Эта книга посвящается Джеку У. Кричу, который с самого начала поверил в то, что записки




НазваниеЭта книга посвящается Джеку У. Кричу, который с самого начала поверил в то, что записки
страница9/15
Дата публикации02.09.2013
Размер2.59 Mb.
ТипКнига
zadocs.ru > История > Книга
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   15

При желании можно встречаться со своими подругами хоть каждый день, даже в пятницу, которая считается днем отдыха. Мы собираем­ся, пьем кофе или чай, едим сладости, валяемся на мягких диванах и сплетничаем. Как только женщина надевает чадру, она автоматически становится участницей этих посиделок.

Вот и я, едва надев свою первую чадру, без устали, как завороженная, слушала рассказы юных жен о первой брачной ночи — рассказы подробные, в которых не опускалось ни одной детали.

Некоторые из новобрачных шокировали своих подруг заявлениями о том, что наслажда­ются сексом. Другие говорили, что притворя­ются перед своими мужьями, чтобы у тех не возникло желания жениться на ком-нибудь еще. Были, впрочем, и такие, которые ненавидели эту процедуру и лежали с закрытыми глазами, стиснув зубы от отвращения, пока их мужья делали свое дело. Стоит упомянуть, что были и такие женщины, которые хранили молчание во время подобных разговоров. Это были те, которым пришлось встретиться с жестокостью и са­дизмом, те, которых постигла участь Сары.

Нура, убедившись в том,что я имею пред­ставление о семейной жизни, добавила кое-что к моим познаниям. Она сказала мне, что пер­вейшей моей обязанностью, как жены, являет­ся доступность в любое время, когда этого по­желает муж, вне зависимости от того, хочется мне этого или нет.

Я тут же возмутилась и заявила, что буду поступать так, как мне хочется, и что Кариму не удастся заставить меня делать что-либо про­тив моей воли.

Нура грустно покачала головой. Ни Карим, ни любой другой мужчина не согласятся сми­риться с таким положением дел. В супруже­ской постели они не привыкли получать отказ. Я сказала, что Карим не такой, как осталь­ные, он никогда не применит силу. Однако Нура уверила меня, что пет мужчины, который счи­тался бы с желаниями женщины.

— Не стоит надеяться на это, иначе тебя постигнет горькое разочарование, — сказала она,

Чтобы переменить тему разговора, я спро­сила у сестры об обрезании. Тихим, срываю­щимся голосом Нура сказала, что ей сделали обрезание в двенадцать лет, и добавила, что эту процедуру проделали еще с тремя нашими сес­трами. Остальным шестерым удалось избежать этого варварского обычая благодаря вмешатель­ству врача-ииостранца, который в течение не­скольких часов объяснял нашему отцу нелепость и опасность обрезания Нура сказала, что я должна благодарить Ал­лаха, что избежала такой страшной травмы.

Нура была сильно взволнована, в глазах ее сто­яли слезы, и я спросила, что же произошло.

Многие поколения женщин в нашей семье подвергались обрезанию. Наша мать, подобно большинству саудовских женщин, была обреза­на, когда стала женщиной за несколько недель до свадьбы..

У Нуры месячные начались в четырнадцать, и мать, следуя единственной традиции, кото­рую знала, договорилась, чтобы Нуре произве­ли обрезание в маленькой деревушке недалеко от Эр-Рияда. По этому поводу в деревне было организовано празднество, на котором Нуру чес­твовали, как почетную гостью. Вскоре мать сказала Нуре, что женщины должны кое-что сделать с ней, и попросила дочь лежать спо­койно.

Одна из женщин ритмично ударяла в бара­бан, а другие хором скандировали какие-то изречения из Корана. Несколько пожилых жен­щин сгрудились вокруг испуганной девочки.

Нура, обнаженная снизу до пояса, лежала на белой простыне, а четверо .женщин держали ёе за руки и за ноги. Старшая из женщин занесла руку, и Нура с ужасом увидела, что та держит какой-то предмет, похожий на бритву. Девочка закричала и почувствовала острую боль в области гениталий. Она почти потеряла со­знание от шока, а женщины подняли ее в воз­дух и принялись поздравлять. Нура с испугом увидела, что по ногам ее струится кровь. Ее отнесли в шатер и перевязали.

Раны быстро затянулись, и Нура не пони­мала смысла процедуры, пока не наступила пер­вая брачная ночь, принесшая невыносимую боль и обильное кровотечение. С каждым разом ей становилось все хуже и хуже. Несчастная Нура с ужасом ждала каждой ночи, которую ей пред­стояло провести с мужем.

Когда она забеременела. то обратилась к доктору-иностранцу, который был потрясен, увидев ее шрамы. Он сказал Нуре, что у нее полностью удалены наружные половые органы, в результате чего половой акт каждый раз бу­дет сопровождаться трением, болью и кровоте­чением.

Когда врач узнал, что еще три наши сестры были обрезаны и такая же участь ждет осталь­ных шестерых, он попросил Нуру организовать ему встречу с нашими родителями. Остальные три сестры тоже посетили доктора, который сказал, что Бахер находится в еще более тяже­лом положении, чем Нура. Он добавил, что с трудом представляет, как она выдерживает сек­суальные контакты с мужем.

Нура присутствовала на обрезании своих сестер и рассказала, что Бахер боролась со ста­рухами и даже умудрилась вырваться от них и пробежать несколько метров, прежде чем ее схватили и уложили на простыню. Результа­том этого стали многочисленные раны и поте­ря крови.

Доктор был поражен, когда узнал, что имен­но мать настаивала на обрезании своих доче­рей. Она сама прошла через это и считала, что такова воля Аллаха. В конце концов доктор смог убедить отца в бессмысленности и несомнен­ной опасности для здоровья подобной процеду­ры. Нура снова подчеркнула, что мне крупно повезло, что я смогла избежать этой унизитель­ной и жестокой операции.

Я спросила Нуру, почему Карим поинтере­совался у меня об обрезании. Сестра ответила, что, к моему счастью, он оказался из тех мужчин, которые предпочитают, чтобы женщина была полноценной, тогда как большинство на­стаивают на том, чтобы их невесты были обре­заны. Все зависит от района, где девочка роди­лась, и от порядков в ее семье. Некоторые семьи отказались от варварского обычая, другие же были непреклонны.

У Нуры создалось впечатление, что Карим хочет жену,с которой он мог бы разделить удо­вольствие, а не объект для удовлетворения сво­их желаний. Наконец Нура ушла, оставив меня наедине со своими мыслями.

Теперь я понимала, как мне повезло, что я оказалась одной из младших дочерей в семье. При мысли о том, что довелось пережить моим сестрам, меня буквально трясло от ужаса и отвращения. Мне было приятно, что Карим беспокоится о моем физическом состоянии, и я пришла к выводу, что и в нашей стране жен­щина может быть счастливой, невзирая па тра­диции, не совместимые с цивилизованным об­разом жизни.

И все же несправедливость происходящего не давала мне покоя. Саудовская женщина мо­жет обрести счастье только в том случае, если попадет в жены к умному и внимательному мужчине, в противном случае ей не на что надеяться. Что бы мы ни делали, наше будущее зависит только от одного — насколько добр и великодушен мужчина, которому мы подчине­ны!

Наконец я уснула, утомленная всем проис­шедшим, и мне приснилось, что я, одетая в великолепный изумрудно-зеленый свадебный пеньюар, жду своего жениха — Карима. Но Карим пришел, и сон превратился в кошмар, от которого я проснулась в холодном поту: мне приснилось, что толпа старух в черном держат меня за руки и за ноги, а одна из них заносит надо мной бритву.

Я позвала Марси и попросила ее принести холодной воды. Я была в ужасе, так как поняла значение кошмарного сна: главным препятстви­ем к освобождению арабских женщин от влас­ти варварских обычаев являются сами женщи­ны!

Поколение моей матери было поголовно необразованным. Эти бедные женщины не зна­ют ничего, кроме того, что говорят им их мужья. Трагическим следствием этой необразованнос­ти стало то, что обычаи, подобные обрезанию, соблюдаются именно теми, кто сам и страдает от этого. Я подумала, что именно такое поведе­ние женщин и укрепляет мужчин во мнении, что с нами можно делать все, что угодно.

Даже когда моей матери сказали об опас­ности этой ужасной процедуры для здоровья, она продолжала настаивать на том, что всем ее дочерям необходимо подвергнуться обрезанию. Она считала, что малейшее отступление от тра­диций может повлиять на шансы дочерей вый­ти замуж.

Лишь только мы, современные, образован­ные женщины, можем пытаться что-то изме­нить. Я решила, что именно мне предстоит на примере своей жизни и своего замужества показать, что этот мир можно изменить. Мои сыновья и дочери смогут сделать Саудовскую Аравию страной, в которой жизнь будет хоро­ша для всех граждан, как мужчин, так и жен­щин.
СВАДЬБА.

По случаю моей свадьбы комната, в которой меня готовили к церемо­нии, была полна весельем. Окру­женная женщинами моей семьи, я не могла разобрать ни одного слова из того, что они говорили, так как их одновременная болтовня сливалась в сплошной веселый, жиз­нерадостный гул.

Мы находились во дворце Нуры и Ахмеда, постройка и отделка которого закончились бук­вально за несколько недель до моей свадьбы. Нура была очень довольна своим новым домом и хотела, чтобы сплетни о его роскоши и удоб­стве поползли по всему Эр-Рияду.

Что касается меня, в тот момент я ненави­дела новый дворец Нуры; из романтических со­ображений я мечтала, чтобы паша с Каримом свадьба состоялась в Джидде, на берегу моря. Однако отец настоял на традиционном брако­сочетании, и я впервые в жизни промолчала, когда мою просьбу отвергли.

Уже несколько месяцев прошло с того мо­мента, как я приняла решение сдерживать свой темперамент в мелочах. Меня занимали более важные проблемы — я берегла силы для решающей борьбы за освобождение женщин моей страны!

Нура вся светилась от счастья, слушая, как родственницы наперебой расхваливают ее но­вый дом. Мы с Сарой незаметно обменялись понимающими улыбками, так как давно уже пришли к общему заключению, что дворец пред­ставляет собой образчик весьма дурного вкуса.

Это было гигантское мраморное сооруже­ние. Сотни филиппинских, таиландских и йемен­ских рабочих под руководством специалистов из Германии работали, сменяя друг друга, круг­лые сутки в течение нескольких месяцев, одна­ко ввиду того, что художники, резчики по де­реву и специалисты по художественному литыо не согласовали своих действий, внешний вид и внутреннее убранство дворца вступали в нераз­решимое противоречие друг с другом.

В результате получился архитектурный монстр, способный вызвать восхищение лишь у тех, кто ничего не смыслит в красоте. Укра­шенные позолотой залы дворца были сплошь увешаны картинами известных художников. Мы с Сарой насчитали 180 картин только в одном зале.

Сара пожала плечами и заявила, что карти­ны подбирал человек, совершенно не разбира­ющийся в живописи. На полу повсюду лежали ковры с изображениями различных птиц и жи­вотных. От спален, украшенных тяжеловесной резьбой, становилось тяжело на душе. Мне было непонятно, как дети одних родителей могут иметь диаметрально противоположные представ­ления о хорошем вкусе.

Впрочем, должна признать, что, хотя Нура и потерпела, на мой взгляд, фиаско в деле ук­рашения собственного дома, она в полной мере проявила себя в другом: ее парк оказался на­стоящим шедевром. Дворец окружала почти квадратная миля озер, лужаек, великолепно подобранных цветов, кустарников и деревьев. В парке посетителя поджидало множество при­ятных сюрпризов — скульптуры, яркие домики для птиц, весело журчащие фонтаны и даже детская площадка для игр с разнообразными аттракционами.

Наша с Каримом свадьба должна была со­стояться в саду в девять часов вечера. Нура знала, что я обожаю жёлтые розы, и теперь несколько тысяч этих цветов, привезенных из Европы, покрывали водную гладь озера, на бе­регу которого стоял украшенный такими же розами павильон, в котором мне предстояло встретиться с Каримом.

Нура с гордостью заявила, что повсюду уже шепчутся о том, что нашей свадьбе не было равных за последние несколько лет. О помолв­ках и свадьбах в Саудовской Аравии не объяв­ляют заранее; эти мероприятия считаются сугу­бо частным делом, однако слухи о количестве потраченных на то или иное празднество денег циркулируют повсюду, и члены королевской, семьи лезут из кожи вон, чтобы перещеголять друг друга.

Когда тетушки принялись за ужасную про­цедуру удаления волос с самых интимных час­тей моего тела, я громко закричала, что не могу попять, откуда взялся этот варварский обычай.

Старшая из моих тетушек влепила мне звон­кую пощечину за такое кощунство. Глядя на меня в упор, она заявила, что я просто глупая девчонка и что истинная мусульманка обязана подчиняться заветам пророка Магомета, кото­рый велел удалять волосы на лобке и подмыш­ками каждые сорок дней из соображений гиги­ены.

В ответ я закричала, что этот обычай боль­ше не имеет смысла; в конце концов, мы — современные мусульмане и имеем все необхо­димое для того, чтобы содержать себя в чисто­те. У нас есть горячая вода и мыло, и для того чтобы быть чистыми, не обязательно использо­вать песок! Однако мои тетки, прекрасно зная, что я способна спорить до бесконечности, про­должали делать свое дело.

Мне ничего не оставалось, как только окон­чательно шокировать собравшихся заявлением, что если бы пророк был сейчас жив, то он наверняка прекратил бы действие этого глупо­го обычая.

— Мы, саудовцы, — кричала я, — доказы­ваем, что не умнее бестолкового мула, который идет след в след за вожаком каравана, не думая о том, куда его могут привести! Пока мы не сможем посмотреть правде в глаза и выбрать свой путь, нам не избавиться от гнета старых обычаев.

Мои родственницы обменивались беспокой­ными взглядами. Их всегда пугало мое стремле­ние к бунту, и они чувствовали себя уютно только в компании таких же, как они, смирив­шихся со своим угнетенным положением жен­щин. Помолвка с таким человеком, как Карим,

воспринималась ими, как неслыханное везение, и я знала, что они вздохнут с облегчением только после завершения свадебной церемонии. Мое платье было сшито из самого яркого красного кружева, какое я только смогла най­ти. Я чувствовала огромное удовлетворение от того, что могу лишний раз шокировать своих родных, которые настоятельно советовали мне надеть что-нибудь бледно-розовое. Как всегда, я настояла на своем, так как была уверена, что права. В конце концов даже мои сестры вы­нуждены были признать, что ярко-красный цвет выгодно оттеняет мою кожу и глаза.

Я испытала истинное блаженство, когда Сара и Нура надели на меня платье и застегнули все пуговицы. Легкая грусть охватила меня, когда Нура застегнула на моей шее подарок Карима — ожерелье из рубинов и бриллиантов.

Мне невольно вспомнилась моя мать в груст­ный день Сариной свадьбы, когда она так же застегивала на ее шее свадебное ожерелье. Это было всего два года назад, а мне казалось, что прошла целая вечность. Но тут я подумала, что мать, наверное, смотрит на меня из каких-то неведомых далей, и на душе у меня посветлело. Я едва могла дышать в тесном корсете, но все же нагнулась и взяла со стола букетик ве­сенних цветов, изготовленный из драгоценных камней, заказанный Сарой специально к этому дню. Наконец, глядя на улыбающихся сестер, я провозгласила: — Я готова!

Наступила пора начинать новую жизнь. Раз­дался грохот барабанов, заглушивший даже звуки оркестра, прибывшего из Египта специально для того, чтобы играть на нашей свадьбе. Сопровождаемая Нурой и Сарой, я с гордо поднятой головой вышла к гостям, которые уже давно в нетерпении толпились в саду.

Как это принято в Саудовской Аравии, офи­циальная церемония была проведена загодя. Карим со своими родственниками находился в одной половине дворца, я со своими — в дру­гой, а священник ходил из комнаты в комнату и спрашивал нас, согласны ли мы на бракосочетание. Ни Кариму, ни мне не было позволено перемолвиться словом друг с другом. Празднес­тво длилось уже четыре дня и четыре ночи, а после нашего с Каримом появления перед гос­тями предстояло еще трое суток веселья.

Нынешний же день был посвящен соедине­нию молодоженов на брачном ложе. Это был наш с Каримом день! Я не видела своего жени­ха со времени нашей первой встречи, хотя не было и дня, чтобы мы с ним не вели длинных бесед по телефону. И вот, наконец, я снова увидела его.

Он не спеша шел по направлению к па­вильону в сопровождении своего отца. Возбуж­дение охватило меня, когда я подумала, что этот красивый мужчина сейчас станет моим мужем. Все чувства мои обострились, я замечала каж­дую мелочь: то, как нервно подрагивают его руки, как бьется жилка у него на горле, выда­вая участившееся сердцебиение.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   15

Похожие:

Эта книга посвящается Джеку У. Кричу, который с самого начала поверил в то, что записки iconКнига с самого начала проявляла характер. Она б
Эта книга посвящается вам, молчаливо страдающие от мысли, что во всем мире только вы одни отчаянно хотите освободиться от Телесного...

Эта книга посвящается Джеку У. Кричу, который с самого начала поверил в то, что записки iconЕсть новости? спросил тот, что был выше ростом
Эта книга посвящается семерым людям сразу: Нейлу, Джесике, Дэвиду, Кензи, Ди, Энн — и тебе, если ты готов остаться с Гарри до самого...

Эта книга посвящается Джеку У. Кричу, который с самого начала поверил в то, что записки iconМаленькая книга о капоэйре
Эта книга посвящается Дермевалю Лопезу де Ласерада, мастеру Леопольдинья, который открыл для меня таинства и маландрагенс капоэйры,...

Эта книга посвящается Джеку У. Кричу, который с самого начала поверил в то, что записки iconМаленькая книга о капоэйре
Эта книга посвящается Дермевалю Лопезу де Ласерада, мастеру Леопольдинья, который открыл для меня таинства и маландрагенс капоэйры,...

Эта книга посвящается Джеку У. Кричу, который с самого начала поверил в то, что записки iconДжоанн Кэтлин Роулинг Гарри Поттер и Дары смерти
Эта книга посвящается семерым людям сразу: Нейлу, Джесике, Дэвиду, Кензи, Ди, Энн — и тебе, если ты готов остаться с Гарри до самого...

Эта книга посвящается Джеку У. Кричу, который с самого начала поверил в то, что записки iconЭта книга посвящается людям, которые занимались развитием моей личности
Ларри Максвеллу, моему брату, который поддерживал во мне стремление к психологическому росту

Эта книга посвящается Джеку У. Кричу, который с самого начала поверил в то, что записки iconКнига эта посвящается всем достойным мужчинам и прекрасным женщинам ушедшим
Эта книга написана мной для всех мужских и женских особей, желающих повысить свой ранг в человеческой стае

Эта книга посвящается Джеку У. Кричу, который с самого начала поверил в то, что записки iconНеобходимо иметь смелость видеть вещи такими, какие они есть
Эта книга о Западе, но не о том, который привыкли видеть миллионы людей «цивилизационной периферии» на красочных и обворожительных...

Эта книга посвящается Джеку У. Кричу, который с самого начала поверил в то, что записки iconБорис Перчаткин. Огненные тропы Эта книга посвящается моему дорогому...
Эта книга посвящается моему дорогому сыну Олегу, пилоту, погибшему в авиакатастрофе

Эта книга посвящается Джеку У. Кричу, который с самого начала поверил в то, что записки iconЛетающая домохозяйка. Телесный хлам
Эта книга посвящается вам, молчаливо страдающие от мысли, что во всем мире только вы одни отчаянно хотите освободиться от Телесного...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов