Феномен сборной СССР вступление, в котором автор пытается объяснить этот феномен и не находит удовлетворительного ответа




НазваниеФеномен сборной СССР вступление, в котором автор пытается объяснить этот феномен и не находит удовлетворительного ответа
страница7/12
Дата публикации20.02.2014
Размер2.31 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > Спорт > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12
Но с отдельными постулатами Даймацу, обобщающими его практический опыт, я решительно не согласен. Они касаются самой сложной и противоречивой тренерской задачи, о которой я упоминал выше: как совместить развитие индивидуальности, которое может перерасти в индивидуализм, и сплочение коллектива, для коего индивидуализм пагубен. Даймацу не видит здесь особой противоречивости, его волнует сплочение команды, но совершенно не беспокоит развитие личности, индивидуальности. "Я часто говорил спортсменкам: "Забудьте свое "я", - писал он в книге. - Если не нравится, не тяните и бросайте сразу. Если же решили играть, то убейте свое личное "я".
Во имя большой победы советские спортсмены тоже не жалеют, не щадят себя, отказывают себе во многом, работают истово, подвижнически, жертвуют своим покоем, многими житейскими радостями и удовольствиями, выступают на международной арене, защищая спортивную честь страны, с недолеченными травмами, превозмогая боль, страшную усталость, преодолевая себя. Таков уж современный спорт, по прекрасному определению Евгения Гришина, трижды проклятый и трижды прекрасный. Думаю, что мы никому не уступим в самоотверженности, в умении отдать все победе!
Достаточно вспомнить братьев Знаменских, Николая Королева, Геннадия Шаткова, Юрия Власова, Марию Исакову, Лидию Скобликову, Льва Яшина, Всеволода Боброва, Константина Реву, Георгия Мондзолевского, Виктора Санеева, Валерия Харламова, Владимира Сальникова... Они многим пожертвовали ради спорта, но разве убили свое "я", чтобы стать прославленными чемпионами, чтобы достигнуть высот мастерства?
Нет, не убивать надо свое "я", а раскрывать ярко, по возможности полно. Спорт высших достижений позволяет это сделать. И волейбол открывает перед тренером, перед игроками обширное поле деятельности в таком направлении.
Волейбол, на мой взгляд, самая коллективистская из всех придуманных человеком спортивных игр. В футболе, хоккее, баскетболе неповторимый солист может в определенный момент взять игру на себя и забить гол, забросить шайбу, забросить мяч, обойдясь практически без помощи партнеров. Конечно, это эпизод. Но в волейболе один, даже самый яркий солист, не сможет без помощи товарищей: кто-то должен принять мяч, кто-то - сделать передачу, кто-то - отвлечь перемещениями блок на себя, чтобы "одинокий охотник", как называл спортсмена Хемингуэй, мог произвести свой выстрел. В волейболе зависимость одного от других выше, чем в какой-либо другой игре. В волейболе ослабление чувства локтя, уз товарищества бьет по команде сильнее, чем где-либо!
Это, разумеется, не означает, что играющие в волейбол должны быть похожи друг на друга, как стершиеся пятаки. Команда подбирается не по принципу похожести, подобия, подгонки всех под один ранжир. Команда подбирается так, чтобы волейболисты дополняли друг друга и в игровом и в человеческом плане. Непохожесть, нестандартность игрока - волейбольная и человеческая - не пугает тренера-педагога. Он все сделает, чтобы помочь этой индивидуальности сохранить и развить ее неповторимость, в первую очередь игровую, техническую.
Я заставляю, например, на тренировках Молибогу нападать первым темпом, хотя он нападающий второго темпа и нужен сборной именно в этом своем качестве. Молибога технически оснащен превосходно, арсенал атаки у него почти на пределе. Так стоит ли в конце игровой карьеры делать из него нападающего первого темпа? Не стоит, верно. Но я продолжаю тренировать его первый темп, поскольку это развивает скоростные качества и идет на пользу его главному оружию - второму темпу.
От Савина добиваюсь разнообразия игры в атаке. Он моложе Молибоги, его технический арсенал далеко не исчерпан, он еще многому может научиться в волейболе. Напоминаю об этом Савину постоянно и далее покритиковал его публично, со страниц "Советского спорта", за однобокость, прямолинейность в атакующих действиях.
Он было обиделся на меня, приходил выяснять отношения: получается, что я чуть ли не хуже всех, никого не тронули, только меня прополоскали... В том-то и дело, что не худший, в том-то и дело, что один из лидеров команды, игрок символической сборной мира! Савин довел до совершенства свой прием, против которого все бессильны: сегодня никто не может достать блоком Савина, атакующего первым темпом. Зайцев пасует ему намного выше, чем другим "первотемповикам", и за счет феноменальной прыгучести, скорости и силы Савин расправляется с блокирующими.
Игроки от добра добра не ищут. А тренер обязан искать. Ну как появится завтра на другой стороне площадки второй Савин? Что тогда?
Он волен обижаться на меня: столько горбатиться, столько очков зарабатывать команде и услышать от тренера - да не с глазу на глаз, а на всю страну! - упреки в технической бедности... В подтексте его обидыпрочитывалось: как же так, толкуете о справедливости, а по отношению ко мне поступаете несправедливо? Что ж, могу признаться, что пошел на резкую публичную критику Александра Савина, одного из самых авторитетных игроков команды, после колебаний, сомнений, внутренней борьбы. Саша работает на тренировках честно, игре отдается полностью. Именно Савин сменил в роли комсорга сборной Владимира Кондру. Стоило ли бросать камень в его огород? Не лучше ли было бы пощадить его самолюбие?
И все-таки я решился сказать ему прилюдно то, что уже не раз говорил на тренировках. Знал, что он будет дуться на меня, но все же рассчитывал на пришедшую к нему с годами человеческую зрелость, на усилившееся в нем чувство ответственности за команду после избрания его комсоргом. Наконец, на самолюбие выдающегося игрока - неужели мне, Савину, что-то там может не покориться?
Моим психологическим расчетам очень помог... противник. Противник часто оказывается лучшим психологом и учителем! На чемпионате Европы-81 чехословацкие блокирующие крепко прихватили Савина. Наш главный бомбардир ничего не мог забить - одни обманы проходили.
Видя такое дело, Зайцев перестал пасовать Савину. Как назло не пошла игра и у другого нападающего первого темпа - Лоора. Нет первого темпа - приходится атаковать с краев сетки, с высоких передач, без маскировки. А упрощенная игра на руку волейболистам Чехословакии, с их универсальной подготовкой, почти не делающим "своих" ошибок. Пришлось нам тогдаподергаться, попотеть, чтобы переломить игру. И в других матчах противники сумели приспособиться к Савину...
Пожалуй, никогда не выглядела так бледно наша гроза, наша опора и надежда! Сейчас тренеру уже не надо, как дятлу, долбить одно и то же. Сейчас Саша сознательно работает над обогащением своего технического арсенала и немало преуспел в этом.
Напоминая тому же Савину, что он еще не эталон техники, не венец творения, я не только подвигаю его к более сознательной и целенаправленной работе над собой, но и не даю ему воспарить этаким горным орлом над всеми прочими птичками-невеличками, что не проходит бесследно для морального здоровья игрока и нравственного потенциала команды. Внимательный читатель попытается поймать меня на противоречии: мол, несколькими страницами раньше вы писали, что не надо мешать игроку радоваться своей удаче, даже возноситься от счастья на седьмое небо, а теперь признаетесь, что не даете ему этого делать. Так даете или не даете?
Отвечу. Не мешаю - скажем так - гордиться собой, ликовать в час победы, сразу после большой победы. Сам горжусь и радуюсь вместе с ними. Но если ликование грозит затянуться, если улыбки слишком долго блуждают по лицам, нахожу способ опустить ликующих с неба на землю. Но даже в часы торжества не перестаю наблюдать, кто и чем восхищается - своим ли персональным вкладом, блестящими действиями друга или задавшейся игрой всей команды...
Убивать личное "я", разумеется, не следует, но нельзя и носиться с ним как с писаной торбой. А бывает, что носятся! Случается, что индивидуально яркий, сильный игрок, чье самосознание отстает от его технического роста, начинает ощущать себя если не пупом всей земли, то команды уж точно и вести себя соответственно.
"Звездная болезнь" чаще поражает талантливых от природы игроков, чем тех, кто всего добился трудом и усердием. В такой команде, как сборная страны, где собраны звезды, таланты, лидеры своих клубов, есть и впрямь питательная почва для "звездной болезни". Но, с другой стороны, таланты как бы уравновешивают друг друга, и выделиться здесь труднее, чем в клубе. Что окажется жизнеспособнее - питательная средадля укоренения индивидуализма или тенденция к равновесию талантов, - зависит во многом от педагогического искусства тренера, от его политики. Можно, следуя известным образцам, разделять и властвовать. А можно - сплачивать и управлять. В нашей сборной все подчинено укреплению единства коллектива.
Боюсь, чтобы меня не поняли упрощенно и не представили с моих слов мужскую волейбольную сборную как образцово-показательную группу детсада или хор ветеранов сцены, с их отрепетированным согласием. "Если между всеми одиннадцатью игроками клуба, - говорил известный футбольный тренер, - царит полное согласие, значит, что-то не в порядке".
И это естественно! Сколько людей - столько характеров. А тут еще люди молодые, горячие, отмеченные природой и вкусившие славы... Полной психологической совместимости между ними просто быть не может. Всегда кто-то кому-то будет нравиться больше, а кто-то - меньше. Кто-то будет задавать тон, а кто-то подлаживаться. Кто-то весь вечер проводит у ковра, а кому-то шуточки "коверного" осточертели. Кто-то быстрее соображает, кто-то медленнее.
Можно бесконечно приводить примеры несочетаемости, несовместимости, несводимости. Полное согласие - когда никто никого не задевает, не подначивает, не заводит, когда все затихают и бродят понуро, - говорит о равнодушии, о безразличии друг к другу либо о страшной усталости - результате перетренированности и слишком долгого совместного нахождения на сборах.
Такого "полного согласия" у нас, к счастью, нет. Нормальные люди, они ссорятся, мирятся, радуются. И, конечно, беспокоятся о жене, об экзаменах в институте, о матери, которую надо проведать, о квартире, о дочке, которая должна пойти в первый класс, а папки опять не будет дома... Обыкновенная жизнь. Обыкновенные человеческие заботы.
Есть у игроков сборной, однако, тревоги, незнакомыетем, кто не отдал молодость большому спорту, не был кандидатом в национальную команду страны, кому не привелось отстаивать честь Отчизны на Олимпийских играх и мировых чемпионатах. Они волнуются, попадут ли в стартовую шестерку, залечат ли травмы, наберут ли лучшую форму, будут ли полезны команде, выиграют или нет... И сознание того, что перед ними одна цель, и знание того, что единство не благое пожелание тренеров, а необходимейшее условие победы, устанавливает в команде высшее согласие, союз людей, согласившихся подчинить все личные амбиции, самолюбия, устремления общему замыслу, общей идее, общему духу.
А дружат ли они все домами - десятое дело! Кто-то дружит, кто-то не дружит... Суть не в этом. Высшее согласие и есть единство. Мы побеждали эти годы потому, что были сильнее всех своим единством.
Нам, советским людям, советским спортсменам, не надо что-то ломать в себе, чтобы обрести единство. Зарубежные спортсмены высоко оценивают такие качества своих советских коллег, как общительность, доброжелательность, способность быстро сходиться друг с другом. Об этом, в частности, писал английский альпинист Джон Хант в книге "Жизнь - встреча". Это же отмечал в своем сотоварище по плаванию на "Тигрисе" Юрии Сен-кевиче итальянский путешественник Карло Маури во время пребывания в Советском Союзе: "На "Тигрисе" Юрий, пожалуй, был самым коммуникабельным, умел находить общий язык со всеми. Полагаю, такое свойство характера - следствие воспитания, воспитания в духе коллективизма".
Но и нам, коллективистам и по рождению и по воспитанию, единство внутри небольшого, действующего автономно, в экстремальных условиях острейшего соперничества, коллектива дается не само собой, не падает как манна небесная, а выковывается в тяжелейших, изматывающих тренировках, в борьбе с сильным противником на высшем уровне современного спорта, выковывается совместными усилиями всей команды - игроков и тренера, тренера и игроков.
Хуже нет для команды, когда в ней начинают подсчитывать персональный вклад каждого в победу! Знаю такие команды, где игрок, войдя в раздевалку, громогласно объявляет: "Я вас сегодня спас, я матч выиграл". Знаю такие сборные, руководители которых ничтоже сумняшеся приписывают победу себе: "Мой неожиданный тактический ход изменил течение поединка, противник опешил, его можно было взять голыми руками, что мои мальчики и сделали". В нашей сборной не принято кичиться своими персональными заслугами, не заведено крохоборчески высчитывать, сколько сделал я, сколько - ты, сколько - он...
Хотя "бухгалтерия" такая ведется. Каждая игра анатомируется, препарируется, калькулируется - этим занимается КНГ (комплексная научная группа) во главе с кандидатом педагогических наук, заслуженным тренером СССР Михаилом Ефимовичем Амалиным. Подробнейшая запись игры, сделанная специалистами КНГ, позволяет нам, тренерам сборной, работать не на. глазок, а точно знать коэффициент полезного действия каждого игрока - как он действовал на приеме, на блоке, сколько мячей поднял на задней линии, сколько раз атаковал первым темпом, сколько вторым, сколько пробитых им мячей было противником принято, сколько достигло цели...
Эта бухгалтерия позволяет нам вносить коррективы в учебно-тренировочный процесс, помогает составлять план очередной встречи - ведь таким же образом записывается и игра соперников! Это необходимо как подспорье в работе и в игре. А вот другая бухгалтерия, типа "я сделал много, ты сделал меньше, он - еще меньше", совершенно недопустима.
Каждый должен крепко чувствовать, что один в волейболе никогда не выигрывает; этого в принципе неможет быть. Мне не составит труда припомнить "матчи-бенефисы" Кондры, Савина, Молибоги, Селиванова, Зайцева, Шкурихина... В послужном списке каждого волейболиста сборной найдется матч, когда лично он сделал для победы больше, чем другие, взял на себя игру в решающий,'переломный момент и определил ее дальнейшее течение и исход.
Но, как говорят люди театра, короля играет окружение, свита. Общение игрока на волейбольной площадке строится на поддержке,. взаимопомощи, самопожертвовании. Сегодня ты в ударе: не играешь - песню поешь, и тебе все вторят, тебя обеспечивают. Но не забудь, удачливый, не забудь, солирующий, как работала на тебя команда, как внимательно сыграли на приеме и ' довели мяч до связующего, как точна была вторая передача, с каким энтузиазмом и правдоподобием осуществляли отвлекающий маневр твои партнеры по атаке, поднимая блок на себя. Не забудь, пожалуйста, обо всем этом после своего бенефиса, в часы заслуженной тобой гордости. Радуйся, гордись - без этого не прожить игроку, артисту спортивной сцены, но помни: ты - не одинокий охотник, ты - частица команды.
И, переживая мгновения своего наивысшего взлета, с удовольствием прокручивая видеоленту памяти, вспоминай и о том, что тебя учили тренеры и твои товарищи, что команда из-за твоего неумения хлебнула в свое время лиха и никто не попрекал тебя, неопытного и неумелого, за промахи. Помни об этом, и коррозия индивидуализма, гипертрофированного честолюбия, того самого эгоцентриз-ма-"пупизма", не разъест твою душу, не сделает ее чужой людям, непригодной для артельного дела. Не забывай: ты - частица команды. А команда - это всегда "м ы".
Тренер так уж устроен, что и на солнце должен видеть пятна, должен знать, как их вывести. Тренер обязан думать о ресурсах команды, о несовершенствах ее даже тогда - и особенно тогда, - когда его команду объявляют феноменом, называют чудом и другими схожими гипнотическими словами. Тренер редко бывает доволен. Но и самый взыскательный тренер получает право - приходит такой час - сказать себе: "Сегодня на площадке лучшим был ты. Сегодня, пожалуй, ты играл посильнее всех".
Не могу ручаться за всех тренеров, но я, грешным делом, иногда говорю себе такие слова. Конечно, если достоин... Конечно, не в присутствии игроков и не для печати... Но мне и в голову не придет, что я, тренер, своими заменами, интуицией, мастерским управлением игрой победил. Хотя случается, что тренер делает для победы больше, чем игроки. Но настоящий тренер - тот, что не над, а рядом с игроками, тот, что бьется с ними на поле, оставаясь на скамейке, - знает, что его искусство мертво без игроков, что тренер и игроки побеждают и проигрывают вместе.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

Похожие:

Феномен сборной СССР вступление, в котором автор пытается объяснить этот феномен и не находит удовлетворительного ответа iconГ. Г. Серебренников парашютный спорт (учебное пособие)
При написании данного пособия автор использовал ли­тературу по аэродинамике, методические разработки авиационно-спортивных клубов...

Феномен сборной СССР вступление, в котором автор пытается объяснить этот феномен и не находит удовлетворительного ответа iconИппотерапия и эффективность её применения. Феномен лошади
Феномен лошади состоит в том, что её особенный и единственный в своём роде контакт с человеком охватывает одновременно тело, дух...

Феномен сборной СССР вступление, в котором автор пытается объяснить этот феномен и не находит удовлетворительного ответа iconВибачте, що не українською! (але вважаю ми всі освічені, іноземні мови знаємо)
Феномен «крепостного права» — это феномен истинно московский, и он многое объясняет. Во всем мире рабами были представители других...

Феномен сборной СССР вступление, в котором автор пытается объяснить этот феномен и не находит удовлетворительного ответа icon«золотого века» русской культуры, которая заняла выдающееся место...
Как всякое историческое явление, она отражает те изменения, которые происходят в обществе в определенную эпоху, в социальных отношениях,...

Феномен сборной СССР вступление, в котором автор пытается объяснить этот феномен и не находит удовлетворительного ответа iconКурс лекций культура как феномен. Теория культуры
«второй натурой». И все-таки сама культура — природный феномен, потому что человек. Ее созидающий— биологическое явление. Человек...

Феномен сборной СССР вступление, в котором автор пытается объяснить этот феномен и не находит удовлетворительного ответа iconДанилин А. Г. Lsd. Галлюциногены, психоделия и феномен зависимости
Данилин А. Г. Lsd. Галлюциногены, психоделия и феномен зависимости – М.: Зао изд-во Центрполиграф, 2001. 521 с

Феномен сборной СССР вступление, в котором автор пытается объяснить этот феномен и не находит удовлетворительного ответа iconДизайн как феномен культуры 20 века
До начала же 50-х годов проектирование в значительной степени было интуитивным, а все определения дизайна носили описательный характер,...

Феномен сборной СССР вступление, в котором автор пытается объяснить этот феномен и не находит удовлетворительного ответа icon89 Формы биологических связей в природе. Паразитизм как биологический феномен. Примеры
Формы биологических связей в природе. Паразитизм как биологический феномен. Примеры

Феномен сборной СССР вступление, в котором автор пытается объяснить этот феномен и не находит удовлетворительного ответа iconСодержание
Лекция Стихийное массовое поведение: понятие, социальный феномен и предмет исследования

Феномен сборной СССР вступление, в котором автор пытается объяснить этот феномен и не находит удовлетворительного ответа iconТематика рефератов по истории педагогики и образования
Средневековый университет как социально-культурный феномен и образовательное учреждение

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов