Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г




НазваниеЛюбовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г
страница9/18
Дата публикации01.07.2013
Размер1.7 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > Астрономия > Документы
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   18

– Мам, дай мне, пожалуйста, один волосок, – вдруг просит Денис.

– Зачем? – удивляется она.

– Мне надо…
Вечером, стеля Денису постель, Ирина замечает на стене под своей фотографией привязанный к гвоздику длинный светло-русый волосок…
~~~~~~~~~
… Ирина также тяжело поднимается со скамьи в парке и направляется к Минздраву. Заходит в главный корпус. Что-то спрашивает у вахтера, та объясняет, куда ей лучше пойти. Ирина уже едва плетется длинными коридорами Минздрава мимо множества кабинетов. У нее закружилась голова, она остановилась, облокотилась на высокий подоконник огромного министерского окна, и... вспомнились ей хождения по бесчисленным послеаварийным коридорам различных министерств и всевозможных чернобыльских комиссий ...
~~~~~~~~~
… Киев. Площадь имени Ивана Франко. Здание обкома профсоюза энергетиков, где разместилась комиссия по эвакуации. Длинный коридор забит людьми. Ирина, сильно кашляя и сжимая в руке носовой платок, выходит из одной двери, идет по коридору мимо множества других дверей, по указателю на стенах "Чернобыльская комиссия". Идет вверх по лестнице, по коридору, вниз по лестнице. Заходит в большой актовый зал, заставленный столами с табличками: "Жилищный вопрос", "Медицинский вопрос" и т.д.
– Вы анкету заполняли? – бесстрастно спрашивает женщина, сидящая за столом с табличкой "Секретариат", когда подошла Иринина очередь.

– Нет, – шмыгнув носом, снова закашлялась Ирина.

– Вот возьмите бланк. Заполните. Отнесите вон за тот стол... Придете через месяц узнать, решился ли ваш вопрос.

– Почему только через месяц?..

– Раньше все равно ваши бумаги не рассмотрят...

– Черте-что!.. – сердито бормочет Ирина, отходя от стола.

– Погодите, – бегло просмотрев анкету, окликает ее секретарь. – Вы попробуйте пробиться к замминистра… Скажите, что в зоне работали… А вдруг что и получится, – тихо советует она.

– Спасибо, попробую, – вздыхает Ирина.
И опять – лестницы, коридоры... И вот она уже у самых чуть приоткрытых дверей в кабинет замминистра, на прием к которому стоит, сидит на стульях у стен, гудит на разные голоса огромная очередь: измученные женщины, дети, старики.

– Они здесь ничего не решают!.. Только футболят дальше, – ропщет кто-то.

– Почему же, в Башкирию или Якутию они тебя быстро определят! – возражает другой.

– И зачем мне, скажите, Кольская атомная?! – жалуется соседу женщина со спящим ребенком на руках. – У меня все корни в Украине, а я должна ехать куда-то к черту на кулички?!.

А в приоткрытую дверь кабинета слышится шум нескольких мужских голосов, который обрывает скрипучий бас замминистра:

– Чего вы от меня хотите?.. Мы вам дали направление в N-ск, вот и поезжайте туда!..

– Были уже там, – громко огрызается кто-то. – Восемь идиотов поверили вам, помчались туда после вахты… с семьями!.. А нас оттуда поперли!..

– Никто нас даже слушать не стал, – подтвердил другой. – На ваши бумажки плевать все там хотели!.. Нет квартир, говорят, и все!..

– Ладно, – сдается замминистра. – Сейчас я поговорю с N-ским горисполкомом... Ждите…

– Ты смотри, неужели хлопцам повезет?!. Ведь за месяц, что я здесь околачиваюсь, этот хмырь ни одного вопроса не решил, – удивляется сердитый мужичок, стоящий рядом с Ириной.

– N-ск?... – несется из кабинета. – С вами говорит замминистра Борисов... Вы что же себе позволяете?!. Мы посылаем к вам с направлениями восемь семей вахтовиков, а вы их назад отправляете!.. Что значит – нет квартир?.. Направления по вашей разнарядке выписывали!.. Значит, квартиры были... Где они?!. Так, на днях эти люди к вам опять приедут, не найдете квартиры, по-другому с вами разговаривать будем!..
Ирина же и этот кабинет покидает с понурой головой. За нею выскользнул клерк, сидящий вместе с замом.

– Я вам посоветую сходить еще в обком на Леси Украинки, может, там что получится?.. А нет, так идите прямо в ЦК профсоюзов, к Шершову, вашему бывшему председателю профкома, знаете?.. Скажите, что Борисов велел им решить ваш вопрос… Смелее только надо!.. – тихо говорит этот не такой уж беспросветный чиновник.
Громадное белое здание киевского обкома партии с сиротливой каменной фигуркой Леси Украинки перед ним, которая скорбно взирает на многочисленных просителей, эвакуированных из ее родного и загубленного теперь Полесья, ежедневно бредущих мимо нее в обком – с надеждой, и с горькой безысходностью – оттуда.

Пройдя мимо Леси, Ирина почти столкнулась с бывшим агитбригадовцем Андреем, работавшим в припятском ЮжТеплоЭнергоМонтаж.

– Ирина?!. Привет! – здоровается с ней Андрей.

– Здравствуй, Андрюша, – выдавливает из себя Ирина, потрясенная его видом, с ужасом и жалостью глядя на гладко выбритую голову, почти сплошь покрытую зеленкой, на его худобу и серость. – Ты откуда?

– Вот, в больнице месяц провалялся, после того, как мы трубу для жидкого азота тянули под четвертый реактор…

– Да, я слышала, ваш ЮТЭМ тоже занимался этим…

– Ой, если бы ты знала, как приятно работалось тогда!.. Ни каких тебе препон, никаких проволочек, и все необходимое получай, пожалуйста!.. Без тысяч инструкций… Люди чудеса творили, ей-богу!.. Наша бригада однажды за полчаса, потому, что дольше нельзя было, сделала работу, над которой в "мирное" время неделю бы все Управление билось…

– Андрюша, я что-то слышала про жалобу в ОБХСС… Это вы написали?..

– А, это... Ты туда? – показал он в сторону обкома. – Пойдем, я провожу тебя немного и расскажу… Когда зарплату большую стали начислять, там такое началось!.. Да ты знаешь...

– Почему началось?.. Оно у нас всегда было, только более скрыто, – сказала Ирина, сильно закашлявшись.

– Точно. А здесь все наверх полезло: и хорошее, и плохое, все – как на ладони!.. Например, сразу стали исчезать кофе, апельсины, предназначенные вахтовикам… Нам его и не надо было, кормили бы нормально три раза в день, и хорошо!.. Но просто обидно стало, противно!.. Кто-то же все это гребет!.. Мы об этом тоже в ОБХСС* написали... Но главное из-за зарплаты. Мы ведь по 13-15 часов у аварийного блока, в самой "грязи" работали, один раз даже бригадир забыл прислать за нами автобус, так мы под реактором сутки проторчали... И что ты думаешь, нам в табелях выставили по 6 часов работы в зоне жесткого контроля. А себе и тем, кто в Полесском "штаны протирал", по 22 часа "грязной" зоны поставили, представляешь?!. И даже не денег тех нам жалко, черт с ними!.. Но, элементарно, справедливость какая-то должна быть?!..

Он очень устал, крупный пот, выступив на лысой голове, градом катится по лицу.

– Все правильно, Андрюша!.. Нельзя позволять им наживаться на народном горе, на здоровье вашем…

– Вот именно. Для кого – война, а кому – мать родна!..

– А тебе лечиться серьезно надо!..
-----------------------------

* ОБХСС – отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности (прим. автора).
– Да вот, после больницы дали мне еще путевку на месяц в санаторий… Завтра еду... Но ты, я вижу, тоже здоровьем не блещешь?!..

– А... Пустяки!.. Ну, счастливо тебе, – прощается с ним Ирина у парадного обкома.

И снова лестницы, коридоры... вестибюль с тыла здания, где тоже стоят столы с табличками, за которыми сидят ничего не решающие чиновники областного эвакоштаба. И здесь тоже полным-полно уставших, измученных, заплаканных женщин, детей, стариков ...
~~~~~~~~~
... Очнуться от воспоминаний Ирину заставил горячий спор, несущийся из приемной замминистра по здравоохранению.

– Простите! – войдя в приемную, обращается Ирина к сидящей у стены бледной женщине, на коленях которой сидит утомленная худенькая девчушка, а рядом мальчик лет семи. – Это все к нему?..

– Да.

– А за кем я буду?..

– Вот, должно быть, за этой дамой, – выкрикивает взбудораженная спором молодая женщина. – Она только что пришла, но, вишь ли, ждать ей не хочется… Иди, – наступает она на респектабельную даму средних лет, – иди, постой, как все…

Та же бесцеремонно отталкивает ее и прорывается к секретарю:

– Доложите обо мне Маргарите Васильевне! – приказным тоном говорит она.

– А почему это я должна о вас докладывать?!.

Встаньте в очередь!.. Чем вы лучше остальных?!.

– Вы что, не знаете?.. Мы – чернобыльцы, я не могу ждать!..

– Здесь все чернобыльцы… Проситесь у очередников…

– Ишь, грамотная нашлась! – опять набрасывается

на даму молодая женщина, – Вон, с двумя детьми, – показывает она на соседку Ирины, – припятчанка… А уже второй день здесь торчит, не может попасть на прием из-за таких умных, как ты…

Очередь загалдела.

– Ну, ты меня попомнишь, дорогуша, – зло бросает секретарю дама и грубо протискивается к выходу.

– А вы меня не пугайте!.. Пуганые, – волнуется секретарша и, обращаясь к очереди, объясняет: Она – жена одного клерка в Совмине… Еще в 86-м сделали они себе справки об эвакуации… И, представляете, уже пятый год она со своим выводком все летние месяцы проводит в лучших санаториях…

– Сволочи! – вырвалось у припятчанки с детьми, – Мы до сих пор никаких справок не имеем… А эти...

Ирина вновь забывается. И ей снова видятся ее пост-эвакуационные скитания – бесконечные лестницы, коридоры, чиновничьи кабинеты …
~~~~~~~~~
… Киев. Площадь Октябрьской революции. Здание ЦК профсоюзов. Просторные коридоры, блестящие лифты. Светлый, богато меблированный кабинет Шершова, бывшего некогда, еще до аварии, профоргом ЧАЭС, а ныне он не только работник профсоюзного ЦК, но и хозяин немалых послеаварийных субсидий и льгот.

– Вот твой шеф, – почти возлежа в удобном массивном кресле, показывает Шершов на Липкина, нынешнего профсоюзного лидера станции, столь же по-барски восседающего тут же за длинным и широким, полированным до блеска столом. – Пусть он решает...

– Да не могу я дать ей квартиру, – нервно отбивается Липкин, который еще в Припяти устал от бурной деятельности Ирины, что, правда, не помешало ему горячо жать ей руку перед благодарными вахтовиками, после концертов в "Сказочном". – Нет ее в списках... А я свой партбилет на стол из-за нее класть не собираюсь …
… – Еще не известно, за что он положит свой партбилет – за то, что дал бы, или за то, что не дал квартиру, – сокрушается после рассказа Ирины тот самый чиновник, который посылал ее к Шершову.

Они стоят в конце полного просителями коридора, глядя с третьего этажа на необыкновенно людную площадь им. И.Франко. У здания театра – венки, много цветов. На здании – в черной рамке большой портрет, с которого грустно смотрит на этот горький мир безвременно оставившая его актриса Наталя Ужвий. Из театра выносят гроб, и процессия отправляется в скорбный путь. Площадь, всколыхнувшись, пошла следом.

– А знаете, каков здесь утром был переполох?!. Площадь полна людей... Все здесь решили, что это чернобыльцы затеяли забастовку... Перепугались, звонят в разные инстанции... А потом узнали, что похороны Ужвий сегодня... Успокоились, – с горечью говорит этот добрый человек. – Верите, лишний раз из комнаты высунуться боишься... Больно людям в глаза смотреть!.. Ведь мы же здесь временные, на месяц присылают нас сюда с разных атомных... И ничего-то мы не можем!.. – он повернулся лицом к сидящим и стоящим в коридоре просителям. – Вот принимаем посетителей, выслушиваем и... отправляем на новый круг... Эх!.. Нет, без забастовок – такого, знаете, хорошего бабьего бунта! – ничего не добьются эти несчастные...

Но, посмотрев на Ирину и вспомнив, что она тоже из их числа, он добавляет:

– Послушаете, попробуйте-ка вы еще к одному заму пойти. Его специально прислали из Москвы. Он как раз сейчас принимает ...
И опять длинный, широкий, полированный до блеска стол в просторном, столь же богато меблированном кабинете очередного зама. Он, седой грузный человек, лениво поднял взор к входящей Ирине, когда та наконец-то дождалась своей очереди к нему. Но не успел он и рта раскрыть, как в кабинет ворвался чернявый украинец, с которым пару месяцев назад в одном автобусе ехала в Полесское Ирина. Она, кивнув ему, отошла в сторонку.

– В чем дело, молодой человек?!.. Вы разве не видите – я занят!.. Почему вы врываетесь…

– А мэни ця канцэлярщина ваша вжэ попэрэк горла

стойить, – перебивает его вошедший. – Я – молодый фахивэць, жыв у Припьяти, всэ мав, нибы мав и майбутне… Вы в мене всэ забралы, то ж давайтэ мэни папир, щоб я змиг жыти у Львови!.. Чого цэ я пойиду каличыты свое життя кудысь на Курылы?!. Йидьте сами туды!..

Зам недоуменно смотрит на разгоряченного юношу, почти ничего не понимая.

– Он требует у вас направление во Львов. Он – молодой специалист, в Припяти имел все, имел будущее... А теперь не хочет жизнь свою губить где-то на Курилах, – перевела Ирина.

– Да вы что себе позволяете?! – побагровев, начал заводиться зам.

Но парень вдруг хватает массивный министерский стул и в щепки разбивает его об угол полированного стола.

Зам ошалело уставился на разъяренного посетителя.

– Слухай мэнэ!.. Я вжэ усэ пройшов, в Афгани був...

А писля чэтвэртого реактора мени взагали нэма чого боятыся!.. Оцэ якщо нэ дасы зараз папир, другый стилэць на твойий поганий голови розибью, чуеш?..

На сей раз зам понял все. И быстро написал парню направление во Львов. Тот, взяв бумажку, сказал ему на прощание:

– Ось як з вамы треба, – и, довольный собой, вышел из кабинета.

Когда же Ирина протянула свои бумаги заму, тот, бегло глянув на них, рявкнул:

– А что вы ко мне пришли?!. Вы уже работаете в Киеве… Пусть вами Киевский горисполком и занимается! Туда идите!..
Ирина медленно идет людным Крещатиком. Между нею и окружающим миром вдруг возникло мигающее, дрожащее свечение, которое все увеличивается. Боясь столкнуться с кем-нибудь на тротуаре, она отходит в сторонку. И вдруг все зримое вокруг будто втягивается в сужающийся фокус, и мир заслоняет беспросветная пелена…
… – Свечение больше не повторялось? – сидя на краю кровати и прощупывая пульс Ирины, спрашивает ее миловидная женщина-врач, лет сорока пяти, в белоснежном халате и такой же шапочке.

В просторной, светлой и чистой палате глазного отделения областной больницы, где уже две недели лежит Ирина, – четыре кровати. На двух, что ближе к двери, тихо переговаривается две старые польки. Напротив Ирины, на кровати у окна, за которым сонно кружат осенние листья, лежит добродушная моложавая полесянка, и одним открытым карим глазом с любопытством и сочувствием смотрит на молодую соседку.

– Было еще пару раз, но не такое сильное и без потери зрения, – отвечает Ирина врачу, за спиной которой стоят еще несколько человек в таких же белоснежных халатах и медсестра, готовая записывать в свою тетрадь все, что ей велят.

– Кровь? – интересуется врач.

– Лейкоциты – 3,02, тромбоциты – 140, гемоглобин – 100, РОЭ – почти норма, – отвечает медсестра.

– Что ж, уже неплохо. Остаются те же назначения, добавьте только эсенциале в капсулах и капельно пять раз... А волосы все же тебе нужно постричь, – запускает врач руку в редеющую прическу Ирины. – Смотри, что делается... вся подушка усыпана, – стряхивая с руки волосы, добавляет она.

– Хорошо, Лариса Михайловна, вот отпустите меня еще раз к Дениске, и я постригусь по дороге...

– Ну, а как он? – спрашивает Лариса Михайловна.

– Спасибо, уже лучше. Правда, очень одиноко ему там... Устал он от всей этой бесприютности... По лагерям четыре месяца, а теперь еще больница... А как конфетам вашим обрадовался, вы бы видели!.. Спасибо!.. – благодарит Ирина, сверля врача умоляющим взором.

– Так и быть, если тебе хуже не будет, в следующее воскресенье опять отпущу – ласково улыбается Лариса Михайловна, переходя к соседней койке.

– Что, Катюша, не открывается глаз?.. Ничего, хорошая моя, закончим курс иголочек, тогда еще одно средство попробуем... С твоим глазиком все хорошо. На редкость удачно прооперирован. Но, видать, нерв задет...
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   18

Похожие:

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconЭталоны ответов на ситуационные задачи №1-101 по внутренним болезням
Анемический синдром, болевой синдром, синдром почечной недостаточности, гиперпротеинемический синдром

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconЗадача №1
Общетоксический синдром, синдром клапанных поражений, эндотелиальный синдром, гепато-лиенальный синдром

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconЭдуард Ходос Еврейский синдром-2,5
Пусть вас не удивляет странное, на первый взгляд, название этой книги — «Еврейский синдром-2,5». Почему именно «2,5»? Дело в том,...

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconAnne Ancelin Schutzenberger
Синдром предков. Трансгенерационные связи, семейные тайны, синдром годовщины, передача травм и практическое использование геносоциограммы....

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconКухня радости теория и практика вегетарианской кухни
Вы едите не пищу, вы едите любовь, вы едите любовь. В вегетарианской пище есть любовь, поэтому ешьте с мыслью: «Я ем не какое-то...

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconМайские праздники в италии
Киев– Братислава – вена флоренция – Пиза – Венеция – Рим Ватикан– Эгер– Киев

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г icon1 гну «Государственный центр инновационных биотехнологий», Киев 2
Гу «Институт эпидемиологии и инфекционных болезней им. Л. В. Громашевского намн украины», Киев

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconО некоммерческих организациях
ФЗ, от 29. 12. 2010 n 437-фз, от 04. 06. 2011 n 124-фз, от 11. 07. 2011 n 200-фз, от 18. 07. 2011 n 220-фз, от 18. 07. 2011 n 239-фз,...

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconГеоргий Почепцов Паблик рилейшнз для профессионалов Об авторе Введение
Москва, 1998), Теория и практика коммуникации (Москва, 1998), Имиджелогия: теория и практика (Киев, 1998), Информационные войны....

Любовь сирота припятский синдром киноповесть Киев Pripyat com 2011 г iconЛюбовь без права обладания
Уверена, 80% населения не верит в любовь на расстоянии, но я из тех, кто её прочувствовал. Я не верю в любовь на расстоянии, но я...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов