Лили Сент-Кроу Странные ангелы Странные ангелы — 1




НазваниеЛили Сент-Кроу Странные ангелы Странные ангелы — 1
страница1/21
Дата публикации03.09.2013
Размер3.64 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > История > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   21
Лили Сент-Кроу

Странные ангелы
Странные ангелы — 1


OCR: Индиль; SpellCheck: yurkina

Издательство: АСТ, Астрель, Полиграфиздат

ISBN: 978-5-17-065692-9

Аннотация
Сколько себя помнит, Дрю Андерсон всегда была странной. Странной?

А слышать, видеть и чувствовать обитателей темного мира, о которых думают не иначе как о выдумке — это не странно?! А убить отца, превратившегося в зомби, жаждущего вашей смерти, — обычная история?! А в 16 лет остаться сиротой и дружить с вампирами и оборотнями — нормальная жизнь подростка?!

^ Однако Дрю не из робких девочек!

Посвящаю Гейтсу, поддержавшему меня

в трудную минуту

Благодарность

Все началось с Ричел Мид, обратившейся к Джессике Ротенберг, которая, в свою очередь, поговорила с Мириам Крисс, а та уговорила меня доработать маленький рассказ, выросший впоследствии в целый роман. Без их участия история о Дрю Андерсон вряд ли появилась бы на свет в своем настоящем виде.

Хочу также выразить огромную благодарность Гейтсу, ставшему моим первым и самым преданным читателем. Благодаря его дельным советам и колким комментариям роман зазвучал отчасти правдоподобно.

Огромное спасибо Мэлу Сандерсу, другой половинке моего писательского дарования, с вниманием слушающего мои истории. Кристе Хикки и Сикстену Цейссу спасибо за любовь и вкусный кофе, а также Мэдди и Ники за силу духа, которой они меня наделяют.

Эта книга своим появлением обязана многим людям, но в первую очередь хочу поблагодарить вас, дорогие читатели! Не будь вас, мои слова оказались бы брошенными на ветер. Поэтому позвольте поблагодарить вас за поддержку и начать свою историю...

^ A fronte praecipitium, a tergo lupi1.
Пролог
Я очень жалею, что не рассказала отцу о бабушкиной белой сове.

Между явью и сном пролегает тонкая, незримая грань, и порой она порождает странные видения. Относиться к ним как к предрекающим судьбу знакам не стоит, но и назвать их обычными сновидениями язык не поворачивается. Эта причудливая смесь грез наяву больше похожа на предостережение. Сквозь белые клубы тумана вдруг проступает чей-то усталый и до боли родной взгляд, и сонные глаза широко распахиваются...

Вот тогда-то я и увидела сову.

Сова, нахохлившись, сидела на подоконнике и купалась в лунном сиянии. В холодном свете каждое перышко отливало серебром. Перед сном я так и не удосужилась задернуть воздушные занавески и не повесила плотные шторы. А зачем все это, если мы — я и отец — в каждом городе задерживаемся не больше пары месяцев?

Я несколько раз моргнула, надеясь, что желтоглазая птица исчезнет. Вместо прилива теплоты при мысли о том, что сейчас бабушка думает обо мне, я лишь испытывала сильное раздражение, занозой засевшее в сердце. Только не спрашивайте, откуда мне ведомо о помыслах умерших. Я слишком многое повидала на своем коротком веку, чтобы не знать этого.

Сова не исчезала. Она крутила черным клювом, красуясь белоснежным оперением, опутанным паутинкой из призрачных пятнышек. Птица уставилась в мои сонные глаза и, казалось, смотрела так, не отрываясь, целую вечность. Взъерошенная и нахохлившаяся, она напоминала бабушку, которая так же выглядела при жизни, когда мне угрожала опасность.

Нет, только не сейчас! Убирайся!

Обычно появление совы предвещает увлекательное приключение, но чаще всего оно означает скверный исход событий. Отец, по-моему, никогда ее не видит. Зато с точностью до секунды знает, когда ее вижу я, и тянется за оружием раньше, чем я сообщу, кто нас ждет за поворотом: старый друг или крупные неприятности.

В ночь, когда умирала бабушка, на подоконнике тоже сидела сова. Бабушке становилось все труднее дышать, и из ее груди вырывались предсмертные хрипы. Вряд ли врачи и медсестры видели белую птицу, иначе попытались бы ее прогнать. А я к тому времени знала достаточно о другой стороне мира, чтобы держать рот на замке. Я молча сидела у больничной койки и держала бабушку за руку до последних мгновений ее жизни. Потом ждала в коридоре, пока над телом, которое покинула душа, совершали прощальные ритуалы и, в конце концов, увезли его в морг.

Доктора и социальные работники пытались поговорить со мной, но я вдруг почувствовала, как внутренности скрутило в тугой узел, и лишь тупо повторяла, что за мной уже едет папа. В действительности я не имела ни малейшего представления о том, где он находился в тот момент. Три месяца назад отец отправился очищать мир от темных сил, а я осталась присматривать за умирающей бабушкой.

Тем утром меня совсем не удивило появление отца в больнице. Он пришел уставший, небритый, с забинтованным плечом и с синяками на лице. Но пришел! Предъявил необходимые документы, подписал все бумаги, ответил на возникшие у врачей вопросы и забрал меня с собой. Как видите, все обошлось. Однако, вспоминая о той ночи, я часто размышляю, не придется ли мне когда-нибудь снова очутиться в коридоре, освещаемом слепящими глаза флуоресцентными лампами, пропахшем моющими средствами и насквозь пропитавшемся леденящим ужасом.

Не люблю вспоминать об этом.

Я зарываюсь глубже в подушку, краем глаза разглядывая перья ночной гостьи, которые четко вырисовываются в лунном сиянии. Наконец мои глаза устало закрываются, и сознание поглощает теплая, обволакивающая темнота.

Когда прозвенел будильник, уже наступило раннее утро. Солнечный свет едва пробивался в окно и прямоугольником ложился на коричневый палас. Во сне я сбила с себя одеяло и под утро чуть не отморозила задницу. Наверное, папа не включил на ночь обогреватель.

Только через двадцать минут горячего душа я почувствовала себя живым человеком, а не заледеневшей спящей красавицей. Когда же, грохоча ногами по ступеням, я сбежала вниз, настроение испортилось окончательно и бесповоротно.

О чем говорить, если любимые джинсы оказываются грязными, а на виске, под копной тусклых каштановых волос, вылезает ужасный прыщ величиной с гору! Эх, не бывать мне красавицей наяву! С мрачными мыслями в голове я натянула серую футболку и красную толстовку с капюшоном, зашнуровала громоздкие ботинки с высокими берцами и решила не краситься. А зачем? Я не задержусь надолго в этом городке, так что никто и не успеет заинтересоваться моей скромной персоной...

Сумка со стуком упала на пол. В раковине по-прежнему громоздилась гора немытой посуды. А отец склонился над подносом на кухонном столе и заряжает обоймы. Каждый патрон входит в паз с характерным щелчком.

— Привет, малышка!

Фыркнув в ответ, я достала из холодильника коробку апельсинового сока, открыла и отпила большой глоток. Потом вытерла губы и громко, но, по моему мнению, весьма пикантно, рыгнула.

— Ты у нас — сама женственность!

Впрочем, отец даже не поднял от обоймы воспаленных голубых глаз.

Я знаю, что это означает.

— Сегодня опять идешь на охоту? — спросила я, а непроизнесенные слова «без меня» остались висеть в воздухе.

Щелк! Щелк!

Отец отложил заряженную обойму в сторону и взял новую. На серебряных пулях играли блики. Должно быть, он не спал целую ночь, отливая их.

— К ужину не жди! Закажи себе пиццу или что-нибудь еще!

Это второй признак, что он собирается на дело не просто рискованное, а очень рискованное. И главное: я ему вовсе не понадоблюсь, чтобы навести на жертву! Почему? Может, у него уже появились достоверные сведения об объекте охоты? Всю неделю отец пропадал ночами, неизменно возвращаясь к обеду, а за ним тянулся шлейф резкого запаха сигарет и опасности.

В других городах мы повсюду ходили вместе. Скажу откровенно, в большинстве случаев посетители в баре не обращают внимания на девочку-подростка, заказавшую кока-колу поздним вечером. К тому же рядом всегда есть папа, который решит любую проблему взглядом, по которому безошибочно узнают вооруженного человека, или метким словом, сказанным нарочито медленно, но таящим в себе неприкрытую угрозу.

В этом городе он меня никуда с собой не брал. И, видимо, искал цель без моего участия.

Интересно, как? Наверное, старым проверенным способом. По-моему, он папе больше по нраву, чем мой.

— Я могу пойти с тобой.

— Дрю!

Одно-единственное слово, но папин тон отбивает охоту задавать вопросы! На его шее мелькнул, играя в утреннем свете, серебряный медальон мамы.

— Я тебе обязательно пригожусь! Хочешь, пистолеты понесу? И успею предупредить о незнакомце за углом, которого ты не видишь!

Мой голос дрогнул, срываясь на жалобный всхлип. Стараясь скрыть страх, я снова рыгнула. (Отрыжка получилась такой звучной, что задребезжали стекла в окнах, выходящих на заросший задний двор со сломанными качелями.). Я с трудом подавила желание изо всех сил пнуть ногой коробку с посудой, стоящую возле плиты и застекленного шкафа.

Взгляд остановился на маминой любимой жестянке из-под печенья. Эта коробка в виде ухмыляющейся толстой черно-белой коровки уже заняла свое место на раковине. Первая вещь, которая распаковывается в очередном новом доме, и последняя, которую всегда упаковывают в отдельный ящик вместе с ванными принадлежностями! Замечу, что я приобрела некоторый опыт в упаковывании и распаковывании вещей: бывает вовсе не до смеха, когда после тридцатишестичасовой поездки пытаешься найти хоть клочок туалетной бумаги!

— В следующий раз, Дрю! — пообещал отец, подняв наконец-то глаза. Короткая русая щетина казалась совсем седой в свете флуоресцентных ламп. — Я вернусь поздно! Не жди меня, ложись спать!

Так хотелось уговорить его остаться, но при виде тонкой твердой линии папиных губ и, самое главное, бутылки виски на столе я отказалась от своих намерений. Вчера перед сном бутылка была почти полной. Теперь лишь несколько капель янтарной жидкости соперничали яркой желтизной с папиными волосами.

Папу можно было бы назвать блондином, если бы коротко остриженные волосы не отливали золотисто-рыжим. А вот я унаследовала мамин цвет волос, правда не такой яркий и бросающийся в глаза. Чем меня не обделила природа, так это глазами: они у меня папины, небесно-голубые. Остальное в моей внешности представляет большой интерес для любителей генетики. Пожалуй, за исключением носа. Он достался от бабушки, если только она не польстила мне, пытаясь излечить ранимую душу ребенка. Я ведь не красавица! Большинство девочек без особых переживаний проходят через период угловатой застенчивости, а я начинаю склоняться к мысли, что застряну в нем навеки!

Впрочем, я не переживаю насчет внешности. Лучше быть не слишком красивой, но умной и ловкой, чем хорошенькой и безмозглой! И в подруги себе я выбрала бы обыкновенную девчонку с головой на плечах, а не смазливую пустышку из группы поддержки!

Я наклонилась и подняла с пола объемную сумку. Расправила лямку руками в шерстяных перчатках с обрезанными пальчиками. В них хоть и зудят руки, но, по крайней мере, тепло. А если спустить ниже манжеты рукавов, перчаток вообще не заметно!

— Хорошо, ждать тебя допоздна не буду! — пообещала я папе.

— Сядь-ка и позавтракай!

Щелк!

Очередной патрон. Отец снова перевел взгляд на обойму, словно на свете нет ничего более важного и ценного.

Завтракать? Сейчас, когда он собирается в одиночку пойти на охоту и сразиться с нечистью? Он что, шутит!

Спазм скрутил желудок в тугой комок.

— Я опоздаю на школьный автобус. А хочешь, приготовлю тебе яичницу?

Не знаю, зачем я это предложила. Глазунья — любимое блюдо отца, но ни маме, ни мне не удавалось приготовить ее так, как нравится ему. Каждый раз у меня растекается желток, даже после папиных указаний, как правильно снимать лопаточкой готовую глазунью со сковороды. А мама... мама заливисто смеялась по воскресеньям и обещала подать к столу омлет или пережаренную глазунью. Тогда папа подходил к ней и, обняв за талию, зарывался лицом в длинные каштановые кудри. А я всегда начинала кричать: «Ой-ой-ой! Только без поцелуев!»

И они оба смеялись.

Это из прошлой жизни. Тысячу лет назад. Когда я была маленькой.

Отец устало покачал головой:

— Нет, спасибо, малышка. Тебе нужны деньги?

Заметив бумажник на стойке, я открыла его.

— Возьму двадцать долларов.

— На всякий случай бери сорок. — Щелк! Щелк! — Как дела в школе?

Просто отлично, папа! Лучше некуда! Две недели в новом городе вполне достаточно, чтобы обзавестись толпой друзей, ведь так?

— Нормально!

Я взяла деньги и с грустью прикоснулась пальцем к фотографии мамы за прозрачной обложкой бумажника.

Обложка от постоянных поглаживаний давно протерта в том месте, где сияет радостная улыбка мамы. Вьющиеся, как и у меня, рыжевато-каштановые волосы собраны на затылке в свободный хвостик, а несколько выцветших локонов спадают на очаровательное личико в форме сердечка. Мама была настоящей красавицей! Стоит лишь однажды увидеть ее на фотографии, и сразу станет ясно, почему отец влюбился в нее. Кажется, будто в воздухе до сих пор витает аромат ее духов.

— Всего лишь нормально? — не унимался отец.

Щелк!

— Все хорошо, правда, пап. Тоскливо, конечно. Впрочем, как и везде! — Переступив с ноги на ногу, я положила бумажник на место. — Мне пора!

Щелк!

Он даже не поднял головы, чтобы проводить меня взглядом.

— Давай иди! Я люблю тебя.

Сегодня отец надел обычную для охоты одежду: флотскую толстовку и синие спортивные брюки с маленькой дырочкой на колене. Я не могла оторвать грустного взгляда от его склоненной головы, наблюдая, как отец заряжает обойму, откладывает ее и берет новую. Я почти чувствовала пальцами, как каждый патрон проскальзывает на свое место.

С трудом преодолевая застрявший в горле комок, я все-таки попрощалась с ним:

— Ну ладно! Тогда пока! — Будь осторожен! Не дай им себя убить!

Я вышла из кухни и потопала по коридору в прихожую, больно ударившись ногой об одну из коробок. Там лежат вещи для гостиной — руки не дойдут распаковать. Впрочем, иногда мелькает мысль: а зачем? Все равно через пару месяцев придется собирать вещи заново.

Я громко хлопаю входной дверью и сразу натягиваю капюшон, пряча под ним волосы. Особой прически у меня нет, хватит и того, что я периодически пытаюсь расчесать непокорные космы гребенкой. Вот у мамы локоны лежали один к одному, а на моей голове — сплошная путаница. И без того незавидное состояние волос только ухудшается из-за влажного климата, характерного для захолустья на Среднем Западе. Обволакивающий влажный холод превращает выдыхаемый воздух в белое облако и безжалостно леденит локти и колени.

Дом, который мы снимаем, стоит последним в ряду таких же одинаковых домов, построенных через равные промежутки друг от друга. В здешних краях солнцу редко удается пробиться сквозь затянувшие небо облака. Воздух на вкус отдает железом. Я постоянно мерзну.

До приезда сюда мы путешествовали по Флориде, где царит удушающая жара, растекающаяся по коже тягучим елеем. Мы охотились на четыре полтергейста в Пенсаколе и на неугомонный призрак женщины — даже отец разглядел его без моей помощи — в каком-то глухом городишке на севере Майами. В дороге мы повстречали магическую лавку и ее жуткую хозяйку, державшую в стеклянных банках гремучих змей. Отец купил у нее серебро — единственное эффективно действующее средство против потусторонних сил. Кстати, в школу я не ходила, так как мы часто переезжали с места на место, меняя отели и не оставляя ни малейшего шанса застать нас врасплох тем, против кого отец использовал купленное серебро.

А теперь мы в Дакоте, где снег по колено! Здорово, да?

Двор зарос высоким бурьяном, забор покрашен, но краска уже отслаивается. Кое-где отсутствуют доски, из-за чего забор похож на широко улыбающийся щербатый рот. Тем не менее крыльцо в доме прочное, а сам дом и того крепче. Папа никогда не арендует хлипкие домишки, так как считает, что они пагубно сказываются на воспитании ребенка.

Я спрятала руки глубже в карманы, втянула голову в плечи и, сутулясь, отправилась в школу.

Живым отца я больше не видела.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   21

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Лили Сент-Кроу Странные ангелы Странные ангелы — 1 iconЛилит Сэйнткроу Предательства Странные ангелы 2
«Любить возможно только то, что можешь предать. Предать возможно, только когда любишь»

Лили Сент-Кроу Странные ангелы Странные ангелы — 1 iconАнгелы ада ocr litPortal «Томпсон Х. С. Ангелы ада»: Adaptec/T‑ough...
С. Томпсон стал классикой американской контркультуры начала семидесятых и остается классикой по сей день, «Ангелы Ада» — первая книга...

Лили Сент-Кроу Странные ангелы Странные ангелы — 1 iconО чем нам хотят рассказать ангелы
Я в любом случае не смогла бы отправить описание книги — я и представления не имела, о чем она должна быть! Совершенно ясно, всем...

Лили Сент-Кроу Странные ангелы Странные ангелы — 1 iconОлег Маркеев Тотальная война (Странник 4) Эта война началась не здесь, не здесь ей и окончиться
Михаил и ангелы его воевали против дракона, и дракон, и ангелы его воевали против них, но не устояли, и не нашлось уже для Них места...

Лили Сент-Кроу Странные ангелы Странные ангелы — 1 iconАфоризмы. Ангелы зовут это небесной отрадой, черти адской мукой, а люди любовью. Генрих Гейне
Ангелы зовут это небесной отрадой, черти адской мукой, а люди любовью. Генрих Гейне

Лили Сент-Кроу Странные ангелы Странные ангелы — 1 iconПоистине, Аллах и Его ангелы благословляют Пророка. О, вы, которые...
«Поистине, Аллах и Его ангелы благословляют Пророка. О, вы, которые уверовали! Молитесь за него и испрашивайте для него мира многократно»...

Лили Сент-Кроу Странные ангелы Странные ангелы — 1 iconДэн Браун. Ангелы и демоны
Иллюминаты. Древний таинственный орден, прославившийся в Средние века яростной борьбой с официальной церковью

Лили Сент-Кроу Странные ангелы Странные ангелы — 1 iconО чем нам хотят рассказать ангелы
«Послания от Ангелов» – чудесная книга, которая научит вас принимать послания, приходящие от наших ангелов

Лили Сент-Кроу Странные ангелы Странные ангелы — 1 iconАнгелы ада
Моим друзьям, которые подбрасывали мне деньжат и милостиво позволяли мне быть безработным. Ни один писатель не сможет без них творить....

Лили Сент-Кроу Странные ангелы Странные ангелы — 1 iconАлан Бейкер «Перевал Дятлова»
Виктором Стругацким и странные, тревожные умозаключения, к которым я пришел в результате проверки его психического состояния, назвать...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов