Лорен Вайсбергер Прошлой ночью в «Шато Мармон» ocr: Dinny; SpellCheck: Елена Рудякова «Прошлой ночью в «Шато Мармон»»




НазваниеЛорен Вайсбергер Прошлой ночью в «Шато Мармон» ocr: Dinny; SpellCheck: Елена Рудякова «Прошлой ночью в «Шато Мармон»»
страница8/23
Дата публикации15.08.2013
Размер3.69 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > Музыка > Документы
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   23
^

7. Обманутая кучкой сопляков



Войдя в салон «Лакис» на Девятой авеню, Брук увидела, что мать уже сидит в кресле с «Ласт найт» в руках. Джулиан так часто отсутствовал, что миссис Грин вызвалась приезжать в город и водить Брук после работы на маникюр-педикюр и в суши-бар. Переночевав у дочери, утром она возвращалась в Филадельфию.

– Привет. – Брук поцеловала мать. – Прости, задержалась – поезд еле полз.

– Пустяки, детка, я сама только что пришла, я, знакомлюсь со свежими сплетнями. – Мать приподняла журнал. – О тебе и Джулиане ничего, не волнуйся.

– Спасибо, я уже читала, – сказала Брук, опустив ноги в теплую мыльную воду. – Получаю журнал по почте надень раньше, чем он появляется на полках, и теперь в курсе всех событий.

– Ну тогда просвети меня насчет звезд реалии-шоу. Я тут что-то недопонимаю. – Она со вздохом перевернула страницу, открыв разворот с групповой фотографией юных актеров из нового фильма о вампирах. – Скучаю по прежним дням, когда гвоздем программы становились заснятые папарацци трусики Пэрис Хилтон или расставание Джорджа Клуни с очередной официанткой. А теперь мне кажется, что меня обманывает кучка сопляков.

У Брук зазвонил сотовый. Она не хотела брать трубку – пусть наговаривают на автоответчик, но подумала, что это может быть Джулиан, и все же ответила.

– Привет! Я так и надеялась, что это ты. Который у тебя час? – Брук посмотрела на часы. – Почему ты сейчас звонишь? У тебя же выступление вечером.

Хотя это была пятая или шестая поездка Джулиана в Лос-Анджелес после вечеринки в честь нового сезона «В лучах славы», Брук никак не могла привыкнуть к разнице во времени. Когда Джулиан просыпался на западном побережье, Брук, уже пообедав, возвращалась к работе. Она звонила ему вечером, вернувшись домой, и попадала в разгар интервью, а когда она собиралась ложиться спать, он всегда оказывался на каком-нибудь ужине и мог только шепнуть «спокойной ночи» под звон бокалов и смех гостей. Разница была всего три часа, но их графики настолько не совпадали, что с тем же успехом они могли общаться, находясь в разных полушариях. Брук старалась быть терпеливой, однако на прошлой неделе три вечера прошли под знаком эсэмэсок и наскоро брошенного «перезвоню».

– Брук, это безумие, тут такое творится… – устало сказал Джулиан, словно не спал двое суток.

– Надеюсь, в хорошем смысле?

– В запредельно хорошем! Хотел тебе вчера позвонить, но когда вернулся в гостиницу, у вас

Педикюрша закончила обрезать кутикулу и рывком поставила себе на колено ступню Брук. Выдаче ярко-зеленое мыло на кусок пемзы, она начала милосердно тереть нежную середину подошвы. Брук взвизгнула:

– Ой! С удовольствием послушаю хорошие новости.

– Я отправляюсь в гастрольный тур, уже точно.

– Что? Не может быть! Ты же говорил, на это практически нет шансов до выхода альбома, ведь звукозаписывающие компании больше не спонсируют гастроли!

На секунду возникла пауза, а когда Джулиан загорал вновь, в его голосе послышалось раздражение.

– Я помню, что говорил, но все изменилось. Я присоединюсь к «Марун 5», они сейчас на гастролях. У них заболел исполнитель на разогреве, Лео связался со своими знакомыми в «Лайв нейшн», и угадай, кого выбрали на замену? Если группа отправится на гастроли, разделившись, у меня есть шансы остаться вторым «разогревающим», но даже если этого не произойдет, ты только представь, какая будет реклама!

– О, Джулиан, поздравляю тебя! – Брук постаралась сказать это с восторгом, скрыв огорчение.

Поймав странный взгляд матери, Брук поняла, что и это не удалось.

– Ну, я же говорю, форменное безумие! Неделю репетируем и отправляемся. Альбом выходит через несколько недель, а тут гастроли как по заказу, еще, Брук, мне предлагают реальные деньги!

– Вот как? – безучастно спросила она.

– Реальные! Процент от продаж билетов, который вырастет, если я стану вторым «разогревающим». Учитывая, что группа «Марун 5» выступает на таких площадках, как Мэдисон-Сквер-Гарден, это куча денег, Брук. А что еще чудно, – он понизил голос, – это как на меня люди смотрят. Узнают…

Педикюрша нанесла на кожу теплый крем и начала массировать икры. Брук ничего так не хотела, как помолчать, откинувшись на спинку массажного кресла, насладиться ощущениями, но настроение оказалось безнадежно испорчено… Ей полагалось спрашивать о фанатах и прессе, но она выдавила лишь:

– Стало быть, домой ночным рейсом не прилетишь? А я надеялась, увидимся завтра утром…

– Брук!

– Что?

– Не начинай.

– Что не начинать? Ты когда домой приедешь?!

– Не омрачай мне эту минуту. Я так рад, так рад – это же крупнейшее событие после контракта на запись альбома, даже более важное! Что такое шесть-семь дней, если речь идет о моей карьере?

Шесть-семь дней подождать было можно, но как же гастроли? Мысль об этом ужасала Брук. Как они это выдержат? Смогут ли? Но она вспомнила, как однажды на концерт Джулиана пришли всего четыре зрителя, и он расстроился чуть не до слез. Еще она вспомнила о бесчисленных часах, отданных напряженной работе, когда они думали, где взять деньги, как найти время и что делать, если им станет плохо на нервной почве. Они шли на все эти жертвы ради того, что вдруг начало получаться сейчас.

Прежде Джулиан обязательно спросил бы о Кайли. Расскажи ему Брук об истерическом телефонном звонке этой девочки месяц назад и о том, как искала альтернативу фаст-фуду, отсылала по электронной почте новую диету, Джулиан обнял бы ее и сказал, что гордится своей женой. На прошлой неделе Брук списалась с Кайли, чтобы узнать, как у той дела, и заволновалась, не получив ответа. На следующий день она послала второе письмо, и Кайли ответила, что начала принимать какое-то слабительное, о котором прочла в журнале. Теперь она уверилась, что это и есть лучшее в мире средство для похудения. Брук заволновалась.

Чертовы слабительные! Они и для здоровых взрослых порой опасны, а для растущего организма – настоящая катастрофа, но девочки-подростки так легко верят заявлениям всяких звезд и обещаниям добиться быстрого и чудесного результата! Брук немедленно позвонила Кайли и обрушилась на нее с тирадой, которую уже выучила наизусть – всевозможные слабительные, голодания и соковые диеты были излюбленными методами похудания в Хантли. Вскоре Брук с облегчением поняла, что Кайли в отличие от своих одноклассниц воспринимает то, что ей говорят, взяла с нее обещание звонить каждую неделю и решила в сентябре обратить на девчонку особое внимание.

Но Джулиан не спросил ни о Кайли, ни о больнице, ни о Рэнди, ни даже об Уолтере, а Брук не стала напоминать. Она не сказала мужу, что за несколько недель он не провел дома и трех ночей, да и те висел на телефоне или торчал в студии, ведя бесконечные разговоры с Лео или Самар. Труднее всего для Брук оказалось удержаться от вопроса о дате начала и продолжительности гастролей.

Она просто сказала:

– Ты прав, Джулиан, тебе выпала редкая возможность. Это действительно очень важно.

– Спасибо, любимая. Я позвоню, когда все узнаю, ладно? Я люблю тебя, Ру, – сказал он с нежностью, которой она давно не улавливала в его тоне. Он прозвал ее Крошка Ру, когда они только начали встречаться; прозвище тут же подхватили друзья и родственники. Брук сердито округляла глаза и притворялась недовольной, но чувствовала необъяснимую благодарность Джулиану за это ласковое имя. Она решила на расстраиваться из-за того, что он дал отбой, не спросив, как у нее дела.

Маникюрша нанесла первый слой лака – цвет показался Брук неприятно ярким. Она хотела запротестовать, но передумала. Ногти на ногах ее матери были выкрашены в красивый оттенок розового, выглядевший естественно и шикарно.

– Что, у Джулиана хорошие новости? – спросила миссис Грин, отложив журнал.

– О да, – ответила Брук, стараясь говорить веселее, чем было у нее на душе. – «Сони» отправляет его на гастроли в качестве какого-то там разогрева. Неделю репетиции в Лос-Анджелесе, а на концертах он будет выступать до выхода «Марун 5». Эго прекрасный шанс засветиться перед большой аудиторией, прежде чем отправиться в собственный тур. Со стороны «Сони» это выражение самого высокого доверия.

– То есть он будет приезжать еще реже?

– Ну да, сейчас Джулиан остается репетировать, а на той неделе, возможно, заедет домой на несколько дней и уедет снова.

– И как тебе такой расклад?

Мать улыбнулась и опустила ступни на одноразовые шлепанцы.

– Ты не ответила.

Сотовый Брук пискнул.

– О, спасительный звонок, – весело сказала она.

Пришло сообщение от Джулиана: «Забыл сказать, компания рекомендует мне сменить имидж. Прежний, говорят, не пойдет. Бред какой-то!»

Брук захохотала.

– Что, что там? – встрепенулась мать.

– Все-таки есть на свете справедливость! Видимо, какой-то журналист, или служба маркетинга, или еще кто-то сказал Джулиану, что его вид никуда не годится. И теперь стоит вопрос о смене имиджа!

– И каким они хотят его видеть? Я не представляю Джулиана в псевдовоенном пиджаке а-ля Майкл Джексон или в брюках Эм-Си Хаммера, – сказала миссис Грин, заметно гордясь своей эрудицией.

– Ты что, шутишь? Я прожила с ним пять лет и могу по пальцам сосчитать, когда видела его не в джинсах с белой футболкой. Представляю, каково ему придется! Но ничего не попишешь – важный момент в карьере.

– Ну так давай ему поможем. – Миссис Грин протянула кредитку ассистентке, которая принесла счет. Брук схватилась за кошелек, но мать только отмахнулась.

– Поверь мне, на земле нет силы, способной изменить привычки Джулиана. Он скорее умрет, чем пойдет по магазинам. Он больше привязан к своим джинсам с футболкой, чем иные мужчины к своим детям. Вряд в «Сони» знают, с кем связались, но им не убедить его одеваться как Джастин Тимберлейк.

– Кстати, неплохая мысль. Ну, раз Джулиан ничего себе не покупает, надо ему помочь, – решила миссис Грин. Вслед за матерью Брук вышла из салона и спустилась в метро. – Подберем ему такой же ансамбль, только качеством получше. Знаешь, я кое-что придумала.

Проехав две остановки и совершив две пересадки, женщины вышли на Пятьдесят девятой улице и с подземного уровня поднялись в «Блумингдейл». Миссис Грин уверенно направилась в отдел мужской одежды.

Она подняла пару классических, чуть расклешенных джинсов с винтажной потертостью. Не слишком темные или светлые, чуть выцветшие, без раздражающих заплаток, молний, дыр, прорех или карманов в необычных местах. Брук пощупала ткань, удивившись ее легкости и мягкости. Пожалуй, даже мягче любимых Джулианом «Ливайсов».

– Ух ты! – восхитилась Брук, забирая джинсы у матери. – Да, ему понравится. А как это тебе удалось?

Мать улыбнулась:

– Я же одевала вас с Рэнди в детстве. Видимо, не все пока забыла.

Только тут Брук обратила внимание на ярлычок с ценой.

– Двести пятьдесят долларов?! Джулиан носит «Ливайсы» за сороковник! Я не могу купить ему такие дорогие.

Мать выхватила джинсы у нее из рук.

– Еще как можешь! И купишь. Возьмешь эти и еще несколько пар. А потом мы пойдем в другой отдел и купим ему мягчайшие, идеально сидящие белые футболки, лучшие, какие найдутся, и пусть они будут по семьдесят долларов, ничего страшного. С финансами я тебе помогу.

Онемев, Брук уставилась на мать. Та кивнула:

– Это важно по многим причинам, но главное – сейчас ему особенно нужна твоя помощь и поддержка.

Скучающий продавец направился было к ним, но мать Брук жестом отказалась от его помощи.

– Ты считаешь, я его не поддерживаю? Мало помогаю? С какой стати я вкалываю на двух работах четыре года, если я его не поддерживаю целиком и полностью? При чем тут несколько штанов из денима? – Брук чувствовала, что у нее вот-вот начнется истерика, но сдержаться не могла.

– Иди сюда! – Мать раскрыла объятия. – Дай я тебя обниму!

То ли из-за сочувствия, отразившегося на лице матери, то ли от незнакомого ощущения ее близости, но Брук начала всхлипывать. Она не знала толком, отчего плачет. Конечно, звонок мужа, сказавшего, что он не приедет домой еще неделю, ее опечалил, но в целом все шло хорошо, и все же слезы лились и лились. Мать обнимала ее все крепче, гладила по волосам и шептала успокаивающие слова, как делала в детстве:

– Сейчас в твоей жизни много перемен.

– К лучшему!

– Ну и что? Все равно страшно. Брук, детка, я знаю, тебе не нужно об этом напоминать, но Джулиана ждет известность. Когда выйдет альбом, и его, и твоя жизнь полностью изменится. То, что происходит сейчас, – это цветочки.

– Но мы же ради этого столько лет работали!

– Да-да. – Миссис Грин похлопала Брук по плечу и приподняла ее лицо ладонью. – Но все равно это серьезное, потрясение. Он мало бывает дома, то и дело возникают какие-то новые люди, спорят, высказывают свое мнение, суют нос в ваши дела. Станет больше как хорошего, так и плохого, и я хочу, чтобы ты была готова.

Брук улыбнулась и подняла отброшенные джинсы.

– К тому, чтобы покупать ему одежду дороже моей?

Мать всегда больше интересовалась модой, чем Брук, но и она не тратила деньги бездумно, не покупала слишком дорогих вещей.

– Именно так. В ближайшие месяцы ты во многом не сможешь участвовать, ведь Джулиан будет в разъездах, а у тебя работа здесь. Он уже не сможет распоряжаться своей жизнью, а ты своей. Это нелегко, но я знаю тебя, Ру, и знаю Джулиана. Вы, это выдержите, а когда все более или менее войдет в колею, заживете просто на зависть. Прости, что я вмешивалась порой в ваши отношения, но пока не кончится этот безумный период, ты можешь смягчить напряжение, помогая мужу всеми возможными способами. Придумывай для него маркетинговые ходы, вскакивай посреди ночи, когда он звонит, как бы сильно ты ни устала, – он будет звонить чаще, зная, что ты всегда рада его услышать. Покупай ему красивую новую одежду, когда он говорит, что ему это нужно, но он не знает, с чего начать. И не обращай внимания на цены! Если альбом разойдется хоть вполовину так хорошо, как все предсказывают, эта маленькая оргия покупок никак не скажется на ваших финансах.

– Надо было тебе слышать, сколько он планирует заработать за этот тур! Я плохой математик, но, кажется, он говорил о шестизначной цифре.

Мать улыбнулась:

– Вы это заслужили – столько времени работали на износ. В приступе отчаянного мотовства ты накупишь всяких роскошных вещиц, о существовании которых прежде не подозревала, и тебе это понравится. Официально вызываюсь сопровождать тебя во всех походах с проматыванием денежек в качестве носильщика пакетов. Отныне тебе придется мириться с массой неприятного, это уж как водится, детка, но ты все выдержишь.

Когда спустя полчаса они вышли из магазина, новой одежды было столько, что домой к Брук они еле все дотащили. Вместе они выбрали четыре пары синих джинсов и одну – потертых черных, а еще пару облегающих вельветовых брюк под деним, которые, как миссис Грин убедила Брук, были достаточно похожи на джинсы, чтобы удовлетворить Джулиана. Мать и дочь перебрали эвересты белых дизайнерских футболок, сравнивая мягкость джерси с египетским хлопком, обсуждали, не слишком ли эта прозрачная, а та широкая, прежде чем отобрали дюну в разных стилях и разного качества. Они разошлись на главном этаже, когда миссис Грин пошла покупать Джулиану всякой всячины от «Киль», клявшись, что не встречала мужчину, который не восхищался бы их кремом для бритья и лосьоном после оного. Брук сомневалась, что муж станет пользоваться чем-либо, кроме своей традиционной пены «Жиллет» в аэрозоле за два доллара, но поблагодарила мать за предложение. Сама Брук пошла в отдел аксессуаров, где после тщательного изучения отобрала пять вязаных шапочек, все приглушенных цветов, и одну чёрную в черную же тонкую полоску, приложив каждую к щеке, проверяя, чтобы они не оказались колючими или слишком теплыми.

Всего в магазине они оставили две тысячи двести шестьдесят долларов – самую большую сумму, какую Брук когда-либо тратила единовременно, считая покупку мебели. У нее захватило дух при мысли, что надо выписать чек на такие деньги, но она напомнила себе: Джулиан на пороге карьерного взлета, а долг хорошей жены – всецело поддерживать мужа. К тому же ей доставляло удовольствие, что она осталась верной его индивидуальному имиджу и с уважением отнеслась к эстетике нестареющих джинсов, белой футболки и вязаной шапочки, не пытаясь навязать новый образ. Это был один из самых головокружительных дней за долгое время. Пусть одежда не для нее, но выбирать и покупать от этого было не менее интересно.

Когда в следующее воскресенье Джулиан позвонил сказать, что уже едет в такси из аэропорта домой, Брук была вне себя от радостного волнения. Сначала она разложила покупки в гостиной, завесив диван джинсами, стулья в столовой – футболками, а вязаные шапочки на лампах и книжных палках по всей комнате, как елочные игрушки, но когда до приезда мужа оставались считанные минуты, передумала и сложила все обратно в пакеты, составив их в дальний угол общего шкафа и представляя, насколько веселее получится, когда он откроет шкаф и начнет доставать обновки одну за другой. Услышав звук открываемой входной двери и лай Уолтера, Брук выбежала из спальни и порывисто обняла Джулиана.

– Детка, – пробормотал он, приникнув к шее жены и глубоко вдохнув. – Господи, как я по тебе соскучился!

Он похудел и выглядел еще более сухопарым, чем всегда. Джулиан весил на добрых двадцать фунтов больше Брук, чего она никак не могла понять: они были одного роста, и ей всегда казалось, что муж просто утопает в ее пышных формах, а она вот-вот что-нибудь ему сломает. Брук окинула взглядом Джулиана с головы до ног, прильнула к нему и крепко поцеловала в губы.

– А я по тебе! Как полет? А такси? Ты голодный? У меня есть паста, можно разогреть.

Уолтер лаял так оглушительно, что они почти не слышали друг друга. Пес обычно не замолкал, пока с ним не здоровались, как он привык, поэтому Джулиан плюхнулся на диван и постучал по сиденью рядом с собой. Уолтер вскочил на грудь хозяина и принялся умывать его размашистыми движениями мокрого языка.

– У-у, полегче, приятель, – смеялся Джулиан. – Фу, у тебя изо рта пахнет! Тебе что, никто зубы не чистит, Уолтер Олтер?

– Ага, папашу дожидаемся, – весело сказала Брук из кухни, где она наливала вино.

Когда она вернулась в гостиную, Джулиан был, в ванной. Дверь была чуть приоткрыта, и в щелочку Брук увидела мужа перед унитазом. Рядом сидел Уолтер, с интересом наблюдавший за хозяином.

– А у меня для тебя сюрпри-из, – пропела Брук, – который тебе очень понравится.

Джулиан застегнулся, подставил руки под кран и вернулся на диван.

– У меня для тебя тоже сюрприз, – сказал он. – И мне кажется, тебе тоже понравится.

– Правда? Ты привез мне подарок? – не удержалась Брук. Конечно, это было ребячество, но кто не любит подарки?

– Ну да, наверное, это можно называть подарком. В принципе это для нас обоих, но не исключаю, тебе понравится даже больше, чем мне. Ну, говори, какой у тебя сюрприз?

– Нет, ты первый! – Брук не желала, чтобы блестящая презентация новых джинсов прошла поспешно, ей хотелось полного внимания мужа.

Джулиан посмотрел на нее, улыбнулся и пошел в коридор. Вернулся он с чемоданом на колесиках, который Брук не узнала: черный, от «Туми», невероятных размеров. Муж подкатил его к Брук и показал на него пригласительным жестом.

– Ты привез мне чемодан? – не поняла Брук. Чемодан, конечно, роскошный, но это не совсем то, чего она ожидала. Впрочем, он был набит до отказа, чуть не лопался по швам.

– Открой, – велел Джулиан.

Брук нерешительно нагнулась и потянула язычок молнии. Замочек не пошевелился. Брук потянула сильнее – по-прежнему никакого результата.

– Сейчас, – сказал Джулиан, укладывая тяжеленного монстра плашмя и рывком открывая молнию. Он откинул крышку чемодана, и Брук увидела… стопки аккуратно сложенной одежды. Она не знала, что и думать.

– Это что, одежда? – уточнила она, не понимая, отчего у Джулиана такой ликующий вид.

– Да, одежда, но какая! Перед тобой, дорогая моя Ру, новый, улучшенный имидж твоего мужа, результат работы его новешенького, с ярлыком, стилиста. Ну что, круто?

Джулиан выжидающе смотрел на Брук, но она не сразу сообразила, что он имеет в виду.

– Ты хочешь сказать, стилист подобрал тебе новый гардероб?

Джулиан кивнул:

– Абсолютно, стопроцентно новый гардероб и «новый уникальный имидж», по ее словам. Ну, Ру, я тебе скажу, девица знает свое дело. Мы потратили всего несколько часов, и мне не пришлось ничего делать – сидел себе в огромной отдельной примерочной в «Барнис», а продавцы и продавщицы все несли и несли вешалки с одеждой. Они подбирали – ха! – ансамбли и показывали, что с чем носить. Мы выпили пива, и я начал мерить шмотки, а они обсуждали, что подходит, а что нет. Когда все было сказано и сделано, мне оставалось только забрать покупки. – Он показал на чемодан. – Ты только посмотри, это же фантастика!

Он погрузил руки в чемодан, выдернул из стопки несколько вещей и бросил веером на диван. Брук хотела возмутиться, что так с одеждой не обращайся, что со сложенными вещами и стопками нужно осторожнее, но даже она поняла, насколько нелепо это прозвучит. Она взяла кашемировый анорак цвета зеленого мха с манжетами в английскую резинку, мягкий, как детское одеяльце. На ярлыке значилось 495 долларов.

– Прелесть, правда? – спросил Джулиан с восхищением, которое обычно вызывали у него только музыкальные инструменты или новые электронные гаджеты.

– Ты же не носишь анораки, – выдавила Брук.

– Самое время начать, – улыбнулся Джулиан. – Уж к анораку за пять сотен я как-нибудь привыкну. Чувствуешь, какой мягкий? А вот эти? На, посмотри! – Он бросил ей блестящий, словно масляный, кожаный пиджак и кожаные казаки от Джона Варватоса – нечто среднее между мотоциклетными и ковбойскими сапогами. Брук в этом не разбиралась, но видела, что обувь нерядовая. – Ну? Правда, потрясные?

Брук снова кивнула. Боясь расплакаться, если останется стоять неподвижно, она нагнулась над чемоданом и вытащила себе на колени новую стопку одежды – дизайнерские и винтажные футболки всех цветов, которые только можно представить. В чреве чемодана Брук заметила мокасины от «Гуччи» с гладкой шлифованной подошвой, без броского логотипа, и белые тенниски «Прада». Были здесь и головные уборы, целая гора самых разных: и вязаные шапочки, в каких Джулиан всегда выступал, и кашемировые, и панамы в колониальном стиле, и белые мягкие фетровые шляпы – пожалуй, не меньше дюжины шляп и шапок разных стилей и цветов, все разные, но каждая по-своему хороша. Несколько тончайших кашемировых пуловеров, приталенных итальянских блейзеров, сразу притягивавших взгляд стильной небрежностью, – и джинсы. Столько пар всевозможных покроев, цветов и степени потертости, что Джулиан недели две мог ежедневно надевать новые, не повторяясь. Брук заставила себя развернуть и рассмотреть каждую пару, пока у нее в руках не оказались – вот как знала, что так и будет – точно такие джинсы, какие ее мать первыми выбрала в «Блумингдейле» и которые Брук сочла превосходным началом.

– Ух ты! – через силу буркнула она, но голос получился каким-то сдавленным.

– Скажи, фантастика? – не унимался Джулиан, все сильнее оживляясь, пока супруга рассматривала одежду. – Наконец-то я буду выглядеть как взрослый человек! Дорого одетый взрослый человек. А знаешь, во сколько им это обошлось? Ну, угадай?

Брук не хотелось гадать: по качеству и просто по количеству одежды она видела, что «Сони» раскошелились не меньше чем на «десятку», но не стойло портить Джулиану настроение.

– Ну, не знаю… Две, три тысячи? Это просто безумие! – воскликнула она с наигранным энтузиазмом.

Джулиан засмеялся.

– Да, я бы тоже так предположил. Восемнадцать тысяч! Представляешь? Восемнадцать кусков на тряпки!

Брук потерла один из кашемировых свитеров ладонями.

– А ты не против смены имиджа? Ничего не имеешь против совершенно другого стиля?

Она задержала дыхание, когда Джулиан вроде бы задумался на минуту.

– Нет, я не могу цепляться за старое, – сказал он наконец. – Нужно двигаться вперед. Прежний имидж свою роль сыграл, сейчас я начинаю по-настоящему. Нужно принять и полюбить свой новый облик, а с ним, глядишь, и карьера пойдет в гору. Должен сказать, удивительно, но я всем сердцем приветствую перемены. – Он лукаво улыбнулся: – Помнишь поговорку – взялся делать, делай хорошо… Ну что, ты рада?

Брук через силу улыбнулась:

– Очень рада. Это ж просто здорово, что они готовы столько в тебя инвестировать.

Он сорвал старую, в катышках, шапчонку, нахлобучил белую мягкую шляпу с тканевой лентой, побежал к зеркалу в прихожей и принялся крутиться, рассматривая себя со всех сторон.

– А у тебя какие новости? – спросил он из прихожей. – Если я правильно понял, сюрприз не только у меня?

Брук печально улыбнулась, зная, что муж ее сейчас не видит.

– Да так, пустяки, – ответила она громче, надеясь, что голос звучит не так мрачно, как стало у нее на душе.

– Как это? Ты же хотела мне что-то показать!

Сложив руки на коленях, Брук смотрела на переполненный обновками чемодан.

– Ничто не сравнится с твоей новостью, любимый. Давай порадуемся твоему сюрпризу, а свой я приберегу до другого вечера.

Джулиан, неотразимый в мягкой фетровой шляпе, подошел и поцеловал Брук в щеку.

– Хорошо сказано, Ру. Сейчас я распакую всю добычу. Хочешь помочь? – И он принялся переносить стопки одежды в спальню.

– Я присоединюсь через минуту, – пообещала она, молясь, чтобы он не заметил в шкафу магазинных пакетов.

Джулиан тут же вернулся в гостиную и присел рядом с женой.

– Точно все в порядке, Ру? Что случилось?

Она снова улыбнулась и покачала головой, с трудом сглатывая комок в горле.

– Все замечательно, – солгала она, стиснув ему руку. – Все в полном порядке.

1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   23

Похожие:

Лорен Вайсбергер Прошлой ночью в «Шато Мармон» ocr: Dinny; SpellCheck: Елена Рудякова «Прошлой ночью в «Шато Мармон»» iconПитер Мейл Марсельская авантюра Сэм Левитт 2
Сэм Левитт почувствовал легкий озноб и плотнее закутался в махровый халат, накинутый на тело, еще влажное после утреннего заплыва...

Лорен Вайсбергер Прошлой ночью в «Шато Мармон» ocr: Dinny; SpellCheck: Елена Рудякова «Прошлой ночью в «Шато Мармон»» iconБилл Брюстер, Фрэнк Брутон
Прошлой ночью диджей спас мне жизнь: История диск-жокея / Пер с англ. М. Леоновича. — Екатеринбург: у-фактория, 2006. — ??? с. (Серия...

Лорен Вайсбергер Прошлой ночью в «Шато Мармон» ocr: Dinny; SpellCheck: Елена Рудякова «Прошлой ночью в «Шато Мармон»» iconМоим родителям, Виноду и Индре Сваруп, а также покойному прадедушке Шри Ягадишу Сварупу
Прошлой ночью. В такую темень явились, когда последняя дворняга под кустом дрыхнет. Взломали дверь, надели наручники и повели меня...

Лорен Вайсбергер Прошлой ночью в «Шато Мармон» ocr: Dinny; SpellCheck: Елена Рудякова «Прошлой ночью в «Шато Мармон»» iconBill brewster, Frank broughton last night a dj saved my life the...
Прошлой ночью диджей спас мне жизнь: История диск-жокея / Пер с англ. М. Леоновича. — Екатеринбург: у-фактория, 2006. — ??? с. (Серия...

Лорен Вайсбергер Прошлой ночью в «Шато Мармон» ocr: Dinny; SpellCheck: Елена Рудякова «Прошлой ночью в «Шато Мармон»» iconBill brewster, Frank broughton last night a dj saved my life the...
Прошлой ночью диджей спас мне жизнь: История диск-жокея / Пер с англ. М. Леоновича. — Екатеринбург: у-фактория, 2006. — ??? с. (Серия...

Лорен Вайсбергер Прошлой ночью в «Шато Мармон» ocr: Dinny; SpellCheck: Елена Рудякова «Прошлой ночью в «Шато Мармон»» iconЛорен Вайсбергер Дьявол носит «Прада» Spell&Check Busya, Readcheck...
Вышли из моды в позапрошлом сезоне! Работа в неурочное время? О личной жизни можно забыть! Но все бы ничего, если бы не начальница...

Лорен Вайсбергер Прошлой ночью в «Шато Мармон» ocr: Dinny; SpellCheck: Елена Рудякова «Прошлой ночью в «Шато Мармон»» iconРазведывательной группы в засаде ночью
Если на изучение темы отведено, скажем, 8 часов, то целесообразно провести три следующих занятия: подготовка к действиям в засаде...

Лорен Вайсбергер Прошлой ночью в «Шато Мармон» ocr: Dinny; SpellCheck: Елена Рудякова «Прошлой ночью в «Шато Мармон»» iconVii дом. И вообще, о браке
Луна, для родившихся ночью, и Венера, для родившихся днём; у женщин первый брак и обстоятельства, связанные с ним, показывают Солнце,...

Лорен Вайсбергер Прошлой ночью в «Шато Мармон» ocr: Dinny; SpellCheck: Елена Рудякова «Прошлой ночью в «Шато Мармон»» iconЧавчанидзе Джульетта Леоновна 09. 02. 12
Раньше завершение прошлой общественной и культурной жизни, начинается следующий этап

Лорен Вайсбергер Прошлой ночью в «Шато Мармон» ocr: Dinny; SpellCheck: Елена Рудякова «Прошлой ночью в «Шато Мармон»» iconОрден бедных рыцарей Христова и Храма Соломонова
В XII-XIII веках Орден тамплиеров наряду с Орденом госпитальеров (иоаннитов) составлял основную армию христианских государств Палестины....

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов