Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г




НазваниеЛюбовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г
страница12/18
Дата публикации01.07.2013
Размер1.7 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > Астрономия > Документы
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   18

За его спиной появляется чумазое лицо улыбающегося Сергея …
~~~~~~~~~
… Женщина, стоящая около Ирины, слегка толкает ее в бок:

– Смотри… Джек прибежал...

– Господи!.. Нужно, чтобы его увели, – шепчет другая.

Взрослая собака породы колли скулит и мечется, пытаясь пробиться сквозь плотную толпу. Низкий коренастый мужчина оттаскивает ее в соседний подъезд ...
~~~~~~~~~
… А Ирине вспоминается, как однажды открыв входную дверь, она увидела счастливых Сергея и Дениса показывающих ей смешного щенка колли, а сзади радостно выглядывает симпатичная мордашка младшей сестренки Сергея. И они вместе наблюдают, как, обнюхав всю квартиру, щенок подбегает к зашипевшему коту Ваське, пушистая, черная с серебристым отливом шерсть на выгнутой спине которого встала дыбом …

… А вот дети бегают по заснеженному двору – уже с подросшим Джеком, забрасывая друг друга снежками. Мальчики забираются на перекрытие странного сооружения детской площадки, и оттуда засыпают снегом Джека, который, радостно виляя хвостом и смешно отряхиваясь, высоко подпрыгивает, чтобы достать их …
~~~~~~~~~
… – А Денис где? – спрашивает Ирину соседка. – Что-то его давно не видно…

– В санатории... Даже не знаю, как он это переживет?!. Как страшно, Господи!..

– А матери как жить-то теперь? – вздыхает кто-то рядом.

– Что поделаешь?!. Надо жить, – всхлипывает соседка, – у нее еще дочь малая!..

Из подъезда выносят еще венки, цветы. Выходят близкие Сергея, выводят изнемогающую от страданий мать. Следом идут, обнявшись, отец и сестренка. Собравшиеся: соседи, друзья, одноклассники прощаются с Сергеем, засыпая гроб живыми цветами.

Из крайней квартиры спустили шнур с микрофоном, который берет интеллигентная припятчанка, занимающаяся в этом доме "детьми Чернобыля", и дрогнувшим голосом произносит:

– Дороги зэмлякы!.. Ридни, друзи Сэргия!.. Страшнэ лыхо знов прыйшло в наш дим!.. Сьогодни ми прощаемося з юнаком, якый ще тилькы мав обыраты свою долю!.. Нэмае слив, щоб пэрэдаты горэ, яке вси мы тут пэрэжываемо зараз... Нэмае слив, яки хоча б трохы змэншылы матэрынськый биль, – голос ее сорвался, слышится стон матери, рыдания. – Пробач, Сэргийку, якщо мы щось нэ зробылы для тэбэ!.. Хай прыймэ Господь твою бэзгришну душу и хай даруе тоби Царство Нэбэснэ!..

В это время Ирину обнимает за плечо откуда-то взявшаяся Софья, глаза которой тоже припухли от слез.

– Идем со мной, – шепчет она Ирине, увлекая ее за собой. – Слушай, я тут американцев встретила… Они случайно оказались в нашем районе и ненароком увидели это! – сокрушенно вздыхает она. – Уму непостижимо!.. Вон они, видишь, фотографируют… Так вот, я им рассказала, что твой Денис дружил с Сергеем… И что он тоже тяжело болен... Они захотели поговорить с тобой...

– О чем?.. Софья, ты с ума сошла!.. Не могу я ни с кем говорить сейчас… Тем более с иностранцами… Прости, – отстраняет подругу Ирина.

– Идем, дуреха!.. Может, они смогут помочь Денису, – почти тащит ее Софья туда, где участливо наблюдает за происходящим группа иностранцев.

– Добрый дэнь, – протянула руку навстречу Ирине приветливая украинка. – Пани Ирына?!. Пробачтэ, але мы запросылы вас лышэ на килька слив… Нэ хвылюйтэсь!.. Мы прэдставляемо тут амэрыканцив та украйинцив Сполучэных Штатив, якых объеднало бажання допомогты потэрпилым вид Чорнобыля... й ось выпадково натрапылы на цэ нэщастя…

– Good morning! Excuse me… We heard your son was friend of this boy, yes?! – спрашивает Ирину растроганная экстравагантная американка.

– Цэ пани Эванс... Вона запытуе чы насправди ваш сын товарышував з цым хлопчыком?..

– Спасыби, я зрозумила… Так, товарышував… – кивает Ирина.

– Чы е ваш сын також важко хворым?..

– Так...

– Дэ вин зараз?.. У Кыеви?..

– Ни... Вин… ликуеться в санаторийи!..

– О!.. – подбадривающе хлопает Ирину по плечу американская украинка. – То цэ добрэ!.. – и она все переводит американке, та что-то долго говорит вполголоса. – Розумиетэ, ваша подруга розповила нам про хворобу вашойи дытыны... Тут з нами е ликари... Воны пояснылы, що, на жаль, цэ дужэ важко ликуеться й дуже дорого коштуе… Вы розумиетэ?.. – Ирине стало стыдно. – Алэ воны кажуть, що будуть ще радытысь з фахивцямы в Штатах, и, якщо можна будэ щось зробыты, мы повидомымо вам, гаразд?!. Скажить, будь ласка, вашу точну адрэсу...

– Давайте, я вам запишу, – вмешалась Софья, видя, что Ирину начинает лихорадить.

Иностранцы сочувственно вздыхают и, отходя, подбадривающе улыбаются, пожимая Ирине руку. Украинка же, уходя последней, открывает сумочку Ирины и опускает в нее зеленую купюру.

– Що цэ? – выдавила из себя Ирина.

– Цэ малэнькый прэзэнт вид нас, шоб вы змоглы прыдбаты якись фрукты, сик чи що там потрибно ваший дытыни зараз... Трымайтэся!.. Бувайтэ здорови!.. – уходит она, прослезившись.

Ирина лишь кивнула, ибо потеряла дар речи. А похоронная процессия двинулась вдоль дома. Площадка у подъезда опустела. Только асфальт густо усыпан цветами.

– Ладно, мать, иди, отдыхай... Прими что-нибудь... А то тебя трясет уже... – басит Софья.

– Боже! – вырвалось у Ирины. – Зачем ты!.. Стыдно-то как!..

– Да брось ты!.. Если они помогут Денису, потом благодарить будешь...

Процессия вдруг остановилась, толпа, расступившись, пропускает машину "скорой помощи".

– Ну вот, ей опять плохо... Я пойду туда... А ты домой иди, слышишь!.. Еще тебя откачивать придется!.. Ну, будь! – Софья поспешила догонять остальных.

А Ирина входит в подъезд. Здесь пол тоже устелен цветами. Открывает почтовый ящик. Там три письма от Дениса. Она разрывает один конверт, входит в лифт.

"Мамочка! – слышится ей голос Дениса. – Не могу сдержаться, пишу второе письмо за сегодня. Наверное, к тебе придут сразу три письма... Напиши мне, как твое самочувствие?.. Как там Серега?.. Дай ему мой адрес, пожалуйста. Пусть он мне тоже напишет… "

– О-оо!.. – стонет Ирина и глухо рыдает.

"...Весь день болит голова. Жду – не дождусь, когда все это кончится!.. Я тебя очень люблю, мама!.. Мне сказали, что можно выписаться, как только закончатся все процедуры... Неужели еще целый месяц разлуки впереди?!."
Ирина открывает дверь, входит в квартиру. Навстречу поднимается с кресла Александр, с которым судьба свела ее три года назад. Его обычно ясные голубые глаза сегодня как будто слегка потускнели от какого-то внутреннего беспокойства.

– Ты?! – удивляется бледная Ирина и обессилено прислоняется к дверному косяку.

– Привет!.. Вот жду тебя... Я пришел, чтобы сказать тебе... Нет... Лучше ты расскажи... Ты что-нибудь выходила за это время?.. Да что с тобой?!. – подбегает он к сползающей на пол Ирине, подхватывает ее, усаживает в кресло, легонько шлепает по щекам. – Что еще стряслось?..

– Сережка умер...

– Что ты!.. Этот мальчик... Ну, надо же... Денису лучше не сообщай об этом пока!.. Успокойся!.. Нельзя же все принимать так близко к сердцу...

– Это уже пятая смерть в нашем подъезде!.. Кто?.. Кто следующий? – рыдает Ирина. Александр выбегает из комнаты. – Господи, детей хотя бы не трогала… А-а-а!..

Кот, сладко спящий на диване, проснулся и уже не сводит с хозяйки голубых встревоженных глазищ.

Александр возвращается с микстурой:

– Выпей пока!.. Станет легче... – Он готовит шприц для укола. – Может, теперь ты поймешь, что нельзя тянуть... Нужно открывать счет в банке... Нужно клянчить, требовать, выбивать валюту, – он колет ее в мышцу руки. – "Линять" надо отсюда… Иначе и Дениса не спасешь, и сама загнешься…

Ирина с болью и усталостью смотрит на возлюбленного и вдруг достаточно твердо говорит:

– Вот что, дорогой!.. Я больше никуда не пойду!.. Никуда, слышишь?!.. Не могу больше!.. Устала... Боже, как я от всего устала!.. Ты можешь понять?!. Завтра же еду за Денисом!.. Нам покой нужен… Ничего больше не хочу!.. Ты хочешь уехать?.. Езжай!.. Я не держу!..

– Успокойся!.. Прошу тебя!.. – сев в кресло напротив, гладит ее руки Александр.

– Не верю!.. Ни во что больше не верю!..

– Хорошо... Завтра поедешь, заберешь Дениса, и что дальше?!. Хочешь уготовить ему судьбу Сергея?!. Ну-ну!.. Нет, милая, не поедешь ты за ним!.. Слышишь?.. Ты должна за время его отсутствия использовать все шансы... Все!..

– Но он долго не выдержит там… Ему плохо!.. Вот его новые письма, – достает Ирина из сумочки конверты, оттуда же выпадает стодолларовая купюра.

– Ого-го-го! – загорелись глаза Александра. – Откуда такое богатство?!

– А, это?!.. Это какая-то делегация была… там внизу... Софья им что-то про нас наговорила... Вот это дали... Но на лечение Дениса этого – увы! – не хватит, – грустно прячет она купюру в сумочку.

– На лечение, конечно, нет... Но, во всяком случае, этого достаточно, чтобы какое-то время не подохнуть с голоду… А то я посмотрел – у тебя в закромах хоть шаром покати!..

– Да, ты прав... Ой, совсем забыла!.. Возьми в прихожей в пакете кильку, накорми Василия, пожалуйста...

Кот, восприняв ее слова как команду, сразу же бросился на кухню.
– А ты почему пришел?.. Забыл что-нибудь?.. – спрашивает Ирина, вернувшегося с кухни Александра.

– Да ладно, хватит дуться!.. Я мириться пришел... Надеюсь, ты меня не прогонишь на этот раз?!..

Ирина безвольно смотрит в его вновь посветлевшие голубые глаза.

– Как хочешь...

– Спасибо, – нежно берет ее руки в свои Александр, целует их. – Я помогу тебе лечь, – поднимает он Ирину на руки, целует в губы.
Они в постели…

Александр уснул. Ирина смотрит на него, на Ваську, устроившегося в его ногах, и вспоминает их знакомство в больнице ...
~~~~~~~~~
… Всесоюзный Научный Центр Радиационной Медицины (ВНЦРМ), окруженный могучим чугунным забором, расположил свои красивые корпуса у самого леса, захватив на свою территорию немало вековых дубов и сосен. В одном из корпусов на первом этаже вдоль стен коридора со множеством дверей стоят удобные мягкие стулья для посетителей. Правда, посетителей почти нет. На стене у дверей начмеда (начальника медицинской части) висит информационный стенд, на котором, среди прочей информации, Ирина видит примерно такую: "Товарищи! Йодная опасность уже миновала. Теперь можно есть и пить без ограничений, чаще проветривать помещения. Но многие все еще придерживаются наших ранних рекомендаций, в связи с чем наблюдается увеличение количества разнообразных хронических заболеваний..." и т.д.

Ирина, хмыкнув, заходит в кабинет.
Она лежит под капельницей в небольшой уютной палате на три кровати, с приятными шторами и тонким белоснежным тюлем, занавешивающим высокое окно и балконную дверь, сквозь который виднеется золотое убранство редких лиственных деревьев в густо-зеленом сосновом бору за больничной оградой. В палате две соседки-припятчанки. Одна почти ровесница Ирины – радиоинженер. Другую Ирина знала по "Медику", где та работала пионервожатой.

– Светлана, – обращается к ней Ирина, – все хочу спросить – как звать девушку, которая к тебе приходит?..

– Антонина. А что?

– Она на Дружбе Народов жила в Припяти, да?..

– Кажется… Впрочем, мы с ней только здесь познакомились… Но у нее серьезные провалы в памяти…

– Ах, вот оно что!.. А я думала, то ли я ошибаюсь, то ли она не хочет меня признавать… Она изменилась, конечно… Но мы ведь жили рядом… Да…. Теперь все понятно…

– Девчата, ведь у меня с памятью тоже творится что-то неладное, – заинтересованно включается в разговор Михайлина Васильевна, поправляя внушительные очки. – Встречу кого-то, вижу – до боли знакомый человек, а кто он, что он – вспомнить не могу... И главное, если бы это в редких случаях, а то ведь постоянно... Про имена там, фамилии я уж и не говорю... Такие мелочи даже не пытаюсь вспоминать…

– Сейчас у наших у всех такое, с кем не поговоришь... Не память, а решето, – говорит Светлана, подойдя к Ирине и проверяя, сколько еще лекарства осталось в капельнице. – Но слабая память, это полбеды, – продолжает она, возвращаясь к своей кровати. – Для меня страшнее, что теперь я практически ни на что не способна!.. А ведь еще недавно могла все… Буквально все… Не поверите, два года назад, незадолго до Чернобыля, у меня была всего неделя отпуска, так я за эту неделю родителям в селе не только вскопала огород, посадила все и полностью обработала сад, я еще успела сделать косметический ремонт внутри дома… даже поштукатурила и побелила его снаружи… Правда, когда возвращалась в Припять, в поезде забралась на верхнюю полку и до утра не сползала, все тело гудело и болело… Но то была другая, приятная, почти сладкая боль – от работы… Не такая невыносимая и изматывающая, как теперь – от болячек… Ах, – вздохнула она. – Но главное, что теперь даже самые элементарные вещи даются так тяжело… Это в наши-то годы!..

– Правда, – поддержала ее Ирина. – Я сейчас не могу поверить, что до аварии могла утренним пятичасовым автобусом смотаться в Киев, сделать там все свои и дворцовские дела, поработать в библиотеке, вечером вернуться, переделать все домашние дела, проверить уроки сына, ночью поработать над каким-нибудь сценарием или чем-то еще, – и утром, свежей, как огурчик, явиться на планерку в ДК… А теперь я уже никому ничего не обещаю… Боюсь подвести… Ты права, Света, это так удручает…

– Знаете, что, девчата, – говорит Михайлина Васильевна, – не нужно вспоминать и терзать себя тем, что мы могли и чего теперь не можем… Нам уже не быть такими, как раньше, поэтому пора перестраиваться, нужно научиться радоваться тому, что мы можем делать теперь… даже самой малости… Иначе вообще крыша поедет…

– Ой, смотрите, Васька пожаловал!.. – воскликнула Светлана.

Это в палату через открытую балконную дверь важно вошел огромный пушистый красавец-кот с голубыми глазами и черной шерстью с серебристым отливом. Остановившись посередине комнаты, он осмысленным взором смотрит поочередно на каждую больную, будто здороваясь персонально с каждой.

– Ирина, ты действительно решила взять его?

– Конечно!.. Денис будет страшно рад!.. Ведь это же чудо, а не кот!..

– Василий, ты рано пришел, до обеда еще далеко!.. Иди, гуляй, а то нам от сестер за тебя достанется!.. Иди, иди, – говорит коту Михайлина Васильевна.

Василий отошел поближе к балкону и сел, в ожидании своей обеденной порции.

– Светка! – влетает в палату худенькая Антонина с перевязанным горлом. – У вас обхода не было еще?..

– Сегодня или на той неделе?!.

– Кончай издеваться!.. У нас только что профессорский обход был...

– В вашей эндокринологии все не как у людей... Каждый день обход, вот и профессорский даже... А у нас лечащий врач и тот, как ясное солнышко, раз в неделю появится на полчасика, мы и рады!..

– Тоня, здравствуй! – окликает гостью Ирина.

Та внимательно всматривается в лицо лежащей под капельницей и слабо улыбающейся ей Ирины, но, не узнав, пожимает плечами.

– Да Ирина я!.. Соседей не признаешь?!.

– Ах! – хватается за голову Антонина и, тихо завывая, качает головой. – Господи!.. Никогда бы не узнала!..

– А как Анюта твоя?..

– Здесь рядом, в диспансере лежит. В гематологии…

– А что с ней?..

– Лейкоз…
… На мгновение перед Ириной вновь возникает фрагмент злосчастного 26 апреля:

У подъезда взрослые, в ожидании эвакуации, собрались в кучки, обсуждая случившееся, гадая, предполагая, споря о том, что ждет всех дальше.

Дети играют в догонялки у дороги, ведущей на станцию. Самые маленькие, и среди них Анюта, копошатся в песке...
… Слезы блеснули в ее серо-зеленых глазах. Повлажнели глаза и у остальных женщин. А в палату стремительно входит лечащий врач – высокий молодой человек с пышной русой шевелюрой и ясными голубыми глазам. На шее у него висит фоноскоп, под мышкой – папка с историями болезней.

– Здравствуйте!.. Начнем обход, – поправляя шевелюру, почти торжественно произносит он.

– Ну, вот и у вас солнышко взошло, – грустно улыбнулась Антонина.
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   18

Похожие:

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconЭталоны ответов на ситуационные задачи №1-101 по внутренним болезням
Анемический синдром, болевой синдром, синдром почечной недостаточности, гиперпротеинемический синдром

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconЗадача №1
Общетоксический синдром, синдром клапанных поражений, эндотелиальный синдром, гепато-лиенальный синдром

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconЭдуард Ходос Еврейский синдром-2,5
Пусть вас не удивляет странное, на первый взгляд, название этой книги — «Еврейский синдром-2,5». Почему именно «2,5»? Дело в том,...

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconAnne Ancelin Schutzenberger
Синдром предков. Трансгенерационные связи, семейные тайны, синдром годовщины, передача травм и практическое использование геносоциограммы....

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconКухня радости теория и практика вегетарианской кухни
Вы едите не пищу, вы едите любовь, вы едите любовь. В вегетарианской пище есть любовь, поэтому ешьте с мыслью: «Я ем не какое-то...

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconМайские праздники в италии
Киев– Братислава – вена флоренция – Пиза – Венеция – Рим Ватикан– Эгер– Киев

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г icon1 гну «Государственный центр инновационных биотехнологий», Киев 2
Гу «Институт эпидемиологии и инфекционных болезней им. Л. В. Громашевского намн украины», Киев

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconО некоммерческих организациях
ФЗ, от 29. 12. 2010 n 437-фз, от 04. 06. 2011 n 124-фз, от 11. 07. 2011 n 200-фз, от 18. 07. 2011 n 220-фз, от 18. 07. 2011 n 239-фз,...

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconГеоргий Почепцов Паблик рилейшнз для профессионалов Об авторе Введение
Москва, 1998), Теория и практика коммуникации (Москва, 1998), Имиджелогия: теория и практика (Киев, 1998), Информационные войны....

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconЛюбовь без права обладания
Уверена, 80% населения не верит в любовь на расстоянии, но я из тех, кто её прочувствовал. Я не верю в любовь на расстоянии, но я...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов