Йогические традиции майсорского дворца Аштанга виньяса йога мастера Паттабхи Джойса Малла Пурана




НазваниеЙогические традиции майсорского дворца Аштанга виньяса йога мастера Паттабхи Джойса Малла Пурана
страница2/38
Дата публикации19.12.2013
Размер1.7 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > История > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   38
Аштанга, указывающее на прямую связь с Йогой Патанджали.    Тренировочные алгоритмы аштанга-виньяса-йоги предназначены не для спортивных состязаний или цирковых демонстраций, а для достижения соответствия продвинутым уровням сознания. Каждый день по капле. Вода настойчивости точит камень несовершенства. А победа знаменует собой лишь новый вызов, новый зов битвы...
   Во многих случаях Паттабхи Джойс довольно долго не разрешает приступать к практике следующего уровня, даже когда и предыдущий уже освоен в совершенстве. Возможно, для того чтобы ученик наработал легкость в выполнении освоенного комплекса. Хотя, казалось бы, доведенное до совершенства исполнение комплекса того или иного уровня само по себе подразумевает, что тело и сознание человека уже обладают качествами, необходимыми для того, чтобы приступить к штурму следующего уровня.
   Совершенная техника освоенного комплекса Аштанга-виньяса-йоги должна быть бесшумной. Слышно только дыхание. Все движения, даже очень трудные, выполняются плавно, без рывков и ударов. При этом практикующий порой в течение двух часов подряд динамично манипулирует всем весом своего тела, причем значительную часть этого времени — в стойках на руках. Можно себе представить, каким огромным энергетическим потенциалом на единицу массы тела он должен обладать!
   Для обеспечения травмобезопасности при исполнении асан высокой степени сложности глубокая гипермобильность суставов должна быть компенсирована функциональной тренированностью окружающих суставы мышц. И именно виньясы, постепенно усложняющиеся от уровня к уровню, укрепляют мышцы рук, ног и торса до состояния «железной рубашки», фиксирующей кости, распределение твердости которой управляется волей практикующего. Кроме того, тренировочный режим Аштанга-виньяса-йоги способствует развитию выносливости, сжиганию шлаков, удалению из организма лишней влаги и общему очищению тела.    Практикующие этот стиль Йоги обладают сухощавыми, гибкими и очень сильными телами. Кроме того, их всегда отличает уравновешенность, спокойствие, приветливость и чувство собственного достоинства...
   Начинающим следует обратить внимание на то, чтобы переходы из одной позы в другую были плавными, без рывков. Опускание тела на пол из стоек на руках должно быть не безвольным падением уставшего человека, а как можно более медленным, плавным и контролируемым движением. С точки зрения травмобезопасности наиболее уязвимого поясничного отдела позвоночника особое внимание следует уделить укреплению паравертебралького корсета позвоночника, мышц спины и брюшного пресса. И именно эти мышцы замечательным образом развиваются всевозможными виньясами в медленной динамике.
Проследив характер усложнения комплексов, можно отметить, что их авторы не торопились с освоением прогибов назад. Так, в первом и втором комплексах самыми глубокими прогибами назад являются гимнастический мост (урдхва дханурасана) и капотасана — прогиб назад из положения стоя на коленях с захватом голеностопов руками и Постановкой головы на стопы. Что же касается позы скорпиона (вришчикасаны) и асимметричных вариантов капотасаны, то они вводятся только на интенсивных уровнях практики, начиная с третьего комплекса.
   Игнорирование простейших правил травмобезопасноти может очень быстро привести к образованию грыж межпозвонковых дисков в поясничном отделе позвоночника. Но, с другой стороны, истинный дух Йоги требует не отказываться от штурма ограничений в физическом теле, от повышения уровня сложности тренировочных упражнений, то есть от принятия вызова. Без него не может быть взаимодействия с границей диапазона восприятия — Великим Пределом.
Но, что самое важное, упражнения Аштанга-виньяса-йоги исполняются не для «укрепления здоровья», и уж конечно, не дня самоутверждения в глазах других, а для накопления Силы Духа и психоэнергетических трансформаций, ведущим к расширению восприятия и развитию сознания...
* * *
   Тренировки в Иогавишараде Паттабхи Джойса обычно начинаются в четыре часа утра* и продолжаются до девяти-одиннадцати часов утра, в зависимости от количества прибывших учеников. В зале Йогавишарады одновременно тренируются 8—10 человек, причем каждый по своей программе, выполняя комплексы доступных уровней. По завершении основного блока асан ученик выходит из зала и поднимается на второй этаж Йогавишарады, где в специальной комнате он завершает тренинг, выполняя финишный блок асан, медитирует и расслабляется. Когда он покидает зал на первом этаже, его место занимает следующий ученик.
   Паттабхи Джойс заботливо помогает всем, исправляя технические ошибки. Его ученики неоднократно предупреждали меня, что при знании целей Традиции и наличии индивидуальной тренировочной программы может зародиться сомнение; стоит ли ехать так далеко, в Южную Индию, для того, чтобы тренироваться один раз в день, а затем остаток дня заниматься чем придется? Но там есть нечто такое, что дома воспроизвести просто невозможно. Это сам дух Йогавишарады и личное присутствие Паттабхи Джойса, Там происходит «тонкая коррекция» чего-то очень важного, что порой не удается «сдвинуть с места» даже за годы самостоятельных тренировок. Решающую роль в этом, безусловно, играет личность Паттабхи Джойса...
Тренировка всегда начинается с традиционной мантры, кото-рую вы найдете в этом сборнике в начале практического руководства Лино Милинн.
* * *

   Может быть, в нашем климатическом поясе не обязательно начинать тренировку так рано. Но там, на юге Индии, тренироваться в другое время просто невозможно, поскольку уже в восемь часов утра температура превышает 25 градусов по Цельсию. Воздух раскаляется и, тренируясь позже, можно просто «сорвать сердце». Жара висит над землей до 1 двух часов ночи и спадает только к трем-четырем часам утра. Поэтому тем из учеников, очередь которых начинать тренировку наступает после восьми утра, приходится нелегко. Их почти сразу же прошибает пот, и в духоте (почти как в саунe) становится трудно дышать. Есть, конечно, и более важная причина столь раннего начала утренних занятий. Это влияние дневных циклов на состояние занимающегося. Период смены ночи и дня, сна и бодрствования, переход из бессознательного в сознательное — наилучшее время для успешной npактики Йоги и целенаправленной реализации изменений в сознании
   Многие из современных школ Йоги изменяют традиционную методику и упрощают практику, подгоняя ее под весьма ограниченные возможности занимающихся. Так возникают выхолощенные и профанированные «игрушечные» йоги. Занятия ими — дань моде, экзотике или престижу именно такие стили обычно становятся популярными и массовыми, потому что те учителя, которые их развивают, орентируются на доступность и легкость, стремясь охватить влиянием как можно больше людей, — разумеется из «экономических» соображений. Паттабхи Джойс бескмпромиссно отстаивает прямо противоположный подход, утверждая, что не Йогу нужно приспосабливать к слабости и несовершенству практикующего, а, наоборот, — практикующий должен развить себя до соответствия идеалам Традиции.
   Ориентация на несовершенство и слабость людей, искалеченных комфортом цивилизации, может привести к угасанию самой Традиции Йоги. А это — недопустимо, поскольку истинная практика Йоги в современных условиях дает нам, может быть, последний шанс преодолеть прогрессирующую физическую и духовную деградацию...
Кришнамачарья имел много учеников. Но очень немногих он по завершении обучения дипломировал и благословил учить других.
Во время своей поездки в Майсор летом 97-го года я разыскал одного из таких учеников. Он тоже Айенгар, но не Б. К. С., а Б. Н. С. Этот учитель моложе своего прославленного однофамильца лет на десять, и ему сейчас чуть больше семидесяти. Хотя выглядит он максимум на пятьдесят. Надо сказать, что в штате Карнатака фамилия Айенгар так же распространена, как на Руси — Иванов или Петров. Я привык очень почтительно относиться к имени Б. К. С. Айенгара, и поэтому, когда в первый раз попал в Майсор, поначалу меня шокировали вывески вроде «У АЙЕНГАРОВ» над дверями ресторанов и парикмахерских...
Итак, я нашел Б. Н. С. Айенгара. В настоящее время он возглавляет в Майсорс Йогаишлу (школу Йоги). И я часто ходил к нему на индивидуальные беседы, не упуская шанса получить дополнительную информацию о философских и методических нюансах школы Кмйшнамачарьи. Именно он показал мне книгу Сьомана «Йогическая Традиция Майсорского дворца» (которая входит в настоящий сборник) и рассказал, где ее можно раздобыть. Значение этой работы трудно переоценить. Автор впервые в истории попытался отыскать корни, проанализировать исторические тенденции и разобраться во взаимосвязях развития современной Традиции Йоги. Быстро прочитав эту книгу, я обратил внимание на библиографию, приведенную в ней, и решил «копнуть» глубже.
В течение оставшихся до моего отъезда трех недель все свободное от тренировок время я проводил в библиотеке Майсорского Университета Махараджи. Мне удалось разыскать в каталогах архива большую часть упомянутых Сьоменом книг. Но, к сожалению, не все из них мне удалось заполучить, поскольку некоторые из них хранятся в частной библиотеке Махараджи Майсора и недоступны для ознакомления. А из тех книг, которые мне предоставили, значительная часть была написана не на английском и даже не на санскрите, а на кэннада — национальном языке штата Карнатаки. Одной из немногих книг, содержащих английский текст, были «Малла-пурана» — трактат, посвященный индийскому . воинскому искусству. Введение к нему включено в настоящий сборник.
В книге «Йогическая Традиция Майсорского дворца» Сьоман упоминает книгу Паттабхи Джойса «Йога-Мала», изданнуюную в штате Карнатака на языке кэннада тиражом всего в тысячу экземпляров. В ней излагаются основные правила и описывается элементарная практика Йоги. Значение слова Йога наверняка уже известно читателям. А мала — это ветви, которые во многих духовных традициях используются для (начета повторений молитвы или мантры. Широко известные Йогические комплексы «Сурья Намаскар» («Привет-Солнцу») и «Чандра Намаскар» — («Приветствие Луне») обычно состоят из небольшого числа асан (12—24) и выполняются циклами по 3 , 6, 1 2 и более раз без остановки — за последней асаной сразу же следует снова первая. Причем iy динамическому движению, соединяющему между собой асаны, соответствует полуцикл дыхания (вдох или выдох), а в случаях статической фиксации позы — один или несколько полных циклов дыхания. Вот этот принцип и является основополагающим в практике «Йога-Малы». Он же действует в молитве или медитации при перебирании четок (санскр. мала). Роль бусинок в практике Йога-Малы выполняют асаны. А нить, соединяющая их, — это дыхание. Суть же практики — в молитве или медитации. Выполнение асан в виде связанных в непрерывные последовательности комплексов — эффективный способ накопления энергии в теле, улучшения проводимости психоэнергетической структуры, расширения восприятия и развития сознания...
   Известно, что Кришнамачаръя в течение двух лет тесно контактировал с тибетскими буддистами в Гималаях. И хотя я не берусь утверждать что-либо определенное о корнях Йога-Малы, во время моих путешествий по Гималаям мне повсеместно встречались параллели с ее методом. В Тибете я видел множество людей, чья молитвенная практика была поразительно схожа с практикой Йога-Малы. Выглядело это так.
   На полу, примерно в двух метрах перед стопами молящегося тибетца, лежали четки. Он поднимал сложенные в жесте приветствия (намаcте) ладони над головой. Затем непрерывным волнообразным движением переносил их к межбровью и животу. Опускался на колени и клал ладони на специальные матерчатые подкладки, лежавшие на полу. Скользя ладонями по полу, вытягивался вперед, простираясь на животе. Оставив подкладки там, где они оказывались по завершении простирания, еще раз складывал ладони в намаете на полу перед собой. При этом руки оказывались в непосредственной близости возле лежавших на полу четок. Молящийся брал четки, передвигал одну бусинку, возвращал ладони на подкладки и скользил ими по полу назад — сгибая колени. Затем вставал и повторял все сначала. Таким образом, на четках отсчитывалось число таких движений — молитвенных поклонов-простирании, которые, по сути, являлись упрощенным вариантом классического комплекса «Сурья Намаскар». Эта традиционная ламаистская форма молитвы фактически является виньясой! По крайней мере, в ней присутствуют основные компоненты упрощенных вариантов «виньясы стоя» и «виньясы животом вниз». Я видел, как тибетцы, таким образом простираясь в молитве, движутся по местам паломничества, покрывая огромные расстояния. Впрочем, подобныс канонизированные движения для совершения молитвы или медитации используются почти во всех религиях мира. И все они, в сущности, являются упрощенными вариантом виньяс.
   Перевернутые йоговские позы обращают вспять естествекнный поток энергии, который в нормальном состоянии движется сверху вниз, от головы к ногам. Движения типа «виньясы стоя» и «виньясы животом вниз», а также асаны «головой вниз» с последующим возвратом в положение «головой вверх» изменяют направление циркуляции энергии и тем самым влияют на кровеносную, нервную и эндокринную системы что приводит к общей психоэнергетической трансформации и расширению диапазона восприятия. Нередко за такой практикой следуют лавинообразные «выходы сверхсознании в пласт осознаваемых формулировок» в виде предельно питых информационных блоков типа «слово-тире-слово». Причем если пытаться расшифровывать и записывать эти точки-тире со всеми логическими связями, то каждый такой блок разворачивается не менее чем на страницу. Как правило, полученная таким образом информация содержит в себе решение какого-нибудь сложного вопроса или показывает выход из духовного кризиса. Можно предположить, что, когда кто-нибудь, скажем, мусульманин утверждает, что «с ним говорил Аллах», это является результатом его искренней молитвы, а также стимуляции систем организма, позвоночники и мозга «виньясоподобными» поклонами...
   Сколько же раз необходимо исполнять такие упрощенные и канонизированные виньясы для достижения духовного результата?
   Существует множество фантастических легенд о Тибете. В книгах «тибетские чудеса» выглядят очень загадочно и эффектно. Но когда сам сталкиваешься с этими явлениями, вес воспринимается достаточно спокойно. Как должное. И только поразмыслив и сравнив, начинаешь понимать, что именно так в действительности и проявляет себя мистика Востока. И именно так к нам приходят знаки, имеющие тайный смысл...
   В Дхарамсале — на севере Индии, в предгорьях Гималаев — находится резиденция Далай-Ламы. Как-то, в очередной раз приехав туда, я попал в забавную историю.
   Приехав в Дхарамсалу в половине шестого утра, я шел место в «гэст хаусе», бросил там рюкзак и сразу отправился на утреннюю молитву в храм, расположенный возле резиденции Далай-Ламы. Навстречу мне шли местные жители, мужчины и женщины, пожилые и молодые. Несмотря на ранний час, они уже закончили свои долгие молитвы в храме и, перебирая четки, возвращались домой, бубня себе под нос «Ом-Мани-Падме-Хум»... В почтенном смирении я медленно шел по территории храма. И вдруг кто-то подхватил меня за талию и быстро потащил за собой, на кошмарном тибетско-английском «суржике» спрашивая, зачем, мол, я сюда пожаловал. На бегу я разглядел этого человека. Эю был высокий бритоголовый монах. На вид ему можно было дать лет пятьдесят пять. Я ответил ему, что хотел, мол, посмотреть, как проходит утренняя молитва, и поучаствовать в ней. Монах продолжал тащить меня куда-то. Мы очутились на ступеньках возле большой крытой площадки перед входом в храм. Здесь было несколько местных жителей, которые ритмично молились, простираясь на полу площадки, перебирая четки, лежавшие перед ними, и снова вставая. «Молись», -— строгим повелительным тоном сказал мне монах.
   В глазах его было столько юмора и доброты, что это как-то не соответствовало серьезности его приказания. Отшучивась, я ответил ему, что не умею, мол, да и подкладок под колени у меня нет. На что монах, беспечно махнув рукой , ответил: «А-а, молись как умеешь». Я продолжал молиться, предвкушая, как он повеселится, если я действительно продолжу эту смехотворную «молитву». Но монах настаивал, нс-.. «но махая рукой: «Молись, молись...» Я решил посмотреть, что из этого всего получится, и сделал несколько молитвенных поклонов. Затем оглянулся на монаха и заметил, что он был неожиданно серьезным. Но, заметив, что я на него смотрю, он мгновенно улыбнулся и ехидно-заботливо спросил: «Ну, что? Помолился?» Я утвердительно кивнул. Он но кивнул в ответ и, обхватив меня одной рукой за плечи, поволок вдоль стены храма, на которой располагались. десятки медных барабанов. На них были вычеканены тибетские мантры. Обходя вокруг храма, другие монахи и жители Дхарамсалы на ходу крутили эти барабаны. Монах, махая рукой, настойчивой скороговоркой подталкивал меня:крути, крути, крути». И заливался странным для его облика совершенно детским смехом. В нем было что-то очень простое и приятное. Он мне определенно нравился...
   Крутя барабаны, мы закончили пробежку вокруг храма снова оказались на ступеньках возле площадки для молитв. Снова последовала команда молиться.
   Я спросил монаха, сколько раз в молитве обычно исполняют такие поклоны. На что он быстро ответил, шутливо ммахнув рукой: «Две тысячи раз в день». Я окинул его взглядом с головы до пят, остановил взгляд на внушительном животе монаха и недоверчиво спросил: «И вы тоже, когда молитесь, делаете по две тысячи таких движений в день?» Захлебнувшись от смеха, он махнул рукой в сторону простиравшихся на площадке жителей Дхарамсалы и едва понятной скороговоркой выпалил: «А-а, я вообще не молюсь как они...»
   «Молиться» во второй раз было легче. И то, что монах больше походил на шута, чем на служителя культа, даже помогало. Да и вообще вся атмосфера несерьезности расслабляла. Затем, снова вращая барабаны, мы «пробежали» второй раз вокруг храма...
Я «помолился» и в третий раз. Третий круг бегом вокруг храма, и... вдруг монах скрылся в одном из боковых входов здания, в котором находились монашеские кельи. Я решил не входить туда без приглашения. Он исчез так же неожиданно, как и появился.
   Я приходил в храм, чтобы посмотреть на молитву и поучаствовать в ней. И он сделал так, чтобы это произошло легко и ненавязчиво... Через час я принял участие в утренней молитве, которую проводил Далай-Лама. После ее окончания отправился было завтракать, но меня догнал молодой монах и спросил, не хочу ли я встретиться с Далай-Ламой лично. Конечно же, я хотел! Тогда он поинтересовался, есть ли у меня с собой паспорт, и, получив утвердительный ответ, проводил меня в специальный офис, где нужно было заполнить анкету. Там было еще десятка два иностранцев, и вес они делали то же самое. Затем нас повели в резиденцию Далай-Ламы. У входа всех тщательно обыскали телохранители. И наконец мы вошли в приемную Его Святейшества...
   Это удивительный человек! Когда он надевал мне на шею бордовый шнурок, как принято у буддистов, меня залил свет его искренней улыбки и безграничной доброты...
   Среди тибетских лам наблюдается интересная тенденция. Чем выше посвящение ламы и его положение в духовной иерархии, тем более несерьезно и ребячески он себя ведет и тем больше походит на юродивого. Однажды я путешествовал по Ладакху — индийскому Тибету, и в монастыре Сераджин, недалеко от Леха (столицы Ладакха), принял участие в одном ритуале на берегу реки вместе с группой французских туристов. Среди монахов, участвовавших в ритуале, был и настоятель монастыря. Так вот, когда ритуал закончился, один из французов попросил настоятеля сфотографироваться с ним на память. Настоятель критически окинул француза взглядом и насмешливо покачал головой. Вид этого человека был как раз для съемки с настоятелем одного из самых крупных монастырей в Ладакхе! Француз не так давно сбрил волосы на голове, и его голову и лицо покрывала недельная щетина. На нем была белая вязаная мусульманская тюбетейка. Лицо украшали круглые солнцезащитные очки «а-ля кот Базилио». Футболка на нем была потная. Складывалось впечатление, что ею регулярно моют пол. А джинсы, как и положено на «Диком Западе», порваны на коленях, бедрах и заднице. Неожиданно настоятель снял с себя бордовую шаль и накинул ее на француза снял с него очки и тюбетейку и надел их на себя. А затем обнял француза за плечи и фальшиво, совершенно по голивудски, улыбнулся. Фотоаппараты европейцев лихорадочно защелкали, запечатлевая эту живописную парочку... Там же, в Ладакхе, произошел еще один случай, который может послужить хорошим примером того, как Восток хранит свои традиции в наши дни. По дороге из Кашмира я познакомился с двумя девушками из Сингапура.
   Никого из иностранцев, кроме нас, в автобусе не было. Мы решили выйти не доезжая до Леха, в Ламаюру, и посетить резиденцию великого учителя тантрического буддизма; которая находилась на территории монастыря. Как нам впоследствии рассказал один из монахов этого монастыря, именно отсюда это учение триумфально распространилось по Индии Непалу, Тибету, Монголии, Бурятии. Монастырь построили над пещерой гораздо позже. И в одном из его храмов есть дверь, открыв которую можно заглянуть в эту крошечную с закопченными стенами и потолком пещерку. К сожалению, в суровых условиях гималайских зим, когда температура опускается до минус шестидесяти градусов по Цельсию, здания этого монастыря очень быстро разрушаются, средств на их ремонт у немногочисленных оставшихся монахов не хватает. И кто знает, долго ли еще выстоит храм над этим историческим местом...
Осматривая монастырь, мы поднялись на холм над храмом. На холме находились кельи монахов. Проходя по узкой улочке между ними, мы заглянули в открытое окошко, из которого доносились звуки буддийских гимнов. В келье сидел пожилой монах и пел по продолговатым табличкам тибетские гимны. Монах заметил нас и подошел к окну. Его познаний в английском хватило лишь на то, чтобы, ткнув пальцем в одну из девушек, задать предельно лаконичный вопрос: «Buddhist?» Вместо ответа она достала из-под футболки маленький образок Будды, висевший у нее на шее на бордовом шнурке. Монах жестом пригласил нас зайти к нему в келью. Келья представляла собой полупещеру, вырубленную в скале и достроенную спереди как фасад маленького тибетского домика. Она была очень тесная, с полуметровым углублением в стене, выполнявшим роль кухни. Во всяком случае, там стоял индийский керогаз и лежали кое-какие продукты. Монах предложил нам сесть под стеной и налил из китайского термоса каждому по чашке соленого тибетского чая с ячьим молоком. Затем он перестал обращать на нас внимание и снова принялся петь свои гимны, время от времени перекладывая таблички, на которых они были записаны. Первое время нам было чем заняться. На стенах висели многочисленные изображения Будды, Махакалы и Тары, а также янтры и другие культовые изображения. Мы с интересом принялись их разглядывать. Минут через десять монах прервался, подлил нам чаю и вернулся к своему занятию.
   Так он подливал нам чай примерно каждые десять минут и затем снова читал, не обращая на нас никакого внимания. Через полчаса такого чаепития, когда все, что находинаходилось в этой келье, было уже самым тщательным образом расссмотрено, девушки заскучали. Говорить вслух и прерывать молитву было как-то неудобно, и они начали ерзать, подавая мне знаки: пора, мол, уходить, так как хозяин совсемне уделяет нам внимания. Я, тоже жестом, предложил им расслабиться и подождать еще несколько минут. Однако все продолжалось без изменений. Хозяин по-прежнему не замечал нашей жестикуляции. И тут я понял... Радость наполнила меня я принял Махамудру и, улыбаясь, погрузился в блаженный покой. Это окончательно вывело девушек из равновесия. Ничего не понимая, они поспешно попрощались с хозяином и ушли, сказав мне, что подождут в гостинице. Я был в келье еще недолго. Ведь главное уже произошло. И он, и я молчали. Не говоря ни слова, он умудрился преподнести нам классический урок. И я в конце концов воспринял его... Уходя я с улыбкой склонился перед ним на коленях. Затем мы посмотрели друг другу в глаза. Меня переполняла радость.
   Он был доволен тем, что я воспринял урок, и ласково улыбнулся. Дивное чувство. Когда нет общего языка, но ты «разговариваешь» и все понимаешь без слов. Эта история была похожей на историю о Махакашьяпе, когда Будда пришел на проповедь с цветком в руке и долго молчал. Несколько раз собравшиеся просили его начать проповедь. Но он продолжал молчать. И только спустя длительное время среди множества собравшихся нашелся Махакашьяпа, который рассмеялся. Он понял смысл проповеди без слов! За это Будда подарил ему цветок, который он принес на проповедь. Также и монах вначале поинтересовался, буддисты ли мы, а затем предложил «просто быть», «просто пить чай». Без мотиваций. Он и не собирался развлекать нас как хозяин. Да это было и невозможно. Ведь он не знал английского языка.

   Это был классический, буддийский тест на соответствие действительному духовному равновесию и покою...


* * *

   В Гималаях произошло событие, подготовкой к которому, как я впоследствии осознал, была вся моя предыдущая жизнь.    Моя судьба сложилась так, что с детства я много путешествовал. Год жил с родителями в Монголии и Китае. Будучи подростком, но уже мастером спорта по подводному плаванию, я объехал почти весь Советский Союз в составе сборной команды Украины. В студенческие годы побывал во многих горных регионах бывшего Союза: в Карпатах, в Крыму, на Кавказе, Алтае, Тянь-Шане, в Фанах, Хибинах, на озере Байкал, Каспийском, Белом, Черном морях и на Сахалине. Посещал дацаны в Бурятии и мечети в Самарканде. Бухаре, Фергане и горном Таджикистане. Одновременно с занятиями плаванием я с восьмого класса практиковал Йогу и за четырнадцать лет, до первой поездки в Индию, овладел почти всем арсеналом асан, представленным в книге «Прояснение Йоги» Б. К. С. Айенгара. С 1988 года я начал работать профессиональным инструктором Йоги, а через восемь лет за активную деятельность по распространению Йоги в Киеве посол Индии в Украине наградил меня возможностью пройти бесплатное обучение в Институте Йоги у Б. К. С. Айенгара. Так для меня открылся путь в Индию, Непал и Тибет. Но только недавно, приближаясь к тридцатитрехлетнему возрасту, я осознал, что все, что мне посчастливилось увидеть в жизни, и все, что приобреталось как практический и духовный опыт, служило одной единствснной цели.


* * *

   Но в тот момент, когда я вышел из автобуса на безжизненном высокогорном перевале в самом сердце Гималаев, я этого еще не знал...
   Дорога из Непала в Тибет проходит на высоте около пяти тысяч метров над уровнем моря. После многочасового подъема по серпантину автобус наконец достиг перевала, водитель остановил машину возле тибетской юрты. Рядом с был навес — укрытие от дождя и снега, под которым каждый путешественник мог отдохнуть и поесть. Стоял густой туман. Было холодно и сыро. Вокруг лежал тающий снег. Видимость была не более пятидесяти метров. Мы находись и живописном месте среди знаменитых горных вершин, но они были скрыты облаками. Так же как и все, кто ехал в этом автобусе, я отправился перекусить в этот тибетский придорожный ресторанчик. Но, еще не дойдя до укрытия, я почувствовал, что со мной что-то происходит. Это «что-то» было сильнее голода и усталости. Я оглянулся вокруг, пытаясь увидеть кого-то или что-то, что могло оказывать на меня такое сильное воздействие. Но вокруг все выглядело совершенно ими обычным: туман, тень автобуса вдалеке и люди, нетерпеливо суетящиеся возле юрты в ожидании горячей еды. Имея опыт походов в горы на территории СССР, я подготовился, и взял с собой из дома легкую палатку, примус и котелок. Но здесь, в Гималаях, впервые в своей жизни я оказался в ситуации, когда без всего этого можно было прекрасно обойтись. Почти везде в горах, до высоты 4,5—5 тысяч метров, были селения, простенькие гостиницы, магазинчики, ресторанчики, где можно было найти горячую пищу, дешево переночевать оставить рюкзак и, взяв в проводники какого-нибудь местного мальчика, налегке уйти на целый день подальше в горы.
   Примерно через час водитель вернулся в автобус. Это было приглашением следовать дальше. Вместо того чтобы поесть, я все это время бродил между автобусом и юртой, всеми органами чувств «сканируя» окружающее пространство в поисках источника загадочного воздействия. Предельная настороженность каким-то странным образом сочеталась с необычным безволием. Тело было тяжелым, словно налилось свинцом. Все мотивации, часто заставлявшие меня что-то делать, куда-то ехать, к чему-то стремиться, рассеялись, как дым. Глазами я отчетливо виден окружающие объекты, а каким-то другим органом чувств ощущал в пространстве неподвижные чёткие структуры своеобразные цветные «решетки». Мне стало совершенно безразлично, что произойдет, если я останусь один на этой дороге, даже если следующий автобус будет только через неделю. И в нем может не оказаться свободных мест...
   Я остановился на верхней точке перевала и смотрел на дальний поворот дороги, за которым скрылся автобус. Дул сильный ветер, хлеставший по лицу мелкой водяной пылью Перевал окружали гигантские горные пики, которых хоть и не было видно, но было отчетливо «слышно». Плотные волны Силы накатывались на меня сверху. Не веря в то, что этот это происходит наяву, я стоял, широко расставив ноги, чтобы не упасть, и чувствовал, что становлюсь все тяжелее и тяжелее. В конце концов стоять стало просто невозможно. Я опрокинул на снег стоявший рядом рюкзак, лег на него спиной и закрыл глаза. Под воздействием этих волн что-то внутри меня начало меняться, затем что-то сдвинулось, и я начал подниматься над своим телом. Слегка плавая из стороны в сторону, я завис метрах в трех над ним. И вдруг заметил воздухе, еще выше над собой, какую-то Сущность.
   Не глазами, а каким-то чудесным видением я воспринял Ее «во всей красе»: широколицая физиономия с длинными клыками «болталась» в пространстве надо мной, Страстно-хищныс глаза в сочетании с гирляндой из человеческих черепов, украшавших лоб, порождали сильное чувство страха и реального присутствия Смерти. Сущность как будто изучала готов ли я к чему-то.
   Cмеркалось. Восприятие почти пришло в норму. Пора выбирать место для ночлега. Далеко внизу, в долине, Пенджала Индия. А там, где я стоял, начиналось тибетское плато. Перевал был не только границей между двумя странами Индией и Тибетом, он являлся своеобразным мостом, соединяющим между собой две древние духовные культуры...
Я настолько был истощен, замерз и проголодался, что мне показалось неразумным продолжать испытывать свое здоровье на прочность и ночевать на снегу. И я отправился к юрте тибетцев...
   Утро было настоящим подарком природы. Облака поднялись, гораздо выше и кое-где расступились, открывая восхитительный блеск вертикальных белоснежных пиков. Солнце уже припекало, и повсюду журчали ручьи. Местность была совершенно безжизненной, но чистой и красочной. Небольшая река текла с северо-востока — со стороны тибетского плато. А чуть ниже, на юго-западе, блестело озеро, подобно зеркалу отражая гигантскую снежную вершину...
На гребне близлежащего холма торчали длинные шесты, между которыми была натянута веревка с разноцветными флажками. На других холмах были сложены из камней подобия буддийских ступ. Подобные знаки можно встретить и в Гималаях. Они служили ориентирами для духовных странников, указывая им пути к святым местам паломничества. Я поднялся на хребет и пошел вдоль этих знаков к вершине хребта. Пройдя около двух километров, я оказался у миниатюрного, рассчитанного всего лишь на одного человека храмика*.




*Такие строения часто встречаются в странах индо-тибетского направления. Они предназначены для молитвы или медитации путников из близлежащих деревень и строятся в особых. Местах Силы.
По конструкции они представляют собой очень упрощенные вариант тибетского или буддийского храмов или мусульманской мечети.




Этот храмик был шиваитским. Внутри него, на центральной беленой стене, пеплом был нарисован знак «Ом», а и углу стоял ржавый боевой трезубец. На полу располагался маленький Шива-лингам и лежал жуткого вида хлыст для самоистязания — среди пепла перегоревших благовоний И засохших цветочных лепестков. Я вошел вовнутрь и встал под куполом храмика. Вдруг, совершенно неожиданно, мощная «электрическая» волна пронзила мое тело снизу вверх так, что я вытянулся на носки — как будто кто-то схватил меня за волосы и сильно потянул вверх.
Мне уже был известен поток такого качества. Впервые я испытал его в Крыму — на Тарханкуте, задолго до своей поездки в Гималаи. Тогда такой же поток поднял меня в воздух и оторвал от земли в «позе лотоса». Тогда я вытянул руки вниз и кончиками пальцев едва доставал до земли. Это видели мои друзья, находившиеся неподалеку возле палатки. Причем это был не прыжок, как у «трансцендентальных медитаторов», а продолжительное зависание.
Но сейчас этот поток «сработал» в положении стоя. Я видел как «внутри меня», откуда-то из области солнечного сплетения, поднялась гигантская кобра. Толщиной она была, никак не менее трех метров, а длины такой, что ее увенчанная золотой короной голова уходила высоко в небо. Это видение сопровождалось таким звуком, как будто кто-то одновременно нажал на все клавиши органа, причем звук этот лавинообразно нарастал. Я испытывал смешанное чувство: С одной стороны — восторг от демонстрации такой мощи великолепия, а с другой стороны — страха побеспокоить это Существо, от которого волосы у меня на голове встали дыбом. В «блаженной лихорадке» я протрепетал около двух часов, пока не исчерпалось «нечто», преобразившее мое сознание*.




* Этот процесс не имеет ничего общего с эпилепсией. Хотя он может начинаться спонтанно, его в любой момент можно остановить потому что он всегда находится под контролем. Болезнью такие процессы могут считать только те, кто наблюдал их со стороны, и не испытывалтывал подобного духовного опыта лично.




   Когда все закончилось, картина мира принципиально изменилась.. А восприятие, в безмолвии покоя, стало совершенно иным. Мир воспринимался глобально, целиком. Установилось точное понимание смысла жизни... Следуя знакам, я шел молча по гребню холма, а затем —по крутому склону горы, поднимаясь все выше и выше. В конце концов я достиг перевала за которым тянулся длинный каньон, переходящий в обрыв протянувшийся между ослепительными снежными пиками. Эти места были совершенно безлюдными, хотя что-то заставляло меня быть настороже. Было такое чувство, что камни вокруг живые и постоянно шевелятся...
   Я всегда путешествую один. Чтобы была возможность не отвлекаться на спутников и чисто воспринимать все, что окружает, будучи один на один с Неизвестным. Это риск, но он преодолевается верой в Провидение...
   Здесь и была ступа из камней, за которой я так и не смог разглядеть следующего знака. Должно быть, я забрался достаточно высоко, потому что появилось давление в груди возникла легкая аритмия и заболела голова. Я бросил под себя рюкзак, лег на него и задремал... Громкий хлопок с
переменным толчком пробудил меня. Я с испугом огляделся вокруг, но никого не увидел. По телу прокатились мурашки.
Я еще несколько раз оглянулся, но все было без изменений, только камни и снег. Я снова закрыл глаза, собираясь еще немного отдохнуть, но вдруг совершенно произвольно сел в сиддхасану, выпрямил позвоночник и закрыл глаза. Сначала перед моим внутренним взором появился золотой слиток. Он неподвижно висел в «пространстве восприятия». Затем я увидел Ваджру — остановленные молнии, спускавшиеся вниз от источника ослепительного света, который находился где-то сверху. А потом появился Некто — обнаженный, похожий на Будду или Махавира словно вылитый из золота, с идеальными пропорциями тела и без признаков пола. Он висел в пространстве, как бы сидя в полусиддхасане, поджав под себя одну ногу и свободно опустив вниз вторую. У него был золотой головной убор определенно напоминавший шлем. Одну руку он опустил вдоль туловища и, согнув в локте, направил на меня раскрытую ладонь. Все пальцы его кисти были чуть согнуты, за исключением направленного вверх выпрямленного указательного. Это мудрой он одновременно успокаивал меня и предлагал быть внимательным. Вторую руку он изящно направил в сторону и согнув локоть и повернув ладонь к небу. Все пальцы этой руки кроме указательного, тоже была согнуты. Куда он указывал?
   Я с удивлением заметил, что вместо глаз у него два пустых отверстия и это делало его чем-то похожим на робота. Через несколько минут он вдруг пропал так же неожиданно, как и появился. Я открыл глаза и посмотрел в сторону куда он указывал. Это был восток. Там у подножья заснеженной вершины виднелась скала. Я решил подойти к ней и внимательно ее осмотреть. Пройдя вдоль скал примерно сотню метров, я обнаружил расщелину, которой видно не было. Камни вокруг нее были исписаны какими-то замысловатыми знаками. Я заглянул внутрь и понял что это был вход в пещеру. Было страшно. Дрожали ноги и если бы не рисунки, я, вероятно, так и не решился бы войти. Однако любопытство взяло верх.
Достав из рюкзака фонарь, я вошел в пещеру. Пещера по всей видимости, была глубокой, но кто-то — судя по всему, очень давно — заложил ее глухой стеной на расстоянии примерно пятнадцати метров от входа. Свод пещеры бы и покрыт копотью, а посредине находился сложенный из камней очаг. В стенах были выдолблены отверстия для факелов. Возле одной из стен я обнаружил нечто вроде лежанки, сложенной из плоских камней. Пещера явно когда-то была обитаемой, хотя трудно было представить себе, как в этих местах вообще можно жить.
   Осветив фонариком стены, я заметил множество проступавших сквозь копоть необычных рисунков, выцарапанных на камне и чем-то походивших на египетские письмена, причем на каждой стене рисунки были разных типов.
Вся поверхность западной стены была заполнена длинными цепочками человеческих фигурок в разных позах. Некоторые из них были настолько упрощены, что у них отсутствовали отдельные части тела — руки, ноги или голова. Эти (цепочки рисунков были разной длины и образовывали хаотично расположенные вертикальные столбцы разной высоты. На этой же стене я увидел изображения геометрических фигур — звезд с пятью, шестью и двенадцатью лучами, в вершинах которых тоже были изображены человечки.
   На восточной стене располагались строки из изображений рук и каких-то странных кружков и петелек, напоминавших знак бесконечности. В каждой строке было по четыре рисунка. Эти строки также образовывали вертикальные столбцы; два отдельных блока столбцов.
   В столбцах с изображениями рук было по восемь строк.Таких столбцов было тоже восемь. Но столбцы с кружочками и петельками были разными. Кроме этого, на стене были какие-то символы, похожие на изображения вихрей в виде свастик плавными волнообразными изгибами. Каждая из которых скручивалась сначала в одну, а затем в другую сторону. Свастики были разными и имели последовательно удваивавшееся количество лучей — от четырех до шестидесяти четырех. И чем больше было лучей, тем меньше они напоминали свастику и больше походили на солнце.
   На тупиковой искусственной стене было меньше всею изображений, но в них была какая-то особенная необъяснимая красота. Слева, над самым полом, были изображены замысловатые «змейки» и необычные символы. Справа, над полом, были лики божеств и какие-то надписи. A посередине между ними располагалось несколько строк из человечков. Над всем этим была изображена громадная янтра, составленная из концентрических кругов. На периферии она была разбита лучами на сектора, внутри которых располагались человечки. Ближе к середине по кругу располагались «змейки». Еще ближе к середине, также по кругу, были лики божеств, И в центре была многолучевая двухсторонняя свастика, похожая на солнце. К сожалению, из-за того, что эта стена была искусственной, она была сильно разрушена временем и многие элементы изображений на ней отсутствовали.
Рисунки настолько заинтересовали меня, что я забыл о времени и заметил, что снаружи стемнело, лишь тогда, когда батарейки в фонарике начали садиться.
   У меня было с собой несколько свечей, и я зажег одну из них. Удивительно, но теперь я почувствовал себя внутри пещеры совершенно спокойно. В ней было уютно, как дома. Здесь не было ни москитов, ни летучих мышей. Перекусив сухофруктами и орехами, я решил не жечь свечу долго и лечь, спать пораньше, чтобы утром воспользоваться ее светом и получше разглядеть стены. Я положил на лежанку спальный мешок, залез в него, погасил свечу и лег на спину. Только сейчас я заметил, что почти заболел. Видимо, у меня началась горная лихорадка с высокой температурой. Но спать, почему-то совсем не хотелось...
И тут кто-то положил мне ладони на плечи. Я дернулся пытаясь вскочить, но руки крепко прижимали мою спину к лежанке. Я открыл глаза, всматриваясь в темноту. Где-то вдруг вспыхнул яркий свет. Я закрывал и открывал глаза.На интенсивности света это никак не сказывалось. Я чувствовал его не глазами. Затем вдалеке передо мной возник образ человека в мантии до пят и высоком головном уборе.
   Человек плавно приближался, словно летел сквозь пространство
   Он остановился совсем близко от меня. Его странный высокий головной убор был украшен блестящими узорами взаимосвязанных мандал. Посредине располагался огромный фиолетовый кристалл, похожий на длинную растянутую каплю. По лицу человека совершенно невозможно было понять, какого он пола. И из-под головного убора не было видно волос. Черты лица были правильными. Как и у его предшественника, вместо глаз у него были две бездны, а выражение лица совершенно нейтральное. Он полностью управлял моим сознанием. Я заглянул в его пустые глазницы и ощутил, как между нами происходит обмен информацией. Гость «считывал» все, что содержалось в моей памяти. И одновременно посылал в мое сознание предельно упакованные смысловые коды. Это происходило всего несколько минут. После чего он так же плавно как и свет погас. Я осторожно пошевелился. Рук на плене было. Я вскочил и зажег свечу. Обошел всю пещеру даже выглянул наружу — никого. Мне стало жутко. Я не стал гасить свечу всю ночь. Но спать было невозможно сгорела первая свеча, я зажег вторую и проснулся когда горы за стенами пещеры уже были залиты светом солнца.
   События той ночи до сих пор оказывают на меня мощное действие. Они многое помогают мне понять и направляют меня в жизни.Несмотря на высокую температуру и постоянный озноб, я жил в пещере еще два дня, пока у меня не закончились источники света, даже спички. За это время я перерисовал со стен все, что было возможно. Возвращаясь к автотрассе, я понял, что различия в изображениях на противоположных стенах не были случайными и что это было каким-то образом связано с их расположением относительно Индии и Тибета...
   На следующий день меня подобрал грузовик, следовавший в сторону Лхасы...
   Материалы рисунков, найденных мною в пещере лег в основу моей отдельной книги, которая уже готовится к изданию.

* * *

   Читателю, вероятно, было бы интересно получить ответ на вопрос о том, всегда ли в практике Йоги использовались виньясы. А если не всегда, то кто и когда привнес этот элемент в систему тренинга? В книге «Йогическая Традиция Майсорского дворца» Сьоман упоминает о таинственной «Йога-Корунте», автор которой восклицает: «О йогины, не делайте асаны без виньяс!» Действительно ли «Йога-Коруи та» была источником современной техники Аштанга-виньяса йоги? И был ли это единственный источник? (Этот текст никогда не публиковался, и трудно даже сказать, кто его но обще видел и существует ли он в действительности.) Но Сьоман упоминает также о динамических общеукрепляющих упражнениях, широко распространенных среди индийских, бойцов и отсутствующих в западных гимнастических традициях. Кришнамачарья тесно контактировал в Майсорском дворце с придворными борцами. Не была ли техника виньс заимствована йогами у воинов? Публикация в настоящем сборнике введения к «Малла-пуране» предоставляет читателям возможность получить больше информации о малоизвестных на территории СНГ индийских школах боевых искусств.
   В последнее время в литературе уже упоминалось название стиля каларипайят. Но он не единственный в Индии, сушествует ряд других интересных школ и стилей, о которых сих пор информация почти отсутствовала. Среди них: широко известная своими доблестными победами над мусульманами школа пенджабских сикхов; боевое искусство непобедимых гималайских горцев-норка; описываемый в «Малла-пуране» стиль гуджаратских профессиональных бойцов - малла южноиндийский стиль «тамильских тигров» и другие. Знакомство с индийскими воинскими искусствами дало много нового, полезного и интересного. Я попробую проиллюстрировать это на примере сходства между сикхскими сикхами и украинскими казаками. Как известно, штат Пенджаб, что на северо-западе Индии, граничит с мусульманским Пакистаном. Вся его территория со времен средневековья подвергалась насильственной исламизации. Пенджаб является преимущественно сельскохозяйственным регионом, в Индии. В настоящее время около 75% его населения составляют сикхи. Сикхская религия зародилась в средние века в русле индуизма на основе нового постулата, выданного в условиях беспощадного физического уничтожения мусульманами индуистов. Он гласил: «Сначала нужно обрести свободу от агрессоров-мусульман, а затем можно вернуться к исконным духовным целям индуизма». При этом индуизм не отрицался, а просто отодвигался на второй действительно, если уничтожат тебя, твою семью и твоих духовных братьев, то кто останется для духовного развития?
   Таким образом, сикхи сформировали идейную основу для отпора мусульманам, защиты Индии и всех индуистов где бы они жили. Сикхи настолько преуспели воинских успехах, что в Индии до сих пор распространено мнение что только они знают, как побеждать мусульман.
   Так Пенджаб стал «железной стеной» между мусульманским Пакистаном и индуистской Бхаратой (Индией). Но разве не подобными идеями руководствовались запорожские казаки, когда, оставаясь убежденными христианами, покидали родные места семьи для защиты не только Украины, но и Великороссии? И это только начало общего сходства. На любого выходца из Украины произведет очень сильное впечатление пенджабский национальный танец. Он являем ч абсолютно точной копией украинского гопака. Или гопак является полной копией пенджабского танца. Музыка —разная а танцуют эти танцы в Украине и в Пенджабе абсолютно одинаково. (Все акробатические движения, напоминающие элементы рукопашного боя, в них одинаковые.)
   На дорогах Северной Индии часто можно встретить странствующих сикхских монахов-воинов. В их традиции и ной одежде также много общего с украинскими казаками На ногах они носят широкие яркие штаны, которые называются сарвари и практически неотличимы от казацких шаровар. Сикх обычно носит белую рубаху, поверх нее надевает длинный матерчатый кафтан и перепоясывается длинным куском материи, очень похожим на казацкий жупан. На голове — высокая шапка — правда, не меховая, а из хлопчатой бумажной ткани. Индия как-никак. Зато огромные казацкие усищи — обязательный атрибут внешности любого сикхского воина. Следуя индуистским канонам, бороду они не бреют, как запорожцы, а наматывают на специальный шнурок и подвязывают так, что она в бою не мешает. За поясом нося они две кривые сабли или два длинных ножа крест-накрест. 11.i шее —в качестве символа веры — маленький обоюдооп рый кинжал на шнурке. Сикх всегда по-армейски подтяну и 11 безупречно аккуратен. Над золотыми куполами сикхских, храмов торчат все те же символические кинжалы. А у входа в эти храмы, широко расставив ноги, стоят рослые воины, подбоченясь одной рукой, а другой опираясь на длинное копье — совсем как на картинах и гравюрах, изображают запорожских казаков. Интересно, как могло возникнуть столь поразительное сходство между украинскими и пенджабскими воинами, да еще в те времена, когда связи между странами были гораздо более ограниченными, чем в наши дни?


* * *

   По словам индийских Учителей, сейчас в архивах храмов и и частных библиотеках Индии находится множество их текстов, содержащих знания о неведомых миру Иных. Эти книги написаны на санскрите и других языках n Индии, они до сих пор не исследованы, не переведены и недоступны для людей — просто потому, что на это нет средств и это некому делать. Уникальные знания, которые могут иметь решающее значение для дальнейшего движения человечества по пути эволюции сознания, пока что остаются невостребованными. Надеюсь, что публикация этого сборника станет вкладом в сохранение драгоценных источников знания и поможет читателям лучше понять, как сегодня слипаются воедино и взаимно обогащаются наиболее эффективные методы тренинга йогов, европейских гимнастов и воинов Востока, а также больше узнать о корнях, истории развития и технике древней и современной Традиции Йоги.


А. Лапа

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   38

Похожие:

Йогические традиции майсорского дворца Аштанга виньяса йога мастера Паттабхи Джойса Малла Пурана iconОт издателя
Мастера Андрэ, Шри Т. К. В. Десикачар сын, ученик и хранитель традиции Кришнамачарьи одного из величайших мастеров йоги, учителя...

Йогические традиции майсорского дворца Аштанга виньяса йога мастера Паттабхи Джойса Малла Пурана iconРамачарака Хатха-Йога. Йогийская философия физического благосостояния...
Наука «Йога» разделяется на несколько отраслей. Из них главные и больше других известные: Хатха-Йога, Раджа-Йога, Карма-Йога и Жнани-Йога....

Йогические традиции майсорского дворца Аштанга виньяса йога мастера Паттабхи Джойса Малла Пурана iconЙога-мала
Наиболее распространенными и доминирующими в современном мире являются школы Йоги, продолжающие наследие Кришнамачарьи. Его учениками...

Йогические традиции майсорского дворца Аштанга виньяса йога мастера Паттабхи Джойса Малла Пурана iconЙога-мала
Наиболее распространенными и доминирующими в современном мире являются школы Йоги, продолжающие наследие Кришнамачарьи. Его учениками...

Йогические традиции майсорского дворца Аштанга виньяса йога мастера Паттабхи Джойса Малла Пурана iconАштанга хридая самхита
Аштанга Хридая Самхита – древний текст по аюрведе текст, посвященный здоровому образу жизни, профилактике и лечению заболеваний,...

Йогические традиции майсорского дворца Аштанга виньяса йога мастера Паттабхи Джойса Малла Пурана iconЙога сновидений способность видеть осознанные сны, распространена...
За йогой сновидений следует йога сна, или Йога Ясного Света. Ее цель состоит в том, чтобы сохранять осознавание во время глубокого...

Йогические традиции майсорского дворца Аштанга виньяса йога мастера Паттабхи Джойса Малла Пурана iconЙога-Сутры Патанджали Упрощенная латинская транскрипция (196 сутр)
Настоящая работа посвящена двум основополагающим текстам индийской религиозно-философской системы (даршаны) санкхья-йога, сложившейся...

Йогические традиции майсорского дворца Аштанга виньяса йога мастера Паттабхи Джойса Малла Пурана iconУчение Крийя Йоги Парамаханса Йогананда Автобиография Йога Глава 26
Крийя йога, таким образом, это "единение (йога) с Бесконечным через определенный обряд или определенное действие (крийя)". Йог, следующий...

Йогические традиции майсорского дворца Аштанга виньяса йога мастера Паттабхи Джойса Малла Пурана iconЙога для беременных и после родов по системе Birthlight. (Пренатальная и постнатальная йога)
Когда мы стоим перед выбором физической нагрузки для беременной женщины, необходимо учитывать ее особенное состояние. В перинатальной...

Йогические традиции майсорского дворца Аштанга виньяса йога мастера Паттабхи Джойса Малла Пурана iconОтчет по производственной преддипломной практике 150409. 2013. См-4-01
Права и обязанности технолога, экономиста, нормировщика, мастера, контрольного мастера

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов