Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России»




НазваниеЗакон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России»
страница13/32
Дата публикации09.08.2013
Размер5.71 Mb.
ТипЗакон
zadocs.ru > Литература > Закон
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   32
Хрестоматия по истории СССР, XIX в.: Кн. для учителя / Сост.: П.П. Епифанов, О.П. Епифанова. – М., 1991. С. 43-44.

^ ВОССТАНИЕ 14 ДЕКАБРЯ 1825 Г. В ПЕТЕРБУРГЕ

ПО ВОСПОМИНАНИЯМ ДЕКАБРИСТОВ

I. Рассказ В.И. Штейнгеля1
…12-го числа (декабря 1825 г. – Сост.) у директора Российско-Американской компании был обед, на котором присутствовали многие литераторы, в том числе Греч, Булгарин, Марлинский, сенатор граф Д.И. Хвостов. Шумный разговор оживлял общество, особенно к концу стола, когда все (присутствующие) поразгорячились от клико «VSP под звездочкой» (шампанское – Сост.), которое тогда считалось лучшим. Греч и Булгарин ораторствовали более прочих; остроты сыпались со всех сторон и в самом либеральном духе. Даже граф Хвостов, заметив, что указывают на него, из предосторожности кричал: «Не опасайтесь! Не опасайтесь, я либерал, я либерал сам». Хотя большая часть знала уже о предстоящей перемене владык, но говорила гадательно, придерживаясь за «может быть». И когда кто-то сказал: «А что, если император вдруг явится?» - Булгарин вскричал: «Как ему явиться, тень мадам Араужо остановит его на заставе». Из всего, что тут было говорено, просвечивала ясно общая мысль, общее чувство – нехотение оставаться под тем же деспотизмом. В тот же вечер у Рылеева, который уже знал о заготовлении манифеста, было собрание многих членов, которые беспрестанно приходили и уходили, чтобы узнать, на что решились директоры. Всем объявлено, что сборное место – площадь перед Сенатом и что явится диктатор в лице князя Трубецкого, для распоряжения. На другой день, 13-го числа, повторилось почти то же. Беспрестанно приходили из полков с известиями и уверениями о готовности восстать за свободу; но тут же узнали, что на Финляндский полк и артиллерию надежда сомнительна. В этот же вечер был поздний ужин у богатого купца Сапожникова, зятя Ростовцева. Хозяин, угащивая шампанским, не обинуясь говорил: «Выпьем! неизвестно, будем ли завтра живы!» Так были уже уверены, что не обойдется без восстания.

Наконец, настало роковое 14-е декабря… Это было сумрачное декабрьское петербургское утро, с 8  мороза. До девяти часов весть правительствующий Сенат был уже во дворце. Тут и во всех полках гвардии производилась присяга. Беспрестанно скакали гонцы во дворец с донесением, где как шло дело. Казалось все тихо. Некоторые таинственные лица показывались на Сенатской площади, в приметном беспокойствии.

…Часов в 10, на Гороховом проспекте вдруг раздался барабанный бой и часто повторяемое «ура!». Колонна Московского полка с знаменем, предводимая штабс-капитаном князем Щепиным-Ростовским и двумя Бестужевыми, вышла на Адмиралтейскую площадь и повернула к Сенату, где построилась в каре. Вскоре к ней быстро примкнул Гвардейский экипаж, увлеченный Арбузовым, и потом баталион лейб-гренадеров, приведенный адъютантом Пановым и поручиком Сутгофом. Сбежалось много простого народа, и тотчас разобрали поленницу дров, которая стояла у заплота, окружающего постройки Исаакиевского собора. Адмиралтейский бульвар наполнился зрителями. Тотчас уже стало известно, что этот выход на площадь ознаменовался кровопролитием. Князь Щепкин-Ростовский, любимый в Московском полку, хотя и не принадлежавший явно к обществу, но недовольный и знавший, что готовится восстание против великого князя Николая, успел внушить солдатам, что их обманывают, что они обязаны защищать присягу, принесенную Константину, и потому должны итти с Сенату. Генералы Шеншин и Фредерикс и полковник Хвощинский хотели их переуверить и остановить. Он зарубил первых и ранил саблею последнего, равно как одного унтер-офицера и одного гренадера, хотевшего не дать знамя и тем увлечь солдат. По счастию они остались живы.

Первою жертвою пал вскоре граф Милорадович, невредимый в столь многих боях. Едва успели инсургенты (восставшие – Сост.) построиться в каре, как он показался скачущим из дворца в парных санах, стоя, в одном мундире и в голубой ленте. Слышно было с бульвара, как он, держась левою рукою за плечо кучера и показывая правою, приказывал ему: «Объезжай церковь – и направо к казармам». Не прошло трех минут, как он вернулся верхом перед каре и стал убеждать солдат повиноваться и присягнуть новому императору. Вдруг раздался выстрел, граф замотался, шляпа слетела с него, он припал к луке, и в таком положении лошадь донесла его до квартиры того офицера, которому принадлежала. Увещая солдат с самонадеянностию старого о т ц а- к о м а н д и р а, граф говорил, что сам охотно желал, чтобы Константин был императором; но что же делать, если он отказался; уверял их, что он сам видел новое отречение, и уговаривал поверить ему. Один из членов тайного общества, князь Оболенский, видя, что такая речь может подействовать, выйдя из каре, убеждал графа отъехать прочь, иначе угрожал опасностию. Заметя, что граф не обращает на это внимания, он нанес ему штыком легкую рану в бок. В это время граф сделал вольт-фас, а Каховский пустил в него из пистолета роковую пулю, накануне вылитую. Когда у казармы сняли его (Милорадовича – Сост.) с лошади и внесли в упомянутую квартиру офицера, он имел последнее утешение прочитать собственноручную записку нового своего государя, с изъявлением сожаления, и в 4-м часу дня его уже не существовало.

Тут выразилась вполне важность восстания, которою ноги инсургентов, так сказать, приковались к занимаемому ими месту. Не имея сил идти вперед, они увидели, что нет уже спасения назади. Жребий был брошен Диктатор (С.П. Трубецкой – Сост.) к ним не явился. В каре было разногласие. Оставалось одно – стоять, обороняться и ждать развязки от судьбы. Они это сделали.

…Вскоре после того, как государь выехал на Адмиралтейскую площадь, к нему подошел с военным респектом статный драгунский офицер (Якубович – Сост.), которого чело было под шляпою повязано черным платком, и после нескольких слов пошел в каре; но скоро возвратился ни с чем. Он вызывался уговорить б у н т о в щ и к о в и получил один оскорбительный упрек. Тут же по повелению государя был арестован – и понес общую участь осужденных. После его подъезжал к инсургентам генерал Воинов, в которого Вильгельм Кюхельбекер, поэт, издатель журнала «Мнемозина», бывший тогда в каре, сделал выстрел из пистолета и тем заставил его удалиться. К лейб-гренадерам явился полк[овник] Стюрлер, и тот же Каховский ранил его из пистолета. – Наконец подъезжал сам вел[икий] кн[язь] Михаил (младший брат Николая I – Сост.) и тоже без успеха: ему отвечали, что хотят, наконец, царствования законов. И с этим поднятый на него пистолет рукою того же Кюхельбекера заставил его удалиться. Пистолет был уже и заряжен.

После этой неудачи, из временно устроенной в Адмиралтейских зданиях Исаакиевской церкви, вышел Серафим – митрополит в полном облачении, со крестом в преднесении хоругвей. Подошед к каре, он начал увещание. К нему вышел другой Кюхельбекер, брат того, который заставил удалиться вел[икого] кн[язя] Михаила Павловича. Моряк и лютеранин, он не знал высоких титлов нашего православного с м и р е н и я и потому сказал просто, но с убеждением: «Отойдите, б а т ю ш к а, не ваше дело вмешиваться в это дело!» Митрополит обратил свое шествие к Адмиралтейству. Сперанский, смотревший на это из дворца, сказал с ним стоявшему обер-прокурору Краснокутскому: «И эта штука не удалась!» Краснокутский сам был членом тайного общества и после умер в изгнании. Обстоятельство это сколь ни малозначущее, раскрывает однакож тогдашнее расположение духа Сперанского. Оно и не могло быть инаково: с одной стороны воспоминание претерпенного невинного, с другой – недоверие к будущему.

Когда, таким образом, совершился весь процесс укрощения м и р н ы м и с р е д с т в а м и, приступили к действию оружия. Генерал Орлов с полною неустрашимостию дважды пускался со своими конногвардейцами в атаку; но пелотонный огонь (стрельба повзводно – Сост.) опрокидывал нападение. Не победя каре, он однакож завоевал этим целое фиктивное графство. Государь передвигая медленно свои колонны, находился уже ближе середины Адмиралтейства. На северо-восточном углу Адмиралтейского бульвара появилась ultima ratio (последний довод – Сост.) – орудия гвардейской артиллерии. Командующий ими, генер[ал] Сухозанет, подъехал к каре и кричал, чтобы положили ружья, иначе будет стрелять картечью. В него самого прицелились ружьем, но из каре послышался презрительно повелительный голос: «Не троньте этого… он не стоит пули». Это естественно оскорбило его до чрезвычайности. Отскакав к батарее, он приказал сделать залп холостыми зарядами: но не подействовало! Тогда засвистали картечи; тут все дрогнуло и рассыпалось в разные стороны, кроме павших. Можно было этим уже и ограничиться; но Сухозанет сделал еще несколько выстрелов, вдаль узкого Галерного переулка и поперек Невы, к Академии Художеств, куда бежали более из толпы любопытных!..
^ II. Рассказ Н.А. Бестужева1
Сабля моя давно была вложена; я стоял в интервале между Московским каре и колонною Гвардейского экипажа, нахлобуча шляпу и поджав руки, повторяя себе слова Рылеева, что мы дышим свободою: я с горестью видел, что это дыхание стеснялось! Наша свобода и крики солдат походили более на стенания, на хрип умирающего! В самом деле: мы были окружены со всех сторон; бездействие поразило оцепенением умы; дух упал, ибо тот, кто на этом поприще раз остановился, уже побежден вполовину. Сверх того, пронзительный ветер ледянил кровь в жилах солдат и офицеров, стоявших так долго на открытом месте. Атаки на нас и стрельба наша прекратились; «ура» солдат становилось реже и слабее. День смеркался. Вдруг мы увидели, что полки, стоявшие против нас, расступились на две стороны, и батарея артиллерии стала между ними с разверстыми зевами, тускло освещаемая серым мерцанием сумерек.

Митрополит, посланный для нашего увещания, возвратился без успеха; Сухозанету, который подъехав, показал нам артиллерию, громогласно прокричали подлеца – и это был последний порыв, последние усилия нашей независимости.

Первая пушка грянула, картечь рассыпалась; одни пули ударили в мостовую и подняли рикошетами снег и пыль столбами, другие вырвали несколько рядов из фрунта (фронта – Сост.), третьи с визгом пронеслись над головами и нашли своих жертв в народе, лепившегося между колонн сенатского дома и на крышах соседних домов. Разбитые оконницы зазвенели, падая на землю, но люди, слетевшие вслед за ними, растянулись безмолвно и недвижимо. С первого выстрела семь человек около меня упали: я не слышал ни одного вздоха, не приметил ни одного судорожного движения – столь жестоко поражала картечь на этом расстоянии. Совершенная тишина царствовала между живыми и мертвыми. Другой и третий повалили кучу солдат и черни, которая толпами собралась около нашего места. Я стоял точно в том же положении, смотрел печально в глаза смерти и ждал рокового удара; в эту минуту существование было так горько, что гибель казалась мне благополучием. Однако судьбе угодно было иначе.

С пятым или шестым выстрелом колонна дрогнула, и когда я оглянулся – между мною и бегущими была уже целая площадь и сотни скошенных картечью жертв свободы. Я должен был следовать общему движению и с каким-то мертвым чувством в душе пробирался между убитых; тут не было ни движения, ни крика, ни стенания, только в промежутках выстрелов можно было слышать, как кипящая кровь струилась по мостовой, растопляя снег, потом сама, алея, замерзала.

За нами двинули эскадрон конной гвардии, и, когда при входе в узкую Галерную улицу бегущие столпились вместе, я достиг до лейб-гренадеров, следовавших сзади, и сошелся с братом Александром; здесь мы остановили несколько десятков человек, чтобы, в случае натиска конницы, сделать отпор и защитить отступление, но император предпочел продолжать стрельбу по длинной и узкой улице.

Картечи догоняли лучше, нежели лошади, и составленный нами взвод рассеялся. Мертвые тела солдат и народу валились и валились на каждом шагу; солдаты забегали в домы, стучались в ворота, старались спрятаться между выступами цоколей, но картечи прыгали от стены в стену и не щадили ни одного закоулка. Таким образом, толпы достигли до первого перекрестка и здесь были встречены огнем Павловского гренадерского полка.

Печат. по: Хрестоматия по истории СССР. Т. II (1682-1856) /

Сост.: С.С. Дмитриев, М.В. Нечкина. – М., 1953. С. 579-583;

Хрестоматия по истории СССР, XIX в.: Кн. для учителя /

Сост.: П.П. Епифанов, О.П. Епифанова. – М., 1991. С. 44-46.

^ ВОССТАНИЕ ЧЕРНИГОВСКОГО ПОЛКА1
Полк, сомкнутый в полувзводную колонну, медленно двигался вперед, не выходя из околицы, и прошедши от Ковалевки не более 6 верст, между солдатами распространился слух, будто бы пушечное ядро убило в обозе крестьянина с лошадью. Никто не слышал выстрела; нигде не видно было не только орудий, но даже ни одного неприятельского солдата; между тем в колонне произошло волнение, и солдаты начали толковать, спорить, теряясь в догадках. Офицеры старались их успокоить, уверяя, что сия новость не что иное, как выдумка какого-нибудь труса или лгуна. Однакож С. Муравьев (Сергей Муравьев-Апостол – командир восставшего Черниговского полка – Сост.) построил взводы, сомкнув полк в густую колонну справа, вызвал стрелков по местам взводов и продолжал итти.

Едва колонна вышла из околицы и сделала не более ¼ версты, как пушечный выстрел поразил слух изумленных солдат, которые увидели в довольно значительном расстоянии орудия, прикрытые гусарами. За сим выстрелом последовало несколько других, но ни один из оных не причинил ни малейшего вреда колонне: может быть, стреляли холостыми зарядами. Полк шел вперед. Муравьев приказал осмотреть ружья и приготовиться к бою. Приказание сие ободрило солдат, но сей порыв оживленного мужества был остановлен действительными пушечными выстрелами. Первый картечный выстрел ранил и убил несколько человек. С. Муравьев хотел вызвать стрелков: новый выстрел ранил его в голову; поручик Щепила и несколько рядовых пали на землю мертвыми. С. Муравьев стоял как бы оглушенный. Кровь текла по его лицу. Он собрал все свои силы и хотел сделать нужные распоряжения, но солдаты, видя его окровавленным, поколебались: первый взвод бросил ружья и рассыпался по полю; второй следовал его примеру; прочие, остановясь сами собой, кажется, готовились дорого продать свою жизнь. Несколько метких картечных выстрелов переменили сие намерение. Действие их было убийственно. Множество солдат умерло в рядах своих товарищей. Кузьмин, Ипполит Муравьев (брат Сергея Муравьева-Апостола – Сост.) были ранены. Быстрицкий получил сильную контузию, от которой едва мог держаться на ногах. Мужество солдат колебалось; Сухинов, Кузьмин и Соловьев употребили все усилия к возбуждению в них прежних надежд и бодрости. Последний, желая подать собою пример и одушевить их своею храбростью, показывал явное презрение к жизни, становился под самые картечные выстрелы и звал их вперед; но все было тщетно. Вид убитых и раненых, отсутствие С. Муравьева нанесли решительный удар мужеству восставших Черниговцев: они, бросив ружья, побежали в разные стороны. Один эскадрон гусар преследовал рассыпавшихся по полю беглецов; другой окружил офицеров, оставшихся на месте, занимаемом прежде колонною, между ранеными и убитыми. В это самое время Соловьев, увидя недалеко от себя С. Муравьева, идущего тихими шагами к обозу, подбежал к нему, чтобы подать ему помощь. С. Муравьев был в некотором роде помешательства; он не узнал Соловьева и на все вопросы отвечал:

– Где мой брат, где мой брат?

Взяв его за руку, Соловьев хотел его вести к офицерам, оставшимся на прежнем месте. Но едва он сделал это движение, как Бестужев-Рюмин (один из руководителей восстания – Сост.) подошел к ним и, бросаясь на шею к С. Муравьеву, начал осыпать его поцелуями и утешениями. Вместе с Бестужевым приблизился к ним один рядовой 1-й мушкатерской роты. Отчаяние изображалось на его лице; вид Муравьева привел его в исступление; ругательные слова полились из дрожащих от ярости уст его.

– Обманщик! - вскричал он, наконец, - и с этим словом хотел заколоть С. Муравьева штыком.

Изумленный таковым покушением Соловьев закрыл собою Муравьева.

– Оставь нас, спасайся, - закричал он мушкатеру, - или ты дорого заплатишь за свою дерзость.

Сделав несколько шагов назад, солдат прицелился в Соловьева, грозя застрелить его, если он не откроет С. Муравьева. Соловьев схватил на земле лежащее ружье и сделал наступательное движение, которое заставило опомниться бешеного солдата; он удалился, не сказав ни слова.

Когда надежды успеха исчезли, Ипполит Муравьев, раненый, истекая кровью, отошел несколько шагов от рокового места, и почти в то же самое время, когда гусар наскочил на него, он прострелил себе череп и упал мертвый к ногам лошади гусара. По приказанию генерала Гейсмара гусары окружили офицеров и раненых солдат и отобрали у них оружие.

Таким образом, кончилось пагубное для многих восстание Черниговского полка. Около 60 человек и 12 крестьян, находившихся в обозе, были убиты или тяжело ранены. Поручик Щепила умер в рядах; С. Муравьев был ранен в голову; Кузьмин в плечо навылет; все трое – картечами. Быстрицкий получил сильную контузию в правую ногу; шинель Бестужева была прострелена в нескольких местах. Это служит доказательством, под каким убийственным огнем стоял Черниговский полк, и сколь мало думали офицеры о своей жизни…

В 5 часов вечера 3 января пленные офицеры и солдаты были привезены под сильным конвоем в дер[евню] Трилесы.

Печат. по: Хрестоматия по истории СССР. Т. II (1682-1856) /

Сост.: С.С. Дмитриев, М.В. Нечкина. – М., 1953. С. 583-585.

^ «КАТЕХИЗИС» С.И. МУРАВЬЕВА-АПОСТОЛА1
Во имя отца и сына и святого духа.

Вопрос. Для чего бог создал человека?

Ответ. Для того, чтоб он в него веровал, был свободен и счастлив.

^ Вопрос. Что значит веровать в бога?

Ответ. Бог наш Иисус Христос, сошедший на землю, для спасения нас, оставил нам святое свое евангелие… Веровать в бога значит следовать во всем истинному смыслу начертанных в нем законов.

^ Вопрос. Что значит быть свободным и счастливым?

Ответ. Без свободы нет счастия. – Святой апостол Павел говорит: ценою крови куплены есте, не будете рабы человекам. –

^ Вопрос. Для чего же русский народ и русское воинство несчастно?

Ответ. От того, что цари похитили у них свободу.

Вопрос. Стало быть, цари поступают вопреки воле божией?

^ Ответ. Да, конечно, бог наш рек: болий в вас да будет вам слуга, - а цари тиранят только народ.

Вопрос. Должны ли повиноваться царям, когда они поступают вопреки воле божией?

Ответ. Нет! – Христос сказал: не можете богу работать и мамоне; от того-то русский народ и русское воинство страдают, что покоряются царям.

^ Вопрос. Что же святой закон повелевает делать русскому народу и воинству?

Ответ. Раскаяться в долгом раболепствии и, ополчась против тиранства и нечестия, поклясться: да будет всем един царь на небеси и на земли Иисус Христос.

^ Вопрос. Что может удержать от исполнения святого сего подвига?

Ответ. Ничто! Те, кои воспротивятся святому подвигу сему, суть предатели, богоотступники, продавшие души свои нечестию, и горе им, лицемерам, яко страшное наказание божие постигнет их на сем свете и на том.

^ Вопрос. Каким же образом ополчиться всем чистым сердцем?

Ответ. Взять оружие и следовать за глаголющим во имя господне, помня слова спасителя нашего: блаженны алчущие и жаждущие правды, яко те насытятся; и низложив неправду и нечестие тиранства, восстановить правление, сходное с законом божиим.

^ Вопрос. Какое правление сходно с законом божиим?

Ответ. Такое, где нет царей. Бог создал всех нас равными и, сошедши на землю, избрал апостолов из простого народа, а не из знатных и царей.

^ Вопрос. Стало быть, бог не любит царей?

Ответ. Нет! Они прокляты суть от него, яко притеснители народа, а бог есть человеколюбец, да прочтет каждый, желающий знать суд божий о царях Книги Царств главу 8-ю… Итак, избрание царей противно воле божией, яко един наш царь должен быть Иисус Христос.

^ Вопрос. Стало [быть], и присяга царям богопротивна?

Ответ. Да, богу противна; уари предписывают принужденные присяги народу для губления его, не призывай всуе имени господня; господь же наш и спаситель Иисус Христос изрек: аз же глаголю вам: не клянитеся всяко; и так всякая присяга человеку противна богу, яко надлежащая ему единому.

^ Вопрос. От чего ж упоминают царей в церквах?

Ответ. От нечестивого приказания их самих, для обмана народа и ежечасным повторением царских имен оскверняют они службу божию вопреки спасителева веления…

^ Вопрос. Что же наконец подобает делать христолюбивому российскому воинству?

Ответ. Для освобождения страждущих семейств своих и родины своей, и для исполнения святого закона христианского, помолясь теплою надеждою богу, поборающему по правде и видимо покровительствующему уповающим твердо на него, ополчиться всем вместе против тиранства и восстановить веру и свободу в России.

А кто отстанет, тот яко Иуда предатель, будет анафема проклят. Аминь!

Печат. по: Хрестоматия по истории СССР. Т. II (1682-1856) /

Сост.: С.С. Дмитриев, М.В. Нечкина. – М., 1953. С. 570-572.

^ СВОДКА ПОКАЗАНИЙ ДЕКАБРИСТОВ О ВНУТРЕННЕМ СОСТОЯНИИ

РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ1
1. Введение

Начало царствования император Александра было ознаменовано самыми блестящими надеждами для благосостояния России. Дворянство отдохнуло, купечество не жаловалось на кредит; войска служили без труда; ученые учились, чему хотели; все говорили, что думали, и все по многому хорошему ждали еще лучшего. К несчастию, обстоятельства до того не допустили и надежды состарились без исполнения. Неудачная война 1807 г. и другие многостоящие расстроили финансы. Наполеон вторгся в Россию, и тогда народ русский ощутил свою силу, тогда пробудилось во всех сердцах чувство независимости, спервав политической, а впоследствии и народной. Вот начало свободомыслия в России. Правительство само произносило слова: свобода! освобождение! Само рассеивало сочинения о злоупотреблении неограниченной власти Наполеона. Еще война длилась, когда ратники, возвратясь в домы, первые разнесли ропот в народе: «мы проливали кровь, - говорили они, - а нас опять заставляют потеть на барщине; мы избавили родину от тирана, а нас вновь тиранят господа!» Войска от генералов до солдат, пришедши в отечество, только и толковали, как хорошо в чужих землях. Сначала, пока говорили о том беспрепятственно, это расходилось на ветер, ибо ум, как порох, опасен только сжатый. Луч надежды, что государь император даст конституцию, как упомянул он при открытии сейма в Варшаве, и попытки некоторых генералов освободить крестьян своих еще ласкали многих. Но с 1817 г. все переменилось: люди, видевшие худое или желавшие лучшего, от множества шпионов, принуждены стали разговаривать скрытно, а чрез то теснее между собою сближалися.

2. Воспитание

Истинный корень республиканских порывов сокрывался еще в самом воспитании и образовании, которые в течение двадцати четырех лет само правительство давало юношеству. Оно само, как млеком, питало их свободомыслием; а вступя на поприще жизни, они на каждом шагу встречали повод к достижению той цели, к которой ведет подобное образование.

3. Законы

Твердые, ясные и краткие законы, врезываясь легко в памяти, предупреждают злоупотребления. У нас указ на указ: одно разрушает, другое возобновляет и на каждый случай найдутся многие узаконения, одни с другими несогласные. От сего сильные и ябедники торжествуют, а бедность и невинность страдают.

4. Судопроизводство

Само образование судопроизводства нашего весьма сложно. От земского суда до государственного совета столько переходов, что нужно долгое время и большие средства, чтобы провесть дело по всем инстанциям, в которых судят, пересуживают, и часто решением самого высшего места предоставляется только снова начать тяжбу судом по форме. Таким образом, недостаточно жизни дождаться конца. К сему присовокупить должно несправедливости, волокиту и взятки; все сие до крайности истощает тяжущихся.

^ 5. Система правления

Правительство отличалось непостоянством, и в управлении государственном не было никакого положительного, твердого плана:

a) У ч р е ж д е н и е о г у б е р н и я х. Учреждение о губерниях изменилось в существенных основаниях; сила суда в нижних инстанциях ослабела; губернаторы присвоили себе всю местную власть; определение генерал-губернаторов довершило ниспровержение губернских мест; все дела стеклись к ним; само правительство смотрело не иначе, как токмо их глазами. Но во все двадцать пять лет ничего не сделано особенного к улучшению по части управления губерний. В 1822 г. дозволено ген. губ. Балашову производить опыт преобразования. Начатый без сведения сената, опыт сей принят обывателями с негодованием на новые тягости и на умножение инстанций, а о той пользе, какая произойти имеет, никто еще не говорил.

b) К о л л е г и и. Коллегии, коих учреждением обязана Россия Петру Великому, устоявшие среди разных внутренних перемен в течение семи царствований, уничтожены.

c) С е н а т. Сенат, сие хранилище законов и блюститель благоустройства, обращен в простую типографии, подчиненную каждому лицу в доверенности.

d) М и н и с т е р с т в а. Учреждение министерств исполнено в существе своем важных недостатков, и явно составлено было на скорую руку. Не быв надлежащим образом связано с губернским управлением, мешало ему и само от него встречало препятствия.

e) К о м и т е т м и н и с т р о в. Отсутствия императора из столицы подали повод к учреждению комитета министров. Ни чего невозможно было придумать лучше к прикрытию всех беспорядков пред государем и к обнаружению одного лица его пред народом. Все производство дел оставалось в тайне; формы, под видом простоты и скорости, прикрывали все опущения и своевольство. Канцелярии могли делать все, что хотели, и вместо обещанной учреждением министерств ответственности каждого лица, они все, совокупно с министрами, прикрывались на все высочайшими соизволениями, и государь один нес на себе тяжесть ошибок и неустройств.

Сие имело три важных последствия:

1) Множество самых мелочных дел, привлеченных в комитет, восходя до государя, напрасно его затрудняли.

2) Каждый делопроизводитель в министерстве легко мог скрывать свои ошибки и достигать частных видов, не опасаясь взыскания.

3) Высочайшие повеления потеряли свойственную им силу и важность.

Но сего еще мало: придумали еще особенные пути к смешению. По множеству частных случаев учреждали разные комитеты с такою же силою, как и главный; один перевершал дела другого; решения, утверждаемые высочайшею властию, являлись часто по одному и тому же делу в совершенном между собою противоречии.

Таким образом, верховное правительство в последние годы, можно сказать, рассыпалось, потеряло единство и представляло нестройную громаду.

^ 6. Упадок гражданской части

Вообще гражданская часть – сей краеугольный камень в здании государственного благоустройства, - была как бы в некоторой опале. Покойный император видел зло, считал его неисцелимым и ограничивался только тем, что не скрывал своего отвращения, не имея в виду людей, с коими мог бы взяться за исправление.

^ 7. Жалование чиновникам

Жалованье чиновников должно обеспечивать их существование. Оно у нас совершенно неуравновешенно. Гражданскому губернатору, хозяину губернии, определено менее, нежели вице-губернатору, а чиновники целого уезда, вместе взятые, не получают жалованья и против одного надзирателя питейного сбора. Сколько чиновников, едва имеющих занятие, пользуются большими окладами из двух и трех мест; сколько таких же получают пенсионы (пенсии – Сост.); но несравненно более бедствуют, совершенно нуждаясь даже в пропитании.

^ 8. Состояние приказных

Состояние приказных достойно сострадания; за тридцать или сорок рублей ассигнациями в год они обречены работать с утра до вечера. Надобно видеть в губерниях несчастное положение сих людей, чтобы принять в них участие.

^ 9. Взимание податей

Подати, собираемые для пользы граждан, не могут быть тягостны, особенно когда берутся с процентов капитала и его не разрушают. Но какое обширное поле злоупотреблений и народного бедствия представляли земские повинности, оставаясь в совершенном произволе местного начальства. Ни поверки, ни каких форм учета и умножения налога не наблюдалось, особенно в повинностях личных. Народ не мог не чувствовать всей их тягости. Стоило губернатору пожелать награды, - и вся губерния должна была приносить величайшие пожертвования.

^ 10. Дорожная повинность

Достаточно указать для сего на одни беспрестанные выгоны крестьян для делания дорог, часто в страдную пору, во время сенокоса или жатвы. Повинность сия довела поселян до совершенного разорения с одной стороны, от частых перемен в плане, а с другой, от злоупотребления земских чиновников, которые то дадут сделать, и потом ломают под видом, что не по форме, то назначают на работы ближайших вдаль, и наоборот, чтобы за увольнение брать деньги.

11. Недоимки

Народ, отягченный неправильным собиранием податей и отправлением разного рода повинностей, впал в недоимки. Строжайшие меры, принятые ко взысканию недоимок, довершили разорение. К крестьян начали продавать домашний скот, лошадей и самые домы; а в некоторых губерниях в ы б и т ь, в ы к о л о т и т ь н е д о и м к у сделалось техническим словом. Должно присовокупить еще, что почти все капиталы и все обращение оных привлечены были в столицу, находящуюся в углу империи. Здесь собрана величайшая часть казенных заведений, здесь токмо производились все важнейшие работы. От сего удаленные империи, а также лежащие далеко от водяных путей к столице, скоро оскудели и терпели во всем недостаток.

^ 12. Казенное хозяйство

Казна посягнула на монополию. Под видом хозяйственных способов правительство мало-помалу отделилось от народа и лишило пропитания целые семейства, отнимая у них промышленность, коею они занимались со времен незапамятных. Вместо того, чтобы разные улучшения распространять в народе, их делали исключительною собственностию казны, с которою, естественно, частные люди не могли входить в состязание:

a) К а з е н н а я п р о д а ж а в и н а. Система винной продажи, по обширному ее влиянию, есть одна из бедственнейших мер казенной монополии. Она привела многие дворянские фамилии, и без того уже расстроенные залогом почти всех имений в 24-летнем банке, в совершенный упадок. Она явила пример соблазна для чиновников, ибо способы наживаться стали предпочитать понятиям о чести. Она обратила множество сумм в стоячие капиталы (капиталы без движения – Сост.), ибо обогатившиеся чиновники большею частию или не смели, или не умели делать из сих капиталов правильного употребления. Она послужила источником гибельного народного разврата. Повсюду размножены трактиры, харчевни, портерные лавочки, питейные домы, временные выставки, из них некоторые с биллиардами, музыкою и другими для черни приманками. С такими мерами первые годы, точно, принесли прибыль; но вскоре оказалось, что она была временная; в последние годы не добирались уже многие миллионы.

b) К а з е н н а я п р о д а ж а с о л и. На соль, одну из главнейших потребностей в жизни, возвышена цена. До 1812 г. правительство, для облегчения беднейших классов народа, не только по сей части не извлекало государственных доходов, но еще терпело убытки.

c) В з ы с к а н и я с о т к у п щ и к о в и п о с т а в щ и к о в. Действия министерств в последние десять лет были, можно сказать, ужасны. С откупщиков и поставщиков производились строгие и неослабные взыскания, но когда они представляли претензии свои на казну, то им предоставлялось ведаться особо. Дела с казною разорили многих знатнейших купцов и подрядчиков, а с ними верителей их затяжкою в уплате, учетами и неправильными прижимками в приеме.

d) Н е с о б л ю д е н и е и с т и н н о г о х о з я й с т в а. Напротив того, истинного хозяйства нигде не соблюдалось; оно состояло в одних только искусно составленных отчетах, кои не сводились ни с предыдущими годами, ни с отчетами других мест, имеющих между собою непосредственные соотношения.

13. Торговля

Благодетельный для российской промышленности тариф 1810 г. внезапно изменен в 1816 г. новым в пользу Австрии, Пруссии и Польши на 12 лет. По крайней мере, коммерсанты могли располагать своими спекуляциями на сие определенное время; но и в этом ошиблись: в 1819 г. последовало новое всеобщее разрешение ввоза иностранных товаров, коими вскоре наводнили Россию. Многие купцы обанкрутились, фабриканты вконец разорились, а народ лишился способов к пропитанию и к оплачиванию податей. Тогда увидели ошибку, исправили ее тарифом 1823 г.; но причиненный вред невозвратен. Шаткость тарифа не только разорила многих фабрикантов, но породила неверие к правительству. Наконец, последовало в 1824 г. дополнительное постановление о гильдиях, за коим изданы еще многие дополнения и пояснения; за всем тем местные начальства нашлись в невозможности его выполнить, ибо у бедных мещан и особенно у жителей малых городов отнят последний способ к пропитанию. Таким образом, торговля наша находилась в болезненном состоянии.

^ 14. Состояние флота

По флоту, на основании адмиралтейского регламента Петра Великого, едва корабль заложится на стампеле, должно раздавать по всем министерствам пропорции, дабы к назначенному дню все принадлежности к вооружению были в готовности; но во все управление министерством маркиза де-Траверсе1 сего не наблюдалось. Корабли ежегодно строились, отводились в Кронштадт и нередко гнили, не сделав ни одной кампании; и так переводится последний лес, тратятся деньги, а флоту нет.

^ 15. Военные поселения

a) В о д в о р е н и е. Насильственная мера водворения поселений принята была с изумлением и ропотом. Потом объявлена цель их – освобождение России от тяжкой рекрутской повинности. Но уменьшение срока службы до 8 или 12 лет удовлетворило бы сей цели справедливее, прочнее и безопаснее, ибо тогда во всей России разлился бы дух военный, а крестьяне столь же легко стали бы расставаться с детьми, как дворяне. Возвратившиеся в семейство могли бы жениться, заниматься крестьянским бытом и, наживая детей, воспитывали бы их заранее быть солдатами, а сами были бы готовые ландверы (запасники – Сост.).

b) Э к о н о м и ч е с к и й к а п и т а л. В военных поселениях экономически, и частию от снисхождений провиантского и комиссариатского ведомств; но в существе не так; они много стоят суммами, землями, лесами, работою и народом. Если сделать правильную оценку, то, конечно, пятипроцентным доходом с употребленного капитала на неоконченное еще водворение какого-нибудь полка 1-й гренадерской дивизии можно было бы навечно обеспечить содержание сего полка во всех отношениях.

^ 16. Разряды граждан

a) Д в о р я н е - п о м е щ и к и. Поведение дворян с крестьянами их ужасно. Продавать в розницу семьи, похищать невинность, развращать жен крестьянских считается ни во что и делается явно, не говоря уже о тягостном обременении барщиною и оброками. Мелкопоместные дворяне особенно составляют язву России: всегда виноватые и всегда ропщущие, они, желая жить не по достатку, а по прихотям, нещадно мучат бедных крестьян.

b) Л и ч н ы е д в о р я н е. Личные беспоместные дворяне, подобные польской шляхте, быстро размножаются.

Они, считая низким всякий труд и ремесло, живут различными изворотами; и вообще составляют род людей, которые при переворотах надеются что-нибудь выиграть, а потерять ничего не могут.

c) Д у х о в е н с т в о. Сельское духовенство в жалком состоянии. Не имея никакого оклада, оно вовсе предано милости крестьян, принуждено угождать им, а от сего впадает в пороки до такой степени, что правительство чрез гражданских губернаторов вынуждено было распубликовать указ, чтобы миряне не поили допьяна священников. Между тем как сельское духовенство нищенствует, в неуважении, указ об одеждах жен священнических привел в волнение и неудовольствие богатое городское духовенство.

d) К у п е ч е с т в о. Купечество, стесненное гильдиями и затрудненное в путях доставки, потерпело важный урон с 1812 г. Многие капиталисты погибли, другие расстроились. Разврат мнений дал силу потачки вексельному уставу. Злостные банкроты умножились, и доверие упало. Права, облагораживающие граждан, присвоены не лицу, а капиталу. От сего происходит двоякое следствие: богатый, честный купец невинно разорился; потеря богатства есть само по себе несчастие; но закон вместо утешения угнетает его более отнятием самых прав, отличавших его от низшего класса. Добродетельный, но бедный купец остается в низшем звании; напротив, бесчестный, но богатый, объявя капитал, получает права, равняющие его с знатнейшим дворянством. Вот гибельный соблазн для гражданской добродетели.

e) М е щ а н е. Класс мещан, значительный и почтенный в других государствах, у нас ничтожен, беден, обременен повинностями и лишен средств к пропитанию, в особенности постановлением, чтобы они для мелкой торговли или записывались в гильдии, или брали свидетельства с платежом пошлины. Упадок торговли на них отразился сильнее по их бедности.

f) К а з е н н ы е к р е с т ь я н е. Казенные крестьяне, завися от земского и уездного судов, губернского правления и казенной палаты, частыми набегами чиновников сих мест совершенно разоряются. Все с них взыскивают, все требуют, но никто не печется и не ответствует за их благосостояние. Хотя в казенной палате и есть отделение экономическое, заведывающее казенными имениями, но влияние его слабо, ибо земская полиция, уездный суд и губернское правление имеют равное с нею или еще и большее влияние.

g) У д е л ь н ы е к р е с т ь я н е. В противоположность казенным приводятся удельные крестьяне, коих состояние описывается лучшими красками. Они пользуются своими правами, имеют свои конторы, кои не только управляют ими, но и ограждают от насилий земской полиции и других властей. Управляющий конторой ответствует за устройство крестьян, в его ведомстве состоящих; но власть его ограничена: он не может произвольно вводить своих выдумок, или без особенного разрешения министра отрешить голову, миром избранного. У них все раскладки и учреждения производятся посредством общих совещаний.

17. Заключение

Кратко изображенное внутреннее состояние государства показывает, сколь в затруднительных обстоятельствах восприял скипетр ныне царствующий император, и сколь великие трудности предлежат к преодолению: даровать законы, водворить правосудие учреждением кратчайшего судопроизводства, возвысить нравственное образование духовенства, подкрепить упавшее и двадцатичетырехлетним займом вконец разоренное дворянство, воскресить торговлю и промышленность незыблемыми уставами, дать юношеству другое просвещение, приличное для всех состояний, улучшить положение земледельцев, уничтожить уничижительную продажу людей, воскресить флот, поощрить частных людей к мореплаванию, к чему призывают Гаити и Америка, словом – исправить неисчислимые беспорядки и злоупотребления.

Военный министр граф ^ Татищев

Статский советник Боровков.

Печат. по: Хрестоматия по истории СССР. Т. II (1682-1856) /

Сост.: С.С. Дмитриев, М.В. Нечкина. – М., 1953. С. 542-550.
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   ...   32

Похожие:

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconПри поддержки Издательства ООО «Спутник +»
Павла I обвиняют в том, что его внешняя политика была также противоречива и непоследовательна, как и внутренняя. Причину "непоследовательности"...

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconОбраз Павла I в историографии
По словам современного американского историка Н. Е. Саула, фигура Павла I является одной из самых противоречивых в российской истории...

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconЗакон, правосудие и наказание
Государственная политика Внешняя политика Обязанности граждан Вред безнравственности Советы правителям Советы гражданам Правители...

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconЖурнал Московской Патриархии, №5, 1982 г. Эстетика священника Павла Флоренского
Эстетика — философия Красоты. Для отца Павла Флоренского Красота — онтологична, исполнена бытия. Она — одно из проявлений присутствия...

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconТематический тест №1 Политика и власть. Государство в политической...
Что из перечисленного можно отнести к непосредственным проявлениям политической жизни общества?

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» icon«политика» Темы планов по разделу «Политика» Абсентеизм
Абсентеизм – пассивное неучастие граждан в политической жизни общества, проявляется в первую очередь в низкой явке избирателей на...

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconЗакон Российской Федерации от 26 апреля 2013 г. N 67-фз "О порядке...
Федеральный закон Российской Федерации от 26 апреля 2013 г. N 67-фз "О порядке отбывания административного ареста"

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» icon«Школа публичной дипломатии Томской области»
«Теория и практика международных отношений», «Публичная дипломатия», «Модель оон», «Глобализация», «Внешняя политика России», «Международное...

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconЗакон СССР «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из ссср»
Закон СССР от 3 апреля 1990г. “О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из ссср”, который закрепил за автономными...

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconПолитической Партии «здоровая россия»
России в политической жизни общества посредством формирования и выражения их политической воли, участия в общественных и политических...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов