Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России»




НазваниеЗакон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России»
страница16/32
Дата публикации09.08.2013
Размер5.71 Mb.
ТипЗакон
zadocs.ru > Литература > Закон
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   32

Документы к теме

ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ В 1825-1853 гг.

КРЫМСКАЯ ВОЙНА 1853-1856 гг.
^ РУССКО-АНГЛИЙСКИЙ ПРОТОКОЛ ПО ГРЕЧЕСКОМУ ВОПРОСУ1

23 марта (4 апреля) 1826 г.
Принимая во внимание, что его брит. величество, вследствие просьбы греков о содействии, путем дружеских его услуг, примирению их с Оттоманской Портой, предложил свое посредничество этой державе и пожелал войти в соглашение по этому предмету с е. в. имп. всеросс.;

Что, с другой стороны, е. имп. вел-во одинаково одушевлен желанием положить конец борьбе, происходящей ныне в Греции и на Архипелаге, установлением порядка, отвечающего требованиям религии, справедливости и человеколюбия,

нижеподписавшиеся согласились:

Ст. 1. Что условия, которые будут предъявлены Порте в том случае, если она примет предложенное ей посредничество, поставят греков в нижеследующие отношения к Оттоманской империи:

греки будут находиться в зависимости от этой империи и будут платить ей ежегодную дань, размер которой будет, с общего согласия, определен единожды навсегда;

они будут управляться властями, ими самими избранными и назначенными, но в назначении которых Порта будет иметь известное участие;

...они будут пользоваться полной свободой совести и сношений и будут исключительно сами заведовать внутренним своим управлением; [грекам для предупреждения столкновений между обеими нациями будет предоставлено право купить находящиеся в Греции турецкие имения].

Ст. 2. Если принцип посредничества, имеющего произойти между Турцией и Грециею, будет принят, благодаря стараниям, уже приложенным с этою целью послом его брит, величества в Константинополе, то Россия во всяком случае употребит свое влияние для обеспечения успеха упомянутого посредничества...

Ст. 3. В случае, если предложенное его брит. величеством Оттоманской Порте посредничество не будет принято этою державою, то... Россия и Великобритания тем не менее будут считать упомянутые в ст. 1 настоящего протокола условия за основные для примирения, имеющего совершиться при их участии, общем или единичном, между Портой и греками, и воспользуются всеми благоприятными обстоятельствами для оказания своего влияния на обе стороны, с целью привести их к примирению на упомянутых основаниях.

^ Ст. 4. [Границы греческой территории как на материке, так и островной, будут определены впоследствии соглашением России и Великобритании].

Ст. 5. Дог. державы не будут искать в сих соглашениях никакого исключительного влияния и никакого преимущества в торговле для своих подданных, которого не могли бы получить одинаково подданные каждого другого государства.

Ст. 6. Условия примирения и мира, окончательно установленные между спорящими сторонами, будут гарантированы теми из подписавшихся держав, которые сочтут полезным или возможным заключить подобное обязательство...

Печат. по: Хрестоматия по истории России /

Авторы-составители: А.С. Орлов, В.А. Георгиев,

Н.Г. Георгиева, Т.А. Сивохина. – М., 2001. С. 278-279.

^ ТУРКМАНЧАЙСКИЙ МИРНЫЙ ДОГОВОР

МЕЖДУ РОССИЕЙ И ПЕРСИЕЙ (ИРАНОМ)

10 (22) февраля 1828 г.
Ст. I. Отныне на вечные времена пребудет мир, дружба и совершенное согласие между его величеством императором всероссийским и его величеством шахом персидским, их наследниками и преемниками престолов, их державами и обоюдными подданными…

Ст. III. Его величество шах персидский от своего имени и от имени своих наследников и преемников, уступает Российской империи в совершенную собственность ханство Эриванское по сю и по ту сторону Аракса, и ханство Нахичеванское…

Ст. VI. Его величество шах персидский, в уважении значительных пожертвований, причиненных Российской империи возникшею между обоими государствами войною, а также потерь и убытков, потерпенных российскими подданными, обязуется вознаградить оные денежным возмездием. Сумму сего вознаграждения обе высокие договаривающиеся стороны постановили в десять куруров томанов раидже, или двадцать миллионов рублей серебром; сроки же, образ платежа и обеспечение оного постановлены в особом договоре, который будет иметь такую же силу, как бы он был внесен в настоящий тактат от слова до слова.

Ст. VIII. Российские купеческие суда, по прежнему обычаю, имеют право плавать свободно по Каспийскому морю и вдоль берегов оного, равно как и приставать к ним; в случае кораблекрушения имеет быть подаваема им в Персии всякая помощь. Таким же образом предоставляется и персидским купеческим судам право плавать на прежнем положении по Каспийскому морю и приставать к берегам российским, где взаимно, в случае кораблекрушения, имеет быть оказываемо им всякое пособие. Относительно же военных судов, как издревле одни военные суда под российским военным флагом могли иметь плавание на Каспийском море, то по сей причине предоставляется и подтверждается им и ныне сие исключительное право, с тем, что кроме России, никакая другая держава не может иметь на Каспийском море судов военных.

Печат. по: Хрестоматия по истории СССР. Т. II (1682-1856) /

Сост.: С.С. Дмитриев, М.В. Нечкина. – М., 1953. С. 739-740;

Хрестоматия по истории СССР, XIX в.: Кн. для учителя /

Сост.: П.П. Епифанов, О.П. Епифанова. – М., 1991. С. 89.

^ ЗАКЛЮЧЕНИЕ АДРИАНОПОЛЬСКОГО МИРА1
По занятии 8-го августа 1829 года Адрианополя, армия расположилась в оном для того, чтобы отдохнуть от сильных переходов […], поджидая подкрепления, следовавшие из России […], равно как с целью выждать, какое влияние быстрое движение ее в Румелии произведет на Диван. Султан был поражен страхом, и не прошло десяти дней после вступления в Адрианополь, как мы получили уведомление, что турецкие уполномоченные уже находились на пути в нашу главную квартиру […].

…Переговоры начались 21 августа […]. В первом заседании, с нашей стороны предложили неприкосновенность турецких владений в Европе и уступку некоторых земель в Азии с доплатой за убытки, причиненные России войной, но турки, к удивлению, отвечали, что они на таковые требования не уполномочены, и что они полагают достаточным для чести и выгод обоих государств подтвердить только Аккерманский трактат

…Нет сомнения, что мир тотчас был бы заключен, если бы по прибытии турецких министров из Константинополя, не теряя ни одного дня и пользуясь их испугом, начались переговоры о мире; но, к сожалению, в сие время наших уполномоченных еще не было в главной квартире: противные ветры удерживали их на море. В течение сего промежутка турки имели возможность удостовериться в малочисленности нашей и были свидетелями болезней, свирепствовавших в нашей армии; они, так сказать, осмотрелись и были менее наклонны к миру, нежели во время приемной аудиенции у главнокомандующего, которому они без обиняков тогда объявили, что они от султана на все разрешены.

На другой день, то есть 22 августа, происходило второе совещание, в котором турецкие министры начали оказывать некоторую наклонность к нашим требованиям, происшедшую, вероятно, от решительного намерения графа Дибича прервать в противном случае переговоры и идти вперед. […] Они просили отсрочки на семь дней, чтобы получить ответ от султана, к которому они накануне, т.е. после первого совещания, отправили двух курьеров.

Чтобы поселить в Диване более страха, главнокомандующий приказал армии по двум направлениям сделать движение по константинопольской дороге […]. Таким образом пространство от Черного моря до Мраморного, или от Мидии до Родосто, было занято нашими войсками, и Константинополь отрезан, так сказать, от европейской Турции. Главная квартира осталась с седьмым корпусом у Адрианополя в ожидании ответа от султана на донесения его уполномоченных, который должен был прибыть чрез семь дней, т.е. 1 сентября.

Трудно себе представить, с каким нетерпением мы ожидали сего срока, ибо в оный должно было решиться будем ли мы иметь мир и возвратимся в Россию или пойдем на новое военное предприятие сокрушить Оттоманскую империю в самой столице ее. Мысли всех обращены были на вопрос – брать ли Константинополь или нет? Завладение его не представляло затруднений […]

В политическом отношении вопрос сей представлял более затруднений, на который упирались те, которые не хотели идти вперед. Они говорили, что война должны кончиться миром, и спрашивали, с кем будем мы заключать оный, ежели по занятии Царьграда султана убьют или он спасется в Азии? Не изменятся ли наши дипломатические отношения к прочим европейским державам, которые, отбросив сохраняемый ими до того нейтралитет, вооруженною рукою станут за сохранение политического бытия Порты, и не возгорится ли от того повсеместная война? Английский флот, - продолжали они, - стоит уже у Дарданелл и при первом движении нашем на Константинополь войдет в пролив, и мы должны будем для заключения мира прибегнуть к посредничеству англичан, между тем как теперь одни мы можем без всякого посредничества склонить Порту на предложенные нами условия, сделав, может быть, только некоторую уступку. Наконец, они опирались на малочисленность нашу и на скорое наступление дождливого времени и даже говорили, что занятие Константинополя может для нашей армии иметь те же гибельные последствия, что для Наполеона взятие Москвы…

[…] Чтобы дать более веса своим угрозам и принудить Диван ускорить своим ответом, главнокомандующий приказал 29 августа, т.е. накануне того дня, в который нам следовало получить отзыв султана, чтобы главная квартира вместе с 7-м корпусом выступила в Люле-Бургас. […]

К вечеру 29-го августа сии распоряжения были окончены, и, таким образом, мы были готовы идти к Константинополю, как перед полуночью приехал оттуда курьер от прусского посланника с известием, которое совершенно изменило предположения наши. Курьер сей уведомил нас, что чрез несколько часов после него должен был прибыть к нам посланник (Ройе) с ответом от Дивана, а между тем вручил главнокомандующему от французского и английского послов при Оттоманской Порте следующее французское письмо, помещаемое здесь в переводе:

«Ваше Сиятельство!

Константинополь 28-го августа 1829 г.

В настоящих обстоятельствах на нас лежит священная обязанность [...] уведомить ваше сиятельство о неизбежных последствиях, сопряженных с движением российской армии на Константинополь. Блистательная Порта нам торжественно объявила, [...] что в сем случае она перестает существовать [...], и что самое ужасное безначалие, уничтожив власть ее, подвергнет без защиты самому пагубному жребию христиан и мусульман Турецкой империи. Если бы умолчали пред вашим сиятельством о сем положении дел, то мы приняли бы на себя пред нашими дворами и даже пред всероссийским императором, одним словом пред целою Европою, такую ответственность, которую мы должны отклонить от себя всеми силами, от нас зависящими; мы исполняем ныне сей долг, относясь к вам настоящим письмом.

Нам остается заняться теперь только теми мерами, которые могут еще зависеть от нас, чтобы стараться по возможности предохранить христиан сей столицы от неминуемого несчастия, которое в эту минуту висит над головами их.

Имеем честь быть и проч.

Р. Гордон. Граф Гильемино».

Письмо сие, в коем представители двух сильных держав объявляли торжественно, что Порта просит пощады и жребий свой предоставляет великодушию победителей, исполнило нас неописанною радостию. Главнокомандующий столь был поражен словами, - что «в случае движения его, существование Турции прекращается», что у него из глаз лились ручьи слез. [...]

…31 августа, как назначено было, происходило заседание наших и турецких уполномоченных, которое началось в одиннадцать часов утра, а кончилось в 5 часов после обеда. Начало сего заседания было не только странно, но даже смешно, ибо мы были в полном уверении, что турки, получив ответ от султана, не станут противоречить нашим требованиям, в чем заверил нас и прусский посланник. Вместо того, они вынули […] предлинную хартию в опровержение наших требований. Граф Орлов […] отвечал туркам, что сей поступок кажется ему до такой степени несообразным с обстоятельствами, что он не смеет даже доложить о сем главнокомандующему, который ежели об нем услышит, то в то же мгновение объявит, что переговоры прерваны, и опять начнется война. […] Турки, с величайшим хладнокровием спрятав, не говоря ни слова, хартию […], приступили к переговорам, противоречили уже только из чувства некоторого честолюбия и народной гордости и для того, чтобы безусловным согласием своим не явиться в смешном унизительном виде. […] В два часа пополудни они просили на полчаса прекратить заседание, чтобы совершить свою молитву, но, вероятно, для того, чтобы наедине между собою переговорить. По прошествии сего времени, заседание вновь открылось, и турки объявили, что они на все наши предложения согласны. Посему положено было в следующий день, т.е. первого сентября, написать договор мирный, а второго числа – оный подписать.

[…] Второго сентября с самого утра все было в радостном волнении, ожидали турецких полномочных для подписания мира; около полудня они явились, в сопровождении обыкновенной своей многочисленной свиты. Я […] не заметил в чертах их никакой перемены – на них изображалось равнодушие и беспечность. Я мысленно перенесся в их положение и думал, что у меня, как и у всякого русского, отсохла бы рука, прежде нежели бы я утвердил договор, постыдный для моего отечества. Посланники, увидя меня, поклонились мне с такой торжественною улыбкою, как будто бы они готовились на славный подвиг. Ровно в половине третьего часа пополудни подписан мир, выгодный для России, и более еще полезный для Европы и, вообще, для человеческого рода. […] Взглянем на главнейшие статьи оного. Политическое существование Турции оставалось неприкосновенным, но она приведена в такое положение, что, при первом нападении нашем, должна будет покориться; издержки, употребленные Россиею на войну, отчасти уплачены, равно вознаграждены убытки, понесенные нашим купечеством; Молдавия и Валахия воззваны к политическому бытию; Сербия восстанет из анархии, в которой она находилась несколько столетий; Греция возродилась […]. Все турецкие крепости, находившиеся на левом берегу Дуная, сроются, и река сия послужит границею […]. Плавание по Черному морю откроется для всех народов, и Дарданеллы не будут более преградою для торговых сношений […]. Наконец, приобретенные нами города и земли в Азии, как-то: Анапа, Поти и Ахалцык, прекратят торговлю невольниками, производимую кавказскими народами, которые не будут более получать посредством сих городов оружия и воинских припасов, найдутся в необходимости избрать род жизни, приближающий их к гражданской образованности. […]

Тотчас по заключении мира […] мы сели за стол, накрытый в той самой зале, в которой было рассуждение о мире. […] За обедом я сидел возле него1: он торжествовал, да и кто бы на его месте не был в восхищении! Он упомянул, между прочим, что ему особенно приятно, что мир подписан в тот самый день, в который ровно за семнадцать лет Кутузов уступал Москву. «Тогда, - сказал граф Дибич, - мы отдавали Москву, а теперь в нескольких переходах от Константинополя».

Печат. по: Хрестоматия по истории СССР. Т. II (1682-1856) /

Сост.: С.С. Дмитриев, М.В. Нечкина. – М., 1953. С. 740-747.

^ АДРИАНОПОЛЬСКИЙ МИРНЫЙ ДОГОВОР

МЕЖДУ РОССИЕЙ И ТУРЦИЕЙ

2 (14) сентября 1829 г.
Божиею поспешествующею милостью мы, Николай Первый, император и самодержец всероссийский, московский, киевский, владимирский, новгородский, царь казанский, царь астраханский, царь польский, царь сибирский, царь Херсониса-Таврического, государь псковский и великий князь смоленский, литовский, волынский, подольский и финляндский, князь эстляндский, лифляндский, курляндский и семигальский, самогитский, белостокский, корельский, тверский, югорский, пермский, вятский, болгарский и иных; государь и великий князь Нова-города Низовские земли, черниговский, рязанский, полоцкий, ростовский, ярославский, Белозерский, удорский, обдорский, кондийский, витебский, мстиславский и все северные страны повелитель и государь иверские, карталинские, грузинские, кабардинские земли и области арменские, черкасских и горских князей и иных наследный государь и обладатель; наследник норвежский, герцог шлезвиг-голштинский, стормарнский, дитмарсенский и ольденбургский и проч. и проч. и проч. …

Объявляем чрез сие, кому о том ведать надлежит, что 2-го числа сентября месяца 1929 г., между нашим императорским величеством и е.в. императором оттоманским, преизрядных султанов великим и почтеннейшим, королем лепотнейшим меккским и мединским и защитителем святого Иерусалима, королем и императором пространнейших провинций населенных в странах европейских и азиатских и на Белом и на Черном море, светлейшим, державшейшим и великим императором, султаном, сыном султанов, и королем и сыном королей, султаном Магмуд-ханом, сыном султана Абдул-Гамид-хана […] постановлен и заключен договор вечного мира между обеими империями, состоящий в шестнадцати статьях, которые от слова до слова гласят тако:

Во имя Бога Всемогущего. […]

Ст. I. Всякая вражда и несогласия, существовавшие доселе между обеими империями, отныне прекращаются на суше и на морях; и да будет навеки мир, дружба и доброе согласие между е.в. императором и падишахом всероссийским и е.в. императором падишахом оттоманским, их наследниками и преемниками, а также и между их империями. Обе высокие договаривающиеся стороны будут особенно пещись о предупреждении всего, что могло бы возродить неприязнь между обоюдными подданными. Они исполнят в точности все условия настоящего мирного договора и будут равномерно наблюдать, чтобы оный не был отнюдь нарушаем ни прямым, ни косвенным образом.

Ст. II. Е.в. император и падишах всероссийский, желая удостоверить е.в. императора и падишаха оттоманского в искренности своего дружественного расположения, возвращает Блистательной Порте княжество Молдавию в тех границах, какие оно имело до начатия войны, настоящим мирным договором прекращенной. Е.и.в. так же возвращает княжество Валахию и Краповский Банат без всякого изъятия, Булгарию и землю Добрудже от Дуная до моря и купно с тем Силистрию, Гирсово, Мачин, Исакчу, Тульчу, Бабадаг, Базарджик, Варну, Праводы и другие города, местечки и селения, в той земле состоящие, все пространство хребта Балканского от Емине-Бурну до Казана, и все земли от Балкана до моря, а также Селимно, Ямболи, Айдос, Карбанат, Мисимврию, Анхиали, Бургас, Сизополь, Кирклисси, город Адрианополь, Люле-Бургас, наконец, все города, местечки и селения и вообще все места, занятые в Румелии российскими войсками.

Ст. III. Границей между обеими империями по-прежнему будет река Прут от самого ее впадения в Молдавию до соединения с Дунаем. Оттоль черта граничная долженствует следовать течению Дуная до впадения Георгиевского гирла в море, так, что все острова, образуемые различными рукавами сей реки, будут принадлежать России; правый же ее берег по-прежнему останется во владении Порты Оттоманской. Между тем постановляется, что оный правый берег, начиная с точки, где гирло Георгиевское отделяется от Сулинского, пребудет незаселенным на расстоянии двух часов пути от реки и что на нем не будет никаких заведений; а также и на островах, переходящих во владение двора российского, не будет дозволено устраивать никаких заведений или укреплений, кроме карантинных. Купеческим судам обеих держав предоставляется свободное плавание по всему течению Дуная, разумея, что таковые суда под флагом оттоманским могут не возбранно входить в гирла Килийское и Сулинское и что гирло Георгиевское остается общим для военного и купеческого флагов обеих империй. Однако же российские военные корабли не должны ходить вверх по Дунаю далее места его соединения с Прутом.

Ст. IV. Грузия, Имеретия, Мингрелия, Гурия и многие области закавказские с давних уже лет присоединены на вечные времена к Российской империи; сей державе уступлены также трактатом, заключенным с Персией в Туркманчае 10 февраля 1828 г., ханства Ериванское и Нахичеванское. А потому обе высокие договаривающиеся стороны признали необходимым учредить между обоюдными владениями по всей помянутой черте границу определительную и способную отвратить всякое недоразумение на будущее время. Равным образом приняли они в соображение средства, могущие положить непреодолимую преграду набегам и грабежам сопредельных племен, доселе столь часто нарушавших связи дружбы и доброго соседства между обеими империями. Вследствие сего положено признать отныне границей между владениями в Азии императорского российского двора и Блистательной Порты Оттоманской черту, которая, следуя по нынешнему рубежу Гурии от Черного моря, восходит до границы Имеретии и оттуда в прямейшем направлении до точки, где граница Ахалцыхского и Карсского пашалыков соединяется с грузинской, таким образом, чтобы города Ахалцых и крепость Ахалкалаки остались на север от помянутой черты и в расстоянии не ближе двух часов пути от оной.

Все земли, лежащие на юг и на запад от вышесказанной граничной черты к стороне Карсского и Трапезундского пашалыков с большой частью Ахалцыхского пашалыка, останутся в вечное владение Блистательной Порты; земли же, лежащие на север и на восток от оной черты к стороне Грузии, Имеретии и Гурии, а равно и весь берег Черного моря от устья Кубани до пристани Св. Николая включительно, пребудут в вечном владении Российской империи. Вследствие того император российский двор отдает и возвращает Блистательной Порте остальную часть пашалыка Ахалоцыхского, город Карс с его пашалыком, город Баязид с его пашалыком, город Арзерум с его пашалыком, а также и все места, занятые российскими войсками и находящиеся вне вышепоказанной черты.

Ст. V. Поелику княжества Молдавское и Валахское подчинили себя особыми капитуляциями верховной власти Блистательной Порты и поелику Россия приняла на себя ручательство в их благоденствии, то ныне сохраняются им все права, преимущества и выгоды, дарованных в тех капитуляциях или же в договорах, между обоими императорскими дворами заключенных, или наконец в хатти-шерифах, в разные времена изданных. Посему оным княжествам предоставляется свобода богослужения, совершенная безопасность, народное независимое управление и право беспрепятственной торговли. Дополнительные к предшедшим договорам статьи, признанные необходимыми для того, чтобы сии области непременно воспользовались правами своими, изложены в отдельном акте, который есть и будет почитаем равносильной с прочими частью настоящего договора.

Ст. VI. Обстоятельства, последовавшие за Аккерманской конвенцией, не дозволили Блистательной Порте заняться немедленно приведением в действо постановлений Отдельного акта о Сербии, приложенного к V статье той же конвенции; а потому Порта торжественнейшим образом обязуется исполнить оные без малейшего отлагательства и со всей возможной точностью, а именно: возвратит немедленно Сербии шесть округов, от сей области отторгнутых, и таким образом навсегда обеспечит спокойствие и благосостояние верного и покорного народа сербского. Утвержденный хатти-шерифом фирман о приведении в действо вышесказанных постановлений будет издан и официально сообщен императорскому российскому двору в течение одного месяца со дня подписания настоящего мирного договора.

Ст. VII. Российские подданные будут пользоваться во всей Оттоманской империи, на суше и на морях, полной и совершенной свободой торговли, предоставленной им в трактатах, доныне между обеими высокими договаривающими державами заключенных. Сия свобода торговли отнюдь не будет нарушаема или стесняема ни в каком случае и ни под каким предлогом, ни посредством каких-либо запрещений или ограничений, ниже по поводу каких-либо учреждений и мер, вводимых по части внутреннего управления или законодательства. Российские подданные, их суда и товары будут ограждены от всякого насилия и притязания; первые исключительно будут состоять под судебным и полицейским заведыванием министра и консулов российских, а суда российские не будут подлежать никакому внутреннему досмотру со стороны оттоманских властей ни в открытом море, ни в гаванях, пристанях или на рейдах Турецкой империи; товары же всякого рода, или припасы, российским подданным принадлежащие, по очищении установленной тарифами таможенной пошлиной беспрепятственно могут быть проданы, сложены на берегу в магазинах хозяев или их поверенных или перегружены на другое судно, какой бы то державы ни было, так, что о сем российские подданные не обязаны извещать местные начальства, а еще менее испрашивать на то их дозволения. Притом постановляется, что сии преимущества простираются и на торговлю хлебом, вывозимым из России, и к свободному провозу оного никогда и ни под каким предлогом не будет делаемо затруднений или помешательств.

Сверх того, Блистательная Порта обязуется наблюдать тщательно, чтобы торговля, и особенно плавание по Черному морю, не подвергались каким-либо препятствиям; на сей конец она признает и объявляет, что ход через Константинопольский канал и Дарданелльский пролив совершенно свободен и открыт для российских судов под купеческим флагом, с грузом или с балластом, имеющих проходить из Черного моря в Средиземное или из Средиземного в Черное. Сии суда, если токмо будут купеческие, невзирая ни на величину их, ни на количество их груза, не будут подвергаться ни остановке, ни притеснению, согласно с тем, как выше постановлено. Оба императорских двора войдут между собой в соглашение об удобнейших средствах отвратить всякую медленность в снабжении судов надлежащими видами при их отправлении.

На сем же основании и при соблюдении тех же условий, какие постановлены для судов под российским флагом, ход чрез Константинопольский канал и Дарданелльский пролив объявляется свободным и открытым для купеческих судов и всех держав, состоящих в дружбе с Высокой Портой, будут ли оные суда плыть в российские гавани, на Черном море лежащие, или возвращаться оттуда с грузом или балластом.

Наконец, Блистательная Порта, представляя императорскому российскому двору право пользоваться таковой совершенной свободой торговли и плавания по Черному морю, торжественно объявляет, что со своей стороны никогда не будет тому противопоставлять ни малейшей препоны. Порта особенно обещает впредь никогда не задерживать или останавливать суда с грузом или балластом, принадлежащие как России, так и другим державам, с коими Оттоманская империя не состоит в объявленной войне, когда оные проходить будут чрез Константинопольский канал или Дарданелльский пролив, из Черного моря в Средиземное или же из Средиземного в российские черноморские гавани. И если (от чего Боже сохрани) которое-либо из содержащихся в сей статье постановлений будет нарушено и на представления о сем российского министра не последует совершенного и скорого удовлетворения, то Блистательная Порта предварительно признает, что императорский российский двор имеет право принять таковое нарушение за неприязненное действие и немедленно поступить в отношении к империи Оттоманской по праву возмездия.

Ст. VIII. Постановления, учиненные пред сим в VI статье Аккерманской конвенции касательно определения и удовлетворения требований взаимных подданных о вознаграждении за потери, в разные времена понесенные с войны 1806 г., досель не были приведены в исполнение, и российское купечество, по заключении вышеписаной конвенции, претерпело еще новые значительные убытки вследствие мер, принятых относительно плавания по Босфору. Почему ныне признано и положено, что Порта Оттоманская в вознаграждение за означенные убытки и потери заплатит императорскому российскому двору в течение 18 месяцев и в сроки, кои вслед за сим имеют быть определены, один миллион пятьсот тысяч голландских червонцев, с тем что уплата сей суммы положит конец всем взаимным обеих договаривающихся сторон требованиям и домогательствам по поводу помянутых выше обстоятельств.

Ст. IX. Поелику продолжение войны, которой настоящим мирным договором полагается благополучный конец, причинило императорскому российскому двору значительные издержки, то Блистательная Порта признает необходимым доставить сему двору приличное за то вознаграждение. А потому сверх сказанной в IV статье уступки небольшого участка земли в Азии, которую двор российский соглашается принять в счет упомянутого вознаграждения, Блистательная Порта обязуется еще заплатить оному сумму денег, какая определена будет с обоюдного согласия.

Ст. X. Блистательная Порта, объявляя, что она совершенно согласна на постановление договора, заключенного в Лондоне 24 июня / 6 июля 1827 г. между Россией, Великобританией и Францией, приступает равномерно и к тому акту, который по взаимному согласию оных держав состоялся 10/22 марта 1829 г. на основании упомянутого договора и содержит в себе подробное изложение мер, относящихся до окончательного приведения оного в действие. Немедленно по размене ратификаций настоящего мирного договора Блистательная Порта назначит уполномоченных для соглашения с полномочными дворов императорского российского, а также английского и французского, о приведении в исполнение помянутых мер и постановлений.

Ст. XI. Вслед за подписанием настоящего мирного договора между обеими империями и по размене ратификаций обоих государей Блистательная Порта немедленно приступит к скорому и точному исполнению содержащихся в оном постановлений, а именно: статей III и IV относительно границ, долженствующих разделить обе империи в Европе и в Азии, и статей V и VI касательно княжеств Молдавии и Валахии, равно как и Сербии, и коль скоро сии различные статьи признаны будут исполненными, то императорский российский двор приступит к выводу войск своих из владений империи Оттоманской согласно с начертанными в отдельном акте основаниями, составляющими равносильную с прочими часть настоящего мирного договора. До совершенного же очищения занятых земель управление и порядок, кои там ныне введены под владением императорского российского двора, останутся в своей силе, и Блистательная Порта Оттоманская отнюдь не будет в то вмешиваться.

Ст. XII. Немедленно после подписания настоящего мирного договора дано будет начальникам обоюдных войск повеление прекратить на суше и на морях военные действия. Те же действия их, кои последуют по подписании настоящего договора, будут почтены как бы не случившимися и не причинят никакой перемены в постановлениях, содержащихся в оном. Равным образом все, что в сей промежуток времени будет завоевано войсками той или другой из высоких договаривающихся держав, будет возвращено без малейшего отлагательства.

Ст. XIII. Высокие договаривающиеся державы, возобновляя между собой союз искреннего дружества, даруют общее прощение и совершенную амнистию всем своим, какого бы звания они ни были, подданным, которые в продолжение войны, ныне благополучно прекращенной, принимали участие в военных действиях или обнаруживали поведением или мнениями своими приверженность к какой-либо из двух договаривающихся держав. А потому никто из таковых лиц за прежние поступки свои не подвергнется беспокойству или преследованиям в отношении ни к личности, ни к имуществу, но каждому из них предоставляется право снова вступить во владение прежней своей собственностью, спокойно, под покровительством законов, пользоваться оной или, не опасаясь никаких притязаний или притеснений, продать оную в течение осьмнадцати месяцев, если пожелает переселиться со своим семейством и движимым имуществом в другую страну по его избранию. Сверх того, обоюдным подданным, жительствующим в областях, возвращаемых Высокой Порте или уступаемых императорскому российскому двору, дается также осьмнадцатимесячный срок, считая от размена ратификаций настоящего мирного договора, дабы они, если признают нужным, могли сделать распоряжения касательно собственности, ими приобретенной до войны или после оной, и перейти со своими капиталами и движимым имуществом во владения той или другой из договаривающихся держав.

Ст. XIV. Все находящиеся в обеих империях военнопленные, какого бы они ни были народа, звания или пола, немедленно по размене ратификаций настоящего мирного договора должны быть выданы и возвращены без малейшего выкупа или платы. Из сего исключаются христиане, добровольно принявшие в областях Блистательной Порты магометанское исповедание, и магометане, также добровольно принявшие веру христианскую в пределах Российской империи.

Таким же образом будет поступлено и с теми российскими подданными, кои по подписании настоящего мирного договора по какому-либо случаю попали в плен и находятся в областях Блистательной Порты. Императорский российский двор то же самое обещает исполнить в отношении к подданным Блистательной Порты.

За суммы, кои употреблены на содержание пленных обеими договаривающимися сторонами, не будет требовано никакого платежа. От каждой державы они будут снабжены всем нужным на путевые издержки до границы, где и будут разменены обоюдными комиссарами.

Ст. XV. Все договоры, конвенции и постановления, состоявшие и заключенные в разные времена между императорским российским двором и Блистательной Портой Оттоманской, за исключением статей, отмененных настоящим мирным договором, подтверждаются во всей своей силе и пространстве, и обе высокие договаривающиеся стороны обязуются хранить оные свято и нерушимо.

Ст. XVI. Настоящий мирный договор будет ратифицирован обоими высокими договаривающимися дворами, и размен ратификаций между их полномочными последует чрез шесть недель или, буде возможно, и прежде. […]

Подписали: Граф ^ Алексей Орлов

Граф Ф. Пален
Того ради наше императорское в-во по довольном рассмотрении вышепрописанного договора вечного мира подтвердили и ратификовали оный, яко же сим за благо приемлем, подтверждаем и ратификуем во всем его содержании, обещая императорским нашим словом за нас и наследников наших, что все, в оном договоре постановленное, наблюдаемо и исполняемо нами будет нерушимо. Во уверение чего мы, сию ратификацию подписав своеручно, повелели утвердить государственной нашей печатью.

Дана в С.-Петербурге сентября 29-го дня 1829 г. государствования же нашего в четвертое лето.

Подлинная подписана собственной е.и.в. рукой тако:

1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   32

Похожие:

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconПри поддержки Издательства ООО «Спутник +»
Павла I обвиняют в том, что его внешняя политика была также противоречива и непоследовательна, как и внутренняя. Причину "непоследовательности"...

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconОбраз Павла I в историографии
По словам современного американского историка Н. Е. Саула, фигура Павла I является одной из самых противоречивых в российской истории...

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconЗакон, правосудие и наказание
Государственная политика Внешняя политика Обязанности граждан Вред безнравственности Советы правителям Советы гражданам Правители...

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconЖурнал Московской Патриархии, №5, 1982 г. Эстетика священника Павла Флоренского
Эстетика — философия Красоты. Для отца Павла Флоренского Красота — онтологична, исполнена бытия. Она — одно из проявлений присутствия...

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconТематический тест №1 Политика и власть. Государство в политической...
Что из перечисленного можно отнести к непосредственным проявлениям политической жизни общества?

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» icon«политика» Темы планов по разделу «Политика» Абсентеизм
Абсентеизм – пассивное неучастие граждан в политической жизни общества, проявляется в первую очередь в низкой явке избирателей на...

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconЗакон Российской Федерации от 26 апреля 2013 г. N 67-фз "О порядке...
Федеральный закон Российской Федерации от 26 апреля 2013 г. N 67-фз "О порядке отбывания административного ареста"

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» icon«Школа публичной дипломатии Томской области»
«Теория и практика международных отношений», «Публичная дипломатия», «Модель оон», «Глобализация», «Внешняя политика России», «Международное...

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconЗакон СССР «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из ссср»
Закон СССР от 3 апреля 1990г. “О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из ссср”, который закрепил за автономными...

Закон о порядке престолонаследия. 5 апреля 1797 г. Внешняя политика Павла I. Отрывок из «Обозрения проявлений политической жизни в России» iconПолитической Партии «здоровая россия»
России в политической жизни общества посредством формирования и выражения их политической воли, участия в общественных и политических...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов