Интервью сайту




НазваниеИнтервью сайту
страница1/5
Дата публикации04.09.2013
Размер0.72 Mb.
ТипИнтервью
zadocs.ru > Культура > Интервью
  1   2   3   4   5
ИНТЕРВЬЮ САЙТУ WWW.OSRADIO.RU

Май 2008 года

Вопрос: Здравствуйте, Тамерлан Таймуразович. Как вы относитесь к признанию дигорского диалекта отдельным языком?

Батик — Москва

Ответ:

Уважаемый Батик!

Сразу сформулирую окончательный ответ — отрицательно. А теперь дам объяснения. Проблема разграничения языка и диалекта в науке сегодня достаточно четко решена. При этом, как ни странно, не на основании лингвистических критериев. Если бы мы при решении этого вопроса опирались только на сугубо структурные различия в фонетике, грамматике, лексике и других уровнях структуры близких языковых форм, мы бы столкнулись с ситуацией, в которой были бы вынуждены отнести часть из них, ныне рассматриваемых в качестве самостоятельных языков, к диалектам, и, наоборот, часть диалектов должна была бы быть переведена в ранг языков. Так, например, персидский и таджикский языки значительно ближе друг к другу, чем иронский и дигорский диалекты осетинского языка. Решение этой проблемы, в действительности, лежит не в лингвистической, а в социальной, общественно-психологической плоскости. Определяющим фактором является степень самоощущения, самовосприятия носителями различающихся языковых форм как представителей одного и того же этноса. Именно поэтому идиомы относящих себя к разным народам персов и таджиков квалифицируются как языки, а наречия иронцев и дигорцев, абсолютное большинство которых признает свою отнесенность к единой осетинской нации, являются диалектами единого осетинского национального языка. Соответственно, признание существования дигорского языка неизбежно бы вело к постановке вопроса о существование дигорского народа, что, к счастью, для любого психически здорового осетина сегодня звучит просто дико.

Да, мне известны обращения 1990-х годов части осетинской общественности, выходцев из Дигорского ущелья, с требованием признать дигорский диалект в качестве самостоятельного языка, а дигорцев — отдельным народом. Думаю, это была просто необдуманная попытка привлечь таким эпатажным способом внимание к проблеме сохранения осетинского языка и, в частности, его дигорской формы. Уверен, что это — тупиковая тактика, которая ничего, кроме вреда не принесет ни дигорскому диалекту, ни осетинскому языку в целом. В то же время, считаю необходимым выразить свое мнение и по поводу стратегии строительства осетинского литературного языка, поскольку именно эта стратегия, избранная в 1920-е годы и привела к обострению «дигорского вопроса». Концепция единого осетинского литературного языка на основе иронского диалекта совершенно несостоятельна с научной точки зрения и вредна в общественно-политическом аспекте. Вследствие ее реализации часть осетинского народа почувствовала себя притесненной в своих языковых правах, которые, как свидетельствуют многочисленные примеры из новейшей истории различных стран мира и, в первую очередь, на постсоветском пространстве, очень часто выступают катализатором не только межнациональных, но и внутринациональных противоречий.

Если мы сохраним осетинский язык, то только во всем богатстве его форм. Уничтожая одну их них, мы лишаем будущего весь язык. Мы должны создать все условия для функционирования, активного контактирования и, возможно, смешения всех осетинских наречий, а там сама жизнь все решит самым правильным образом.

ВОПРОС: Здравствуйте, уважаемый Тамерлан Таймуразович. У меня к вам вопрос скорее связанный с родным языком, нежели с иностранным. Как вы оцениваете знание родного (осетинского) языка среди жителей республики, в частности среди молодежи, сами являясь осетином? И еще один вопрос, предвидя ваш очевидный ответ. Что действенного делается в Осетии для предотвращения вымирания родного языка как такового? Существует ли ВУЗовская или правительственная комиссия занимающаяся этим вопросом, давно ли проходили прения по этой тематике и есть ли результаты?

Алан — Санкт-Петербург

Ответ:

Уважаемый Алан!

Относительно моей оценки знания родного языка жителями Осетии и, в частности, в среде молодежи. Дело в том, что значительная часть моей докторской диссертации «Языковая ситуация и языковая политика в Северной Осетии: история, современность, перспективы» посвящена изучению именно этого вопроса. Не буду утомлять Вас статистикой, полученной в результате социологических опросов, скажу только о том, что эти объективные данные свидетельствую о том, что, несмотря на некоторые временные положительные подвижки, связанные с увеличением доли осетиноязычного населения в результате притока в 1990-е годы значительного числа переселенцев из Южной Осетии, общая языковая ситуация и, главное, тенденция ее развития мало оптимистичны. Сразу же оговорюсь: в том случае, если динамика языковой ситуации будет оставаться неуправляемой, если в республике не будет выстроена внятная государственная национально-культурная, в первую очередь языковая, политика. Факт ее отсутствия в настоящее время у меня не вызывает сомнений.

В республике уже девять лет (чуть не написал «работает») существует Комиссия по сохранению и развитию осетинского языка при Президенте/Главе Республики. Характеристику этого органа я приведу до того, как начну излагать реально принимаемые действенные меры по предотвращению вымирания, по Вашему выражению, осетинского языка, поскольку упомянутая Комиссия отношения к ним не имеет. За период своего существования Комиссия собиралась не более 10 раз для рассмотрения совершенно формальных, не способных оказать даже малейшее влияние на перспективы сохранения языка, вопросов. Думаю, что имею право здесь говорить об этом, поскольку неоднократно выступал с критикой деятельности Комиссии и в республиканской печати, и на публичных собраниях. Кстати, такую же отрицательную оценку деятельности Комиссии дают и многие ее члены, в чем я убедился на последнем ее заседании буквально на днях. Со своей стороны, уже в качестве новоиспеченного члена Комиссии и у меня появилась возможность выдвинуть предложения о том, чем Комиссия должна, наконец, реально начать заниматься, а именно: анализом современного состояния осетинской национальной культуры и осетинского языка, определением тенденций их развития (точнее, деградации), прогнозированием политических, экономических и социальных последствий ослабления национальной культуры осетинского народа, формулированием мер, реализация которых позволит изменить вектор развития событий, установлением средств и способов решения этих задач. Реакция пока, скажем так, задумчивая.

Единственным направлением, в котором, есть обнадеживающие подвижки, — это процесс возрождения осетинской национальной школы, который за последние 4 года экспериментальной апробации дал очень хорошие результаты, высоко оцененные на уровне ЮНЕСКО, федеральных научно-педагогических институтов и республиканского профессионального сообщества. Возникла реальная перспектива формирования современной полилингвальной и поликультурной образовательной модели, основанной на рациональном распределении функций осетинского, русского и иностранного языков, которое на выходе позволит обеспечить высокий уровень владения всеми тремя языками. В принципе, я глубоко убежден, что на современном этапе проблема сохранения осетинского языка решаема главным образом именно в сфере образования и посредством осетиноязычного телерадиовещания. Осетинская полилингвальная школа плюс осетинское национальное телерадиовещание — вот гарантия устойчивости осетинского языка на века.

Следует сказать и о перспективах появления новых возможностей для развития языка. Завершена разработка проекта Республиканской целевой программы «Осетинский язык», проделана значительная работа над Республиканской целевой программой «Культура Осетии» (правда, по неизвестным мне причинам, пока приостановленная). Надеюсь, что эти документы, в итоге, будут приняты Парламентом республики, а там, с Божьей помощью, возможно, и давно разработанный и прошедший все этапы экспертизы проект «Закона о языках в РСО – Алания» снимут с дальней полки.

ВОПРОС: Как Вы относитесь к затоплению Зарамагской котловины с ее уникальными памятниками мирового значения в связи со строительством ЗарамагГЭС?

Мадина — Владикавказ

Ответ:

Уважаемая Мадина!

На мой взгляд, ситуация вокруг Зарамагской котловины обнажила целый клубок проблем. Первое, чтобы я отметил в очередной раз, это так и не сформировавшуюся в нашем государстве силу, которая называется «общественное мнение». Да, были отдельные выступления в печати наиболее социально ответственных ученых-историков, но и все. Впрочем, мы не видим активных выступлений нашей научной и творческой общественности и по менее трудным проблемам. А пытаться остановить процесс, в который кем-то вложены огромные деньги, такое в современном обществе трудно себе представить. Половина Владикавказа восстала против строительства заправочной станции около Кировского моста и что? Приняли решение о сносе, а сооружение на месте и еще неизвестно, чем это закончится. А тут РАО ЕЭС, Чубайс и Ко!

Однако я не стал бы ограничиваться укорами в сторону общественности. А власть на что? Почему при принятии решения о строительстве ГЭС не были проведены необходимые археологические исследования? Разве такая постановка вопроса не закономерна, когда речь идет о промышленном освоении априорно историко-культурного района?

Возможно, я ошибаюсь, но, к сожалению, в этой ситуации, на мой взгляд, максимум того, что можно добиться — это отсрочить заполнение котловины водой до завершения полевых археологических работ. Одновременно следует настаивать на принятии всех необходимых законодательных актов, которые бы исключили повторение подобной ситуации. Ну и, наконец, следовало бы активизировать разведывательную работу археологов на всей территории республики, создав им, естественно, необходимые условия.

ВОПРОС: Уважаемый Тамерлан Таймуразович. Существует мнение в науке, что языки, носителей которого менее 50 млн., обречены на вымирание. Получается, у осетинского языка нет шансов? Что вы думаете по этому поводу? Если шансов нет, сколько лет вы еще даете осетинскому языку?

Сергей — Москва

Ответ:

Уважаемый Сергей!

Все не так драматично. Да, существуют прогнозы о том, что в текущем столетии угроза исчезновения нависла над половиной из почти 6000 языков мира. Однако этот прогноз требует специального комментирования. Во-первых, что представляет собой большинство из этих языков? Дело в том, что весьма значительная часть из них, это языки очень малочисленных (от нескольких сот до нескольких тысяч человек) племен Африки, Южной Америки, Индии, тихоокеанских островов и других, остававшихся до недавнего времени более или менее изолированными от внешнего мира, регионов. Постепенное их вовлечение в контакты с более мощными языками, как правило, общегосударственными, неизбежно приводит эти племена сначала к ситуации билингвизма, а затем — к утрате своего этнического языка, не способного защитить себя в силу отсутствия письменности, литературы, школы и т.д. Думаю, что в этих случаях процессы ассимиляции остановить невозможно.

Однако в сложном положении находятся, действительно, и другие языки, со значительно большим количеством носителей и находящиеся в более устойчивом социальном положении. Как правило, это языки народов, являющихся национальными меньшинствами в полиэтничных государствах, каковыми сейчас является большинство стран мира. При этом вся история человечества свидетельствует о тысячелетней традиции государственной ассимиляционной политики. Объясняется это несколькими причинами. Во-первых, политическими, поскольку бытует мнение о том, что над разнородным в этническом смысле государством всегда нависает угроза распада. Во-вторых, это общественно-психологический фактор. При столкновении различных культур и языков, естественно, возникает непонимание друг друга. Незнание же того, что говорит, что думает другой, как и все неизвестное, порождает чувство опасности. Возникает проблема, которую можно решить двояко: или познать язык и культуру, т.е. внутренний мир своих соседей, что трудно, или же заставить их стать такими же, как ты сам, что считается легче. Очевидно, что позволить себе такое могут только доминирующие этнические группы, что, собственно, они и делали на протяжении всей предыдущей истории человечества. Отрадно, что в последние два-три десятилетия происходит радикальное изменение в подходе к этим вопросам, пока на уровне международного сообщества, постепенно проникающее и в национальные структуры отдельных государств. Приходит понимание того, что сокращение языковых и, в целом. Культурных форм не благо, а ущерб для человечества, удар по ресурсам для культурного, а следовательно, и политического, экономического и социального развития человечества. Принят целый ряд международных документов ООН и ЮНЕСКО, призывающих страны мира к сохранению языкового наследия и культурного разнообразия человечества. Вообще, мы с Вами живем в период, который позже будет охарактеризован как эпоха кардинального пересмотра подходов человечества к вопросу о культурных ценностях. Это уже происходит, просто, находясь внутри этого времени, мы пока не в состоянии оценить их масштаб.

Наконец, есть третья категория языков, которые принадлежат не мелким аборигенным племенам и даже не миноритарным народам, а вполне самостоятельным нациям, но положение которых также вызывает тревогу. Речь, в частности, идет о том же ирландском, государственном языке Ирландской республике, который пока так и не смог одержать победу над подавившим его языком бывших колонизаторов, английским. В Бельгии один государственный язык, фламандский воюет с другим государственным, французским и т.д.

Убежден, что для языков второй и третьей категории еще ничего не потеряно. Указанное мной изменение в международной стратегии культурно-языкового развития, укрепление в современном мире статуса прав человека, подъем национального самосознания миноритарных этнических групп даже в самых мощных оплотах унитаризма (валлийцев и шотландцев в Великобритании, каталонцев и басков в Испании, бретонцев и провансальцев во Франции, фризов в Голландии и т.д.), не говоря уже о Восточной Европе и других, менее устойчивых регионах мира, все это свидетельствует о наступлении новой фазы, о возвращении на новом историческом витке роли этноса как ядра сохранения тысячелетнего культурного опыта народов, только и способного помочь противостоять разрушающему действию культурной глобализации, распространяющей не мировую культуру, а американскую массовую субкультуру.

Наконец, конкретно об осетинском языке. Да, численность носителей языка имеет значение для его выживания. Дело в том, что развитие языка предполагает его максимально полное функционирование в политической, экономической, социальной и культурной жизнедеятельности общества. Но для этого у народа должны быть свои писатели, поэты, журналисты, лингвисты, педагоги, совместными усилиями которых и решались бы эти вопросы. Естественно, чем многочисленнее народ, тем больше у него ресурсов. Ведь, чтобы развивать китайский язык, на котором говорит около миллиарда человек, и осетинский, у которого максимум около 400 000 носителей, надо выполнять приблизительно один и тот же перечень мероприятий, но совершенно разными силами. Как говорят по-осетински: «Что нужно большой невесте, нужно и маленькой кукле». Убежден, что у осетинского народа есть все, для того чтобы повернуть ход событий вокруг осетинского языка, обеспечить гарантии его существования отныне и вовеки веков. Главное, что нам в этом мешает — мы пока не находим в себе силы поставить над собой тех, кто был бы способен повести нас по единственно правильному пути.

ВОПРОС: Тамерлан Таймуразович! Вас справедливо считают автором многих позитивных сдвигов, наметившихся в последние годы в Северной Осетии в области изучения родного языка. Но согласитесь, что изменений не столько, сколько хотелось бы. Какие, на ваш взгляд, конкретные, реальные, действенные, практические меры нужно было бы предпринять, чтобы изменить безразличное отношение определённой части осетин к своему родному языку? Спасибо.

  1   2   3   4   5

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Интервью сайту iconИнтервью Ричи Блэкмора 1973-1975 ( Deep Purple Mark III ) Интервью Ричи Sounds, 16 февраля, 1974
Интервью International Musician and Recording World, март 1975

Интервью сайту iconИнтервью с Пришельцем
Основанный на Личных сообщениях и расшифровки Интервью, проведенной: Матильда О'Доннер Макелрой

Интервью сайту iconИнтервью про группу Ginex на латышском национал-социалистическом радио «Ugāle fm»
Примечание: данный текст не представляет собой полностью точное воспроизведение аудио версии интервью, т к содержит некоторые уточнения,...

Интервью сайту iconИнтервью с карлосом кастанедой
Интервью Кита Томпсона с Карлосом Кастанедой для журнала "New Age" (Март Апрель 1994)

Интервью сайту iconИнтервью. Химтрейлы компоненты климатического оружия интервью с Олегом...
Интервью с Олегом Лихачевым, активистом движения против искусственного изменения климата и распыления в атмосфере ядовитых химических...

Интервью сайту iconИнтервью Напечатанная версия интервью
«Антироссийский Антициклон» («Президент», №12 от 19 августа 2010 г.). Мнения читателей разделились. Мы продолжаем разговор о том,...

Интервью сайту iconИнтервью Jay Smith Перевод интервью Максим Фомин Ныряя в «Бассейн утопленников»
Басист Drowning Pool, Стиви Бентон, беседует с журналистами сайта Pollstar о новом вокалисте, об эволюции звучания группы и о том,...

Интервью сайту iconВся Предоставленная Информация Принадлежит Сайту вк
Основное оружие: винтовка dc-15, карабин dc-17, карабин westar-m5, лучемет z-6 или другое оружие

Интервью сайту iconИнтервью провел Аарон Лакофф (Aaron Lakoff)
Он рассказывает об истории сквотирования в Англии, начиная с 1300-х гг. Это интервью – взгляд на взаимосвязь сквотерства и анархического...

Интервью сайту iconСценарий Кафедральной Премии
Так же можно задействовать камеру с онлайн включением и брать интервью у присутствующих, интервью будет выводиться на экран в учебном...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов