Стивен Д. Левитт фрикономика мнение экономиста-диссидента о неожиданных связях между событиями и явлениями что опаснее огнестрельное оружие или плавательный




НазваниеСтивен Д. Левитт фрикономика мнение экономиста-диссидента о неожиданных связях между событиями и явлениями что опаснее огнестрельное оружие или плавательный
страница6/33
Дата публикации30.04.2015
Размер2.82 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > Экономика > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   33


Еще одним доказательством обмана этой учительницы является общий результат класса А. Шестиклассники, которым дали тест на восьмом месяце учебного года, должны были бы выдать средний балл примерно 6,8, что соответствовало бы норме по стране. (Ученики пятого класса на восьмом месяце обучения должны были набрать 5,8, седьмого — 7,8 и т.д.) Ученики же класса А получили средний балл только 5,8, что на одну целую ниже, чем должны были. Это ясно показывает, что они плохо учились (или их плохо учили). Однако годом ранее они показали еще худший результат, получив за тест в пятом классе средний балл 4,1. Вместо того чтобы улучшить показатели на одну целую в шестом классе, как можно было ожидать, они улучшили их на 1,7 — почти на две целых. Но этот потрясающий скачок был кратковременным и весьма подозрительным. Когда эти ученики перешли в седьмой класс, они показали средний балл 5,5 — более чем на две целых ниже нормы и даже хуже, чем в шестом классе. Давайте теперь рассмотрим различия в результатах трех отдельных учеников класса А:

Между тем баллы, полученные за эти три года учениками класса Б, также были плохими, но, по крайней мере, указывали на их честные усилия: 4,2, 5,1 и 6,0. Таким образом, либо ученики класса А резко поумнели, а через год так же резко поглупели, либо их учительница немножко поколдовала своим карандашом. Как вы думаете, что более вероятно?

Есть два заслуживающих внимания момента, которые касаются отношения детей из класса А к мошенничеству как таковому. Во-первых, от результатов теста зависело, перейдут ли они в следующий класс или же останутся на второй год. А во-вторых, их ожидало огромное потрясение в седьмом классе. Они думали только о том, что благополучно продолжили учиться лишь благодаря результатам своих тестов. (Действительно, ни один ученик не был оставлен на второй год.) Это не они искусственно завысили показатели. Но они ожидали высоких результатов в седьмом классе и были горько разочарованы. Это, пожалуй, является самой неприятной стороной итогового тестирования. Учитель может сколько угодно говорить себе, что помогает ученикам, но на самом деле он делает им только хуже, поскольку гораздо больше беспокоится о себе.

Анализ всех данных по Чикаго обнаружил факты мошенничества учителей в более чем двухстах классах ежегодно, что дает примерно 5% от общей цифры. И это по скромным подсчетам, поскольку алгоритм позволил определить только самый грубый обман, когда учителя систематически подменяли ответы учеников. К сожалению, более изощренные формы нарушений он доказать не мог. Однако при недавнем опросе учителей Северной Каролины 35% респондентов сказали, что были свидетелями мошенничества их коллег в той или иной форме. Например, оно проявлялось в предоставлении ученикам дополнительного времени на тест, подсказывании ответов и их фальсификации [6.2].

Каковы же общие приметы такого мошенника? Собранные в школах Чикаго данные свидетельствуют, что к обману почти в равной степени склонны и мужчины, и женщины. Как правило, нечестную игру ведут более молодые и менее квалифицированные учителя. Причем, как правило, они начинают обманывать после смены своих стимулов. Поскольку чикагские исследования охватывают период с 1993 по 2000 год, в них упоминается введение итогового тестирования в 1996-м. Нетрудно догадаться, что главный пик мошенничества пришелся именно на этот год. И обман был в школах совсем не редким явлением. Наиболее к нему были склонны учителя самых слабых классов. Следует также отметить, что премию в двадцать пять тысяч долларов для учителей Калифорнии со временем отменили, частично из-за подозрений, что деньги идут мошенникам.

Впрочем, не все результаты чикагского анализа свидетельствовали о нарушениях. Помимо выявления обмана, алгоритм позволял также определить лучших учителей. Ведь влияние хорошего учителя было почти так же заметно, как и влияние мошенника. Вместо отдельных правильных ответов его ученики демонстрировали реальное улучшение знаний по тем вопросам, в которых ранее “плавали”. Кроме того, ученики хорошего учителя не теряли, а только набирали темпы освоение наук в следующем классе.

Большинство академических аналитических отчетов подобного рода имеют свойство тихо пылиться непрочтенными на дальних полках библиотек. Но в начале 2002 года с авторами исследований связался новый директор общественных школ Чикаго Арни Дункан. Он вовсе не хотел оспорить сделанные ими открытия или заставить их умолкнуть. Скорее, он желал убедиться, что учителя, определенные алгоритмом как мошенники, действительно вели себя нечестно, и дать делу ход.

Дункан был отнюдь не типичным человеком на этой должности. Ему было всего тридцать шесть лет, ранее он преподавал в Гарварде и даже профессионально играл в баскетбол в Австралии. До того как возглавить общественные школы Чикаго, он сотрудничал с ними только три года, ни разу не занимая достаточно серьезную должность, чтобы иметь собственного секретаря. Между тем Дункан вырос в Чикаго. Его отец преподавал психологию в местном университете, а мать на протяжении сорока лет бесплатно занималась после школы с детьми бедных соседей. Когда Арни был маленьким мальчиком, его товарищами по играм были отпрыски малообеспеченных семей. Поэтому, когда он возглавил общественные школы, его симпатии были больше на стороне учеников и их родителей, чем учителей и их профсоюза [6.3].

Дункан решил, что оптимальным способом избавиться от мошенников среди учителей будет повторное проведение тестов. Однако у него были ресурсы, чтобы протестировать заново только сто двадцать классов, а потому он попросил создателей алгоритма помочь ему с выбором.

Каким образом можно было использовать эти тесты с максимальной эффективностью? Казалось, разумнее было бы перепроверить только те классы, которые вызывали подозрение. Но даже если бы новые результаты были ниже, учителя могли заявить, что дети просто работали хуже, так как им сказали, что тесты не повлияют на их судьбу. И к этому заявлению было бы трудно придраться, поскольку все ученики действительно знали, что им нечего бояться. Чтобы сделать результаты повторной проверки убедительными, необходимо было привлечь несколько честных учителей в качестве контрольной группы. Но кто мог войти в такую группу? Ответ очень прост: учителя тех классов, в которых, как определил алгоритм, баллы учеников были получены справедливо. Если бы успеваемость в их классах осталась на том же уровне, а ученики подозреваемых учителей провалили тест, не могло бы быть никаких отговорок. Уж тогда бы мошенники не могли сказать, что их ученики отвечали хуже потому, что их ответы ни на что не влияли.

Итак, все было готово. Более половины из 120 классов, которым предстояла повторная проверка, входили в число тех, чьи учителя подозревались в мошенничестве. Остальные представляли собой классы, высокие результаты учеников которых не вызывали сомнений, и, для большей уверенности, посредственные классы, также свободные от подозрений.

Повторный тест провели через несколько недель после исходного. Ни детям, ни учителям его истинную причину не объяснили. Впрочем, последние могли догадаться и сами, когда было объявлено, что проводить тест будут представители общественных школ Чикаго. Учителей при этом попросили побыть в кабинетах вместе со своими учениками, но даже близко не подходить к листочкам с ответами.

Результаты оказались именно такими, как предсказывал алгоритм мошенничества. В классах, выбранных для контроля, где не подозревался обман, средний балл почти не изменился, а то и стал выше. Зато те ученики, чьих учителей подозревали в мошенничестве, получили баллы гораздо ниже — более чем на один балл.

Это привело к тому, что общественные школы Чикаго постепенно начали увольнять учителей, пойманных на жульничестве. Конечно, доказательств хватило только на то, чтобы избавиться от дюжины мошенников, зато остальные получили серьезное предупреждение. Главным результатом чикагского исследования стало отличное подтверждение силы стимулов: на следующий год количество случаев мошенничества в школах сократилось более чем на треть.

Вы можете подумать, что, чем старше классы, тем более изощренно работают в них мошенники. Однако эту мысль опровергает исследование, проведенное осенью 2001 года в Университете Джорджии. Объектом его был итоговый тест по курсу “Тренерские принципы и стратегии в баскетболе”, который включал двадцать вопросов. Среди них были такие:

Сколько половин в матче баскетбольной команды колледжа?

а. 1 б. 2 в. 3 г. 4

Сколько очков приносит трехочковый бросок в баскетболе?

а. 1 б. 2 в. З г. 4

Как называется экзамен, который должны сдать все выпускники в штате Джорджия?

а. Глазной экзамен

б. Экзамен вкуса овсянки

в. Экзамен контроля жуков

г. Выпускной экзамен Джорджии

Кто, по вашему мнению, является самым лучшим помощником тренера в Первом дивизионе?

а. Рон Джирса

б. Джон Пелфри

в. Джим Хэррик младший

г. Стив Войцеховски

Если вас поставил в тупик последний вопрос, то вам будет полезно узнать, что “Тренерские принципы” преподавал Джим Хэррик младший, помощник тренера университетской баскетбольной команды. Вам может быть также интересно, что его отец, Джим Хэррик старший, был главным тренером по баскетболу в университете. Неудивительно, что “Тренерские принципы” были любимым курсом среди игроков команды Хэрриков. [7] Все студенты получали только высшие баллы. Правда, вскоре после проведенных исследований оба Хэррика были освобождены от своих обязанностей.

Итак, допустим, вы потрясены действиями школьных учителей Чикаго и преподавателей Университета Джорджии, которые должны были бы сеять разумное, доброе, вечное. Тогда вас наверняка обеспокоит мысль о возможности обмана среди борцов сумо. [8] Ведь для Японии сумо — это не только национальный спорт, но и отражение религии страны, ее военных и исторических традиций. Благодаря своим ритуалам очищения и благородным корням сумо является, по сути, священным видом спорта, чего нельзя сказать ни об одном американском виде спорта. К сожалению, далее пойдет речь не столько о соревновании, сколько о чести как таковой.

Правда в том, что спорт и обман всегда идут рука об руку. Ведь мошенничество гораздо чаще встречается там, где жизнь бьет ключом (например, где проходит граница между победой и поражением), чем там, где все спокойно. Олимпийские спринтеры и тяжелоатлеты, велосипедисты “Тур де Франс”, футболисты и бейсболисты — все они рано или поздно принимают различные пилюли и порошки. Это называется допинг, который спортсмены считают просто необходимым для того, чтобы превзойти соперников. Существует также огромное количество трюков, которые используются непосредственно во время соревнований. Причем жульничают далеко не одни только спортсмены. Коварные бейсбольные менеджеры пытаются украсть талисманы и опознавательные знаки соперников. Во время соревнований по фигурному катанию на Зимней Олимпиаде 2002 года французский и русский судьи были пойманы на попытке подтасовать голоса в пользу своих фигуристов. (Организатором этого был назван известный российский мафиозо Алимжан Токтахунов, подозреваемый в совершении нескольких преступлений в Москве.)

Спортсмена, пойманного на мошенничестве, обычно клеймят позором, но большинство фанатов хотя бы понимают мотив, который им двигал. Ведь он так хотел выиграть, что нарушил правила. (Как сказал однажды бейсболист Марк Грейс: “Если ты не обманываешь, то не делаешь попыток”.) В то же время спортсмен, который жульничает, чтобы проиграть, попадает на дно спортивного ада. В 1919 году чикагская команда White Sox (“Белые носки”) договорилась с букмекерами проиграть чемпионат США по бейсболу. После этого от нее отвернулись даже самые преданные поклонники бейсбола, называя ее не иначе, как Black Sox (“Черные носки”). Похожая история произошла также с известной баскетбольной командой Городского колледжа Нью-Йорка. Сначала болельщики полюбили ее за четкую, продуманную и красивую игру, а затем начали всячески ругать. Просто в 1951 году обнаружилось, что несколько ее игроков получали деньги от мафии за то, что намеренно не попадали в корзину, помогая букмекерам сбивать ставки. А помните Терри Мэллоя, бывшего боксера, сыгранного Марлоном Брандо в фильме В порту? Этот человек думал, что причиной всех его несчастий был один бой, который он проиграл за деньги. Ведь если бы он тогда выиграл, то мог бы добиться успеха и стать претендентом на титул чемпиона мира.

Но если обман с целью проиграть является главным грехом спорта, а сумо является главным спортом великого народа, этот обман не может существовать в сумо. Или все же может?

И снова ответ на этот вопрос может дать анализ имеющихся данных. Правда, как и в случае со школами Чикаго, придется обработать необычайно много данных. Это результаты почти всех официальных поединков между известными японскими сумоистами с января 1989 по январь 2000 года (всего 32 тысячи схваток, в которых участвовали 280 борцов).

Стимулы, которые правят в сумо, весьма запутаны и крайне сильны. Каждому борцу присваивается место в рейтинге, от которого зависят все стороны его жизни. Именно рейтинг определяет: сколько денег получает сумоист, как велика его свита, сколько он ест и спит и т.д. Шестьдесят шесть японских борцов высшего ранга, которые входят в дивизионы макуучи и джурио, представляют собой элиту сумо. Борец, находящийся у вершины элитной пирамиды, может зарабатывать миллионы и наслаждаться почти королевскими почестями. Ни один из спортсменов, занимающих первые сорок строчек рейтинга, не получает меньше 170 тысяч долларов в год. Между тем японский борец, занимающий семидесятую строчку, получает только 15 тысяч долларов в год. За пределами элитного круга жизнь не особенно сладка. Спортсмены с низким рейтингом во всем зависят от своих менеджеров, им приходится самим готовить еду, убирать квартиру и даже мыть свои необъятные телеса. В общем вы уже поняли, что место в рейтинге в сумо — это всё.

Рейтинг каждого борца основывается, прежде всего, на его успешных выступлениях в престижных турнирах, проводимых шесть раз в год. Каждый борец участвует в пятнадцати поединках за турнир, по одному в день. Если он заканчивает состязания с хорошим результатом (восемь или более побед), его рейтинг повышается. Если его результат оказывается плохим (семь или менее побед), рейтинг понижается. Если же сумоист завершает турнир с одними поражениями, он рискует вообще вылететь из элитного дивизиона. При этом в любом турнире крайне важна восьмая победа, определяющая грань между повышением и понижением. Грубо говоря, для места в рейтинге она в четыре раза ценнее любой другой.

Таким образом, борец, который выходит на ковер в последний день турнира с результатом 7:7, может получить от победы гораздо больше, чем соперник с результатом 8:6 рискует потерять.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   33

Похожие:

Стивен Д. Левитт фрикономика мнение экономиста-диссидента о неожиданных связях между событиями и явлениями что опаснее огнестрельное оружие или плавательный iconЛекция 10 Познание и мышление
Такие знания – опосредованные, выводные невозможно с помощью одного лишь чувственного познания, поэтому необходим переход от ощущений...

Стивен Д. Левитт фрикономика мнение экономиста-диссидента о неожиданных связях между событиями и явлениями что опаснее огнестрельное оружие или плавательный iconЕсли волею судьбы вас занесло в лесную глушь, а пищи нет или осталось...
Охота может стать надежным источником питания человека. Однако без некоторых охотничьих навыков, даже имея огнестрельное оружие,попытки...

Стивен Д. Левитт фрикономика мнение экономиста-диссидента о неожиданных связях между событиями и явлениями что опаснее огнестрельное оружие или плавательный iconСтивен Джуан Странности нашего тела 2 Серия: Занимательная информация «Странности нашего тела 2»
Он как всегда готов отвечать на все ваши вопросы; приводить факты – от тех, что находятся на слуху, до самых удивительных и неожиданных;...

Стивен Д. Левитт фрикономика мнение экономиста-диссидента о неожиданных связях между событиями и явлениями что опаснее огнестрельное оружие или плавательный iconПитер Мейл Марсельская авантюра Сэм Левитт 2
Сэм Левитт почувствовал легкий озноб и плотнее закутался в махровый халат, накинутый на тело, еще влажное после утреннего заплыва...

Стивен Д. Левитт фрикономика мнение экономиста-диссидента о неожиданных связях между событиями и явлениями что опаснее огнестрельное оружие или плавательный iconТесты по Теории статистики Группировка, выявляющая взаимосвязи между...
Группировка, выявляющая взаимосвязи между изучаемыми явлениями и их признаками, называется

Стивен Д. Левитт фрикономика мнение экономиста-диссидента о неожиданных связях между событиями и явлениями что опаснее огнестрельное оружие или плавательный iconКарл Густав Юнг. Синхронистичность Философским принципом, который...
Можно сказать, что связь между событиями при определенных обстоятельствах имеет отличный от причинного характер и требует другого...

Стивен Д. Левитт фрикономика мнение экономиста-диссидента о неожиданных связях между событиями и явлениями что опаснее огнестрельное оружие или плавательный iconВся Предоставленная Информация Принадлежит Сайту вк
Основное оружие: винтовка dc-15, карабин dc-17, карабин westar-m5, лучемет z-6 или другое оружие

Стивен Д. Левитт фрикономика мнение экономиста-диссидента о неожиданных связях между событиями и явлениями что опаснее огнестрельное оружие или плавательный icon29. Экспериментальная гипотеза. Проверка экспериментальной гипотезы....
Гипотеза – это вытекающее из теории научное предположение о существовании явления, причине его возникновения или о наличии и характере...

Стивен Д. Левитт фрикономика мнение экономиста-диссидента о неожиданных связях между событиями и явлениями что опаснее огнестрельное оружие или плавательный iconКоучинг – ключ к энергии жизни
Говорят, что человек мог бы достичь абсолютного всего, если бы кто-то когда-то не сказал ему о том, что это невозможно… Для маленького...

Стивен Д. Левитт фрикономика мнение экономиста-диссидента о неожиданных связях между событиями и явлениями что опаснее огнестрельное оружие или плавательный iconКен Макклюр Донор Серия: Стивен Данбар 1 Scan: utc; ocr: golma1; ReadCheck: utc «Донор»
«Sci-Med Inspectorate» доктор Стивен Данбар, расследующий преступления в сфере медицины, обнаруживает, что за первоклассным оборудованием...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов