Николас Спаркс. Писатель, которого называют королем романтической прозы. Его произведения переведены более чем на 45 языков и издаются многомиллионными




НазваниеНиколас Спаркс. Писатель, которого называют королем романтической прозы. Его произведения переведены более чем на 45 языков и издаются многомиллионными
страница3/24
Дата публикации19.02.2014
Размер4.27 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > История > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24

Ронни

На Фестивале морепродуктов в Райтсвилл-Бич яблоку негде упасть.

Заплатив за газировку, она огляделась и увидела море ма­шин, припаркованных бампер к бамперу вдоль обеих дорог, ве­дущих на пирс, и заметила даже, что несколько предприимчи­вых подростков сдают напрокат свои места, те, что были побли­же к месту действия.

Но пока что Ронни было ужасно скучно. Наверное, она на­деялась, что колесо обозрения стоит здесь постоянно и на пирсе полно магазинчиков и лавчонок, как на набережной в Атлантик-Сити. Иными словами, она представляла, что именно в этом мес­те проведет лето. Как же, обрадовалась! Фестиваль проходил на парковке в начале пирса и до смешного напоминал небольшую сельскую ярмарку. Проржавевшие аттракционы принадлежали бродячему цирку, а на парковке в основном располагались иг­ровые автоматы, выиграть в которые невозможно, и лотки с жир­ной едой. Все это место — настоящее убожество и глухая про­винция.

Впрочем, ее мнение разделяли не многие. Парковка была буквально забита людьми. Старые, молодые, стайки школьни­ков, целые семьи азартно толкались, пробираясь к аттракцио­нам. Куда бы ни ступила девушка, приходилось бороться с на­плывом тел — больших потных тел, и два из них зажали ее, едва не раздавив. Оба явно предпочитали жареные хот-доги и сникерсы, которые она только что видела на соседнем лотке.

Ронни поморщилась.

Ну полный отстой.

Заметив свободное место, она удрала от аттракционов и цир­ка и зашагала к пирсу. К счастью, толпа сильно поредела: оче­видно, никого не интересовали магазинчики, предлагавшие до­машние поделки. Ничего, что она могла бы купить! Кому, спра­шивается, нужен слепленный из ракушек гном? Но очевидно, кто-то это все покупал, иначе магазинчики давно перестали бы

существовать.

Задумавшись, она наткнулась на столик, за которым на складном стуле сидела пожилая женщина в мягкой спортивной куртке с логотипом местной организации защиты животных. Се­дые волосы, открытое жизнерадостное лицо типичной бабушки, которая целыми днями проводит дни за стряпней у плиты. На столике лежала пачка листовок и стояли кружка для пожертво­ваний и большая картонная коробка. В коробке копошились че­тыре серых щенка, то и дело встававших на задние лапки, чтобы посмотреть по сторонам.

— Привет, малыш, — прошептала Ронни.

Женщина улыбнулась.

— Хочешь подержать его? Он смешной. Я назвала его Сайнфелдом1.

Щенок пронзительно взвизгнул.

— Не бойся, маленький, — успокоила Ронни.

Он был такой симпатичный. Ужасно милый, хотя, по мне­нию Ронни, кличка не слишком ему подходила. Ей хотелось по­держать его, но тогда она уже не сможет отдать щенка обратно. Ронни обожала животных, особенно брошенных. Вроде этих ма­лышей.

— У них все будет хорошо? Вы не собираетесь их усыпить?

— Не волнуйся, все в порядке. Поэтому мы и поставили этот столик. Чтобы кто-то смог взять их себе. В прошлом году мы нашли хозяев для более чем тридцати животных, да и на этих уже есть заявки. Я просто жду, пока новые владельцы их разбе­рут на обратном пути. Но если интересуешься, в приюте есть и другие.

— Я приехала в гости, — пояснила Ронни.

С пляжа донесся рев толпы. Она вытянула шею, пытаясь раз­глядеть, что происходит.

— Что там? Концерт? Женщина покачала головой.

— Пляжный волейбол. Что-то вроде турнира. Продолжает­ся уже несколько часов. Ты тоже можешь посмотреть. Я эти воп­ли слушаю весь день, так что зрелище, должно быть, волную­щее.

Ронни обдумала предложение. Почему нет? Хуже все равно не будет.

Она бросила пару долларов в кружку для пожертвований, прежде чем сбежать вниз, на пляж.

Солнце уже садилось, превращая поверхность океана в жид­кое золото. На песке все еще лежали люди, расстелив полотенца у самой воды. Кто-то уже успел построить песочные замки, ко­торые вот-вот будут смыты нарастающим приливом. Повсюду шныряли охотившиеся на крабов крачки.

Совсем немного времени ушло на то, чтобы добраться до места действия. Подходя к корту, она заметила, что почти все де­вушки не сводят глаз с двух игроков на правом краю. И неуди­вительно. Оба парня (ее ровесники? постарше?) принадлежали к тому типу, который ее подруга Кейла обычно именовала «ус­ладой взора». Хотя ни один не был в ее вкусе, все же невозмож­но было не восхищаться идеальным сложением и грациозными движениями. Они словно скользили по песку. Особенно тот, что повыше, с темно-каштановыми волосами и плетеным браслетом на запястье. Кейла определенно положила бы на него глаз — она всегда западала на высоких парней, совсем как вон та блондин­ка в бикини на другом конце корта. Ронни сразу заметила и ее, и ее подругу. Обе стройные, хорошенькие, с ослепительно белы­ми зубами и, очевидно, привыкшие быть в центре внимания. Они держались в стороне от толпы и не проявляли чрезмерного энтузиазма. Возможно, чтобы не испортить прически. Обе по­ходили на рекламных красоток, буквально кричащих о том, что восхищаться можно только на расстоянии, но близко не реко­мендуется. Ронни не знала их, но они сразу ей не понравились.

Она снова стала смотреть игру. В этот момент красавчики заработали очередное очко. А потом еще одно. И еще. Она не знала, какой счет, но, очевидно, их команда выигрывала. И все же Ронни почему-то болела за проигрывавших. Не говоря о том, что она всегда сострадала лузерам, парочка победителей напо­минала ей избалованных мажоров из частной школы, которых она иногда видела в клубах: мальчиков из Верхнего Ист-Сайда, считавших себя выше остальных просто потому, что их папаши были инвестиционными банкирами.

Ронни видела достаточно людей, принадлежавших к приви­легированному классу, чтобы узнать их с первого взгляда, и была готова дать голову на отсечение, что эти двое были сынками бо­гатеньких родителей. Ее подозрения подтвердились, когда, за­работав очередное очко, партнер парня с каштановыми волоса­ми подмигнул загорелой куколке Барби, подружке блондинки. В этом городе все красавцы, похоже, друг друга знали.

Почему это ее не удивляет?

Игра вдруг показалась не такой интересной, и во время сле­дующей подачи она повернулась, чтобы уйти, но краем уха ус­лышала, что кто-то кричит, когда вторая команда вернула пода­чу. Не успела она сделать два шага, как болельщики стали тол­каться, едва не сбив ее с ног.

Девушка повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как один из игроков на полной скорости мчится к ней, стараясь поймать улетевший мяч. У нее не было времени среагировать, прежде чем он врезался в нее, схватив за плечи, чтобы не дать упасть. Ее рука дернулась, и девушка почти зачарованно наблю­дала, как с пластикового стаканчика с газировкой слетает крыш­ка. Струя взметнулась вверх, прежде чем выплеснуться на ее лицо и майку.

И тут все мгновенно закончилось. Она увидела, как потрясенно смотрит на нее парень с темно-каштановыми волосами.

— Ты в порядке? — пропыхтел он.

Вода стекала с ее лба, впитываясь в майку. Кто-то в толпе засмеялся. И почему бы нет? Это действительно забавно.

— Я в порядке, — отрезала она.

— Уверена? — выдохнул парень. Он казался искренне взвол­нованным. — Я ведь врезался в тебя на полном ходу!

— От-пус-ти меня, — процедила она сквозь зубы.

Он как будто не сознавал, что все еще сжимает ее плечи, и сейчас мгновенно разжал пальцы, отступил и стал рассеянно вертеть браслет.

— Прости, пожалуйста. Я бежал за мячом и...

— Я поняла, — перебила она. — Но выжить мне все-таки уда­лось. Так что все о'кей. Пока!

Она отвернулась. Сейчас ей хотелось одного: убраться отсю­да как можно дальше.

— Давай, Уилл! — позвал кто-то. — Игра не закончена!

Но, пробираясь сквозь толпу, она остро ощущала его вни­мательный взгляд.

Майка не была испорчена, но лучше от этого она себя не чувствовала. Ей нравилась эта майка с концерта группы «Фолл аут бой», на который она тайком ходила с Риком в прошлом году. Ма едва на стенку не полезла, и не только потому, что у Рика на шее вытатуирован паук, а пирсингов еще больше, чем у Кейлы. Главное, она допыталась, что дочь солгала насчет того, куда идет, не говоря о том, что вернулась домой Ронни только на следую­щий день, поскольку они вломились в дом брата Рика в Фила­дельфии и устроили там вечеринку. Ма запретила Ронни видеть­ся и даже говорить с Риком, но запрет был нарушен на следую­щий же день.

Не то чтобы она любила Рика: откровенно говоря, он даже не очень ей нравился, — но она злилась на мать и чувствовала себя полностью правой. Когда она добралась до дома Рика, он уже обкурился и был пьян, как тогда, на концерте. Ронни поня­ла, что, если будет общаться с ним, он начнет на нее давить, уго­варивая выпить или раздавить косячок, как вчера ночью. Она пробыла в его квартире всего несколько минут, прежде чем от­правиться на весь день на Юнион-сквер, зная, что между ними все кончено.

Ронни отнюдь не была наивной, если речь шла о наркоти­ках. Кто-то из друзей курил марихуану, кто-то увлекался кока­ином и экстази, а один даже принимал амфетамины. Все это лег­ко можно было получить в любом клубе или на вечеринке. Она прекрасно знала, что каждый раз, когда ее друзья курили, пили или глотали «колеса», они начинали шататься, блевать или полностью теряли контроль над собой и могли натворить глупостей. Для девушек это обычно кончалось ночью, проведенной с полу­знакомым парнем.

Ронни не хотела такого для себя. Особенно после того, что случилось с Кейлой прошлой зимой. Кто-то подлил ей в выпив­ку жидкого экстази, и хотя она крайне смутно припоминала все, что случилось дальше, все-таки была почти уверена, что оказа­лась в комнате с тремя парнями, которых встретила в ту ночь впервые. Проснувшись, она обнаружила, что одежда разброса­на по комнате. Кейла никогда не распространялась на эту тему и предпочитала делать вид, будто ничего не случилось; мало того, жалела, что вообще поделилась с Ронни. И хотя рассказала не много, было нетрудно домыслить остальное.

...Добравшись до пирса, Ронни поставила полупустой ста­канчик на землю и стала яростно промокать салфеткой майку. Вроде бы получилось, но салфетка мигом скаталась в крошеч­ные, напоминавшие перхоть хлопья.

Супер!

Ну почему этот парень врезался именно в нее? Она пробыла там не более десяти минут! Кто мог подумать, что стоит отвер­нуться, как в нее полетит мяч? И что она будет держать стакан­чик с водой в толпе, на волейбольном матче, который ей не слиш­ком хотелось смотреть. Подобное случается раз в миллион лет! При таком везении ей, наверное, стоило бы купить лотерейный

билетик!

И еще. Тот парень, который это сделал, кареглазый красав­чик шатен, при ближайшем рассмотрении был не просто хорош собой, а красив. Особенно запомнился его мягкий сочувствен- взгляд. Он мог быть из компании мажоров, но когда на секунду их глаза встретились, у нее возникло крайне странное чувство. Ей показалось, что этот парень настоящий...

Ронни тряхнула головой, чтобы прийти в себя. Очевидно, солнце ударило ей в голову.

Довольная тем, что сделала все возможное, Ронни подхва­тила стаканчик с водой. Она уже решила выбросить его, но, раз­вернувшись, натолкнулась на стоящую к ней вплотную девуш­ку. На этот раз все происходило очень быстро: остаток воды ока­зался на ее майке.

Перед ней стояла девушка со стаканчиком смути2 в руке. Она была одета в черное, и немытые темные волосы непокорными локонами обрамляли лицо. У нее, как у Кейлы, было по дюжи­не сережек в каждом ухе. С мочек свисали миниатюрные чере­па, а черные тени и густо подведенные глаза придавали ей хищ­ный вид. Сочувственно покачав головой, девчонка-гот ткнула стаканчиком в расплывающееся пятно:

— Не хотела бы я оказаться на твоем месте.

— Ты так думаешь?

— По крайней мере теперь ты одинаково мокрая с двух сто­рон.

— О, поняла. Пытаешься шутить!

— Остроумие — большое достоинство, не находишь?

— Тогда тебе следовало сказать что-то вроде: «Тебе следова­ло обходиться поильниками».

Девчонка-гот рассмеялась на удивление звонким смехом.

— Ты нездешняя, верно?

— Я из Нью-Йорка. Приехала в гости к отцу.

— На уик-энд?

— Нет. На лето.

— Нет, точно не хотелось бы оказаться на твоем месте.

На этот раз была очередь Ронни рассмеяться.

— Я Ронни. Сокращенное от «Вероника».

— Зови меня Блейз.

— Блейз?

— Мое настоящее имя Галадриель. Это из «Властелина ко­лец». У моей ма свои тараканы в голове.

— Хорошо еще, что она не назвала тебя Голлум.

— Или Ронни.

Она кивком показала куда-то назад.

— Если хочешь что-нибудь посуше, вон там на лотке прода­ются майки с Немо.

— Немо?

— Да, Немо. Из фильма. Такая оранжево-белая рыбка. По­пала в аквариум, и отец собирается ее найти.

— Не хочу я майку с Немо. Ясно? — отрезала Ронни.

— Немо — это круто.

— Может быть, если тебе шесть лет.

— Дело твое.

Еще не успев ответить, Ронни заметила трех парней, про­талкивавшихся сквозь расступающуюся толпу. Они очень вы­делялись из пляжной публики своими рваными шортами и та­туировками на голой груди, едва прикрытой тяжелыми кожа­ными куртками. Один — с пирсингом в брови и старым кассетным магнитофоном в руках. Второй — с выбеленным «ирокезом» и предплечьями, покрытыми татуировкой. У треть­его — черные, как у Блейз, волосы, резко контрастирующие с молочно-белой кожей. Ронни инстинктивно повернулась к Блейз, но той уже не было. Вместо нее рядом крутился Джона.

— Что это ты пролила на майку? Вся мокрая и липкая.

Ронни поискала глазами Блейз, гадая, куда она подевалась.

— Проваливай, ладно?

— Не могу. Па тебя ищет. Наверное, хочет, чтобы ты верну­лась домой.

— Где он?

— Пошел в туалет, но сейчас будет.

— Скажи, что ты меня не видел. Джона призадумался.

— Пять баксов.

— Что?

— Пять баксов, и я забуду, что ты была здесь.

— Ты это серьезно?

— У тебя мало времени, — изрек Джона. — Теперь уже не пять, а десять!

Ронни взглянула по сторонам и заметила отца, обыскивав­шего взглядом толпу. Девушка инстинктивно пригнулась, зная, что никак не сможет пробраться мимо незамеченной, и окину­ла яростным взглядом своего шантажиста-братца, который, воз­можно, тоже это понимал. Он умный парень, и она любит его и восхищается талантами шантажиста, но все же он ее младший брат. В идеале ему следовало быть на ее стороне. Но разве это так? Конечно, нет.

— Ненавижу тебя, — прошипела она.

— И я тебя тоже. Но все равно это будет стоить тебе десять баксов.

— Как насчет пяти?

— Ты упустила свой шанс. Но я свято храню тайны.

Отец все еще не успел их заметить, хотя подошел совсем близко.

— Прекрасно! — Она порылась в карманах, сунула ему смя­тую десятку, и Джона прикарманил деньги. Оглянувшись, она увидела, что отец движется в их направлении, и нырнула за ло­ток. К ее удивлению, Блейз тоже оказалась там и преспокойно курила.

— Проблемы с отцом? — ухмыльнулась она.

— Как мне выбраться отсюда?

— Дело твое, — пожала плечами Блейз. — Но он знает, ка­кую майку ты носишь.


Час спустя девушки сидели на скамье в конце пирса. Ронни по-прежнему скучала, но уже не так сильно. Блейз оказалась пре­красной слушательницей с весьма оригинальным чувством юмо­ра и, что важнее всего, любила Нью-Йорк не меньше Ронни, хотя никогда там не была.

И расспрашивала новую подругу о самом обыденном. Ей было интересно все: Таймс-сквер и Эмпайр-Стейт-билдинг, ста­туя Свободы — словом, все туристические приманки, которых Ронни всячески старалась избегать, но все-таки постаралась по­радовать новую подругу, прежде чем рассказать о настоящем Нью-Йорке: клубах в Челси, музыкальном театре в Бруклине, уличных торговцах в Чайнатауне, где можно было купить конт­рафактные записи или фальшивые сумочки от Прада, да и, соб­ственно говоря, почти все, причем за сущие гроши.

Она говорила, и в ней все сильнее росло желание оказаться дома. Где угодно, только не здесь.

— Я бы тоже не хотела приезжать сюда, — согласилась Блейз. — Тут тоска зеленая.

— Сколько ты здесь живешь?

— Всю жизнь. Но я по крайней мере хоть одета классно.

Ронни купила дурацкую майку с Немо, зная, что выглядит глупо. На лотке были майки только самых больших размеров, и эта штука доходила Ронни практически до колен. Единственным преимуществом майки было то, что в ней можно незамеченной проскользнуть мимо отца. В этом Блейз оказалась права.

— Кто-то говорил, что Немо — это круто.

— Она лгала.

— Что мы тут делаем? Па, должно быть, давно ушел.

— А чем тебе тут плохо? — удивилась Блейз. — Хочешь обратно на фестиваль? И может даже, побывать в доме с привиде­ниями?

— Нет. Но неужели здесь нечем заняться? — Пока нет. Позже. А пока подождем.

— Чего именно?

Блейз, не отвечая, встала и повернулась лицом к потемневшей воде. Волосы развевал ветер.

— Знаешь, я видела тебя раньше.

— Когда?

— На волейболе. Я стояла вон там. — Она показала на дру­гой конец пирса.

— И?..

— Ты казалась чужой в этой толпе.

— Ты тоже.

— Поэтому я стояла на пирсе.

Она подтянулась и уселась на перилах лицом к Ронни.

— Понимаю, тебе не хочется здесь быть, но почему ты так зла на отца?

Ронни вытерла ладони о шорты.

— Это длинная история.

— Он живет с женщиной?

— Не думаю, а что?

— Считай, тебе повезло.

— Ты это о чем?

— Мой па живет с подружкой. Кстати, после развода это уже третья, и она самая противная из всех! Всего на несколько лет старше меня и одевается как стрипушка. Насколько я знаю, она и была стрипушкой. Меня тошнит каждый раз, когда я к ним прихожу. Она, типа, не знает, как вести себя со мной. То пыта­ется давать мне советы, этак по-матерински, то разыгрывает луч­шую подругу. Ненавижу ее.

— Ты живешь с матерью?

— Да, но теперь у нее бойфренд, который почти все время тор­чит дома. Лузер паршивый! Носит идиотскую накладку, потому что облысел чуть не в двадцать лет. И вечно талдычит, что стоило бы поступать в колледж! Можно подумать, мне не наплевать на его дурацкие нотации! Все так перепуталось... одна тоска!

Прежде чем Ронни успела ответить, Блейз спрыгнула с пе­рил.

— Пойдем. Думаю, сейчас начнется. Тебе нужно это увидеть.

Девушки пошли по пирсу, к толпе, где происходило нечто вроде уличного шоу. Ронни с удивлением поняла, что это вы­ступали те приблатненные парни, которых она видела раньше. Двое выделывали па брейк-данса под музыку, несущуюся из магнитофона, а длинноволосый брюнет стоял в центре, жонг­лируя предметами, казавшимися похожими на горящие мячи для гольфа. Время от времени он прекращал жонглировать и просто катал мяч между пальцами или вверх и вниз по руке. Дважды он сжимал мяч в кулаке, почти гася огонь, но потом чуть раздвигал пальцы, и пламя снова вырывалось сквозь кро­хотное отверстие.

— Знаешь его? — спросила Ронни. Блейз кивнула:

— Это Маркус.

— На его руках защитное покрытие?

— Нет.

— Ему больно?

— Нет, если правильно держать мяч. Здорово, правда?

Ронни была вынуждена согласиться. Маркус погасил два шара

и снова зажег, поднеся к третьему. На земле вниз тульей лежал ци­линдр волшебника. Ронни увидела, что в него бросают деньги.

— Где он берет огненные мячи?

— Сам делает. Могу показать как. Это не сложно. Нужны только хлопчатая майка, нитка и жидкость для зажигалок.

Маркус бросил мячи Ирокезу и зажег еще два. Они стали жонглировать вместе, как цирковые клоуны, все быстрее и быст­рее, пока один мяч едва не упал.

Парень с пирсингом в брови поймал его, как вратарь, и стал перебрасывать с ноги на ногу. Погасив три мяча, остальные двое последовали его примеру и стали перебрасываться мячом, слов­но играли в футбол. Публика зааплодировала, деньги дождем по­сыпались в цилиндр, и, пока музыка достигла крещендо, все ос­тальные мячи были пойманы и погашены одновременно, как раз в тот момент, когда мелодия смолкла.

Ронни честно призналась себе, что в жизни не видела ничего подобного.

Маркус подошел к Блейз и, схватив в объятия, стал долго, нежно целовать, что показалось Ронни крайне неприличным. Потом медленно открыл глаза и долго глядел прямо на нее, пе­ред тем как оттолкнуть Блейз.

— Кто это? — спросил он, показывая на Ронни.

— Это Ронни. Она из Нью-Йорка. Мы только познакоми­лись, — пояснила Блейз.

Ирокез и Пирсинг дружно уставились на Ронни, отчего той стало не по себе.

— Нью-Йорк, вот как? — хмыкнул Маркус, снова вынимая и зажигая мяч. Сейчас он держал мяч неподвижно, крепко зажав большим и указательным пальцами. Интересно, неужели ему ничуть не больно?

— Ты любишь огонь? — крикнул он и, не ожидая ответа, ки­нул ей огненный мяч. Ронни, слишком испуганная, чтобы пой­мать его, проворно отскочила. Мяч приземлился за ее спиной, и полисмен в ту же минуту затоптал пламя.

— Эй вы, трое! — завопил он, грозя пальцем. — Проваливай­те! Немедленно! Я уже предупреждал, что не позволю устраивать шоу на пирсе, и, клянусь, в следующий раз я вас заберу!

Парни похватали куртки и направились к аттракционам. Блейз, забыв о Ронни, пошла за ними. Ронни почувствовала взгляд полисмена, но решила не обращать внимания и, немно­го поколебавшись, последовала за парнями.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   24

Похожие:

Николас Спаркс. Писатель, которого называют королем романтической прозы. Его произведения переведены более чем на 45 языков и издаются многомиллионными iconНиколас Спаркс Лучшее во мне
В 2004 году он и еще несколько рабочих, оставшись на нефтяной вышке, попали в ужасающий ураган «Иван», порывы ветра которого достигали...

Николас Спаркс. Писатель, которого называют королем романтической прозы. Его произведения переведены более чем на 45 языков и издаются многомиллионными iconЭта же книга в других форматах
Первая же его книга "Между небом и землей" (2000 г.) прогремела на весь мир и вскоре была экранизирована (продюсер Стивен Спилберг)....

Николас Спаркс. Писатель, которого называют королем романтической прозы. Его произведения переведены более чем на 45 языков и издаются многомиллионными iconСовершенное владение телом и разумом
Ллман — профессиональный спортсмен, чемпион мира по легкой атлетике. Он объехал весь мир, изучая восточные единоборства, йогу и другие...

Николас Спаркс. Писатель, которого называют королем романтической прозы. Его произведения переведены более чем на 45 языков и издаются многомиллионными iconНиколас Спаркс Счастливчик
Логам Тибо, не раз рисковавший жизнью в «горячих точках» планеты, свято верил: его хранила от смерти случайно найденная фотография...

Николас Спаркс. Писатель, которого называют королем романтической прозы. Его произведения переведены более чем на 45 языков и издаются многомиллионными iconМарк и Элизабет Клэр Профет являются основоположниками современной...
Вместе они дали миру новое понимание древней Мудрос­ти и стези практического мистицизма. Их книги можно при­обрести в магазинах по...

Николас Спаркс. Писатель, которого называют королем романтической прозы. Его произведения переведены более чем на 45 языков и издаются многомиллионными iconЧингиз Айтматов Джамиля Азбука-Классика
Имя киргизского прозаика Чингиза Айтматова широко известно советскому читателю. Его произведения переведены на многие языки мира

Николас Спаркс. Писатель, которого называют королем романтической прозы. Его произведения переведены более чем на 45 языков и издаются многомиллионными iconАнджей Сапковский один из тех редких авторов, чьи произведения не...
Более того, Сапковский — писатель, обладающий талантом творить абсолютно оригинальные фэнтези, полностью свободные от влияния извне,...

Николас Спаркс. Писатель, которого называют королем романтической прозы. Его произведения переведены более чем на 45 языков и издаются многомиллионными iconНиколас Спаркс Лучшее во мне Перевод: Мария Фетисова
Но случай приводит ее в родной городок и дарит новую встречу с Доусоном. Их любовь вспыхивает вновь, – и Аманда, и Доусон понимают,...

Николас Спаркс. Писатель, которого называют королем романтической прозы. Его произведения переведены более чем на 45 языков и издаются многомиллионными iconРоберт А. Джонсон мы. Глубинные аспекты романтической любви
Каковы исторические корни романтической любви, и существует ли такая любовь в наше время? Как изменилась ее психология? Этим и другим...

Николас Спаркс. Писатель, которого называют королем романтической прозы. Его произведения переведены более чем на 45 языков и издаются многомиллионными iconРоберт А. Джонсон мы. Глубинные аспекты романтической любви Предисловие
Каковы исторические корни романтической любви, и существует ли такая любовь в наше время? Как изменилась ее психология? Этим и другим...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов