выше того предела, который способен выдержать человеческий организм.101 На сегодня факт отравления Бонапарта доказан с абсолютной точностью, но в книгах об этом человеке еще, наверное, столетия будут писать, что он умер от естественных причин. Кто же его отравил? Травили систематически – Наполеон умер не скоропостижно. Яд давался многократно. Напомню – охраняли Бонапарта исключительно англичане, и в тот момент он был главным врагом Альбиона, который реально поколебал мировую гегемонию Великобритании вместе с мировой гегемонией Банка Англии.

А до этого место главного мирового злодея в списке англосаксов с большим отрывом занимал Людовик XIV. И «бактериологические несчастья» стали преследовать его семью с удивительной частотой. После смерти сына «короля-солнца» от оспы наследником престола стал его внук, герцог Бургундский. Но пробыл он в этой роли совсем недолго. В начале февраля 1712 года при странных обстоятельствах умерла его молодая жена. Несколько дней ее лихорадило. Принцесса не могла уснуть, а врачи не отходили от нее ни на шаг. Что происходило с несчастной Марией-Аделаидой, было непонятно. Ничего не помогало – ни популярные тогда кровопускания, ни опиум.102 Толком диагноз ей так и не поставили. Бедняжка так страдала, что наследника к ней просто не пускали, чтобы он не слышал ее крики. А позже даже попросили переехать в другие апартаменты, так как принцесса умирала прямо над комнатой мужа. 12 февраля 1712 года герцогиня скончалась. А через несколько дней пятнами покрылся и ее безутешный супруг, наследник престола герцог Бургундский. Боль во всем теле дофина быстро сделалась невыносимой. По словам больного, ему казалось, будто все внутри него горит.103 Через шесть дней, 18 февраля 1712 года, герцог Бургундский умер. Отчего – совершенно неясно.

Сиротами остались двое малолетних детей, один из которых стал наследником французского престола. И тут странную избирательность в очередной раз продемонстрировали микробы, бактерии и вирусы. Они отчего-то стремились поразить исключительно наследников французского трона. Герцог Бретонский пяти лет и его трехлетний брат герцог Анжуйский заболели всего через две недели после смерти своего отца и матери. Заразились от родителей? Нет. Потому что детям был поставлен диагноз «скарлатина», а родители умерли от непонятной лихорадки, похожей на корь.104 Вы уже улавливаете логику? Только стал наследником престола – и сразу смертельно заболел. И моментально умер. Побыв в роли наследника всего семнадцать дней, 8 марта 1712 года ребенок-герцог скончался.

Это был уже третий наследник семидесятичетырехлетнего «короля-солнца», умерший в короткое время. Трехлетний брат, заболевший вместе с наследником, долго находился между жизнью и смертью, считался безнадежным. Говорят, что по приказу короля было найдено какое-то противоядие, и ребенок выжил.105

Математика – точная наука. История ей в этом уступает. Для решения математической задачки нам выдают точные данные, иначе ведь ничего не получится. В случае с историей мы имеем причесанные пересказы и полное отсутствие важнейших данных. Были ли отравлены близкие «короля-солнца»? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно знать, сколько слуг в то время «случайно» выпало из окна, скоропостижно уволилось или утонуло в ближайшем пруду. Сколько поваров было повешено или умерло в расцвете сил на своем боевом посту. Кто из придворных и приближенных неожиданно решил все свои финансовые проблемы неведомым образом. Сколько лейб-медиков подавилось за обедом куском мяса или замерзло в лесу, случайно упав с лошади. Нужно знать, умер ли еще хоть кто-то в королевском дворце, или эпидемия всегда «ограничивалась» только наследником престола. Но таких данных у нас нет…

Как бы вы вели себя на месте старого короля, у которого наследники стали умирать одним за другим? Стали бы сговорчивее за столом переговоров? Вопрос сложный, и каждый решает его по-своему. «Король-солнце» пошел на переговоры. В 1713 году был заключен Утрехтский мир, который обесценил одиннадцать лет борьбы Франции.106 И тогда наследники французского престола умирать перестали. Наследником стал пятилетний малыш, правнук «короля-солнца», будущий Людовик XV. Ребенок-дофин при семидесятичетырехлетнем короле, который мог умереть от старости в любой момент. Умри король – кто поможет, кто охранит ребенка? Французское государство оказалось бы в очень уязвимом положении, если бы не красавец двадцати восьми лет – герцог Беррийский, второй внук Людовика XIV, дядя наследника. На него престарелый король возложил ответственность за судьбу страны и малолетнего короля. И… Да, все верно. Герцог Беррийский тоже вскорости умер. Получил травму на охоте и со всей силы ударился о луку седла.107 Обычно пишут: упал с лошади и разбился. Получается вроде как сломал себе шею или позвоночник. Но это не так. Несчастный герцог Беррийский умер 4 мая 1714 года после «четырехдневной болезни». Теперь пишут, что причина смерти – «внутренние повреждения после падения с лошади».108 Могло такое случиться? Вполне могло, если бы еще один участник бурной политики того времени не умер аналогичным образом, тоже упав с лошади…

После несчастного случая с внуком Людовик XIV потерял интерес к жизни. Опасаясь дальнейших «случайностей», он даже изменил закон. До тех пор наследниками трона являлись только дети, рожденные от королевы. У Людовика XIV было несколько внебрачных детей. Король их узаконил и поставил в иерархии королевского дома после принцев крови. Еще через пару месяцев Людовик XIV специально оговорил следующее: в случае пресечения законного рода трон могут занять новоявленные принцы. Он знал, кто уничтожает его род, и понимал: череда смертей не случайна, и она может продолжиться.

В 1715 году «король-солнце» скончался. Казалось бы – конец истории. Но на самом деле она только начиналась. Не прошло и года после смерти старого короля, как акционеры Банка Англии убедились в оправданности своих опасений. Их ноу-хау, их изобретение попытались нагло украсть. Скопировать, как сегодня ушлые китайские производители копируют форму автомобилей известных марок. Сохранить тайну «печатной машинки» оказалось невозможно. Преимущества и гениальная простота были налицо. Вместо сложной процедуры добычи золота и серебра – простой процесс печатания денег. Франция, потерпевшая поражение в войне из-за «недостаточности кредита», решила открыть свою «печатную машинку». В 1716 году шотландец Джон Лоу получил патент на открытие частного банка с правом выпуска обмениваемых на металл банковских билетов.109

Король Франции Людовик XV в тот момент был малышом и, понятное дело, вопросами финансирования не интересовался. Зато регент, герцог Филипп Орлеанский, с радостью ухватился за прекрасную идею. Он повелевает, чтобы банковские билеты стали приниматься в уплату податей наравне со звонкой монетой. В 1718 году банк Лоу был переименован в Государственный банк.110 Хотя по сути это было такое же «совместное предприятие», где доли между собой поделили хитрые банкиры и королевская власть. Теперь военное и дипломатическое соперничество Англии и Франции приняло и тайный финансовый оборот. Две группы банкиров, получившие две разные государственные «крыши», сражались между собой за право бесконтрольно печатать пустые деньги. И тем самым получить власть над миром.

Но мы немного отвлеклись. Вернемся к клонированию французами «английской» идеи бумажных денег. История быстрого расцвета Англии под скипетром Вильгельма начала повторяться во Франции. Ничего удивительного в этом нет – ваша персональная экономика тоже разом расцветет, если вы найдете на улице чемодан с деньгами. Государственный банк Франции был очень успешен. Джон Лоу, словно добрый волшебник, разом решает финансовые проблемы королевской власти: он дает правительству в долг 100 млн ливров под 3 % годовых. Для сравнения: на момент смерти «короля-солнца» в казне имелось лишь 700 тыс. ливров.111 А в конце 1716 года, когда Джон Лоу включил свою «печатную машинку», дефицит бюджета достиг 140 млн ливров.112 И теперь Франция может продолжать мировую экспансию, потому что у нее появляются деньги.

Французы копируют систему англичан не только в главном, но и в частных моментах. Власть отдает Джону Лоу на откуп разработку золотых месторождений в Луизиане и всю заморскую торговлю. Заниматься всем этим будет Индская компания, полный аналог британской Ост-Индской компании. Акции нового предприятия продаются поначалу всем желающим, а потом только тем, кто расплачивается банковскими билетами, которые можно было получить в обмен на свои золотые монеты. «Это превратилось в соревнование, кто быстрее освободится от своего золота».113 Но успехи будут недолги, просто удивительно недолги. Кредитно-денежный базис расширения Французской империи будет уничтожен буквально за несколько месяцев.

Вот хронология расцвета и моментальной гибели дублера Банка Англии на французской земле. ^ В январе 1720 года банкир Джон Лоу на волне феноменального успеха «лавочки» становится генеральным контролером финансов Франции,114 ведь только что руководимый им Банк ссудил Франции 100 млн ливров. И в этот момент происходит нечто страшное. «Тут же с невероятной быстротой распространились тревожные слухи, и весь Париж оказался во власти чудовищной паники» – пишет французский писатель Ги Бретон в своей книге «Истории любви в истории Франции».115 И уже в начале 1720 года начался массовый напор на банк тех, кто желал обменять бумажные банковские билеты на монеты. Обмен сначала был замедлен, а потом и вовсе приостановлен.116 Когда это случилось? В феврале-марте 1720 года.

За давностью лет сложно проследить, как была организована «паника вкладчиков», но думаю, что технологии ничуть не отличаются от сегодняшних. Обратите внимание, что произошло это через три года работы Государственного банка Франции. Значит, поначалу его дела шли в гору. И вдруг резко покатились вниз – после «рекордного» займа в 100 млн ливров, полученного правительством. Совпадение? Судите сами – удар был нанесен быстрый и безжалостный. Банк, выпустивший 3 млрд бумажных денег под гарантию 700 млн наличных монет, оказался не в состоянии платить. Но правительство Франции не хотело сдаваться без борьбы. И нашло очень «оригинальный» выход из ситуации. Раз население не хочет пользоваться бумажными банкнотами, а предпочитает монеты, значит, нужно… запретить хождение монет. «Декретом от 11 марта 1720 года было объявлено о запрете после 1 мая употреблять звонкую монету; найденная у кого-либо, она подлежала конфискации».117

Вы можете представить, какую реакцию это решение вызвало во Франции. Конечно – всеобщее ликование и полный энтузиазм масс. После такого декрета популярность бумажных билетов и вовсе упала, как и популярность королевской власти. Все начали гоняться за запретной монетой и бежать от разрешенных ассигнаций. И это очень быстро закончилось катастрофой. Следующим декретом от 22 мая 1720 года было объявлено о снижении номинального курса банковских билетов вдвое.118 То есть те, кто законопослушно выполнил предыдущий указ короля и пользовался бумажными деньгами, стал разом вдвое беднее. Затем 10 октября 1720 года был издан третий декрет о прекращении хождения билетов после 1 ноября 1720 года. Мелкие билеты было постановлено обменять на государственные облигации с уменьшением номинального курса еще в два раза.119

В итоге произошел очень быстрый двойной грабеж законопослушных граждан. Ясно, что королевское правительство, совершившее во Франции такие трюки (прямо «списанные» с наших российских реформ), стало крайне непопулярным. Именно в это время и был заложен тот заряд ненависти к французской монархии и стране, который в 1789 году приведет к революции и разнесет в щепки королевскую власть. В ноябре 1720 года Государственный банк обанкротился, а его основатель через месяц был вынужден бежать из Франции. Интересно только узнать – КУДА? Это многое бы прояснило…

Дальнейшая судьба основателя «печатной машинки» во Франции мне неизвестна. Зато известна судьба основателя Банка Англии. Как мы помним, Вильгельм III Оранский, король Англии, договорился с банкирами. И договоренностей не нарушил. Возможно потому, что тоже очень вовремя умер. В марте 1702 года он скончался в Кенсингтонском дворце от… (опять?!) последствий падения с лошади.120 Могло такое случиться? Могло. Вызывают подозрение только два факта: аналогичная кончина герцога Беррийского и официально озвученная причина смерти основоположника «печатной машинки». Отчего конкретно он умер? Вильгельм скончался от воспаления легких, явившегося осложнением после перелома плеча. Которое, в свою очередь, король сломал при падении с лошади.121 Кто бы мог подумать, что воспаление легких начинается с перелома? Какая связь между переломом и воспалением легких? Согласитесь, все это крайне любопытно. И очень подозрительно…

Основатель чего бы то ни было необходим для иконостаса. Ведь именно этот король подписал все нужные банкирам законы: он дал все, что мог и что им было нужно на тот момент. Следующие короли получат систему уже как данность. А тайну своих договоренностей Вильгельм III Оранский унесет с собой в могилу и будет строго смотреть на наследников трона с парадного портрета. Банк Англии для новых монархов станет данностью. Заветом и наказом. Не подлежащим изменению решением предка.122

Пора было начать думать о дальнейших шагах по установлению мировой гегемонии. Способ для этого всегда имелся один – война. Ведомая банкирами британская элита добавит в мировую геополитическую копилку еще один – специальные операции. И то и другое обильно «смазывается» деньгами – благо теперь они появляются из воздуха. Война за испанское наследство – это начало долгого пути «печатной машинки» к июльскому утру 1944 года в Бреттон-Вудсе, когда фунт передаст первенство доллару. Придет время менять дислокацию, и «печатная машинка» переедет за океан, где она будет в большей безопасности.

Но сначала будет Первая мировая война, которая уничтожит золотой рубль и золотую германскую марку. Уйдет в небытие валюта Австро-Венгерской и Османской империй. До мирового господства останется только один шаг, только одна глобальная война. И сценарий Второй мировой, который писался в Лондоне, будет отличатся от того, что случится в реальности.

…И главное правило – правил не существует.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24

Похожие:

«Национализация рубля путь к свободе России»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-4237-0213-7 icon«Национализация рубля путь к свободе России»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-4237-0213-7
Вся денежная масса в мире привязана к доллару, который не кончится никогда. Россия в результате поражения в холодной войне лишена...

«Национализация рубля путь к свободе России»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-4237-0213-7 icon«Национализация рубля путь к свободе России»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-4237-0213-7
Вся денежная масса в мире привязана к доллару, который не кончится никогда. Россия в результате поражения в холодной войне лишена...

«Национализация рубля путь к свободе России»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-4237-0213-7 iconБбк 63. 3(2) удк 94(47) Все права защищены. Никакая часть данной...
С77 Национализация рубля — путь к свободе России. — Спб.: Питер, 2011. —336 е.: ил

«Национализация рубля путь к свободе России»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-4237-0213-7 iconНиже ада / Андрей Гребенщиков
Издательства: Астрель, аст; Москва; спб; 2011; isbn 978-5-17-073524-2, 978-5-271-34782-5

«Национализация рубля путь к свободе России»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-4237-0213-7 iconКолин Маккалоу Падение титана, или Октябрьский конь
Эксмо, Домино; Москва, спб.; 2011; isbn 978-5-699-50937-9, 978-5-699-50938-6, 978-5-699-50942-3

«Национализация рубля путь к свободе России»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-4237-0213-7 icon«Хаос и революции оружие доллара»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-459-00845-6
В современном мире больше не осталось ничего надежного. Курсы валют колеблются, кризисы сотрясают экономику. Мало этого – «революционная...

«Национализация рубля путь к свободе России»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-4237-0213-7 icon«Хаос и революции оружие доллара»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-459-00845-6
В современном мире больше не осталось ничего надежного. Курсы валют колеблются, кризисы сотрясают экономику. Мало этого – «революционная...

«Национализация рубля путь к свободе России»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-4237-0213-7 icon«Mary Kay®: путь к успеху / Мэри Кэй Эш»: Манн, Иванов и Фербер;...

«Национализация рубля путь к свободе России»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-4237-0213-7 iconОдиссея капитана Сильвера. Пиратские хроники
Аст, Астрель-спб; Санкт-Петербург; 2009; isbn 978-5-17-058233-4, 978-5-9725-1472-4

«Национализация рубля путь к свободе России»: Питер; спб; 2011; isbn 978-5-4237-0213-7 iconПитер Джеймс Убийственно просто Серия: Рой Грейс 1 ocr денис
Центрполиграф; Москва; 2007; isbn 978-5-9524-3599-5, 978-5-9524-3008-2,5-9524-2525-9

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов