Томпсон




НазваниеТомпсон
страница11/16
Дата публикации08.12.2013
Размер2.37 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > Астрономия > Документы
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16
^ ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Мы все еще были в открытых водах, когда я услы­шал шум. Остров нависал над нами как огромный травянистый холм посреди океана и оттуда доно­сился мелодичный перестук стальных барабанов, непрерывный рев моторов и множество выкриков. Шум сделался громче, когда мы вошли в бухту, и между нами и городком оставалось еще полмили голубой воды, когда я услышал первый взрыв. За­тем еще несколько — один за другим, быстро-быс­тро. Я слышал крики людей, вой труб и постоян­ный ритм барабанов. В бухте стояло тридцать-сорок яхт; аккуратно проведя между ними катер, Мартин нашел свобод­ное место у пирса. Я схватил саквояж и выпрыгнул на твердую землю, крикнув Мартину, что тороп­люсь кое с кем встретиться. Он кивнул и сказал, что тоже спешит; ему якобы требовалось подойти к Сент-Джону и повидаться с одним человеком по поводу катера.

Я был рад от него отделаться. Такие люди, как Мартин, могут отправиться в Нью-Йорк и быть там «обаяшками», но здесь, в своем собственном мире, он был всего лишь дешевым функционером, при­чем далеко не самым ярким.

Пока я шел к центру городка, шум постепенно делался оглушительным. Улица буквально содро­галась от рева моторов, и я пробивался вперед, же­лая увидеть, что все это значит. Когда я добрался до угла, толпа стала такой плотной, что я еле-еле сквозь нее проталкивался. Дальше прямо по центру улицы располагался бар в три с лишним квартала длиной — ряд деревянных киосков, полных рома и виски. В каждом из них лихорадочно тру­дились несколько барменов, обеспечивая толпу выпивкой. Я остановился у одного из киосков, где висела табличка «Ром — 25 центов». Ром разливали в бумажные стаканчики — кусок льда и отчаянная доза алкоголя в каждом.

Пройдя дальше по улице, я оказался в средото­чии толпы. Я продолжал протискиваться, пока не очутился на открытом месте, окруженном тысяча­ми людей. Оказалось, там проходили гонки кар­тов — маленькие моторчики были водружены на деревянные шасси, а управляли нелепыми машин­ками пьяницы с дикими глазами, которые, бешено вереща, скользили по трассе, проложенной, как мне показалось, по главной площади городка.

Вблизи шум был просто невыносим. Люди тол­кали меня из стороны в сторону, выпивка лилась на рубашку, но тут я ничего поделать не мог. Тол­па в основном состояла из негров, но то и дело по­падались потные белые физиономии американ­ских туристов. Почти все они были в карнаваль­ных шляпах.

По ту сторону площади располагалось большое здание с балконом, откуда отлично видна была гонка. Я решил туда пойти. Хотя здание было все­го в сотне ярдов, мне потребовалось тридцать ми­нут, чтобы пробиться к нему сквозь толпу, — к то­му времени, как я сел на балконе, я совсем выдох­ся и вымок от пота.

Бумажный стаканчик выбили у меня из рук где-то внизу, так что я зашел в бар. За пятьдесят центов я получил порцию изрядно разбавленного рома, зато он был в бокале, с нормальными кубиками льда, и я приобрел уверенность, что смогу спокой­но его выпить. Так я оказался в «Гранд-Отеле», древнем сероватом строении с белыми колоннами, вентиляторами под потолками и балконом по все­му фасаду.

Я понятия не имел, как мне найти Йемона. Мы договорились встретиться в полдень у полицей­ского участка, однако я уже опоздал на час с лиш­ним, а полицейский участок был закрыт. По идее я мог увидеть его с балкона, и посему решил оста­ваться здесь, пока его не засеку, а уж тогда попы­таться как-то привлечь его внимание. Тем време­нем я мог пить, отдыхать и размышлять над смыс­лом этого столпотворения.

Гонки картов уже закончились, и толпа обрати­лась за увеселением к оркестру. Появился еще ор­кестр, а затем еще и еще в разных углах площади — за каждым тянулась цепочка танцоров. Четыре шу­мовых оркестра, играющие один и тот же дикий мотив, сошлись в центре площади. Гам стоял про­сто невероятный — люди пели, топали и вопили. Я видел тщетно пытавшихся выбраться оттуда ту­ристов — толпа несла их с собой. Соединившись, оркестры направились по главной улице. Позади них шла толпа по тридцать человек в ряд. Толпа эта перегораживала мостовую и оба тротуара, по­ка все, кто туда попал, распевали, ритмично дерга­лись и продвигались вперед.

Я уже довольно долго сидел на балконе, когда у перил передо мной встал какой-то мужчина. Я кив­нул в знак приветствия, и он улыбнулся.

— Моя фамилия Форд, — представился мужчи­на, подавая мне руку. — Я здесь живу. А вы на кар­навал приехали?

— Надо полагать, — отозвался я.

Мужчина снова глянул за перила и покачал го­ловой.

— Отчаянная заваруха, — с серьезным видом за­метил он. — Будьте осторожны — здесь никогда не знаешь, что может случиться.

Я кивнул.

— А вы мне случайно про другие отели не ска­жете? А то бармен говорит, этот уже битком.

Форд рассмеялся.

— Не-а, не выйдет. Ни одной пустой комнаты на острове.

— Вот черт, — подосадовал я.

— Зачем так беспокоиться? — сказал он. — Спи­те на пляже. Многие так поступают — там куда луч­ше большинства отелей.

— А где? — спросил я. — Разве рядом с городом есть пляжи?

— Конечно, — ответил Форд. — Но все они будут переполнены. Вам лучше расположиться на Линдберг-Бич, у аэропорта. Там чудесно.

Я пожал плечами.

— Что ж, придется так и сделать. Он рассмеялся.

— Удачи. — Тут Форд сунул руку в карман ру­башки. — Если будет время, заходите пообедать. На самом деле, совсем не дорого. — Он снова рас­смеялся и помахал на прощание. Я посмотрел на карточку; это оказалась реклама отеля под назва­нием «Замок пирата» — Оуэн Форд, собственник.

— Спасибо, — пробормотал я, швыряя карточку за перила. Меня так и подмывало отправиться в «Замок пирата» и на славу там подкрепиться, а по­том вручить хозяину карточку, где будет написа­но: «Всемирный конгресс журналистов-неплатель­щиков — Пол Кемп, собственник».

Кто-то похлопал меня по плечу. Это оказался Йемон — с дикими глазами и двумя бутылками ро­ма в руках.

— Я так и думал, что ты тут будешь, — сказал он с ухмылкой. — Мы весь день проверяли полицей­ский участок — а потом я понял, что любой про­фессиональный журналист станет искать самую высокую и безопасную точку в городе. — Он плюх­нулся в плетеное кресло, — Ну, что в этом «Гранд-Отеле» хорошего, кроме балкона?

Я развел руками.

— Тут мило, но особенно не устраивайся. Все места проданы — как и в остальных отелях. — Тут я огляделся. — А где Шено?

— Я оставил ее внизу, в сувенирном магазине, — ответил Йемои. — Она скоро поднимется. Здесь лед можно найти?

— Наверное, — отозвался я. — Я тут уже пропус­тил бокал.

— Боже упаси, — сказал Йемон. — Не бери здесь ром. Я нашел место, где он идет по семьдесят пять центов за галлон. На самом деле все, что нам нуж­но, это лед.

— Отлично, — сказал я. — Иди попроси. Только он собрался в бар, появилась Шено.

— Сюда, — позвал он, и она подошла к перилам. Йемон ушел в бар, а Шено уселась.

Откинувшись на спинку кресла, она застонала.

— О Господи! — воскликнула она. — Мы весь день танцевали. Я чуть не умерла.

Шено была просто счастлива. И выглядела пре­лестней, чем когда-либо раньше. На ней были сан­далии, юбка и белая блузка без рукавов, однако перемена заключалась в лице — цветущем, румя­ном и влажном от пота. Распущенные волосы сво­бодно лежали на ее плечах и спине, а глаза блес­тели от возбуждения. Сейчас в Шено было что-то особенно сексуальное. Ее маленькое ладное тело, все еще со вкусом завернутое в шотландку и белый шелк, казалось, вот-вот взорвется энергией.

Йемон вернулся с тремя бокалами льда, прокли­ная бармена, который запросил с него по тридцать центов за каждый. Затем он поставил их на пол и наполнил ромом.

— Вот ублюдки, — пробормотал он. — Они на этом льду целое состояние сколотят — смотрите, как эта дрянь тает.

Шено рассмеялась и шутливо пнула его под зад.

— Брось ты эти дурацкие жалобы, — сказала она. — Все веселье испортишь.

— Отстань, — отозвался он.

Шено улыбнулась и потянула еще рома.

— Если отпустишь себя с поводка, тебе понра­вится.

Йемон закончил разливать выпивку и встал.

— Кончай кормить меня этой бредятиной, — проворчал он. — Мне не нужна толпа, чтобы раз­влечься.

Шено, казалось, его не слышала.

— Совсем скверно, — сказала она. — Фриц не мо­жет развлечься, потому что никак себя с поводка не отпустит. — Она взглянула на меня. — Согласен?

— Отвяжись, бога ради, — отмахнулся я. — Я при­шел сюда выпить.

Шено захихикала и подняла бокал.

— Точно! — воскликнула она. — Мы пришли сю­да выпить! Просто сорваться с поводка и славно провести время!

Йемон нахмурился и повернулся к нам спиной, опираясь о перила и глядя на площадь. А площадь теперь уже почти опустела, хотя откуда-то дальше по улице слышались барабаны и рев толпы.

Шено допила ром и встала.

— Идем, — сказал она. — Мне хочется танцевать. Йемон устало покачал головой.

— Не знаю, смогу ли еще это выдерживать. Она потянула его за рукав.

— Идем, тебе обязательно полегчает. И ты то­же, Пол. — Другой рукой она ухватила меня за ру­башку.

— Почему бы и нет? — сказал я. — Можно по­пробовать.

Йемон выпрямился и протянул руку к бокалам.

— Погодите минутку, — сказал он. — Без рома ничего не получится — добуду еще немного льда.

Мы подождали его на верхней площадке лест­ницы, что спускалась на улицу. Шено повернулась ко мне с улыбкой до ушей.

— Придется поспать на пляже, — сообщила она. — Фриц тебе уже сказал?

— Нет, — ответил я. — Но я сам все выяснил. И узнал про один пляж, который очень рекомен­дуют.

Шено схватила мою ладонь и крепко ее сжала.

— Вот и славно. Ужасно хочется на пляже поспать.

Я кивнул, видя, как Йемон подходит с бокала­ми. Видеть Шено в таком диком состоянии было одно удовольствие — но из-за этого же я и нервни­чал. Я вспоминал тот последний раз, когда видел ее пьяной, и перспектива, что опять может слу­читься нечто подобное, особенно в таком месте, казалась не очень радостной.

Потягивая ром, мы спустились по лестнице. Затем догнали толпу. Шено ухватила кого-то за пояс в длинной цепочке танцоров, а Йемон при­строился за ней. Я сунул бутылку рома в карман брюк и пристроился за Йемоном. Считанные мгно­вения спустя мы уже оказались запечатаны в це­почку теми, кто пристроился позади. Я почув­ствовал руки у себя на поясе и услышал визгли­вые вопли:

— Стойте! Прекратите!

Оглянувшись через плечо, я увидел белого муж­чину, который порядком смахивал на торговца по­держанными автомобилями. Затем толпа заструи­лась влево, и я увидел, как мужчина спотыкается и падает. Танцоры начали его топтать, ни на секунду не сбиваясь с ритма.

Оркестры продолжали кружить по городу, а тол­па все росла. Я совсем взмок от пота и вот-вот готов был рухнуть от непрерывного танца, но про­сто не видел оттуда выхода. Взглянув влево, я за­метил Йемона. Хмуро улыбаясь, он выделывал дер­ганый танец с шарканьем и притопами, который увлекал нас все дальше и дальше. Шено заливалась радостным смехом и крутила бедрами под непре­рывный барабанный бой.

Наконец мои ноги начали угрожающе подги­баться. Я попытался привлечь внимание Йемона, но шум был просто оглушающим. В отчаянии я бросился прямо через цепочку, грубо расталкивая танцоров, и схватил Йемона за руку.

— Абзац! — заорал я. — Мне больше не выдер­жать.

Йемон кивнул и указал на боковую улочку в не­скольких сотнях ярдов впереди. Затем он схватил за руку Шено и начал проталкиваться к боковой линии. Я рассеянно улюлюкал, пока мы пробива­лись сквозь толпу.

Отделавшись от толпы, мы просто постояли на тротуаре, пропуская ее мимо, а затем двинулись в сторону ресторана, который утром видел Йемон.

— На вид он, по крайней мере, ничего, — сказал он. — Надеюсь, еще и дешевый.

Заведение называлось «У Оливера» — временная пристройка с тростниковой крышей на верху бе­тонного здания с деревянными щитами на окнах. Мы с трудом поднялись по лестнице и нашли пу­стой столик. Заведение было переполнено, и я еле-еле протиснулся к бару. Сингапурские слинги шли по пятьдесят центов, но ровно столько же стоило просто там посидеть.

От нашего столика открывался славный вид на береговую линию. Она была забита всевозможны­ми судами — элегантными катерами и жалкими аборигенскими шлюпами, полными бананов, при­швартованными бок о бок с изящными восьми­метровыми корпусами гоночных яхт, что прибы­ли из Ньюпорта и с Бермуд. За бакенами в канале стояло еще несколько больших моторных яхт, ко­торые, как утверждалось, были игорными. Солнце медленно опускалось за холм по ту сторону бухты, и в зданиях у пристани начали загораться огни. Откуда-то из другой части городка по-прежнему слышалось, как по улицам ползет бешеный ритм танца.

Появился официант в яхтенной кепочке с рек­ламой «Олд Спайс». Мы все заказали себе по та­релке с морепродуктами.

— И три бокала льда, — добавил Йемон. — Пря­мо сейчас, если не трудно.

Официант кивнул и исчез. После десятиминут­ного ожидания Йемон прошел к бару и взял там три бокала льда. Мы разлили ром под столиком и поставили бутылку на пол.

— На самом деле нам нужна галлонная кружка, — сказал Йемон.

— И какой-нибудь мешочек для льда.

— Зачем нам кружка? — поинтересовался я.

— Для того семидесятипятицентового рома, — ответил он.

— Черт с ним, — махнул я рукой. — От него на­верняка никакого толку. — Я кивнул в сторону бу­тылки под столиком. — Этот достаточно дешевый. Хорошего рома дешевле доллара за бутылку все равно не купить.

Йемон покачал головой.

— Паршиво с богатыми журналистами путеше­ствовать — сорят долларами направо и налево.

Я рассмеялся.

— Между прочим, теперь не я один на Сандерсона работаю, — заметил я. — Большие деньги ле­жат за углом — просто никогда не теряй веры.

— Лежат, да не для меня, — отозвался Йемон. — Предполагается, я пишу статью про этот карна­вал — контакты с туристическим бюро и все та­кое, — Он развел руками. — И ни черта не выходит. Не могу я шастать по округе и откапывать всякие факты, пока все остальные пьяны.

— Никто не пьян, — возразила Шено. — Мы про­сто отрываемся.

Йемон нехотя рассмеялся.

— Это верно — мы пускаемся во все тяжкие, поднимаем настоящую бучу. Почему бы тебе не отписать славное письмецо выпускникам Смит­совского колледжа и не объяснить им, где они упу­стили свой шанс? Шено рассмеялась.

— Фриц ревнует меня к моему происхождению. У меня столько всего, против чего восставать.

— Ерунда, — возразил Йемон. — Тебе просто не с чем против чего-то восставать.

Тут подошел официант с едой, и мы прекратили разговоры. Когда мы наелись, уже стемнело, и Ше­но не терпелось вернуться обратно на улицы. Я же не спешил. Теперь, когда толпа поредела, это мес­течко казалось довольно мирным, однако хаос был так близко, что мы в любое время могли к нему присоединиться.

Наконец Шено вытащила нас на улицу, но та­нец уже сошел на нет. Мы побродили по городку, остановились у винного магазина, чтобы купить еще две бутылки рома, а затем вернулись к «Гранд-Отелю» посмотреть, что там происходит.

На другом конце балкона шла вечеринка. Боль­шинство ее участников, похоже, были не турис­тами, а экспатриантами — по крайней мере, вы­глядели они так, будто постоянно жили на Сент-Томасе или еще где-нибудь на Карибах. Все они были очень загорелые. Некоторые носили боро­ды, однако большинство были аккуратно выбри­ты. Бородатые щеголяли в шортах и спортивных рубашках с короткими рукавами. Остальные об­лачились в полотняные костюмы и кожаные бо­тинки, сверкавшие в слабом свете балконных кан­делябров.

Мы присоединились к вечеринке и сели за сто­лик. Я уже опьянел настолько, что меня ничуть не заботило, примут нас или выбросят. Однако ком­пания разошлась через считанные минуты после нашего прибытия. Никто нам ничего не сказал, и я почувствовал себя немного по-дурацки, когда мы остались на балконе в одиночестве. Мы немного посидели, потом опять побрели на улицу. За не­сколько кварталов было слышно, как разогревает­ся оркестр. Скоро улицы вновь оказались битком набиты людьми — все липли друг к другу и выпля­сывали странный танец, которому мы не так дав­но научились.

Несколько часов мы потакали прихотям Шено, надеясь, что она устанет от танца, но в конце кон­цов Йемону пришлось силой вытащить ее из тол­пы. Она дулась, пока мы не оказались в клубе, полном пьяных американцев. Оркестр в стиле ка­липсо вовсю барабанил, а зал был полон танцо­ров. К этому времени я уже совсем опьянел. Рух­нув на стул, я беспомощно наблюдал, как Йемон и Шено пытаются танцевать. Затем ко мне подо­шел вышибала и сказал, что я должен заведению пятнадцать долларов за вход, и я, чем спорить, дал ему деньги.

Йемон вернулся к столику один. Он оставил Ше­но танцевать с американцем, который сильно сма­хивал на нациста.

— Ты, мясник вонючий! — заорал я партнеру Шено, грозя ему кулаком. Но он меня не видел, а поскольку музыка страшно грохотала, то и не слышал. Наконец Шено отделалась от него и вер­нулась к столику.

Иемон повел меня сквозь толпу. Люди визжали и хватали меня, и я понятия не имел, куда меня ве­дут. Моим единственным желанием было прилечь где-нибудь и заснуть. Когда мы выбрались нару­жу, я осел в дверном проходе, пока Йемон и Шено спорили о том, что делать дальше.

Йемон хотел отправиться на пляж, но Шено же­лала еще танцевать.

— Не смей мной помыкать, ты, пуританин чер­тов! — визжала она. — Я классно отрываюсь, а ты только дуешься!

Быстрым ударом в голову Йемон сшиб ее на землю, и я слышал, как она стонет где-то у моих ног, пока он громогласно подзывал такси. Я помог ему запихнуть Шено на заднее сиденье, и мы объ­яснили шоферу, что нам нужно на Линдберг-Бич. Водила ухмыльнулся и поехал. Меня подмывало потянуться к переднему сиденью и дать ему хоро­ший подзатыльник. Этот гад думает, мы ее изна­силовать решили, размышлял я. Думает, мы подо­брали ее на улице, а теперь везем на пляж, чтобы оттрахать по-собачьи. И по этому поводу ублюдок ухмыляется — криминальный дегенерат без всяких моральных принципов.

Линдберг-Бич находился через дорогу от аэро­порта. Его окружала высокая циклоническая огра­да, но водила подвез нас к тому месту, где через нее можно было перебраться при помощи дерева. Ше­но отказалась прикладывать какие-либо усилия, так что мы просто затолкали ее наверх и сбросили на песок. Затем мы нашли на пляже славное мес­течко, окруженное деревьями. Луны не было, но в нескольких ярдах впереди я слышал плеск при­боя. Свернув из своей вельветовой куртки подобие подушки, я упал на песок и мгновенно заснул.

На следующее утро меня разбудило солнце. Со стоном я сел. Одежда была полна песка. В десяти фу­тах слева от меня на своих шмотках спали Йемон и Шено. Оба были совершенно голые, и Шено од­ной рукой обнимала Йемона за шею. Я уставился на девушку, думая, что никто не сможет меня об­винить, если я потеряю рассудок и наброшусь на нее, сперва вырубив Йемона ударом по затылку.

Поначалу я решил было прикрыть их плащом, но затем испугался, что они проснутся, когда я над ними нависну. Этого мне совершенно не хотелось, а посему я решил пойти искупаться и разбудить их криком из воды.

Разоблачившись, я попытался вытрясти из одеж­ды песок, а затем голый забрел в воду. Вода была прохладной, и я перекатывался в ней как дельфин, стараясь получше очиститься. Затем я поплыл к деревянному плоту примерно в сотне ярдов отту­да. Йемон и Шено все еще спали. На другом конце пляжа располагалось длинное белое строение, сма­хивавшее на танцевальный зал. На песок перед ним было вытащено каноэ с выносными уключи­нами, а под ближайшими деревьями виднелись столы и стулья под тростниковыми зонтиками. Было уже около девяти, но в округе никого не на­блюдалось. Я лежал там долго, мучительно стара­ясь ни о чем не думать.
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16

Похожие:

Томпсон iconАнгелы ада ocr litPortal «Томпсон Х. С. Ангелы ада»: Adaptec/T‑ough...
С. Томпсон стал классикой американской контркультуры начала семидесятых и остается классикой по сей день, «Ангелы Ада» — первая книга...

Томпсон iconМог ли “великий и ужасный” Хантер Томпсон повторить успех своего...
Что для этого надо сделать а чего, наоборот, не делать ни за что? Хантер Томпсон во всеуслышание рассказывает о том, о чем не принято...

Томпсон iconХантер С. Томпсон. Поколение свиней

Томпсон iconЭ. Сетон-Томпсон. Рассказы о животных
Виннипегский волк. Королевская Аналостанка. Мальчик и рысь. Снап. Джек Боевой конек. Арно. Уличный певец. Тито

Томпсон iconБрэдли Томпсон перевод: Никонов Владимир
Спросите выбранных наугад нескольких человек, что в действительности означает осознанное сновидение, и Вы получите самые разнообразные...

Томпсон iconТомпсон Уокер «Век чудес»
Что, если конец света наступит не сразу, а будет надвигаться постепенно, так, что мы сперва ничего и не заметим?

Томпсон iconКарен Томпсон Уокер Век чудес ocr: Dark6813 SpellCheck : love-l
Что, если конец света наступит не сразу, а будет надвигаться постепенно, так, что мы сперва ничего и не заметим?

Томпсон iconЭрнест Сетон-Томпсон Маленькие дикари часть первая гленьян
Ян рано пристрастился к чтению. Как и многие его сверстники, двенадцатилетние мальчишки, он больше всего любил книги про индейцев...

Томпсон iconДоктор Рональд Джеймс Томпсон
«Мы создавали гель «Alura» для решения проблем, связанных с женскими заболеваниями, но результаты превзошли все ожидания. Сегодня...

Томпсон iconРичард Томпсон, Майкл А. Кремо Неизвестная история человечества
Долгое время эти сведе­ния были вне поля зрения ученых благодаря так называемой «филь­трации знаний». Суть сводится к тому, что современный...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов