Терри Пратчетт, Нил Гейман Благие знамения




НазваниеТерри Пратчетт, Нил Гейман Благие знамения
страница12/30
Дата публикации10.08.2013
Размер4.09 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > Философия > Документы
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   30

СУББОТА



То было очень раннее субботнее утро, рассвет последнего дня этого мира, и небо стало краснее крови.

Курьер «Международной экспресс-почты» осторожно завернул за угол на скорости тридцать пять миль в час, притормозил и съехал на травянистую обочину.

Выйдя из машины, он сразу бросился в кювет, чтобы не попасть под грузовик, который лихо вылетел из-за поворота на скорости, явно превышающей восемьдесят миль в час.

Поднявшись с земли, он нашел упавшие очки, нацепил их, достал посылку и блокнот, стряхнул с униформы траву и пыль и несколько запоздало погрозил кулаком стремительно удаляющемуся грузовику.

– Надо бы запретить эти проклятые грузовики, никакого уважения к людям, а ведь я говорил, я всегда говорил: помни, сынок, стоит тебе вылезти из машины, и ты уже простой пешеход…

Он спустился вниз по травянистому склону, перелез через низкую изгородь и оказался на берегу реки Ак.

С посылкой в руке курьер «Международной экспресс-почты» побрел вдоль берега.

Ниже по течению сидел молодой парень, одетый в блеклые одежды. Больше никого было не видать. Его белое как мел лицо обрамляли светло-пепельные волосы. Он медленно поворачивал голову из стороны в сторону, как будто с восхищением разглядывал речные пейзажи. Он напоминал викторианского поэта-романтика, за которого еще не успели взяться чахотка и опиум.

Посыльный «Международной экспресс-почты» пребывал в недоумении. Дело в том, что в прежние времена, и не так уж давно, здесь через каждые десять ярдов торчали рыболовы, на берегу играли ребятишки, влюбленные парочки приходили сюда послушать плеск и журчание воды, подержаться за руки и няшно проводить мимимишный сассекский закат. Он сам любил прогуляться по берегу с юной Мод, пока дело не дошло до свадьбы. Помнится, тогда и пчелки вились над цветами… Они символизировали.

Да, заключил посыльный, времена изменились.

Теперь белые и коричневые шапки пены невозмутимо дрейфовали по течению, сплошь покрывая воду ярд за ярдом. А если из-под пены все-таки проглядывала река, то на ее поверхности переливалась тончайшая пленка нефтехимических продуктов.

Прошумели крылья парочки гусей, довольных, что они вновь вернулись в Англию после изнурительного перелета через Северную Атлантику. Гуси приводнились на радужную пленку и сгинули в глубине без следа.

Как странно все в нашем мире, подумал курьер. Вот и долина Ака была когда-то красивейшим местом в Европе, а сейчас река превратилась в шикарную сточную канаву для промышленных отходов. Лебеди идут ко дну, а рыба всплывает кверху брюхом.

А что делать – прогресс. Его не остановишь.

Он подошел к парню в белом.

– Простите, сэр. Партийная кличка Мел?

Бледный парень молча кивнул. Он все так же пристально смотрел на реку, провожая взглядом впечатляющие холмы бурой пены.

– Как же красиво, – прошептал он. – Чертовски красиво.

Посыльный на время лишился дара речи. Но вот его речевой аппарат стал машинально вырабатывать слова.

– Да, странно все в нашем мире, не правда ли, ну, то есть можно объездить весь мир с посылками, а затем вернуться, как говорят, в родные пенаты, я ведь родился и вырос в этих самых краях, сэр, а успел побывать и в Средиземноморье, и в Де-Мойне, в самой что ни на есть Америке, сэр, и вот я здесь, и вот ваш пакет, сэр.

«Партийная кличка Мел» принял посылку и, взяв блокнот, расписался в получении. Ручка начала протекать, и подпись расплылась: сплошная клякса, а в конце то ли «…ма», то ли «…ение».

– Премного благодарен, сэр, – сказал посыльный.

Он побрел обратно вдоль берега реки, стараясь не смотреть на воду, и вернулся к загруженной трассе, где припарковал фургон.

После его ухода человек в блеклых одеждах развернул пакет. В нем оказался венец – диадема из светлого металла, украшенная бриллиантами. Несколько мгновений он удовлетворенно рассматривал ее, а потом надел на голову. Корона посверкивала в лучах восходящего солнца. Но тусклый налет, который начал покрывать серебристую поверхность с момента прикосновения его пальцев, становился все темнее, и вскоре вся корона почернела.

Мел встал. Что хорошо в загрязнении атмосферы, так это потрясающие восходы. Словно кто-то поджег небеса.

Случайно брошенная спичка могла бы поджечь эту реку, но, увы, времени оставалось в обрез. Мел мысленно прикинул, где и когда должны встретиться Четверо, и понял, что ему придется поспешить на встречу.

«А уж тогда, пожалуй, мы подожжем небеса», – подумал он. Его фигура как-то незаметно исчезла с речного берега.

Близился урочный час.

Посыльный оставил фургон на обочине дороги с двухсторонним движением. Обойдя машину (с осторожностью, поскольку автомобили по-прежнему вылетали из-за поворота), он оказался у дверцы водителя, просунул руку в открытое окно и взял квитанцию с приборного щитка.

Итак, осталось доставить только еще одну посылку.

Он внимательно прочел указания на бланке доставки.

В недоумении перечел их еще раз, обратив особое внимание на адрес и сообщение. Адрес состоял из одного слова: «Повсюду».

Затем он написал подтекающей ручкой короткую записку Мод, своей жене. Очень просто: «Я люблю тебя».

Положив бумаги на приборный щиток, он посмотрел налево, потом направо и опять налево и решительно направился через дорогу. Он был примерно посередине, когда из-за угла появилась немецкая машина смерти, многоосный грузовик для международных перевозок, водитель которого вконец помешался от кофеина, таблеток и транспортных правил ЕС.

Курьер проводил взглядом громаду удаляющегося грузовика.

«Боже, – подумал он, – а ведь этот гад чуть меня не сшиб».

Затем он глянул вниз на сточную канаву.

«Вот как», – подумал он.

– ДА УЖ, – согласился чей-то голос из-за его левого плеча, или, вернее, оттуда, где, по воспоминаниям, находилось его левое плечо.

Курьер обернулся, огляделся и увидел. В первый миг он не мог найти слов, не мог вообще ничего понять, но выработанная годами привычка сделала свое дело, и он сказал:

– Послание для вас, сэр.

– ДЛЯ МЕНЯ?

– Да, сэр. – Хорошо бы у него было горло – тогда хоть удалось бы сглотнуть. Будь у него еще горло. – Пакета, к сожалению, нет, мистер… э… сэр. Только послание.

– ТОГДА ПЕРЕДАЙ ЕГО.

– Вот оно, сэр. Гм… «Иди и смотри».100

– НАКОНЕЦ-ТО.

Адресат улыбнулся – впрочем, он всегда улыбался, такое уж у него было лицо.

– БЛАГОДАРЮ, – продолжал голос. – ПОХВАЛЬНАЯ ПРЕДАННОСТЬ ДОЛГУ.

– Сэр? – покойный курьер проваливался в странный серый туман и видел лишь два голубых пятна. Возможно, то были глаза, а возможно – далекие звезды.

– СЧИТАЙ, ЧТО НЕ УМИРАЕШЬ, – сказал Смерть. – ПРОСТО УХОДИШЬ РАНЬШЕ ПРОЧИХ, ЧТОБЫ НЕ ПОПАСТЬ В ТОЛКУЧКУ.

Посыльный удивился на миг – не шутит ли его собеседник – и решил, что не шутит; на том все и закончилось.
Небо красно поутру. Никому не по нутру.

Да.
Сержант-ведьмолов Шедвелл отступил назад и склонил голову набок.

– Значит, так, – глубокомысленно сказал он. – Все готово. Ничего не забыл?

– Ничего, сэр.

– Маятник обнаружения?

– Есть маятник обнаружения.

– Тиски?

Ньют сглотнул и похлопал себя по карману.

– Тиски на месте, – сказал он.

– Растопка?

– Ей-богу, сержант, я думаю, что…

– Растопка?

– Есть растопка, – уныло сказал Ньют. – И спички.101

– Колокольчик, книга и свеча?102

Ньют похлопал по другому карману, где находился бумажный пакет с колокольчиком того типа, от которого бесятся волнистые попугайчики, розовая свечка с именинного пирога и книжица «Молитвы для малышей». Шедвелл убедил его в том, что, хотя первостепенной задачей было обнаружение ведьм, добрый ведьмолов никогда не упустит возможность провести ритуал изгнания нечистой силы, и посему следует всегда иметь при себе полное походное снаряжение.

– Есть колокольчик, книга и свеча, – сказал Ньют.

– Булавка?

– Есть булавка.

– Молодец. Никогда не забывай про булавку. Она есть штык твоего сокрушительного огневого оружия.

Шедвелл отступил на шаг. Ньют с удивлением заметил, что глаза старика затуманились.

– Хотел бы я двинуться с тобой, – сказал он. – Там наверняка не случится ничего такого, но все равно – было бы здорово выступить в поход. Ты еще узнаешь, почем фунт лиха. Лежу, бывалоча, в мокрых папоротниках, слежу за дьявольскими плясками… Заноют у тебя еще кости, заноют.

Он браво расправил плечи и отсалютовал.

– Итак, вперед, рядовой Пульцифер. И да пребудет с тобой армия славы.

После отъезда Ньюта Шедвелл решил провести один ритуал, какого прежде никогда не совершал. Для этого ему требовалась лишь одна булавка. Не булавка военного назначения – ведьмовская, для испытания таковых ведьм. А самая обычная булавочка, какую можно воткнуть в карту.

Карта висела на стене. Старая, заслуженная карта. На ней еще не был отмечен Милтон-Кейнс. На ней не было и Харлоу.103 И едва успели появиться Манчестер и Бирмингем. В течение трех столетий она служила военной штабной картой. В ней уже торчала горстка булавок, в основном в графствах Йоркшир и Ланкашир, да еще несколько в Эссексе, хотя все они успели изрядно проржаветь. А в других местах темнели простые штырьки, отмечавшие далекие миссии, места, где когда-то квартировали отряды ведьмоловов.

Наконец Шедвелл отыскал булавочку среди мусора в пепельнице. Он сдул с нее пыль, протер до блеска и пристально уставился на карту, пока не нашел-таки местоположение Тадфилда, после чего с торжествующим видом воткнул туда булавку.

Она поблескивала.

Шедвелл отступил на шаг и вновь отсалютовал. Глаза его увлажнились слезами.

Сделав резкий поворот кругом, он отсалютовал и выставочному шкафу. Этот старый, ветхий шкаф с разбитым стеклом являлся, однако, неотъемлемой частью Армии ведьмоловов. Он хранил полковое серебро (приз, полученный на межбатальонном состязании по гольфу, не проводившемся, увы, уже более семидесяти лет); он хранил патентованный Громобойный Пугач, заряжаемый с дула, – изобретение полковника-ведьмолова Не-Вкушай-Мяса-С-Кровью-Не-Ворожи-И-Не-Гадай Далримпла;104 он хранил также экспозицию из предметов, напоминающих орехи, которые на самом деле были коллекцией усохших черепов охотников за черепами, подаренной штабс-майором Армии ведьмоловов Горацием «Достань их первым, пока они тебя не достали» Легавером, много поездившим по дальним странам; шкаф хранил воспоминания.

Шедвелл шумно высморкался в рукав.

Вспомнив, что пора завтракать, он вскрыл баночку сгущенки.
Если бы армия славы и попыталась пребыть с Ньютом, то ее кости рассыпались бы на марше. А все потому, что ведьмоловы, не считая Ньюта и Шедвелла, уже давно перешли в мир иной.

Но было бы ошибкой думать о Шедвелле (Ньют так и не выяснял, каким именем его нарекли при крещении) как о свихнувшемся одиночке.

Просто так получилось, что все остальные поумирали в большинстве своем уже несколько сотен лет назад. Когда-то Армия охотников за ведьмами была столь же большой, как и в творчески отредактированной бухгалтерии Шедвелла. Ньют удивился бы, узнав, что история Армии ведьмоловов почти такая же древняя и почти такая же кровавая, как у любой другой армии, служащей более прозаическим целям.

Нормы оплаты для охотников за ведьмами, установленные Оливером Кромвелем, с тех пор ни разу не пересматривались. Офицерское жалованье составляло крону, а генеральское – целый соверен. Речь идет, разумеется, о базовом жалованье, поскольку за каждую обнаруженную ведьму каждый ведьмолов дополнительно получал девять пенсов и львиную долю принадлежащей ей собственности.

То есть реально можно было рассчитывать лишь на те девять пенсов. Поэтому армейская казна переживала трудные времена до тех пор, пока Шедвелла не взяли на содержание силы Небес и Ада.

Жалование Ньюта составляло один старый шиллинг в год.105

За это он обязался всегда держать под рукой «огниво, кремень, трутницу или огненосные спички», хотя Шедвелл дал понять, что ронсоновская газовая зажигалка очень удобна в употреблении. Изобретение патентованной зажигалки Шедвелл воспринял так же одобрительно, как обычные солдаты – изобретение магазинной винтовки.

А на взгляд Ньюта, Армия ведьмоловов была больше всего похожа на клуб исторической реконструкции или сборище толкинистов. Приятное развлечение на выходные – и поддержка славных древних традиций, которые сделали западную цивилизацию тем, чем сделали.

Примерно через час после отъезда из штаб-квартиры Ньют остановился на придорожной автостоянке и, склонившись к пассажирскому сиденью, порылся в бардачке.

Он открыл окно (пришлось воспользоваться плоскогубцами, поскольку ручка давно отвалилась).

Пакет с растопкой, вылетев за окно, приземлился за придорожной изгородью. Мгновение спустя за ним последовали тиски.

Поразмыслив над остальным снаряжением, Ньют забросил его обратно в бардачок. Булавку военного образца, выпускавшуюся специально для ведьмоловов, венчала блестящая эбеновая головка, как у дамских шляпных булавок.

Он знал, для чего она предназначена. Ньют проштудировал довольно много литературы. На первой же встрече Шедвелл завалил его специальными брошюрами, но в армейском архиве накопилось также множество самых разных книг и документов, которые, как Ньют полагал, принесли бы огромные деньги, если бы когда-нибудь попали на рынок.

Такой булавкой следовало уколоть подозреваемую. Если на ее теле найдется местечко, нечувствительное к булавочным уколам, значит, перед вами ведьма. Элементарно. Некоторые нечистые на руку ведьмоловы пользовались орудиями, острие которых при надавливании пряталось в булавочной головке, но Ньюту выдали настоящую, из твердой стали. Он не смог бы взглянуть в глаза старине Шедвеллу, если бы выкинул ее. Кроме того, это плохая примета.

Он включил зажигание и продолжил путешествие.

Машина у Ньюта была марки «Васаби». Он назвал ее «Дик Турпин» в честь знаменитого бандита106 и в надежде, что однажды его попросят объяснить, почему же он выбрал такое имя.

Лишь очень дотошный историк смог бы точно определить время, когда из дружелюбных роботов, копирующих все западное, японцы превратились в искусных и квалифицированных инженеров, уже не нуждающихся в западной подпитке. Но «Васаби», разработанная на переходном этапе, сочетала в себе традиционные недостатки большинства западных машин со множеством новаторских японских неудач, отказ от которых в дальнейшем способствовал процветанию «Хонды» и «Тойоты».

Второй такой машины Ньют так ни разу и не встретил на дорогах, несмотря на все старания. Уже много лет он не слишком убедительно нахваливал ее экономичность и мощность в отчаянной надежде на то, что кто-то захочет купить такую же – ведь, как говорится, в компании и помирать легче.

Тщетно пел он дифирамбы двигателю, рассчитанному на целых 823 «кубика», трехскоростной коробке передач и потрясающим подушкам безопасности, которые надувались в опасной ситуации – к примеру, на прямой сухой дороге на скорости 45 миль в час, когда вы едва не попадали в аварию, поскольку подушки заслонили обзор. Ньют также впадал в лирику, расхваливая сделанный в Корее радиоприемник, способный потрясающе ловить «Радио Пхеньяна», и встроенную электронику, которая механическим голоском сообщала, что вы забыли пристегнуть ремень безопасности, даже если вы его пристегнули; причем, судя по всему, программист не знал не только английского, но даже и японского языка. В общем, заключал Ньют, все сделано по последнему слову техники.

Техника в данном случае, вероятно, относилась к периоду освоения гончарного ремесла.

Его приятели кивали и соглашались, но лично для себя решали, что, если бы им предложили на выбор «Васаби» или пешую прогулку, они предпочли бы вложить деньги в пару ботинок – результат все равно будет один, поскольку одна из причин потрясающей экономичности «Васаби» заключалась в том, что большую часть времени она стояла в гараже, ожидая, пока единственный в мире выживший агент фирмы «Васаби» перешлет особые коленвалы и прочие запчасти из города Нигирисуши.107

В туманном, дзенском трансе, который так хорошо знаком водителям, Ньют задумался о том, как именно пользовались такими булавками. Может, для начала говорилось: «У меня есть булавка, и я не боюсь ее применить»? «Имею булавку, готов путешествовать…» «За пригоршню булавок…» «Человек с золотой булавкой…» «Булавки острова Наварон…»108

Ньюту, возможно, интересно было бы узнать, что из тридцати девяти тысяч женщин, проверенных булавкой за долгие века охоты на ведьм, двадцать девять тысяч вскрикнули от боли, девять тысяч девятьсот девяносто девять не почувствовали ничего, поскольку применялись вышеупомянутые коварные булавки, а одна ведьма заявила, что булавка чудесным образом исцелила ее ногу от артрита.

Звали эту исцеленную Агнессой Псих.

И она нанесла Армии ведьмоловов непоправимый урон.

Одно из первых предсказаний в книге «Превосходных и Недвусмысленных Пророчеств» касалось смерти самой Агнессы.

Англичане, будучи по преимуществу народом дремучим и склонным к праздности, не испытывали такого сильного желания сжигать женщин, как другие нации Европы. В Германии костры сооружались и поджигались с поистине тевтонской скрупулезностью и регулярностью. Даже благочестивые шотландцы, на протяжении всей истории до изнеможения боровшиеся со своими заклятыми врагами (шотландцами), умудрились соорудить несколько костров, коротая долгие зимние вечера. Но у англичан, видимо, к этому никогда не лежала душа.

Возможно, одной из причин стала необычная казнь Агнессы Псих, которая в некоторой степени ознаменовала конец ведьмовской истерии в Англии. Однажды апрельским вечером ревущая толпа, разъяренная до предела привычками Агнессы (быть умной и лечить людей), притащилась к дому ведьмы и увидела, что Агнесса спокойно сидит себе в пальто, поджидая своих палачей.

«Что-то вы припозднились, – сказала она. – Я уж минут десять как должна гореть».

Тут она встала, вышла из дома и, прихрамывая, направилась сквозь внезапно притихшую толпу к костру, второпях сооруженному на деревенском выгоне. Как рассказывает легенда, она с трудом вскарабкалась на этот погребальный костер и, встав спиной к столбу, обхватила его руками.

«Вяжи покрепче», – велела она изумленному ведьмолову. А потом, когда обитатели деревни стали бочком подходить к этому костру, она высоко подняла красивую голову, ярко освещенную горящими факелами, и сказала: «Подходите ближе, добрые люди. Ближе, ближе, доколе пламя чуть вас не ожжет, ибо я призываю вас посмотреть, как умрет последняя истинная ведьма в Англии. Ибо я воистину ведьма, по разумению моему, хоть мне и самой неведомо, каково мое истинное Согрешение. А посему пусть смерть моя явится посланием миру. Подходите смелей, говорю вам,
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   30

Похожие:

Терри Пратчетт, Нил Гейман Благие знамения iconНил Гейман Задверье Нил Гейман Задверье Предисловие переводчика
Да, разумеется, автор «набрасывает картинку», но именно набрасывает, а не описывает. Все сведено к действию и диалогам, реплики в...

Терри Пратчетт, Нил Гейман Благие знамения iconНил Гейман Звездная пыль Нил Гейман Звездная пыль Посвящается Джин и Розмари Волф Песня
В нашем молодом человеке и в том, что с ним произошло, было много необыкновенного – так много, что всего целиком не знал даже он...

Терри Пратчетт, Нил Гейман Благие знамения iconТерри Пратчетт Интересные времена Серия: Плоский мир 17 ocr фензин
Предупреждение: поскольку речь в дальнейшем пойдет о крайне щекотливых вопросах, нижеследующая аннотация написана дипломатическим...

Терри Пратчетт, Нил Гейман Благие знамения iconКогда мы встретимся вновь
Персонажи: Терри/Кенди, Пати/Том, Арчи/Анни, Нил/Жоа, Альберт/Шанталь, Элиза и другие

Терри Пратчетт, Нил Гейман Благие знамения iconТерри Пратчетт Понюшка Серия: Плоский мир 39 Перевод: Цитадель Детей Света
Командор с радостью погружается в импровизированное расследование, даже и не подозревая, что в первую очередь отдохнуть с мужем в...

Терри Пратчетт, Нил Гейман Благие знамения iconНил Гейман История с кладбищем
Обитатели кладбища, призраки, вампир и оборотень, дают мальчику имя, воспитывают и опекают его. На кладбище — и в большом, человеческом...

Терри Пратчетт, Нил Гейман Благие знамения iconТерри Пратчетт Роковая музыка (Музыка души)
Он позволил ей достигнуть возраста шестнадцати лет, поскольку полагал, что с подростками проще иметь дело, чем с маленькими детьми...

Терри Пратчетт, Нил Гейман Благие знамения iconНил Гейман Американские боги Альтернатива. Фантастика
Перед вами – художественное произведение, а не путеводитель. И пусть география Соединенных Штатов Америки в этом романе отчасти соответствует...

Терри Пратчетт, Нил Гейман Благие знамения iconТерри Пратчетт Последний контитент Серия: Плоский мир 22 Вычитка Kail Itorr
ИксиксИкс. Зато много-много лет спустя на него выпал Ринсвинд, самый невезучий и трусливый волшебник на Плоском мире. И именно на...

Терри Пратчетт, Нил Гейман Благие знамения iconНил Бернард – Преодолеваем пищевые соблазны
Доктор Нил Барнард – один из самых ответственных и авторитетных голосов в современной американской медицине. Эндрю Уил (Andrew Weil,...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов