Дуглас Престон Реликварий Серия: Пендергаст 2 Доп вычитка I no k (проект вычитки книг на Альдебаране)




НазваниеДуглас Престон Реликварий Серия: Пендергаст 2 Доп вычитка I no k (проект вычитки книг на Альдебаране)
страница55/55
Дата публикации12.08.2013
Размер4.74 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > Медицина > Документы
1   ...   47   48   49   50   51   52   53   54   55

62



Спустившись по дренажной трубе, Марго оказалась в длинном низком тоннеле, освещенном мерцающими отблесками умирающего огня. На полу виднелись, выдаваясь из стоячей воды, какие-то темные кучи. Земля над головой продолжала сотрясаться, из дренажной трубы сыпались пыль и мусор. Мгновение – и рядом с Марго в лужу плюхнулся Смитбек. За ним – д’Агоста, за д’Агостой – Пендергаст. Последним спрыгнул водолаз.

– Кто вы? – спросил лейтенант. – И что случилось с остальными?

– Я не из спецназа, сэр. Я полицейский из отряда аквалангистов. Моя фамилия Сноу, сэр.

– Ну и ну, – покачал головой д’Агоста. – Тот парень, с которого все и началось. У тебя есть свет, Сноу?

Водолаз запалил очередной осветительный патрон, и тоннель озарился ярким красноватым светом.

– Боже мой! – услышала Марго голос Смитбека. В тот же момент она поняла, что кучи, выступающие из воды, вовсе не мусор, как она думала вначале, а тела подводников в черных гидрокостюмах. Трупы, застывшие в неестественных позах, были изуродованы и обезглавлены. Стены были испещрены бесчисленными следами пуль и черными мазками сажи от взрывов гранат.

– Группа Гамма, – пробормотал Сноу. – Когда мой напарник погиб, я принял бой здесь. Подземные твари преследовали меня, пока я поднимался по дренажной трубе, но на рельсах наверху преследование почему-то прекратили.

– Думаю, потому, что боялись опоздать на бал, – буркнул д’Агоста, оглядывая место побоища.

– Вы, случайно, не видели никого из подводников, сэр? – с надеждой спросил Сноу. – Я прошел по следам, думал, что кто-то из них мог уцелеть… – Он умолк, заметив выражение лица лейтенанта. В тоннеле повисло неловкое молчание.

– Надо двигаться, – наконец сказал Сноу. Он уже сумел овладеть собой. – Рядом с нами сорок фунтов пластита, который вот-вот взорвется.

Марго, шатаясь, побрела в непроглядную тьму. Она знала, что не имеет права сейчас думать о том, что было в Хрустальном павильоне. Если не изгнать эти мысли, она не сможет продолжить путь.

Тоннель сделал пологий, длинный поворот, за которым открылась обширная сводчатая камера. Там уже ждали Сноу и д’Агоста.

Идущий рядом Смитбек вдруг как-то прерывисто задышал. Марго посмотрела вниз: на полу валялись разорванные и обожженные тела по меньшей мере дюжины Морщинников. Под остатками полусгоревшего капюшона она увидела лицо с чудовищно толстой кожей, все покрытое бородавками и узлами.

– Просто поразительно! – пробормотал рядом с ней Пендергаст. – В них, несомненно, присутствуют характерные черты рептилий, однако человеческие признаки остаются доминантными. Ранняя стадия, если можно так выразиться, превращения человеческого существа в Мбвуна. Любопытно, что у некоторых метаморфоза зашла дальше, чем у остальных. Вне всяких сомнений, это свидетельствует о том, что Кавакита не прекращал совершенствовать препарат. Обидно, что мы не располагаем временем для более глубокого изучения.

В просторном зале в конце тоннеля эхо шагов звучало значительно громче. Там, на полу, в тонком слое стоячей воды валялись ещё несколько тел.

– Здесь находился наш сборный пункт, – пояснил Сноу, быстро разбирая сложенное вдоль стены водолазное снаряжение. – Дыхательных аппаратов с избытком хватит на всех, но гидрокостюмов нет. Надо торопиться. Если во время взрыва мы останемся здесь, нам на головы обрушится все это сооружение.

Пендергаст передал Марго воздушные баллоны.

– Доктор Грин, – сказал он, – мы должны быть благодарны вам за наше спасение. Вы оказались совершенно правы в отношении витамина D. И именно вы смогли удержать этих существ в павильоне до самого момента взрыва. Я хочу заверить вас, что вы всегда будете самым желанным участником всех моих новых экскурсий.

Марго как раз натягивала на ноги ласты. Но все же она кивнула:

– Безмерно вам благодарна, но одного раза для меня более чем достаточно.

– Как будем выходить? – спросил Пендергаст, поворачиваясь к Сноу. – Вы проработали стратегию?

– Пришли мы через очистную станцию на Гудзоне, – ответил Сноу, закрепляя на плечах ремни кислородного баллона. – Но вернуться этим путем мы не сможем. Нам придется плыть по северной ветви Вестсайдского обводного до канала на Сто двадцать пятой улице.

– Вы сможете нас туда доставить?

– Думаю, что смогу. – Сноу, согнувшись, извлекал маски из груды снаряжения. – Я тщательно изучил карты. Мы пройдем назад тем же путем до первой восходящей трубы. Только вместо того, чтобы спускаться, двинемся по трубе вверх и выйдем к боковому сливу, ведущему в Обводной. Но плыть придется долго и надо быть очень внимательными. Нам встретятся выпускные шлюзы и сливные затворы. Стоит заблудиться и… – он не закончил фразу.

– Ясно, – кивнул Пендергаст, надевая кислородные баллоны. – Мистер Смитбек, доктор Грин, вам приходилось когда-нибудь пользоваться аквалангами?

– Я брал несколько уроков, когда учился в колледже, – ответил Смитбек, принимая из рук Сноу маску.

– Я только ныряла с дыхательной трубкой на Багамах, – сказала Марго.

– В принципе это то же самое. Мы отрегулируем ваш дыхательный аппарат. Дышите как обычно, оставайтесь спокойной и все будет в порядке.

– Поторопитесь! – резко произнес Сноу, не пытаясь скрыть беспокойства.

Он направился к дальней стене камеры. Следом за ним пошли Смитбек и Пендергаст. Марго заставила себя сдвинуться с места, затянув потуже пряжку кислородного баллона, – и тут же остановилась, уткнувшись в спину Пендергасту.

– Винсент! – позвал Пендергаст.

Марго обернулась. Д’Агоста стоял посреди камеры. Маска, ласты, баллоны с дыхательным аппаратом кучей валялись у его ног.

– Идите без меня, – сказал он.

Агент ФБР вопросительно вскинул брови.

– Не умею плавать, – пояснил лейтенант.

Марго услышала, как выругался себе под нос Сноу. Все стояли молча. Наконец к лейтенанту подошел Смитбек:

– Я помогу вам. Поплывем рядом.

– Я же вам говорил, что вырос в Квинсе и плавать не обучен! – проорал д’Агоста. – Я пойду ко дну, как булыжник.

– Только не с этим пузырем, – ответил Смитбек, поднимая кислородный баллон и прилаживая его на спину полицейского. – Просто держитесь за меня. Если потребуется, я поплыву за двоих. Вы же удержали тогда в подвале голову над водой. Помните? Делайте то же, что и я, и все будет о’кей. – Сунув маску в руки д’Агосты, он подтолкнул его вперед.

В дальнем конце камеры бежала, скрываясь во тьме, подземная река. Сноу, а за ним Пендергаст приладили маски и шагнули в темную жидкость. Опустив маску на глаза и взяв в рот регулятор дыхания, Марго скользнула в воду. Воздух баллонов показался ей просто сладостным после мерзкой атмосферы тоннеля. Позади неё раздался громкий плеск: это поддерживаемый Смитбеком д’Агоста барахтался в теплой зловещего вида жидкости.

Марго изо всех сил плыла по тоннелю, ориентируясь на мигающий свет головного фонаря Сноу. Она ожидала, что вот-вот раздастся взрыв и каменный потолок древнего сооружения обрушится на них. Сноу и Пендергаст остановились. Марго подплыла к ним.

– Теперь туда, вниз, – сказал Сноу, вытащив изо рта регулятор дыхания. – Будьте особенно внимательны, чтобы не оцарапаться, и не дай вам Бог что-нибудь проглотить. Там в конце тоннеля находится старая железная труба, она ведет…

И тут они скорее почувствовали, нежели услышали вибрацию, перешедшую в низкий, ритмичный, постепенно нарастающий гул.

– Что это? – спросил Смитбек, подплывая к ним с д’Агостой на буксире.

– Нет, – прошептал Пендергаст. – Это вода ринулась из Резервуара. По-моему, раньше времени.

Они, как завороженные, неподвижно застыли в вонючей жидкости, а по системе старинных труб прямо на них с гулом неслись миллионы галлонов воды.

– Тридцать секунд до взрывов, – спокойно сказал Пендергаст, взглянув на часы.

Марго ждала, пытаясь успокоить дыхание. Если заряды не взорвутся, через несколько минут они все погибнут.

Но вот тоннель завибрировал. Поверхность воды задрожала. Сверху посыпались осколки кирпича. Сноу затянул маску, оглянулся в последний раз и скрылся под водой. Смитбек нырнул за ним, толкая впереди себя сопротивляющегося д’Агосту. Пендергаст галантно пропустил Марго вперед. Спускаясь в узкую, покрытую толстым слоем ржавчины трубу, она старалась не терять из виду неяркий свет фонаря Сноу. Д’Агоста уже двигался более ровно. Видимо, приспособился дышать через маску.

Тоннель сделался горизонтальным и начал изгибаться. Поворот. Еще один. Марго быстро оглянулась – проверить, плывет ли за ней Пендергаст. В оранжевом вихре ржавчины она разглядела, как он машет рукой, предлагая двигаться быстрее.

Сноу остановился у места соединения двух труб. Старая железная труба заканчивалась и начиналась новая – блестящая, из нержавеющей стали. Внизу, как раз на месте стыка, Марго заметила узкое, уходящее вниз ответвление. Сноу показал пальцем вперед, давая понять, что именно там находится отрезок трубы, ведущий к Вестсайдскому обводному.

И тут позади раздался низкий раскатистый рев. Многократно усиленный водой, он был поистине оглушающим. Марго всем телом ощутила короткий гидравлический удар, за ним – второй. В мерцающем свете фонаря она увидела, как широко распахнул глаза Сноу. Последние заряды взорвались вовремя, навеки запечатав все выходы из Чердака дьявола.

Когда Сноу отчаянно замахал рукой, призывая скорее плыть к восходящей трубе, Марго вдруг почувствовала сильный рывок за ноги. Казалось, течение уносит её назад, в сторону сборного пункта. Потом все исчезло и вода вдруг сделалась какой-то необычайно вязкой. Долю секунды Марго неподвижно висела в этой вязкой воде, а потом из железной трубы со страшной силой вырвался бурлящий поток ржавчины. Труба задрожала. Марго почувствовала, как её швыряет из стороны в сторону, от стенки к стенке. Загубник выскочил изо рта, и она отчаянно замахала руками, стараясь выудить дыхательный аппарат. Еще один толчок – и Марго ощутила, как её засасывает вниз, в трубу под ногами. Она отчаянно пыталась плыть вперед, но какая-то неодолимая сила затягивала её вниз, все глубже и глубже в черную бездну. Течение колотило её о стенки. В тусклом свете фонаря высоко над собой Марго увидела Пендергаста – он протягивал ей тонкую, изящную руку. Последовал новый удар, и металлическая труба, протестующе скрипя, сомкнулась над её головой. Под несмолкаемый аккомпанемент ударов Марго погружалась все глубже и глубже в водную тьму.

63



Хейворд легкой трусцой бежала по молу к оркестровой раковине. Рядом с ней рысил Карлин. Несмотря на могучее сложение, он бежал легко, с грацией прирожденного атлета.

Здесь, в темноте парка, шум, прежде отдаленный, сделался громче. Казалось, что странный улюлюкающий звук живет собственной жизнью. Всполохи пламени окрашивали клубящийся над головой дым багровыми отсветами.

– Господи, – произнес на бегу Карлин. – Да здесь, наверное, миллион человек. И все хотят друг друга прикончить.

– Так оно и есть, – ответила Хейворд, завидев передвигающийся бегом отряд Национальной гвардии.

Они миновали Горбатый мост, обогнули Променад и оказались у линии полицейских кордонов. Весь Поперечный проезд был уставлен машинами прессы с работающими на холостом ходу двигателями. Над головой кружил пузатый вертолет. Перед террасой Замка полукругом стояли полицейские. Лейтенант велел пропустить Хейворд и Карлина. Они миновали террасу и быстро поднялись по ступеням на стены Замка. Там, среди полицейского начальства, командиров Национальной гвардии и каких-то нервозного вида типов, орущих в мобильные телефоны, стоял Хорлокер. Последний раз Хейворд видела шефа полиции четыре часа назад. Теперь он выглядел лет на десять старше. Шеф разговаривал с невысокой, хорошо одетой дамой лет пятидесяти пяти. Точнее, он внимательно слушал то, что говорила дама не терпящим возражения тоном. Приблизившись, Хейворд узнала миссис Вишер, лидера движения “Вернем себе наш город”.

–…злодеяния, невиданные в нашем городе! – говорила миссис Вишер. – Сейчас, пока мы с вами беседуем, по меньшей мере дюжина моих лучших друзей страдает на больничных койках. И одному лишь Богу известно, сколько ещё достойных людей получили увечья. Я обещаю вам, как уже обещала мэру, что на город обрушится ливень судебных исков. Ливень, мистер Хорлокер!

– Миссис Вишер, – предпринял героическую попытку шеф, – мы получили сведения, что молодые люди из числа участников демонстрации первыми инициировали беспорядки…

Но миссис Вишер его не слушала:

– И когда все это закончится, когда парк и улицы города будут очищены от грязи, мусора и обломков, наша организация сделается сильной как никогда. Если мэр испугался нас сегодня, завтра он будет трепетать в десять раз сильнее. Смерть моей дочери стала той искрой, которая зажгла пламя нашего священного дела. От этого гнусного нападения на нас и на наши свободы запылает небывалый пожар! Не рассчитывайте, что…

Хейворд отошла, решив, что сейчас, видимо, не самое лучшее время для разговора с шефом. Кто-то потянул её за рукав. Обернувшись, она увидела Карлина. Ни слова не говоря, он показал через Эспланду в сторону Большой лужайки.

Хейворд посмотрела – и застыла на месте.

Большая лужайка превратилась в поле боя. В адском, мерцающем свете многочисленных маленьких костров, которыми стали урны, группы людей сталкивались и расходились, наступали и отступали, чтобы тут же атаковать вновь. В отблесках пламени было видно, что некогда ухоженное, похожее на ковер из травы поле, превратилось в свалку мусора. Темнота и грязь не позволяли определить, кто из сражающихся бездомный, а кто – законопослушный налогоплательщик. С запада и востока от лужайки в два ряда стояли полицейские автомобили. В дальнем углу сбились в кучку несколько элегантно одетых людей – все, что осталось от элиты движения “Вернем себе наш город”. Они, видимо, сообразили наконец, что полуночное бдение на Большой лужайке скорее всего не состоится. От периферии лужайки к центру медленно продвигались отряды полиции и Национальной гвардии. Защитники правопорядка работали дубинками, разгоняя дерущихся. Тут же производились и аресты.

– Во дерьмо! – выдохнула Хейворд. – Туда их…

Карлин изумленно поглядел на неё и неодобрительно кашлянул.

За их спинами вдруг началось активное движение. Обернувшись, Хейворд увидела, как удаляется изящной походкой миссис Вишер. Она шла, гордо подняв голову во главе небольшой группы сторонников и телохранителей. За ними тоскливо плелся Хорлокер. Шеф полиции смахивал на боксера после двенадцати очень неудачных раундов. Словно в поисках опоры, Хорлокер тяжело прислонился к стене Замка.

– Кончили они наконец заливать в Резервуар этот – как его там? – слегка восстановив дыхание, спросил он.

– Тиоксин, – подсказал хорошо одетый человек с портативной рацией. – Да, закончили. Пятнадцать минут назад.

Хорлокер ввалившимися глазами смотрел на присутствующих.

– Почему, черт побери, мне ничего не докладывают? – Он заметил Хейворд. – Ты, значит, здесь! – пролаял он. – Как тебя там? Харрис?

– Моя фамилия Хейворд, сэр. – Она шагнула вперед.

– Не имеет значения. – Хорлокер оттолкнулся от стены. – От д’Агосты что-нибудь слышно?

– Нет, сэр.

– А от капитана Уокси?

– Нет, сэр.

Плечи Хорлокера снова поникли.

– Боже Всемогущий, – прошептал он, глядя на часы, – до полуночи всего десять минут. – Он повернулся к стоящему справа офицеру:

– Какого дьявола они все ещё там? – Шеф указал на Большую лужайку.

– Когда мы пытаемся их разогнать, они рассыпаются, чтобы тут же собраться в другом месте. И к хулиганам постоянно прибывает подкрепление – множество людей просачивается через ограждения. Без слезоточивого газа справиться будет очень трудно.

– Так какого же черта вы его не применяете?

– Согласно вашему приказу, сэр.

– Моему приказу? Люди Вишер давно ушли, идиот! Полей их газом. Немедленно!

– Есть, сэр!

По парку раскатился низкий гул. Казалось, он исходит из самого центра земли.

Хорлокер снова ожил. От радости он даже подпрыгнул:

– Вы слышали?! Это взорвались заряды! Проклятые заряды!

Копы, обслуживающие радиоаппаратуру, вяло зааплодировали. Карлин бросил на Хейворд недоумевающий взгляд:

– Заряды?

– Понятия не имею, – пожала она плечами. – Интересно, чему они так радуются, сидя по уши в дерьме?

Затем, словно повинуясь неслышимой команде, все повернулись к Большой лужайке. В открывшейся перед ними сцене присутствовала какая-то извращенная, противоестественная привлекательность. До них долетали крики и вопли настолько мощные, что казалось, будто они несут с собой звуковой удар. Из общего рева то и дело выделялись отдельные звуки: проклятия, крики боли, удары…

Внезапно из самых недр парка донесся странный вздох. Казалось, будто само основание Манхэттена проваливается под землю. Поверхность Резервуара, обычно спокойная, как мельничный пруд, вдруг пришла в движение. По водной глади пробежала мелкая рябь, в самом центре забулькали пузырьки воздуха.

В командном пункте установилась полная тишина. Все взгляды обратились к Резервуару.

– Волны, – прошептал Карлин. – В Резервуаре Центрального парка, будь я проклят!

Резервуар издал низкий, похожий на отрыжку звук, за которым последовал угрожающий рев водного потока, с неимоверной силой устремившегося в недра Манхэттена. Сквозь шум драки до Хейворд донесся глухой гул: потоки воды начали заполнять подземные галереи и давно забытые тоннели.

– Слишком рано! – крикнул Хорлокер.

Хейворд не сводила с Резервуара глаз. Уровень воды начал снижаться – сначала медленно, потом все быстрее и быстрее. В отраженном свете полицейских прожекторов и многочисленных костров Хейворд увидела обнажившиеся стенки Резервуара. Вода бурлила и пенилась, увлекаемая в гигантский водоворот.

– Остановись, – прошептал Хорлокер.

Уровень воды неуклонно снижался.

– Ну прошу же, остановись, – бормотал шеф полиции, неотрывно глядя на север.

Резервуар изливался все быстрее. Внезапно гул начал стихать, волны заметно уменьшились. Вода успокоилась, сброс пошел медленнее. На командном пункте стояла мертвая тишина.

Хейворд с изумлением увидела, как с севера в Резервуар полилась вода. Вначале это были отдельные струйки. Затем струйки слились в ручеек, который через несколько мгновений превратился в ревущую многоводную реку.

– Вот сукины дети! – прошептал Хорлокер. – Все-таки они сделали это.

Все выходы внизу были запечатаны, и сброс прекратился. Но вода с севера продолжала прибывать. Ее уровень начал подниматься. Водопад изливался в Резервуар с нарастающей мощью. Вскоре волны уже бились о кромку брега. Еще мгновение – и вода хлынула через край.

– Господи! – выдохнул Карлин. – Теперь им всем придется поплавать.

Массы воды, перелившись через край Резервуара, хлынули в темноту парка, заглушая шум драки гулом, шипением и плеском. Хейворд застыла в ужасе и восхищении. Резервуар напоминал сейчас гигантскую ванну, в которой забыли закрыть кран. Вода смыла груды свежевыкопанной земли и понесла мутную взвесь между невысоких деревьев. Хейворд казалось, что она видит большую реку – спокойную, неторопливую и неудержимую. И река эта текла в сторону низины – к Большой лужайке. На смотровой площадке Замка Бельведер царило напряженное ожидание. Темный, поблескивающий поток, невидимый для участников драки, приближался к полю боя. Когда он достиг дерущихся, шум схватки заметно изменился: в нем появилась какая-то странная неуверенность. Группы сражающихся вначале рассыпались, потом снова собрались, снова рассыпались. Вода хлынула на поляну, и вся толпа с дикими воплями бросилась искать спасения. Некоторые полезли на деревья, большинство же, в панике давя упавших, неслось к ближайшим выходам из парка.

А вода все прибывала.

Она заливала площадки для игры в бейсбол, гасила костры, валила наземь мусорные урны. С громким бульканьем вода ворвалась в театр Делакорт, окружила и поглотила Черепаший пруд и плескалась уже у подножия Замка Бельведер. Вскоре шум воды начал стихать. Новорожденное озеро успокаивалось. На его поверхности дробились яркие блики. Бликов становилось все больше и больше. Вода успокаивалась. Вскоре озеро превратилось в зеркало, в котором отражались тысячи звезд.

На командном пункте стояла тишина. Все были заворожены грандиозным зрелищем. Затем раздался общий радостный вопль. Наполнив помещения и башни Замка, вопль вознесся в ясное ночное небо.

– Жаль, что мой старик всего этого не видит, – ухмыльнулась Хейворд, поворачиваясь к Карлину. – Он бы сказал, что это все равно что вылить ведро воды на собачью свадьбу. Держу пари на сколько угодно долларов, что именно это он бы и сказал.

64



Утреннее солнце низко стояло над Атлантическим океаном, бросая косые лучи на песчаные пляжи Лонг-Айленда, заливы, крошечные гавани и маленькие поселения. Солнце – пока ещё прохладной рукой – ласково прикасалось к асфальту мостовых и тротуаров. А дальше к западу возвышались окрашенные в бледно-розовые тона серые небоскребы Нью-Йорка. Солнце поднялось чуть выше, его лучи коснулись Ист-ривер, и в тот же миг отраженным розовым пламенем вспыхнули десятки тысяч окон гигантского города. Казалось, новый день омывает мегаполис волнами тепла и света.

Однако под сень железнодорожного моста над узким каналом, именуемым Протокой Гумбольдта, солнечные лучи не проникали. Им мешали стоящие многочисленные высокие здания. Дома давно опустели и напоминали теперь грязно-серые гнилые зубы. Внизу неподвижно застыла тихая, густая вода, лишь слегка трепетавшая в те редкие моменты, когда поезд подземки с грохотом проносился по мосту.

Солнце следовало назначенным ему путем, и один-единственный луч пронзил, словно нож, паутину железа, дерева и меди. Прежде чем исчезнуть, он успел высветить довольно странную картину. На узкой полоске кирпича, лишь на несколько дюймов возвышающейся над темной водой, свернувшись калачиком, лежал покрытый грязью человек в изорванной одежде.

Под мостом снова воцарилась полутьма. Однако вскоре сонный покой канала вновь был нарушен. Вдали послышался рокот. Рокот приближался, вот он прогремел над мостом… Снова вернулся. Затем раздался иной шум – гораздо более близкий. Поверхность канала задрожала и покрылась рябью, словно нехотя возвращаясь к жизни.

На носу катера береговой охраны, как бдительный часовой, замер д’Агоста.

– Вот она! – закричал лейтенант. – Вели этим вертолетам убраться! – крикнул он штурвальному. – Они своими винтами баламутят воду и поднимают вонь. Кроме того, нам, видимо, потребуется карета “скорой помощи”.

Штурвальный поднял глаза на ободранные, обгорелые фасады, на металлический мост над головой и с сомнением покачал головой. Но ничего не сказал.

Смитбек подошел к фальшборту и, прикрыв нос воротником рубашки, прогундосил:

– Как называется это место?

– Протока Гумбольдта, – коротко бросил д’Агоста и повернулся к рулевому: – Подведи поближе, чтобы врач мог на неё посмотреть.

Смитбек оглянулся на д’Агосту. Журналист знал, что лейтенант одет в коричневый костюм – д’Агоста всегда носил коричневые костюмы, – но сейчас под коркой грязи, крови и мазута цвет определить было невозможно. Пендергаст замер – напряженный и бледный – в тени на корме.

Марго вздрогнула, подняла голову и, недоуменно помаргивая, огляделась. Она даже попыталась подняться – впрочем, весьма безуспешно. Потом она поднесла руку к голове и застонала.

– Марго! – крикнул полицейский. – К тебе прибыл лейтенант д’Агоста.

– Не шевелитесь! – бросил врач, легонько прикасаясь к её шее.

Не обращая внимания на медика, Марго все-таки умудрилась сесть.

– Интересно, что вас так задержало, ребята? – спросила она и разразилась судорожным лающим кашлем.

– Что-нибудь сломано? – спросил врач.

– Все. – Она скривилась от боли. – А если честно, только левая нога.

Врач разрезал умелым движением джинсы и, быстро осмотрев Марго, что-то сказал д’Агосте.

– Она в порядке! – провозгласил лейтенант. – Пусть “скорая помощь” ждет нас на пирсе.

– Итак? – напомнила Марго. – Куда вы все подевались?

– Мы были введены в заблуждение, – ответил Пендергаст (он уже стоял рядом). – Один ваш ласт обнаружили в отстойнике канализационной станции. Ласт был сильно поврежден. Мы опасались, что… – Он немного помолчал. – Поэтому прошло некоторое время, прежде чем мы решили проверить все точки выхода из Вестсайдского обводного.

– Что-нибудь сломала? – спросил, наклоняясь к ней, Смитбек.

– Возможно, имеется небольшая трещина, – ответил врач. – Давайте носилки.

– Сама справлюсь, – решительно заявила Марго.

– Слушайся доктора! – по-отечески сурово сказал д’Агоста.

Журналист и штурвальный поставили катер бортом к берегу и Смитбек спрыгнул вниз, чтобы уложить Марго на узкую полоску парусины. Втроем они приподняли носилки и передали их на борт. Затем журналист, врач и полицейский тоже поднялись на палубу, и д’Агоста повернулся к штурвальному:

– Убираемся отсюда к дьяволу.

Заработал дизель. Катер отошел от кирпичной кладки и поплыл по каналу. Марго лежала на спине, положив голову на надувную подушку. Смитбек протирал ей лицо влажным полотенцем.

– Все в порядке, – прошептала она.

– Еще десять минут, и вы окажетесь на твердой земле, – сказал Пендергаст, присаживаясь рядом с ней. – Еще десять – и вы уже будете на больничной койке.

Марго явно намеревалась возразить, но Пендергаст остановил ее:

– Наш друг Сноу поведал нам о растениях, произрастающих в Протоке Гумбольдта, и микроорганизмах, там обитающих. Поверьте, больница пойдет вам на пользу.

– Что было потом?

– Когда? Все зависит от того, что вы помните.

– Я помню, как мы расстались… Взрывы…

– Взрыв затянул вас в дренажный тоннель. С помощью Сноу мы добрались до восходящей трубы и в конце концов выплыли в Гудзон. Вы же, наверное, попали в ту часть Вестсайдского обводного, которая выходит в Протоку Гумбольдта.

– Ты, похоже, повторила путь двух покойников, выуженных Сноу, – пояснил д’Агоста.

Марго на некоторое время отключилась. Затем её губы снова шевельнулись:

– Фрок…

Пендергаст ласково приложил палец к её губам.

– Потом. У нас будет масса времени все обсудить.

– Как он мог? – покачала головой Марго. – Как он мог принимать препарат? Почему он соорудил эту ужасную хижину?

– Весьма печально, что люди так плохо знают даже своих лучших друзей, – ответил Пендергаст. – Кто может сказать, какие тайные желания и страсти определяют их поступки? Нам никогда не понять, как страдал доктор Фрок, потеряв способность передвигаться. То, что он высокомерен, тайной не было. Многим выдающимся ученым в различной степени свойственны высокомерие и нетерпимость. Он увидел, что Каваките удалось заметно усовершенствовать препарат. Скорее всего тот состав, который принимал Кавакита, был последним, вызывающим физические изменения и порождающим Морщинников. Фрок проявил удивительное самообладание, устранив те небольшие погрешности, которых не заметил Кавакита. Профессор смог разглядеть потенциальную способность наркотика корректировать физические недостатки и полностью реализовал этот потенциал. Но главный недостаток препарата состоял в том, что, исцеляя тело, он калечил разум. В результате все тайные желания, все скрытые страсти, многократно усилившись, вырвались наружу. Отныне они руководили всеми поступками Фрока. Хижина – вершина его деградации. Он желал стать богом – богом эволюции.

Марго поморщилась от боли, глубоко вздохнула, расслабилась, и под рокот мотора её мысли унеслись куда-то вдаль.

Они вышли из Клоаки через Спайтен-Дивил и оказались в Гудзоне. Рассвет уже уступил место сиянию летнего дня. Д’Агоста молча смотрел на пенный след, остающийся за кормой катера. Смитбек сидел на фальшборте и, глядя на Марго, грыз ногти.

Пальцы Марго вдруг коснулись какой-то выпуклости на кармане джинсов. Она сунула руку в карман и вытащила пропитанный водой конверт. Тот самый, который передал ей в темноте тоннеля Мефисто. Не в силах сдержать любопытства, она открыла конверт. Внутри оказалась короткая записка, прочитать которую не было никакой возможности – вода размыла все буквы. Кроме письма, в конверте лежала фотография – выцветшая, промокшая, помятая. Со снимка улыбался крошечный мальчуган в миниатюрной фуражке паровозного машиниста, восседающий на деревянной лошадке с колесиками. Снимок был сделан в пыльном палисаднике перед окруженным кактусами домом-трейлером. За трейлером виднелась вдали гряда невысоких гор. Марго молча смотрела в счастливое, улыбающееся личико, а перед её мысленным взором стоял тот человек, в которого превратился этот мальчуган. Она аккуратно вложила фотографию в конверт и сунула его в карман.

– А что с Резервуаром? – спросила она у Пендергаста.

– Последние шесть часов уровень воды не менялся. Очевидно, воду удалось удержать.

– Значит, мы все-таки это сделали!

Пендергаст промолчал.

– Так сделали или нет? – Ее взгляд неожиданно приобрел прежнюю остроту.

– Похоже на то, – ответил Пендергаст, глядя в сторону.

– Так в чем же дело? Неужели вы до сих пор не уверены?

Агент ФБР повернулся к ней и, глядя своими светлыми глазами в её глаза, ответил:

– Если нам повезет, и выдержат завалы… Если не возникнет течи… То в течение двадцати часов тиоксин должен уничтожить все оказавшиеся в тоннелях растения. Но полной уверенности в этом пока нет.

– А как же мы сможем узнать результаты? – спросила Марго.

– А я вот что вам скажу, – широко ухмыляясь, заявил д’Агоста. – Ровно через год, день в день, я отправлюсь в ресторан Мерсера на Южной улице и закажу знаменитый двухфунтовый стейк из филе меч-рыбы. И если не схвачу при этом хорошей дозы реовирусов, то почувствую большое облегчение.

В этот момент солнце поднялось над рекой и темная вода превратилась в жидкое золото. В солнечных лучах небоскребы центра сверкали пурпуром и золотом, а величественный мост Джорджа Вашингтона блестел серебром.

– Что касается меня, – медленно произнес Пендергаст, – то я в обозримом будущем постараюсь избегать frutti del mare, что в переводе на наш язык означает “дары моря”.

Марго быстро глянула на него, ожидая прочесть в его взгляде насмешку. Но Пендергаст смотрел на неё совершенно серьезно. Ей осталось только кивнуть, выражая полное понимание.


^

Часть четвертая
И последняя



Движение “Вернем себе наш город” больше не провело ни одной демонстрации. Миссис Вишер получила почетный пост в городской администрации и стала работать по связям с общественностью. Когда на следующий год прошли выборы и сформировалась новая администрация, миссис Вишер продолжила сотрудничать и с ней, призывая всех к гражданской ответственности. Зеленый пятачок на Пятьдесят третьей Восточной улице был посвящен памяти Памелы Вишер.

Лаура Хейворд отказалась от повышения по службе и оставила ряды полиции, посвятив все свое время занятиям в аспирантуре Нью-Йоркского университета.

Книга Билла Смитбека с отчетом о событиях той ночи несколько месяцев стояла в списке бестселлеров, несмотря на то что подверглась тщательной редакции со стороны властей под личным наблюдением спецагента ФБР Пендергаста. Марго не без труда удалось убедить (точнее, заставить) Смитбека пожертвовать половину гонорара обществу содействия бездомным.

Ровно через год, день в день после затопления Тоннелей Астора, Пендергаст, д’Агоста и Марго Грин встретились на ленче в знаменитом рыбном ресторане неподалеку от порта на Южной улице. Содержание их беседы осталось неизвестным, но, когда они выходили из дверей ресторана, на лице д’Агосты сияла широченная улыбка.

^

От авторов



Хотя все события и персонажи романа являются вымышленными, фон, на котором развертывается действие, вполне реален. В подземном пространстве под Манхэттеном действительно обитает большое число бездомных, известных как “тоннельные люди”, или “люди-кроты”. Они живут в лабиринте заброшенных путей, тоннелей, коллекторов и забытых платформ под Пенсильванским вокзалом, вокзалом Гранд-Централ и в других подземельях города. Под Гранд-Централ существует множество уровней, где рождаются, живут и умирают люди. Тоннели Астора существуют на самом деле, хотя и под иным названием. Впрочем, в реальности они, естественно, не столь грандиозны. Подробных карт подземных лабиринтов не существует, подземелья практически не изучены и часто являются территорией враждебной и опасной.

Авторы весьма благодарны Дженнифер Тот, чья книга “Люди-кроты” послужила им великолепным путеводителем по подземному Манхэттену. Благодарим мы и Аккру Шепп за знания, полученные нами об этой subterra incognita.


1   ...   47   48   49   50   51   52   53   54   55

Похожие:

Дуглас Престон Реликварий Серия: Пендергаст 2 Доп вычитка I no k (проект вычитки книг на Альдебаране) iconКадзуо Исигуро Остаток дня
Автор, японец по происхождению, создал один из самых «английских» романов конца XX века, подобно Джозефу Конраду или Владимиру Набокову...

Дуглас Престон Реликварий Серия: Пендергаст 2 Доп вычитка I no k (проект вычитки книг на Альдебаране) iconДуглас Престон, Линкольн Чайлд Натюрморт с воронами
Работа маньяка? Об этом буквально кричит картина убийства. И в этом совершенно уверен местный шериф. Но многоопытный агент фбр пендергаст...

Дуглас Престон Реликварий Серия: Пендергаст 2 Доп вычитка I no k (проект вычитки книг на Альдебаране) iconЛинкольн Чайлд, Дуглас Престон Граница льдов
«Дуглас Престон, Линкольн Чайлд "Граница льдов"»: Эксмо, Домино; Москва, Санкт‑Петербург; 2007

Дуглас Престон Реликварий Серия: Пендергаст 2 Доп вычитка I no k (проект вычитки книг на Альдебаране) iconЛинкольн Чайлд, Дуглас Престон Танец смерти
Диоген поставил себе целью не просто уничтожить всех близких людей брата, но и повесить эти убийства на него

Дуглас Престон Реликварий Серия: Пендергаст 2 Доп вычитка I no k (проект вычитки книг на Альдебаране) iconЛинкольн Чайлд, Дуглас Престон Огонь и сера
Как удалось преступнику сжечь заживо в запертых изнутри комнатах знаменитого критика и известного коллекционера произведений искусства...

Дуглас Престон Реликварий Серия: Пендергаст 2 Доп вычитка I no k (проект вычитки книг на Альдебаране) iconДуглас Престон, Линкольн Чайлд Штурвал тьмы
Старинные друзья Алоиза Пендергаста – монахи из уединенного буддистского монастыря – просят его о помощи. Из их горной обители исчез...

Дуглас Престон Реликварий Серия: Пендергаст 2 Доп вычитка I no k (проект вычитки книг на Альдебаране) iconДуглас Престон, Линкольн Чайлд \"Наваждение\"
И вот спустя двенадцать лет он получает информацию, которая наталкивает его на мысль, что та давняя трагедия не была случайностью....

Дуглас Престон Реликварий Серия: Пендергаст 2 Доп вычитка I no k (проект вычитки книг на Альдебаране) iconПрестон Дуглас, Чайлд Линкольн Танец на кладбище
Но восставшие мертвецы – явный перебор даже для современного Нью-Йорка. И тут Пендергасту приходит в голову мысль, что убийство журналиста...

Дуглас Престон Реликварий Серия: Пендергаст 2 Доп вычитка I no k (проект вычитки книг на Альдебаране) iconФормат дебатов «линкольн дуглас» Введение
Сенат Соединенных Штатов Америки для проведения ряда дебатов по теме рабства. Стивен Дуглас принял вызов, за которым последовал ряд...

Дуглас Престон Реликварий Серия: Пендергаст 2 Доп вычитка I no k (проект вычитки книг на Альдебаране) iconГерман Гессе Степной волк Доп вычитка Niche Оригинал: Hermann Hesse, “Steppenwolf”
«Степной волк» – самый культовый и самый известный роман немецкого писателя из опубликованных в России

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов