«Нашествие ангелов. Книга Последние дни»: Азбука, Азбука-Аттикус; Санкт-Петербург, 2013




Название«Нашествие ангелов. Книга Последние дни»: Азбука, Азбука-Аттикус; Санкт-Петербург, 2013
страница6/20
Дата публикации17.08.2013
Размер2.65 Mb.
ТипКнига
zadocs.ru > Астрономия > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20
ГЛАВА 14
Мы бросаемся бежать, оскальзываясь на иголках. Неужели местные держат собак? Или это дикая стая? Если так, то можно забраться на дерево и пересидеть, пока они не уйдут. Но если их держат люди... При мысли об этом мне становится страшно. Людям нужно достаточно еды, чтобы кормить себя и собак. Кто обладает подобным богатством и как оно добыто?

Перед моими глазами вновь предстает картина сожранной каннибалами семьи, и разум отключается, полностью отдаваясь на волю инстинктов.

По лаю ясно, что собаки нагоняют нас. Дорога осталась далеко позади, так что в машине не спрятаться. Придется лезть на дерево.

Я лихорадочно оглядываю лес в поисках подходящего дерева, но не вижу ни одного. У красного дерева прямой ствол, и ветки отходят перпендикулярно на большой высоте. Мне пришлось бы вырасти вдвое, чтобы дотянуться до самых нижних ветвей любого из растущих деревьев.

Раффи подпрыгивает под веткой. Хотя прыжок у него намного выше, чем у обычного человека, этого все равно недостаточно. Он сердито бьет по стволу кулаком. Вероятно, прежде ему никогда не приходилось прыгать. Да и зачем, когда можешь летать?

— Забирайся мне на плечи, — говорит он.

Я не уверена, что поняла его план, но собаки лают все громче. Не знаю, сколько их, но явно не одна и не две — целая стая.

Раффи хватает меня за пояс и поднимает. Он достаточно силен для того, чтобы поставить меня себе на плечи. Я едва достаю до нижней ветки, но могу ухватиться за нее, подпрыгнув. Надеюсь, тонкая ветка достаточно прочна, чтобы выдержать мой вес.

Он подставляет ладони под мои ноги и толкает вверх, пока я не усаживаюсь надежно на ветке. Та качается, но выдерживает. Я оглядываюсь в поисках другой ветки, которую можно сломать и протянуть ему.

Но прежде чем я успеваю хоть что-то сделать, он бросается бежать. Я едва не зову его по имени, но вовремя спохватываюсь. Последнее, чего бы мне хотелось, — выдать наше местонахождение.

Я смотрю, как он скрывается на склоне холма. На этот раз моя очередь в отчаянии стукнуть кулаком по дереву. Что он делает? Если бы Раффи остался возле дерева, возможно, я бы сумела затащить его наверх. По крайней мере, помогла бы отогнать собак, бросая в них что под руку подвернется. У меня нет метательного оружия, но на такой высоте сгодилось бы что угодно.

Зачем он побежал? Чтобы отвлечь от меня собак? Чтобы защитить?

Я снова бью кулаком по стволу.

К дереву с глухим ворчанием приближаются шесть собак. Две медлят, обнюхивая землю вокруг комля, но остальные бросаются следом за Раффи. Мгновение спустя за стаей устремляется и замешкавшаяся парочка.

Опора подо мной опасно гнется. Ветви здешних деревьев столь тонки и редки, что любой меня увидит, стоит лишь взглянуть вверх. Ближе к земле листья растут лишь на конце ветви, практически не давая укрытия возле ствола. Схватившись за другой сук, я лезу наверх. По мере того как я поднимаюсь выше, ветви становятся прочнее и толще, но листьев все равно мало, и спрятаться негде.

Одна из собак взвизгивает от боли, и я понимаю, что стая догнала Раффи. Сжавшись в комок, я крепче вцепляюсь в ветку и пытаюсь сообразить, что происходит.

Внизу кто-то ломится сквозь кусты. Это несколько рослых мужчин. Их пятеро, они одеты в камуфляж, и в руках ружья, которыми они явно умеют пользоваться.

Один дает знак, и остальные рассыпаются веером. Эти люди не похожи на воскресных охотников, которые одной рукой стреляют в кроликов, а в другой держат банку с пивом. Они организованны, обучены, смертоносны. Их движения легки и уверенны, и я подозреваю, что они и раньше работали вместе. И вместе охотились.

В груди у меня холодеет при мысли о том, что может сделать группа одичавших вояк с пленником-ангелом. Возникает идея закричать, давая Раффи шанс бежать. Но собаки продолжают рычать и лаять. Ангел сражается за свою жизнь, и мой крик лишь отвлечет его, и в итоге схватят нас обоих. Если я погибну, Пейдж тоже обречена. И я не собираюсь погибать ради ангела, какие бы безумные поступки он ни совершал, по стечению обстоятельств спасая мою шкуру. Стал бы он это делать, если бы смог забраться на мои плечи, чтобы залезть сюда?

Но где-то в глубине души я понимаю, что все куда сложнее. Если бы он просто хотел спастись, обогнал бы меня при первых же признаках опасности. Как в старом анекдоте — ему незачем далеко отрываться от медведя, достаточно лишь обогнать меня. А это он мог сделать запросто.

Разъяренный рык атакующей собаки заставляет меня съежиться. Вряд ли эти люди поймут, что Раффи не человек, если не снимут с него рубашку или если не откроются раны на его спине. Но ежели ангела порвут собаки, на нем все заживет в течение суток, и это выдаст его с головой — конечно, при условии, что его продержат столько времени живым. А если они каннибалы, то все это вообще не будет иметь никакого значения.

Я не знаю, что делать. Нужно помочь Раффи. Но мне также нужно остаться в живых и не наделать глупостей. Хочется свернуться клубком и зажать уши.

Резкая команда утихомиривает собак. Люди нашли Раф-фи. Я слышу голоса, но не могу разобрать слова. Голоса звучат отнюдь не дружественно, что вовсе не удивительно. Люди обмениваются лишь несколькими фразами, а Раффи я вообще не слышу.

Вскоре собаки пробегают мимо моего дерева. Все та же усердная парочка обнюхивает комель, затем догоняет стаю. Чуть позже появляются люди.

Тот, кто недавно давал сигнал, возглавляет группу. Раффи идет позади него.

Руки связаны у него за спиной, по лицу и ноге стекает кровь. Он смотрит прямо перед собой, чтобы случайно не взглянуть на меня. Пообочь идут двое, придерживая его за руки, — кажется, что они только и ждут, когда он упадет и можно будет поволочь его по склону. Группу замыкают еще двое, держа наготове ружья и бдительно озираясь. Один из них несет рюкзак Раффи.

Голубого одеяла, в которое завернуты крылья, не видно. Прежде чем мы с Раффи расстались, они были привязаны к рюкзаку. Успел ли он спрятать крылья до того, как его настигли собаки? Если успел, возможно, он продлил себе жизнь еще на несколько часов.

Он жив. Я раз за разом повторяю эту фразу про себя, пытаясь отогнать другие, куда более тревожные мысли. Я ничего не смогу сделать, если буду постоянно думать о судьбе Раффи, Пейдж или матери.

Я встряхиваю головой. К черту любые планы! У меня слишком мало информации, чтобы составить план. Придется положиться на инстинкты.

А инстинкты подсказывают, что Раффи — мой. Я первая его нашла. Если эти накачанные тестостероном бабуины желают заполучить от него хоть кусочек, им придется подождать, пока он не приведет меня в обитель.

Когда голоса людей стихают, я спускаюсь с ветки. Лезть приходится долго, и я тщательно примериваюсь, прежде чем спрыгнуть, — еще не хватало сломать лодыжку. Иголки смягчают падение, и я приземляюсь без единой царапины.

Я бегу вниз по склону в ту сторону, откуда бежал Раффи. Минут через пять нахожу завернутые в одеяло крылья, — видимо, он бросил ношу на бегу в кусты. Привязав их к рюкзаку, я устремляюсь следом за людьми.
ГЛАВА 15
Собаки — немалая проблема, и тут мне потребуются мозги. Может, и удалось бы спрятаться от людей, но от собак не скрыться. Но я все равно продолжаю бежать. Придется решать задачи по мере их возникновения. Вдруг рождается страшная мысль, что я вообще никого не найду, и я бегу быстрее.

Я почти задыхаюсь, когда наконец их вижу. Удивительно, что они меня не слышат.

Они приближаются к группе строений, на первый взгляд кажущихся полуразрушенными. Но если присмотреться, дома на самом деле в прекрасном состоянии, а на руины смахивают из-за того, что к их стенам прислонены ветки; другие сплетены в сеть, висящую над лагерем. Ветки расположены столь тщательно, что их не отличить от упавших естественным образом. Уверена, сверху это место выглядит точно так же, как и остальной лес, и ни одного здания не разглядеть.

Под навесами из красного дерева вокруг зданий спрятаны пулеметы. Все они направлены в небо.

Похоже, в этом лагере недолюбливают ангелов.

Раффи и пятерых охотников встречают другие люди в камуфляже. Среди них есть и женщины, но не все они в военной форме. Некоторые выглядят здесь чужими. Некоторые прячутся в тени, грязные и исцарапанные.

Мне везет — один из мужчин загоняет собак в конуру. Собаки лают, зато если хоть одна залает на меня, никто не обратит на это внимания.

Я оглядываюсь, убеждаюсь, что никто меня не заметил, снимаю рюкзак и прячу в дупле. Сперва я решаю оставить при себе меч, но передумываю. Лишь ангелы носят мечи, а мне вовсе ни к чему направлять их мысли в эту сторону. Положив рядом с рюкзаком завернутые в одеяло крылья, я мысленно отмечаю местоположение дерева.

Найдя хорошее место, откуда видна большая часть лагеря, я распластываюсь на земле. Слой листьев отделяет меня от грязи, но холод и влага все равно проникают сквозь свитер. На всякий случай забрасываю себя листьями и иголками. Жаль, что у меня нет камуфляжной формы. К счастью, мои темно-каштановые волосы сливаются с окружением.

Они ставят Раффи на колени посреди лагеря.

До них слишком далеко, чтобы услышать, о чем говорят, но понятно, они обсуждают, что с ним делать. Один из них наклоняется и что-то говорит Раффи.

«Пожалуйста, пожалуйста, только не заставляйте его снять рубашку».

Я лихорадочно пытаюсь придумать, как его спасти и при этом самой остаться в живых, но ничего не выходит при свете дня, когда вокруг бродит с десяток готовых схватиться за оружие парней в форме. Если только не случится нападение ангелов, которое их отвлечет, мне остается лишь надеяться, что Раффи будет еще жив после наступления темноты.

Что бы ни ответил им Раффи, похоже, их это на какое-то время удовлетворяет, они поднимают его на ноги и уводят внутрь самого маленького строения. Эти здания не похожи на отдельные дома, скорее, это целый комплекс. Два дома по обе стороны от того, куда увели Раффи, достаточно велики, чтобы вместить по крайней мере человек по тридцать. В том, что в центре, могла бы поместиться примерно половина этого количества. Вероятно, один из них предназначен для сна, другой для общего пользования, а дом, должно быть, служит складом.

Я лежу, пытаясь не обращать внимания на просачивающиеся с земли влагу и холод и страстно желая, чтобы поскорее зашло солнце. Возможно, эти люди так же боятся темноты, как уличные банды в моих краях. Возможно, они отправятся спать, как только стемнеет.

Спустя кажущееся невероятно долгим время, хотя на самом деле, наверное, минут через двадцать, всего в нескольких футах от меня проходит молодой парень в форме. Держа ружье под углом поперек груди, он обводит взглядом лес. Вид у него такой, словно он в любой момент готов действовать. Я замираю, глядя, как солдат идет мимо. К моему удивлению и облегчению, с ним нет собаки. Почему они не используют собак для охраны комплекса?

Другие солдаты проходят каждые несколько минут в опасной близости от меня. Патрулирование достаточно регулярное, и вскоре я уже знаю, когда пройдет следующий.

Примерно через час после того, как они уводят Раффи в центральное здание, я ощущаю запах мяса и лука, чеснока и зелени. Аппетитный аромат заставляет мой желудок судорожно сжаться.

Я молюсь о том, чтобы источником этих запахов был не Раффи.

Люди направляются в здание справа. Никаких объявлений не слышно, — должно быть, время ужина установлено заранее. Людей здесь намного больше, чем я себе представляла. Солдаты, в основном мужчины в форме, выходят из леса группами по двое, трое или пятеро. Они собираются со всех сторон.

К тому времени, когда наступает ночь и люди скрываются в здании слева, все мое тело почти онемевает от холода. А если еще учесть, что за весь день я ничего не съела, кроме горстки сухого кошачьего корма, я не настолько готова к спасательной миссии, как мне бы того хотелось.

Ни в одном из зданий не горит свет. Похоже, эти люди достаточно осторожны и хорошо прячутся по ночам. Не слышно ни звука, кроме стрекотания сверчков, что довольно удивительно, если учесть, сколько здесь живет народу. По крайней мере, из строения, куда увели Раффи, не доносятся крики.

Я заставляю себя пролежать еще хотя бы час, прежде чем браться за дело.

Дожидаюсь, когда патруль пройдет мимо. Я знаю, что второй солдат в это время находится на другой стороне лагеря.

Досчитав до ста, поднимаюсь и бегу к центральному зданию, стараясь производить как можно меньше шума.

Ноги замерзли и онемели, но они быстро отогреваются, стоит лишь подумать, что меня могут поймать. Приходится бежать кружным путем, передвигаться в свете луны зигзагами от одной тени к другой. Полог из веток играет мне на руку, отбрасывая на землю движущиеся тени.

Падаю на землю возле здания столовой. Справа от меня размеренно шагает часовой, а вдали по другую сторону комплекса медленно движется второй. Шаги звучат глухо и неспешно, словно часовые умирают от скуки. Хороший знак. Если бы они услышали что-то необычное, шаги стали бы быстрее и тревожнее. По крайней мере, я на это надеюсь.

Пытаюсь разглядеть дверь в задней стене центрального здания. Но в тени невозможно понять, есть ли там дверь или хотя бы окно.

Перебегаю в тень центрального здания.

Там я останавливаюсь, ожидая услышать окрик. Но все спокойно. Я стою, прижавшись к стене и затаив дыхание. Не слышно ни звука, не заметно никакого движения. Лишь страх убеждает меня отказаться от своей затеи — и потому я иду дальше.

С задней стороны здания есть четыре окна и дверь. Я заглядываю в окно, но в темноте ничего не вижу. С трудом подавляю желание постучать в надежде получить ответ от Раффи — неизвестно, кто еще может быть вместе с ним.

У меня нет никакого плана, даже самого безрассудного, и никаких идей насчет того, как справиться с любым, кто может там оказаться. На занятиях по самообороне обычно не учат подкрадываться сзади и бесшумно душить насмерть, хотя сейчас такое умение весьма пригодилось бы.

И все же мне удавалось побеждать намного более рослых и сильных спарринг-партнеров, чем я. Мысль об этом согревает душу, прогоняя панический холод.

Глубоко вздохнув, я едва слышно шепчу:

— Раффи!

Если бы он мог хоть намекнуть, в какой он комнате, все было бы намного проще. Но я ничего не слышу. Ни стука в окно, ни приглушенного зова, ни скрипа стула, которые могли бы привести меня к нему. Вновь возвращается чудовищная мысль о том, что его, возможно, уже нет в живых. Без него мне никак не найти Пейдж. Без него я остаюсь в одиночестве. Я даю себе мысленного пинка, отвлекаясь от мрачных видений.

Осторожно шагнув к двери, я прикладываю к ней ухо. Ничего не слышно. Я нажимаю на ручку, проверяя, заперто ли.

Как обычно, в моем заднем кармане лежит набор отмычек. Я нашла его в комнате какого-то подростка в первую неделю, когда искала еду. Мне не потребовалось много времени, чтобы сообразить — вскрыть замок можно куда тише, чем разбить окно. Скрытность — главное, когда пытаешься избежать встречи с уличными бандами. Так что за последние пару недель я набралась немалого опыта по отпиранию замков.

Дверная ручка плавно поворачивается.

Эти ребята весьма самоуверенны. Я приоткрываю дверь и прислушиваюсь. Не услышав ни звука, проскальзываю внутрь и останавливаюсь, даю глазам привыкнуть в помещении, которое освещено лишь лунным светом, падающим сквозь окна в задней стене.

Я уже привыкаю к тусклому сиянию луны, ставшему для меня словно частью образа жизни. В коридоре четыре двери. Одна, открытая, ведет в ванную. Остальные три закрыты. Сжав в руке нож, словно он способен остановить винтовочную пулю, я прикладываю ухо к первой двери слева, но оттуда не доносится ни звука. Взявшись за ручку, я слышу тихий шепот из-за последней двери.

Я застываю на месте, затем подхожу к последней двери и прикладываю к ней ухо. Мне кажется или кто-то действительно произнес: «Беги, Пенрин!»?

Я приоткрываю дверь.

— Почему ты никогда меня не слушаешь? — спокойно спрашивает Раффи.

Я проскальзываю внутрь и закрываю за собой дверь:

— Пришла тебя спасти.

— Меня не спасешь, зато тебя поймают.

Раффи сидит посреди комнаты, привязанный к стулу. На его лице запеклась кровь, стекающая из раны на лбу.

— Они спят.

Подбежав к стулу, я прикладываю нож к веревкам на запястьях ангела.

— Нет, не спят.

Голос Раффи звучит столь убежденно, что у меня в голове включается сигнал тревоги. Но прежде чем на ум приходит слово «ловушка», меня ослепляет луч фонаря.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

Похожие:

«Нашествие ангелов. Книга Последние дни»: Азбука, Азбука-Аттикус; Санкт-Петербург, 2013 iconSuzanne McLeod «The Cold Kiss of Death», 2009
Сьюзан Маклеод «Холодный поцелуй смерти»: Азбука, Азбука-Аттикус, Санкт-Петербург, 2011

«Нашествие ангелов. Книга Последние дни»: Азбука, Азбука-Аттикус; Санкт-Петербург, 2013 iconПассажир Азбука, Азбука-Аттикус спб 2012 978-5-389-04580-4
Да он и сам не уверен в своей невиновности… Как ему выбраться из этого лабиринта? Быть может, лейтенант полиции Анаис Шатле, для...

«Нашествие ангелов. Книга Последние дни»: Азбука, Азбука-Аттикус; Санкт-Петербург, 2013 iconКристоф Гранже Пассажир Scan: utc; ocr&ReadCheck: golma1 «Пассажир»:...
Да он и сам не уверен в своей невиновности… Как ему выбраться из этого лабиринта? Быть может, лейтенант полиции Анаис Шатле, для...

«Нашествие ангелов. Книга Последние дни»: Азбука, Азбука-Аттикус; Санкт-Петербург, 2013 iconЦветочная азбука тайный язык цветов
Азбука цветов. В подробности цветочного этикета посвятит азбука цветов. На протяжении многих лет люди пытались разгадать тайну символики...

«Нашествие ангелов. Книга Последние дни»: Азбука, Азбука-Аттикус; Санкт-Петербург, 2013 iconСлова рассказы о науке этимологии Издание четвертое Авалон Азбука-классика Санкт-п е т е
О83 к истокам слова. Рассказы о науке этимологии. 4-е изд., перераб. – Спб.: «Авалон», «Азбука-классика», 2005. – 352 с

«Нашествие ангелов. Книга Последние дни»: Азбука, Азбука-Аттикус; Санкт-Петербург, 2013 iconНа улице нашей любви hl «Саманта Янг "На улице нашей любви"»: Азбука-Аттикус;...
Джосселин Батлер молода, хороша собой и весьма состоятельна, но ей причиняют жестокие мучения воспоминания о прошлом: когда Джосселин...

«Нашествие ангелов. Книга Последние дни»: Азбука, Азбука-Аттикус; Санкт-Петербург, 2013 iconСправочник сталкера. Азбука выживания «Справочник сталкера. Азбука выживания»
Удивительное и таинственное бывает и величественно‑притягательным, и смертельно опасным…

«Нашествие ангелов. Книга Последние дни»: Азбука, Азбука-Аттикус; Санкт-Петербург, 2013 iconПрограмма курса «Азбука бухгалтера» Курс «Азбука бухгалтера» (для начинающих бухгалтеров)
Полученные знания дают возможность выпускнику самостоятельно вести бухгалтерский учет малого и среднего предприятия, заполнять формы...

«Нашествие ангелов. Книга Последние дни»: Азбука, Азбука-Аттикус; Санкт-Петербург, 2013 iconКруиз по балтийскому морю из санкт-петербурга 6 дней! Санкт-Петербург...
Класс «B2V 365/292 325/260 305/244 665/532 Класс «B»

«Нашествие ангелов. Книга Последние дни»: Азбука, Азбука-Аттикус; Санкт-Петербург, 2013 iconМарк Леви Похититель теней «Леви M. Похититель теней»: Иностранка,...
Во взрослой жизни он, став врачом, не раз сталкивается с бедами и горем, однако дар, обретенный в детстве, по-прежнему ведет его,...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов