Фэнни Флэгг Рождество и красный кардинал Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck: golma1 «Рождество и красный кардинал»




НазваниеФэнни Флэгг Рождество и красный кардинал Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck: golma1 «Рождество и красный кардинал»
страница1/20
Дата публикации28.01.2014
Размер1.65 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > Медицина > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

Фэнни Флэгг: «Рождество и красный кардинал»

Фэнни Флэгг
Рождество и красный кардинал




Scan: Ronja_Rovardotter; OCR&SpellCheck: golma1
«Рождество и красный кардинал»:

Фантом Прессё; Москва; 2010; ISBN 978-5-86471-485-0

Перевод: Сергей Соколов


Аннотация



Напуганный врачебным диагнозом Освальд Т.Кэмпбелл бежит из холодного и сырого Чикаго на юг, в гостеприимный Затерянный Ручей, где собирается встретить свое последнее Рождество. Ничего хорошего от захолустья он не ожидает, но реальность оказывается совсем не такой, какой он себе ее воображал. Жизнь в Затерянном Ручье хоть и размеренная, но весьма необычная и даже странная. И жители городка тоже весьма необычны. Почтальон доставляет корреспонденцию на лодке. В единственном магазинчике хозяйничает маленькая красная птичка по имени Джек. Дамы городка тайно творят добро, объединившись в эзотерическое общество под названием «Крупные Горошинки». А сам Освальд оказывается вдруг главной фигурой местной светской жизни. Вместе с приближением Рождества начинают происходить удивительные события, которые изменят жизнь не только Освальда, но и всех обитателей Затерянного Ручья.

Роман Фэнни Флэгг – странная, притягательная, теплая рождественская сказка, полная самого обычного волшебства, которое под силу многим, стоит только очень захотеть. Книга для всех, кто стосковался по доброму слову и красивой истории.
^

ФЭННИ ФЛЭГГ
Рождество и красный кардинал



Посвящается Йони, Кейт и Рите

Город ветров1



Было только шестое ноября, но в Чикаго вовсю свирепствовала метель, уже вторая за эту осень. Освальду Т. Кэмпбеллу всерьез казалось, что по дороге к врачу он не пропустил ни одной глубокой лужи, и каждая была до краев заполнена ледяной жижей. Когда он наконец прибыл на место, основательный запас бранных слов, которых он успел нахвататься за свою непродолжительную службу в армии, весь иссяк.

Регистраторша, поприветствовав его, протянула планшет с анкетой:

– Мистер Кэмпбелл, мы получили вашу медицинскую карту и данные по страховке, но доктор Обечек предпочитает, чтобы новые пациенты сообщали о себе краткие сведения. Будьте добры, заполните, пожалуйста.

Господи, неужели нельзя обойтись без этих вечных анкет, раздраженно подумал Освальд, однако послушно взял планшет и принялся за дело.

Имя: ^ Освальд Т. Кэмпбелл

Адрес: меблированные комнаты «Де Сото», 1428, Леннон-авеню, Чикаго, штат Иллинойс

Пол: мужской

Возраст: 52

Волосы: там, где еще остались, рыжие

Глаза: синие

Рост: пять футов восемь дюймов

Вес: 161 фунт

Семейное положение: разведен

Дети: слава богу, нет

Ближайшие родственники: бывш. жена, миссис Хелен Гвинн, 1457, Хоуп-стрит, Лейк-Форест, штат Иллинойс

На что жалуетесь: команде «Юнцы» нужен новый игрок второй базы2

Граф в анкете оставалась куча, но он не стал их заполнять, расписался и вернул планшетку девушке.
Когда осмотр закончился и Освальд, трясясь от холода в тонком сером халате на завязках с открытым тылом, присел в уголке, медсестра велела ему одеваться, сказав, что доктор ждет его в кабинете. Озябшее до костей тело ныло после прощупываний и простукиваний в самых разных местах, да тут еще носки, ледяные и мокрые, хоть выжимай. Он попытался отжать носки, и на пол закапала синяя жидкость. Ступни у него тоже были чудесного синего оттенка, точно в цвет носкам.

– Здорово-то как! – проворчал под нос Освальд.

Он выбросил носки в мусорную корзину и в хлюпающих ботинках на босу ногу прошлепал к двери кабинета.

Дожидаться доктора было неуютно и тоскливо – почитать нечего, да и курить нельзя, раз он сдуру наврал доктору, что бросил. Оглядывая комнату, Освальд шевелил пальцами ног, а то их уже начинало сводить. Куда ни глянь, все серое. Серое за окном, серое в кабинете. Придушить бы того, кто выбрал этот колер. Когда он в последний раз лежал в госпитале для ветеранов, к ним приходила лекторша и рассказывала, как цвета влияют на настроение. Какой придурок выбрал эту серятину? Шляться по докторам Освальд никогда не любил, но страховая компания требовала проходить ежегодный медосмотр. Ну и какой толк с того, что очередной эскулап просветит его в том, что ему и так известно? Этот-то хоть настроен дружелюбно и смеется шуткам, но мог бы и поторопиться. Обычно доктора были либо молокососы, которым морскую свинку доверить страшно, либо пенсионного возраста. Вот и этому, похоже, за семьдесят. Может, потому и копается? Серые стены, серый ковер, серый халат, даже волосы у доктора серо-стальные.

Наконец дверь открылась, вошел врач с результатами исследований.

– Ну как, док, смогу я в этом году опять пробежать Бостонский марафон?3 – осведомился Освальд.

На этот раз доктор оставил его попытку пошутить без внимания и с мрачным видом сел за стол.

– Мистер Кэмпбелл. Не испытываю никакой радости по поводу того, что мне придется вам сообщить. Обычно я предпочитаю, чтобы при разговоре присутствовал кто-то из близких. Из ближайших родственников вы упомянули только бывшую жену. Не могли бы вы ей позвонить и попросить приехать сюда?

У Освальда внезапно пропала всякая охота шевелить пальцами ног.

– Не вижу необходимости. А зачем?

– Дело серьезное. – Доктор открыл медицинскую карту. – Я проверил и перепроверил все клинические данные. Более того. Я позвонил своему коллеге пульмонологу – он принимает в этом же здании – и проконсультировался. К сожалению, он подтвердил мой диагноз. Мистер Кэмпбелл, скажу вам прямо. В вашем теперешнем состоянии вы вряд ли переживете следующую чикагскую зиму. Вам надо сменить климат, и немедленно. Иначе, откровенно говоря, вы и до Рождества вряд ли дотянете.

– Ух ты… – раздумчиво произнес Освальд. – Да неужто?

– Увы. Вынужден констатировать, что со времени последнего осмотра эмфизема у вас вошла в критическую стадию. Ваши легкие и без того в рубцах после перенесенного в детстве туберкулеза. Прибавьте долгие годы хронического бронхита, усугубленного курением. Вам будет достаточно хорошей простуды, которая неизбежно перейдет в воспаление легких.

– Да неужто? Ух ты, – повторил Освальд. – Печально.

Доктор захлопнул папку, подался к пациенту и заглянул в глаза.

– Вот именно. Печально. Положа руку на сердце, если принять во внимание тревожную быстроту, с которой развивается болезнь, даже если вы срочно переедете куда-нибудь на курорт, по самому оптимистическому прогнозу могу вам дать еще год… может быть, два.

– Вы шутите.

Врач покачал головой:

– Какие уж тут шутки. В данный момент эмфизема деформирует сердце и ряд других органов, не только легкие. Говорю это вам не для того, чтобы напугать. Вы должны быть в курсе, чтобы привести в порядок свои имущественные дела.

Несмотря на потрясение, Освальд чуть не рассмеялся. Какие там «имущественные дела»!

Да на его банковском счету сроду не было больше двухсот пятидесяти долларов.

– Поверьте, я бы порадовался вместе с вами, если бы диагноз был благоприятный.

Доктор говорил правду. Он не любил огорчать пациентов. Кэмпбелла он видел впервые в жизни, но уже проникся симпатией к обаятельному коротышке.

– Может, мне все-таки позвонить кому-нибудь из ваших родственников?

– Спасибо, не стоит.

– Что теперь будет с вашими планами на будущее?

Освальд глянул на врача:

– Полетят к черту, так ведь?

– Увы. Боюсь, будущее придется пересмотреть. – Доктор был полон сочувствия.

– Ничего особенного я в голове не держал и уж точно на тот свет не собирался.

– Нет, конечно нет.

– Здоровье у меня, чего греха таить, не ахти, но я не думал, что пора закругляться.

– Как я сказал, вам нужно поскорее уехать из Чикаго. Куда-нибудь, где воздух почище.

Вид у Освальда сделался озадаченный.

– Но Чикаго – мой дом. Ума не приложу, куда податься.

– У вас есть друзья где-нибудь во Флориде или Аризоне?

– Нет. Все, кого я знаю, – здесь.

– Что ж… И бюджет у вас, полагаю, довольно-таки ограничен?

– Верно. Только пенсия.

– Угу. Флорида в это время года вам будет не по карману.

– И сомнений нет, – согласился Освальд, никогда во Флориде не бывавший.

Доктор вздохнул, откинулся на спинку стула и погрузился в раздумья.

– Так-так, посмотрим… минутку… есть одно местечко, куда отец направлял своих легочных больных, и цены, помнится, там были вполне разумные. – Он смотрел на Освальда, как будто ожидая от него подсказки. – Как же оно называлось? Где-то неподалеку от Флориды…

Доктор внезапно вскочил, словно его осенило.

– Знаете что? В соседней комнате у меня хранятся старые истории болезни, оставшиеся после отца. Пороюсь-ка я в них – может, и найду что-нибудь для вас.

Освальд смотрел на серую стену. Уехать из Чикаго? Все равно что перебраться на другую планету.
Уже в сумерках Освальд вышел на улицу, где стоял все тот же леденящий холод. За углом Ригли-билдинга4 налетевший со стороны реки порыв ветра ударил прямо в лицо, сорвав с Освальда шляпу. Тот обернулся, глядя, как головной убор опускается в водосток и корабликом плывет вниз по улице. Ну и черт с ней, подумал он, но уже через несколько шагов морозный воздух пробрался сквозь остатки волос, уши заныли от холода, и Освальд решил догнать шляпу. Когда ему удалось наконец водворить ее обратно на голову, ботинки на босу ногу чавкали, за шиворот текло, а его автобус уехал. Следующего Освальд дожидался словно в столбняке – окоченевший от холода и потрясенный новостями. Оказавшись в автобусе, он сел, и взгляд его уткнулся в рекламу универмага «Маршалл Филдс». ОТПРАЗДНУЙ ЛУЧШЕЕ РОЖДЕСТВО В СВОЕЙ ЖИЗНИ – НАЧНИ РОЖДЕСТВЕНСКИЕ ПОКУПКИ В ЭТОМ ГОДУ ПОРАНЬШЕ. Да уж, лучше начать пораньше, подумал он. А то ведь так можно и не успеть. И здорово не успеть, если верить доктору. Замешкаться – и последнее Рождество станет на самом деле последним.

От одной мысли делалось не по себе, хотя Рождество и значило для Освальда немного. Пока он пытался представить мир без себя, автобус выбрался на Стейт-стрит и тотчас увяз в густом потоке автомобилей. Со всех сторон неслось сердитое бибиканье, мешаясь с яростным гомоном пассажиров, которые вваливались на остановках и явно пребывали не в духе. Какая-то женщина уставилась на Освальда и громко заявила своему спутнику:

– Джентльмены всегда уступают дамам место.

«Леди, если бы я мог, я бы встал», – подумал Освальд. И правда, закоченевшие ноги его совсем не слушались.

Минут через пять, когда руки немного согрелись, он вытащил из кармана брошюру, которую дал ему доктор. На обложке красовалась фотография гостиницы – насколько большой, было не разобрать. Страницы выцвели и как-то вспучились, словно брошюра побывала в воде, но буквы читались четко.


^ ОТЕЛЬ «НА ОПУШКЕ» НА СОЛНЕЧНОМ ЮГЕ ПОД НАЧАЛОМ НОВОГО УПРАВЛЯЮЩЕГО
Хораса П. Данлепа, ранее работавшего в «Гибсон-Хаус», Цинциннати, Огайо

В самой южной части Алабамы, на берегу томно вьющейся реки, лежит крошечный чудо-поселок Затерянный Ручей, где само время, кажется, замедляет свой бег.

МЕСТОПОЛОЖЕНИЕ

Очаровательное курортное местечко уютно устроилось между бухтами Пердидо и Мобил в зоне субтропиков, где особенно хорошо зимой. К югу лежит Мексиканский залив, и постоянный теплый бриз значительно смягчает климат. Колоссальные объемы соленой воды, лежащие в непосредственной близости, насыщают воздух озоном, хлором и прочими животворными компонентами. Унылая бесплодность северной зимы сменяется теплым многоцветьем юга, хмурый пасмурный день здесь – редкость, а яркое солнце и голубое небо – правило. При испанцах эта часть страны именовалась «Пояс Очарования».

^ УСЛОВИЯ ДЛЯ ПОПРАВКИ ЗДОРОВЬЯ

Многие люди, страдающие от чахотки, ревматизма, нервных болезней и переутомления, обрели здоровье и вкус к жизни после нескольких месяцев, проведенных в этом регионе, теплый соленый бриз вернул им аппетит, на отсутствие которого они жаловались вот уже в течение нескольких лет. Это идеальное место для полного отдыха от городской суеты и суматохи. Ваша нервная система придет в равновесие, каким бы испытаниям она ранее ни подвергалась. Зимний отдых здесь такой, что лучшего и желать не приходится, а подобного изобилия родников с кристально чистой водой нигде не найти. По словам доктора Марка Обечека из Чикаго, «весь этот регион можно назвать истинным раем Америки».
Наверное, это отец давешнего доктора, подумал Освальд, перевернул страницу и продолжил чтение.


^ ОТЗЫВЫ ТЕХ, КТО ПОБЫВАЛ ЗДЕСЬ ЗИМОЙ

Уважаемый господин Данлеп!

Мы в восторге от рыбалки, и катания на лодке, и пеших прогулок в густых сосновых лесах, и от песен пересмешников, и от свежего благоуханного воздуха.

^ М. Симмс, Чикаго, Иллинойс
Еще одна выцветшая фотография: ВИД НА РЕКУ С БОЛЬШОЙ ВЕРАНДЫ.

Я прибыла с севера, где снег, мороз и метели,

А тут голубое небо и птичек звонкие трели.
(Стихи Дианы Беркли из Чикаго, которую вдохновила на творчество наша зима)
Еще фотография: Л. Дж. ГРОДЗИКИ СО СВОИМ УЛОВОМ.


^ РАЙ ДЛЯ ЛЮБИТЕЛЕЙ РЫБАЛКИ

В наших южных водах настоящее изобилие рыбы. Вот далеко не полный перечень обитающих у нас видов: красная нерка, серебристый голец, американский голец, щука, камбала, горбыль, кефаль, окунь, сом, сарган и тарпон. Масса устриц, креветок и съедобных моллюсков.
Фото: ГРУППА ЧИКАГСКИХ ДЖЕНТЛЬМЕНОВ ЗАКУРИВАЕТ, ОТВЕДАВ УСТРИЦ.

Фотография на следующей странице поставила Освальда в тупик: РОЗОВЫЙ КУСТ, ПОД КОТОРЫМ МОГУТ СВОБОДНО РАЗМЕСТИТЬСЯ ТРИДЦАТЬ ЧЕЛОВЕК!

Автобус подъехал к его остановке, и Освальд сунул брошюру в карман, недоумевая, за каким чертом кому-то может понадобиться лезть под розовый куст в компании еще двадцати девяти человек, даже если им там будет совсем не тесно?

В холле здания, приютившего меблированные комнаты для мужчин «Де Сото», где Освальд проживал последние восемь лет, компания мужиков смотрела телевизор. Они помахали ему.

– Как все прошло?

– Просто жуть, – ответил Освальд и высморкался. – Могу не дожить до Рождества.

Мужики рассмеялись – этот Освальд вечно шутит – и вернулись к теленовостям.

– Я серьезно, – обиделся Освальд. – Доктор сказал, я в ужасном состоянии.

Он подождал отклика, но на него уже никто не обращал внимания, а он слишком устал, чтобы упорствовать. Поднявшись к себе, Освальд принял ванну, влез в пижаму, уселся на стул, закурил и с тоской посмотрел в окно на неоновые буквы, горящие над входом в его любимый бар. «Пиво Пабст – синяя лента». Чертовщина, подумал он. В такой ситуации мужику грех не тяпнуть стаканчик. Но год назад другой доктор сообщил Освальду, что печень на последнем издыхании и лишний стаканчик его просто убьет. Ну и что теперь? Как выяснилось, ему все равно скоро на тот свет, так что упиться до смерти, пожалуй, было бы совсем недурно. Во всяком случае, кончина быстрая и веселая.

Ну что, одеться и перейти через улицу? Да нет, пожалуй. Он обещал Хелен, своей бывшей, что не будет пить, и не хотелось вновь обманывать ее надежды, потому оставалось сидеть на стуле и жалеть себя. Ему всю жизнь не везло. Туберкулез у него выявили, когда ему было всего восемь, как и у добрых семидесяти пяти процентов других мальчиков в приюте Святого Иосифа, и с тех пор он кочует по больницам – то с хроническим бронхитом, то с пневмонией. Подкидыш, он не знал о себе ничего, не ведал, кто его родители. Нашли его на ступенях церкви, всех пожитков при нем была только корзинка, в которой он лежал, да жестянка томатного супа фирмы «Кэмпбелл».5 В честь супа его и назвали, томатного, о чем свидетельствовала буква «Т.», а имя Освальд просто следовало по порядку в приютском списке имен после уже присвоенных другим мальчикам. Кто он по национальности, было покрыто мраком. Правда, в один прекрасный день (Освальду исполнилось двенадцать) священник долго смотрел на его довольно-таки крупный нос, рыжие волосы и голубые глаза, а потом рек:

– Если это не ирландская рожа, Кэмпбелл, я готов съесть свою шляпу.

Так Освальд стал ирландцем. Здесь ему тоже не повезло – в том, что касается пьянки, уж точно.

Да и не только пьянки. Все на свете давалось ему с трудом – учеба, спорт, девушки. Ни на одной работе он долго не задерживался, и даже из армии его скоро списали по состоянию здоровья. Освальду казалось, что все вокруг живут по четким правилам, только не он. Вечно у него было такое чувство, словно он пришел на светский раут в белых носках и кедах. Впрочем, в его жизни и не было светских раутов, а скоро и ей настанет конец.

Погоревав где-то с час, Освальд вдруг понял, что по-настоящему разжалобить себя так и не удалось. Странно. В его-то положении вроде только и осталось, что слезы проливать. А ему почти ничего не жаль, не за что зацепиться. Бейсбол вот разве. И Хелен. Да-да, именно в такой последовательности, что и стало причиной их развода.

По правде говоря, Хелен – единственный человек на этом свете, кто пожалеет о нем. Пусть она давно заново замужем и у нее двое детей, все равно ближе у него никого нет. Когда-то он даже заглядывал к ним на огонек, поужинать, но теперь это в прошлом. Новый муж – балбес балбесом, а из вредной малышни выросли противные подростки, от которых матери ждать нечего, кроме неприятностей. Так бы и задушил мерзавцев, хотя бы одного. Ему нечего сказать относительно воспитания чужих отпрысков, они и развелись-то отчасти потому, что она хотела детей, а он – нет. Если ты семнадцать лет своей жизни провел в одном помещении с пятью сотнями галдящих и визжащих детей, хочется в кои-то веки пожить спокойно. И все же, несмотря на отчаяние, апатию и полное неумение располагать к себе людей, он хотел поделиться хоть с кем-нибудь, рассказать о том прогнозе, что ему выдали. Он охотно поговорил бы с Хелен. Но нет, она из тех женщин, что навсегда остаются няньками. И, узнав о его болезни, наверняка будет настаивать, чтобы он перебрался жить к ним, под ее крылышко. Да и к чему расстраивать ее? Она этого не заслужила. У нее хватает своих забот. Она и так с ним натерпелась, а кроме того, там же эти ее жуткие подростки.

Нет, заключил он, лучше просто уехать подальше и не лезть в чужую жизнь. Да и если приспичит выпить, никто не станет зудеть про здоровье. Главное, найти такое местечко, где можно прожить на пенсию в шестьсот долларов.

Освальд достал из кармана брошюру, прославляющую отель «На опушке». На последней странице Хорас П. Данлеп вопрошал читателя:


^ ЗАЧЕМ ЕЗДИТЬ ВО ФЛОРИДУ?

На что вам Флорида с ее болотами и нехваткой питьевой воды? На что вам Нью-Мексико с его едкой пылью? На что вам Калифорния с ее холодными неудобными домами? Зачем тащиться за две-три тысячи миль, когда до округа Болдуин от Чикаго каких-то двадцать шесть часов? Оба берега реки густо поросли соснами. Кроме того, у нас произрастают такие виды, как магнолия, лавр, амбровое дерево, сосна карибская, ясень, клен, вечнозеленые растения, белый кипарисовик, разнообразные кустарники, а с дубов прядями свисает бородатый мох. В изобилии представлены орех пекан, кумкват, груша, смоковница и яблоня. Наши зимы напоминают северную весну или раннюю осень. Великолепные прогулки на свежем воздухе можно устраивать чуть ли не каждый день в году. На берегах реки обитают утки, гуси, дикие индейки, горлицы, перепела, еноты и белки. Изобилие источников, пресная вода на глубине 20–30 футов. В нашем мягком климате урожай фруктов и овощей можно собирать как минимум на две недели раньше, чем в других частях страны. Что это значит для желающих поправить здоровье? Это означает, что больные бронхитом, катаром, ревматизмом смогут поправить свое здоровье, это означает, что пневмония, грипп и простуды останутся в прошлом, это означает, что слабые здоровьем мальчики и девочки могут без боязни играть на свежем воздухе, а еще это означает румянец на щеках и возможность собирать цветы в Рождество.

^ СНИМИТЕ ЗАМЕЧАТЕЛЬНУЮ КОМНАТУ
ИЛИ
НЕБОЛЬШОЕ ЭЛЕГАНТНОЕ БУНГАЛО!

Мы сердечно приглашаем всех в наши пенаты. Ведь мы занимаем площадь не меньше Чикаго, только народу у нас поменьше. Приезжайте и убедитесь: мы ничего не преувеличили. Насладитесь солнцем, полюбуйтесь цветущими апельсинами в декабре!
На обороте была помещена песня со словами и нотами.
ЧУДО-АЛАБАМА

музыка и слова Хораса П. Данлепа

Вечер опускается

На южные леса,

Звезды появляются,

Молкнут голоса.
Чудо-Алабама, ты – предел мечтаний,

Я твой светлый образ в сердце сохраню.

Птичье щебетанье, трав благоуханье,

Чудо-Алабама, я так тебя люблю.
Сладко людям спится,

Всюду тишина,

Речка серебрится,

Светится луна.
Освальд отложил брошюру в сторонку. Наверняка скучнее места в Америке не найдешь, но почему бы не переговорить с Хорасом П. Данлепом лично? Человек из кожи вон лезет, пытаясь раскрутить свое дело. Пожалуй, надо завтра ему позвонить и разузнать, почем стоит снять замечательную комнату или небольшое элегантное бунгало. А заодно справиться, где там у них ближайший бар.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Фэнни Флэгг Рождество и красный кардинал Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck: golma1 «Рождество и красный кардинал» iconМаркус Зузак Книжный вор Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck: golma1 «Книжный вор»
Январь 1939 года. Германия. Страна, затаившая дыхание. Никогда еще у смерти не было столько работы. А будет еще больше

Фэнни Флэгг Рождество и красный кардинал Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck: golma1 «Рождество и красный кардинал» iconСесилия Ахерн Время моей Жизни Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck:...
«Время моей Жизни» – девятый супербестселлер звезды любовного романа Сесилии Ахерн

Фэнни Флэгг Рождество и красный кардинал Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck: golma1 «Рождество и красный кардинал» iconМайкл Чабон Приключения Кавалера и Клея Scan: Ronja Rovardotter;...
Два еврейских юноши во время Второй мировой войны становятся королями комикса в Америке. Своим искусством они пытаются бороться с...

Фэнни Флэгг Рождество и красный кардинал Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck: golma1 «Рождество и красный кардинал» iconМаргарет Этвуд Год потопа Серия: Трилогия Беззумного Аддама 2 Scan:...
«Чешуйки» – излюбленное злачное заведение как крутых ребят из Отстойника, так и воротил из охраняемых поселков Корпораций…

Фэнни Флэгг Рождество и красный кардинал Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck: golma1 «Рождество и красный кардинал» iconФредерик Бегбедер Идеаль Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck:...
«Windows on the World», «Романтический эгоист», прославился за эти годы своими скандальными визитами в Россию – с бурными похождениями...

Фэнни Флэгг Рождество и красный кардинал Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck: golma1 «Рождество и красный кардинал» iconТонино Бенаквиста Малавита Серия: Малавита 1 Scan: Ronja Rovardotter; ocr golma1 «Малавита»
Семейство Блейков, оставив в Штатах роскошный современный дом, перебралось жить во Францию, в небольшой городок Шолон-на-Авре. Вселялись...

Фэнни Флэгг Рождество и красный кардинал Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck: golma1 «Рождество и красный кардинал» iconМарти Леймбах Дэниэл молчит Scan&ocr: niksi, SpellCheck: Ronja Rovardotter
Роман «Дэниэл молчит» – об отваге и самопожертвовании, о женской сути и о природе любви, о драме современной молодой женщины, готовой...

Фэнни Флэгг Рождество и красный кардинал Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck: golma1 «Рождество и красный кардинал» iconИэн Макьюэн Цементный сад Scan: Ronja Rovardotter; ocr: golma1 «Цементный сад»
Иэн Макьюэн – один из авторов «правящего триумвирата» современной британской прозы (наряду с Джулианом Барнсом и Мартином Эмисом),...

Фэнни Флэгг Рождество и красный кардинал Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck: golma1 «Рождество и красный кардинал» iconТесс Герритсен Хранитель смерти Серия: Джейн Риццоли и Маура Айлс...
Роман «Хранитель смерти» – седьмой в серии произведений американской писательницы Тесс Герритсен о полицейских и врачах, вступивших...

Фэнни Флэгг Рождество и красный кардинал Scan: Ronja Rovardotter; ocr&SpellCheck: golma1 «Рождество и красный кардинал» iconSpellcheck Nach «Рай где-то рядом»
«Рай где-то рядом» – новая книга Фэнни Флэгг, чей роман «Жареные зеленые помидоры в кафе „Полустанок“» для многих является одной...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов