Учебное пособие. М.: Право и Закон, 1997. 320 с. Isbn




НазваниеУчебное пособие. М.: Право и Закон, 1997. 320 с. Isbn
страница14/27
Дата публикации15.08.2013
Размер4.66 Mb.
ТипУчебное пособие
zadocs.ru > Право > Учебное пособие
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   27
Глава IX

^ Психология правонарушения

 

В настоящее время исследование личности психологии идет в трех направлениях: 1) психология личности выявляется путем анализа ре­зультатов и продуктов ее деятельности (этим занимаются все от­расли психологии, в том числе и юридическая психология); 2) путем изучения формирования психики личности в процессе ее воспитания и обучения (педагогическая и отчасти криминальная психология); 3) исследование патологических изменений психологической деятель­ности (это предмет судебной психиатрии). Изучение психики личнос­ти через ее деятельность, в том числе преступную, является основ­ным способом психологической информации по любому делу в период дознания предварительного следствия и судебного разбирательства.

Нам, начиная изучение психологического аспекта преступной де­ятельности, следует сразу же поставить вопрос: что такое психо­логия правонарушения? Отметим, что психология правонарушения — это характеристика внутренней непосредственно ненаблюдаемой стороны преступного поведения. Любое преступное событие как пове­дение личности имеет две стороны: внешнюю (предметно-физичес­кую) и внутреннюю (психологическую). Иначе говоря, любое правона­рушение включает в себя две группы обстоятельств: объективные обстоятельства, которые почти всегда поддаются непосредствен­ному восприятию и наблюдению, и психологические (субъективные) обстоятельства, которые не могут быть непосредственно восприня­ты и увидены человеком.

Отметим, что к объективным обстоятельствам любого дела от­носятся: место, время, способ, предмет посягательства, орудия совер­шения преступления, сами действия лица, а также наступивший преступный результат. К психологическим обстоятельствам дела относятся мотивы и цели совершения преступления, психическое от­ношение лица к преступному действию и наступившему результату в форме умысла или неосторожности, иные психологические факты поведения. Чтобы получать и разобраться в психологической информа­ции, необходимой для установления истины по конкретному делу, каждому дознавателю и следователю надо овладеть основами психо­логического анализа преступного поведения. Этим вопросам и посвя­щена настоящая глава.

 

§1. Преступное поведение и его отражение в уголовном законе

Своеобразие индивидуального преступного поведения состоит в том, что наряду с факторами внешней среды, а именно причин и условий, его обуславливают и внутренние факторы, в частности форма вины, мотивы и цели. Факторы внешней среды становятся побуждающими силами поведения, только преломившись в сознании личности. Для более чет­кого установления и понимания психологического содержания необ­ходимо вскрыть внутренние пружины, которые привели в действие конкретную личность. При проведении оперативно-розыскной деятель­ности, предварительном расследовании и судебном рассмотрении уго­ловных дел оперативный работник, следователь или суд постоянно сталкиваются с этими вопросами и обязаны установить, какова была форма вины, мотивы и цели совершенного конкретного преступления.

По нашему мнению, вина, мотив и цель всегда входят в структуру преступного действия лица. Под структурой преступного поведения понимается внутреннее (психологическое) строение этих форм преступ­ного поведения и взаимосвязь их составных частей. Это положение необходимо особенно подчеркнуть, так как вина, мотив и цель нередко рассматриваются сами по себе, в качестве самостоятельных явлений, вне структуры преступного поведения, элементами которого они явля­ются. Так, например, одними авторами они рассматриваются только с точки зрения их выражения в норме закона*, другими же они рассмат­риваются лишь как признаки личности обвиняемого**.

_____________________________________________________________________________

*См.: Викторов Б.А. Цель и мотив в тяжких преступлениях. М., 1963; Волков Б.С. Проблема воли и уголовная ответственность, Казань, 1965; Наумов Д.Д. Мотивы убийства. Волгоград, 1970.

**Коршик М.Г., Стеничев С.С. Изучение личности обвиняемого на предварительном следствии. М., 1969; Лейкина Н.С. Личность преступника и уголовная ответственность. Л., 1968.

 

Между тем определяющим положением при характеристике назван­ных психологических фактов является их рассмотрение как структурных элементов преступного поведения. Подобный подход позволяет анали­зировать их как элементы деятельности лица, выяснить место вины, мотива и цели в структуре различных форм преступного поведения и функции, осуществляемые ими в период подготовки (мотивации) и осуществления преступления.

Психологическая сущность преступного поведения состоит в актив­ном стремлении лица добиться осуществления поставленной цели. Оно находит свое выражение в сознательно мотивированных действиях, на­правленных на достижение определенной цели, независимо от того, совпадает она или не совпадает с наступившими общественно опас­ными последствиями. Таким образом, психика всегда включена в пре­ступную деятельность. Как правило, она выступает как центральное связующее звено отдельных действий этого конкретного лица. Через нее достигается единство в регуляции этих действий и поведения в целом.

Будучи по своему содержанию антиобщественным, преступное пове­дение с точки зрения его строения отвечает всем признакам волевой деятельности в общепсихологическом ее значении. С субъективной сто­роны оно характеризуется волей, мотивированностью и целенаправлен­ностью, а с объективной — физическими действиями или воздержанием от них*. Если в совершенном преступлении воля лица не нашла своего выражения в силу внутренних причин (расстройство сознания, психи­ческая болезнь и т. п.), то лицо не подлежит уголовной ответственности. Если же в преступлении воля лица не нашла своего выражения в силу внешних причин (принуждение, насилие и т. п.), то это является обсто­ятельством, смягчающим уголовную ответственность**.

 

*Кузнецова Н.Ф. Преступление и преступность. М., 1969, с. 49.

**См. соответствующие статьи Общей части УК РФ.

 

Учет волевого характера преступного поведения находит свое выраже­ние в уголовном законодательстве. Так, законодательное понятие пре­ступления непосредственно исходит из волевого характера преступного поведения; «...преступлением признается предусмотренное законом об­щественно опасное деяние (действие или бездействие), посягающее на общественный и государственный строй, систему хозяйства, собствен­ность, личность, политические, трудовые, имущественные и другие пра­ва граждан, а равно иное посягающее на правопорядок общественно опасное деяние, предусмотренное уголовным законом»*. Это положение подчеркивается и в теории уголовного права, в частности, то, что волевое действие человека, лежащее в основе построения понятия пре­ступления, можно определить как сознательное целенаправленное воз­действие человека на окружающий мир**. Таким образом, когда речь идет о психологии правонарушения, это означает, что речь идет только об одном виде человеческого поведения, а именно о волевом поведении. Между тем наряду с волевым человеку свойственны и другие виды действий, на которых хотя бы кратко следует остановиться.

_____________________________________________________________________________ *Понятие «деяние» дословно означает в переводе со старославянского некое «действие», «поступок», «дело». Оно является существительным от глагола "делать" (деять) и означает уже совершенное действие, совершившийся факт. См.: Горшакова К.В., Шенский Н.М. Современ­ный русский язык. М., 1957, с. 238

** Кудрявцев В.Н. Объективная сторона преступления. М., 1963, с. 13—14.

 

§ 2. Виды человеческих действий

В зависимости от наличия или отсутствия психологического механиз­ма различают рефлекторные, импульсивные, инстинктивные и волевые действия. Рефлекторные действия являются действиями-реакциями. Они не требуют цели и регуляции в соответствии с ней, а совершаются автоматически. Инстинктивные действия исходят из органических им­пульсов, в них отсутствует осознание лица и предвидение результата действия. Импульсивное действие — это, как правило, действие-вспышка, действие-разрядка, когда исходное побуждение (раздражение, недовольство и т. п.), созданное ситуацией, без взвешивания и оценки его в качестве мотива непосредственно переходит в действие. Импуль­сивные действия чаще всего наблюдаются в патологических случаях, когда лицо в силу душевной болезни неспособно совершить волевые действия.

Что же такое волевое действие? Волевое действие — это действие, отличающееся сознательным актом поведения человека. От рефлектор­ных, инстинктивных и импульсивных действий оно отличается по со­держанию и структуре. Волевое действие является разумным; оно имеет свое смысловое содержание, которое определяется целью и мотивом. Совершению волевого действия предшествует внутренний процесс его мотивации и выработки цели. При этом побуждение, прежде чем перей­ти в действие, осознается лицом как мотив действия, а исполнение волевого действия регулируется лицом в соответствии с его целью. Таким образом, психологический механизм имеет место в волевых дей­ствиях и отсутствует в рефлекторных, инстинктивных и импульсивных действиях*.

_____________________________________________________________________________

*См.: Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология. М., 1995. с. 50—52.

 

Когда речь идет о психологии правонарушения, то это значит, что речь идет только о сознательных волевых действиях психически здоро­вого лица. Разрушение психической деятельности под влиянием болез­ни прежде всего изменяет психологические компоненты поведения. Мотивация личности становится патологической в силу того, что она формируется в условиях нарушенной нейродинамики мозга. У психи­чески больной личности нарушаются социальные установки и мотивы поведения, внешние (социальные) раздражители попадают в больной мозг, в силу чего происходит нарушение смысловой регуляции поведе­ния личности.

Поэтому сотруднику правоохранительных органов при проведении оперативно-розыскной деятельности во всех случаях следует обращать внимание на поведение лица (правильное ли оно или неправильное), на его высказывания и интересы. Обычно внешняя форма поведения у психически больных лиц бывает неправильной, однако в отдельных случаях может быть правильной, сохраняется даже профессиональная пригодность. Но объяснения своего поведения, в частности своих моти­вов, иногда уже вызывают сомнение в психическом здоровье лица. Так, например, инженер-кибернетик, совершивший убийство своей жены (труп ее нашли в шкафу квартиры), был удивлен тем, что органы дознания и следствия вмешиваются в его взаимоотношения с женой. При допросе он был совершенно спокоен, тактичен и заявил, что уничтожил жену как «второстепенную личность».

В другом случае сотрудник, занимавший достаточно видное положе­ние в учреждении, дома постоянно расхаживал в голом виде и работал над темой об уничтожении фабрик, производящих одежду, ибо это дает, по его словам, большую экономию.

На практике, кроме личного значения, действие может иметь оп­ределенное социальное значение. Действие лица становится социально значимым и приобретает характер общественного действия всегда, когда оно затрагивает интересы личности, определенных общественных групп, общества в целом. В зависимости от своего социально-психоло­гического значения действие при этом выступает в форме поступка или проступка. Поступком называется социально полезное действие, т. е. действие, имеющее положительное моральное, юридическое и общест­венное значение. Проступком является социально вредное действие, т. е. действие, которое имеет отрицательное моральное, юридическое или общественное значение.

Для сотрудника правоохранительных органов в оперативно-розыск­ной деятельности всегда важно понять поступок лица, его социально-психологическое значение. Обдумывая человеческие поступки, следует всегда их осмыслить и понять.

На основании изложенного можно сделать следующие выводы:

  1. 1)      в каждом преступном поведении наряду с физическими и наблюда­емыми имеются и психологические (ненаблюдаемые) элементы;

  2. 2)      ког­да мы говорим о психологии правонарушения, то мы подразумеваем только один вид человеческого поведения — волевое поведение;

  3. 3)      во­левое действие лица может иметь положительное или отрицательное социально-психологическое значение. Правонарушение всегда является социально вредным проступком.

 

§ 3. Понятие конкретного правонарушения и анализ преступного поведения

Конкретные преступления как волевые акты по своей структуре могут быть простыми и сложными. Простым волевым актом, имеющим пси­хологический механизм, является преступное действие. Сложным воле­вым актом является преступная деятельность, которая складывается из совокупности ряда действий, т. е. эпизодов состава преступления.

Понятия «преступное действие» и «преступная деятельность» как единицы психологического анализа не следует смешивать с соответствующими уголовно-правовыми понятиями. С психологической точки зре­ния преступным действием считается только одноразовый волевой акт, которым достигается цель, не разлагаемая на более простые. В уголов­ном праве под преступным действием понимается как одноразовый волевой акт, так и совокупность нескольких волевых актов.

К одноразовым преступным действиями, как правило, относятся не­осторожные преступления, совершенные при превышении пределов необходимой обороны, а также в состоянии сильного душевного волне­ния. Примерами одноразового преступного действия могут служить единичные акты хищения, изнасилования, хулиганства и т. д.

Ряд статей УК РФ говорит только о преступной деятельности. Приме­ром преступной деятельности, т. е. формы волевого акта, являются продолжаемые хищения, рэкет и т. д., складывающиеся из ряда тож­дественных преступных действий, которые охватываются единым умыс­лом виновного и составляют в своей совокупности одно преступление. Характер действий, входящих в деятельность, зависит от вида пре­ступления. Так, преступная деятельность при умышленном убийстве и умышленном причинении тяжких телесных повреждений, как пра­вило, состоит из четырех и более эпизодов: 1) непреступных действий; 2) конфликтных ситуаций и действий; 3) подготовительных (не всегда); 4) исполнительных действий. Самовольное оставление воинской части (как длящееся преступление) проявляется только в форме преступной деятельности, состоящей, однако, из ряда действий, колебание которых может быть от трех до восьми.

Из изложенного нами выше видно, что при установлении психологи­ческого содержания правонарушения необходимо всегда проводить пси­хологический анализ поведения, чтобы установить, к какому виду пре­ступного поведения, действия или деятельности оно относится.

Значение психологического анализа можно проиллюстрировать на следующем примере. Некто Ильинский В.А., обвиняемый в совершении убийства из хулиганских побуждений, показал, что убил гр-на Евреинова И.Н. не из хулиганских побуждений, а по мотивам самообороны, потому что Евреиновым И.Н, было якобы совершено на него нападе­ние. Версия Ильинского В.А. в ходе дознания, следствия и суда была опровергнута. При этом был применен метод рассмотрения противо­правных действий обвиняемого «в их единстве», т. е. в структуре его общей деятельности. Оказалось, что в день убийства Ильинский, нахо­дясь в служебной командировке и имея при себе пистолет, неоднократ­но из хулиганских побуждений угрожал им гражданам. В вестибюле кафе «Европа» около 19.00 часов он оскорбил работника кафе Аста­хову Т.Н., демонстративно вынул пистолет и угрожал ей. Познакомив­шись с гражданами Ведевым Ф.И. и Фешенко Т.Г. около 17.00 часов, Ильинский распил с ними 3 бутылки вина. Затем достал заряженный пистолет и, направив его на Ведева и Фещенко, заявил: «Ну что! Сделать вам что-нибудь?» Испугавшись угроз, последние убежали от него. Около 21.00 часов Ильинский зашел в буфет гостиницы «Медведь», где продол­жил распитие спиртных напитков. По предложению сотрудников гости­ницы гр-н Замазкин В.В. вывел его на улицу, чтобы проводить домой. По пути они зашли в спортивный тир «Динамо», где Ильинский вновь вынул пистолет и направил его в сторону мишеней. Однако работнику тира и Замазкину удалось предотвратить стрельбу из боевого оружия. По их требованию Ильинский убрал пистолет и ушел из тира.

Зайдя в вестибюль ресторана «Ярославль», Ильинский поссорился там с неустановленным гражданином. При этом он пытался достать пистолет и заявлял: «Я ему сейчас покажу «салаге». Однако Замазкин увел его из ресторана. На улице Ильинский вновь достал пистолет и пытался произвести стрельбу по уличным фонарям. Замазкину и в этом случае удалось уговорить Ильинского и предотвратить стрельбу, после чего он оставил последнего и ушел в гостиницу. Через несколько минут Ильинский встретил шедшую по улице гр-ку Успенскую и пошел вместе с ней. Когда Успенская потребовала, чтобы Ильинский оставил ее, последний вынул пистолет и стал держать его в руках. Испугавшись, Успенская убежала от Ильинского.

Продолжая свои хулиганские действия, в 23 часа 20 минут Ильинский подошел к направлявшемуся домой гр-ну Евреинову И.Н., достал из кармана заряженный пистолет и направил его на него. Увидев это, Евреинов пытался защищаться и схватил Ильинского за предплечье правой руки. В это время последний нажал на спусковой крючок и про­извел выстрел в лицо Евреинову, от чего он скончался на месте проис­шествия. Рассматривая 7 эпизодов описанных действий Ильинского, дознание и следствие, а затем и суд обоснованно пришли к выводу о совершении им убийства из хулиганских побуждений.

Однако следует учитывать, что несоблюдение правил психологичес­кого анализа преступного поведения нередко приводит к серьезным ошибкам. Так, Абросимов за умышленное причинение тяжкого теле­сного повреждения, повлекшего смерть гр-на Лапикова, был осужден к 5 годам лишения свободы. По протесту прокурора судом второй инстанции приговор в отношении Абросимова был отменен за мягкос­тью наказания. При новом судебном разбирательстве было установлено, что Абросимов применил перочинный нож для отражения нападения, т. е. действовал в состоянии необходимой обороны, ввиду чего суд оправдал его. Кассационной инстанцией оправдательный приговор оставлен в силе.

В чем же причина судебной ошибки? Причина состоит в том, что органами дознания и следствия, а затем и судом был нарушен вышеука­занный принцип психического анализа преступного поведения, ввиду чего разные по своему характеру действия Абросимова в фойе кинотеат­ра и при нанесении ранения Лапикову рассматривались как единая деятельность, что нашло свое отражение в обвинительном заключении и приговоре. Фактически же действия Абросимова представляли два достаточно самостоятельных эпизода. Первый эпизод произошел в фойе кинотеатра, когда между Абросимовым и гр-ном Ивановым возникла ссора из-за знакомой им девушки, во время которой Абросимов рукой ударил Иванова по лицу. Второй эпизод произошел спустя некоторое время, когда Иванов с целью мести Абросимову, подговорил своих друзей избить последнего. Вызвав Абросимова из кинотеатра, он пред­ложил ему «поговорить» за углом дома, где на Абросимова напали Лапиков, Филизнов и Новиков, стали его избивать, повалили на землю, пинали ногами и не давали возможности подняться с земли. В этих условиях, опасаясь за свою жизнь, Абросимов вынул из кармана имев­шийся у него перочинный нож, которым стал наносить улары избивав­шим его лицам, в результате чего ранил Лапикова, который впослед­ствии скончался. Из этого примера следует, что четкий психологичес­кий анализ, проведенный при вторичном судебном разбирательстве, помог выявить смысловую самостоятельность каждого из эпизодов дей­ствий Абросимова и на этом основании вскрыть подлинные мотивы его поведения и психического отношения к содеянному.

 

§ 4. Психологическая структура преступного действия

Следует сразу же отметить, что преступное действие — это мотивиро­ванный, целенаправленный, сознательный и управляемый акт противо­правного поведения, которым достигается определенная цель, и этот акт не разлагается на более простые. Каждое действие имеет смысловое содержание и направлено на достижение относительно близких целей, которыми оно регулируется в период его осуществления. Мотивы, побуж­дающие определенное лицо к действию, удовлетворяются при осущест­влении поставленной цели. В силу этого преступное действие приобрета­ет определенный смысл и носит характер законченного волевого акта.

Кроме содержания, преступное действие имеет внутреннюю струк­туру, главными компонентами которой являются:

  1. 1)      мотив, цель действия и форма вины лица (психологические ком­поненты);

  2. 2)      предмет действия, способ, средства и условия его реализации (фи­зические и вещественные компоненты):

  3. 3)      результат действия, т.е. те последствия, которые наступили от действия.

Цель как компонент преступного действия выполняет в нем опреде­ленные функции. Первая ее функция состоит в осознании действующим лицом объекта, предмета или лица, на которое направляется его дей­ствие. Вторая функция выражается в желании достигнуть определенного результата этого действия. Благодаря цели лицо регулирует свои дей­ствия и направляет их на достижение того результата, который содер­жится в ней.

Прямой результат — это тот, который входит в субъективную цель лица. Он является реализацией и непосредственным выражением цели*. При вмешательстве объективных, не зависящих от воли действующего лица сил прямой результат может не совпадать по своему объему с целью лица. При этом цель реализуется не до конца и результат оказывается меньше, чем намечавшаяся цель действия. Несовпадение цели и результата выступает в этом случае в форме «невыполнения цели». Примером «невыполнения» цели является покушение на совер­шение преступления, когда цель преступления не осуществляется до конца по причинам, не зависящим от воли виновного.

_____________________________________________________________________________ *Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1946, с. 508.

 

Отношения между результатом и целью могут выступать в форме «перевыполнения» цели. В этом случае результат действия превосходит предполагаемую цель и содержит сверх ожидаемого неожиданный ре­зультат, что не входило в субъективную цель данного лица. Примером перевыполнении цели является умышленное причинение тяжких теле­сных повреждений, которые повлекли за собой смерть потерпевшего, хотя это и не входило в субъективную цель действовавшего лица.

На практике, в частности в процессе оперативно-розыскной деятель­ности, для смысловой характеристики преступного действия недоста­точно знать только его цель. Кроме цели, каждое действие имеет свой мотив. Совершая конкретное действие, лицо может руководствоваться различными побуждениями. Для правильного понимания волевого дей­ствия очень важно уяснить себе истинное соотношение между побужде­ниями и целью волевого действия. Осознанная цель, несомненно, игра­ет очень существенную роль в волевом действии, она должна определять весь его ход. Но цель, которая детерминирует волевой процесс, сама причинно детерминируется побуждениями, мотивами, которые являют­ся отражением в психике потребностей, интересов и т. п. Всеми по­ступками людей руководят их побуждения, т. е. определенные мотивы.

В оперативно-розыскной деятельности сотрудников правоохрани­тельных органов важно всегда своевременно выявить и понять действен­ные мотивы лица и на этой базе постараться убедить и переубедить его. Установление мотива действия ведет к раскрытию смыслового содержа­ния действия и является основой для установления психологического контакта и соответствующего воздействия на личность.

Следует отметить, что преступное действие имеет свою динамику, свое начало и свой конец. Изучение оперативно-розыскной и следст­венной практики показывает, что, как правило, преступное действие имеет два этапа: мотивационный (подготовительный) и этап его прак­тического осуществления. Здесь нам следует, однако, отличать этапы преступного действия от стадий совершения преступления в виде приго­товления и покушения. Стадии совершения преступления имеют место на этапе его практического осуществления, в то время как подготови­тельный этап предшествует практическому осуществлению преступного поведения и происходит только в сознании данного лица.

Как правило, приступая к действию, лицо мысленно создает его модель в своем уме. Подготовка преступного действия в сознании лица (его мотивация) составляет первый подготовительный этап, который состоит из осознания мотива и цели действия, борьбы мотивов и при­нятия решения действовать. Побуждения сами по себе не могут явиться источником действия. Чтобы стать таким источником, они должны быть осознаны лицом в качестве мотива. Лишь став мотивом, психическая энергия побуждения превращается в волевую энергию и порождает определенные действия. В этом смысле мотив является «двигателем» поведения и активно стимулирует волевую активность лица*.

_____________________________________________________________________________ *Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология, с. 34—35.

 

На стадии мотивации преступного действия может обнаружиться расхождение между целью действия и его нежелательными последстви­ями, между намеченной целью и трудностями ее осуществления в дан­ных условиях и т. д. На этом основании нередко возникает внутренний контакт противоречивых побуждений, называемый борьбой мотивов, который состоит в столкновении нескольких, достаточно не совмести­мых между собой побуждений лица. Как правило, конкурирующие мотивы являются побуждениями разного психологического и социаль­ного уровня. Ими могут быть, например, низменные чувства и доводы разума, чувство мести и интересы дела, органическая потребность и слу­жебный долг, корыстный интерес и должностная обязанность и т. д.

В содержание борьбы мотивов входит не просто борьба двух несов­местимых побудителей к действию, а борьба мотивов должного социаль­но полезного поведения и мотива, противоречащего праву, мотива анти­общественного, преступного поведения. Иногда борьба мотивов идет довольно длительное время, вызывая у лица определенные психические состояния (замкнутость, подавленность, неразговорчивость, скрытность и т.д.). Так, подозреваемый Моргунов показал: «С конца августа и до 18 сентября я все никак не мог окончательно на что-нибудь решиться. Мне нужны были деньги, чтобы расплатиться с долгами, которые я имел. Деньги я решил украсть. С другой стороны, я боялся, что попадусь. Я не спал ночами, обдумывая, как быть. Надо было отдавать долги. И это все же пересилило меня. Я понимал, что иду на преступле­ние. 18 сентября в 12.00 меня направили делать уборку в учебных классах. Воспользовавшись, что в помещении классов в это время никого не было, я обшарил всю висевшую там одежду, из которой похитил около ста тысяч рублей денег. Кроме того, из комнаты № 13 (дверь в нее была открыта) я похитил фотоаппарат...» На этом примере достаточно хорошо видно, как в результате борьбы мотивов рождается мотив преступного действия. Победивший мотив формирует волю лица, а также характер предстоящего действия.

Роль мотива в подготовке действия и формировании воли лица под­черкивал знаменитый русский ученый И.М. Сеченов. В частности, он писал, что не может быть воли, которая бы действовала «сама по себе». Рядом с ней всегда стоит, определяя ее, какой-нибудь нравственный мотив в форме ли страстной мысли или чувства. Значит, даже в самых сильных нравственных кризисах, когда, по учению обыденной психо­логии, воле следовало бы выступить всего ярче, она одна, сама по себе действовать не может, а действует лишь во имя разума или чувства*.

_____________________________________________________________________________ *Сеченов И.М. Избранные философские и психологические произведения. М., 1947, с. 308.

 

Этап мотивации завершается принятием лицом решения о соверше­нии преступления или воздержании от него. Лицо кладет конец своим сомнениям и колебаниям и решает: буду действовать вот так или воздер­жусь от действия. Принятие решения о совершении преступления мо­жет осуществляться в различных формах. Оно может выделяться в со­знании действующего лица как особая фаза и сводится в этом случае к осознанию цели преступления. Оно может наступить в стадии борьбы мотивов само по себе, как ее разрешение. Как особый этап в подготовке преступления принятие решения выступает тогда, когда каждый из мотивов сохраняет для лица свою силу и значимость. Решение в пользу одного мотива принимается потому, что остальные мотивы подавляются и лишаются роли побудителей действия. Мотив-победитель становится доминирующим и определяет содержание предстоящего действия.

Лицу, совершающему преступление, приходится принимать решение в различных психологических условиях: 1) это могут быть простые ус­ловия без стрессов* и возбужденного состояния, при достаточности времени на его обдумывание, что характерно, например, для принятия решений расхитителями собственности, совершения актов терроризма и т. д. Оно порождает, как правило, расчетливое преступное поведение;

2) сложные психологические условия: в виде сильного возбуждения, недостатка времени на продумывание решения, наличия конфликтной ситуации, когда одному лицу противостоит воля другого лица, - ведут к принятию недостаточно продуманных решений, вызывающих т. н. нетрензитивное преступное поведение, т.е. поведение, основанное не столько на строгом расчете, сколько на порыве, что характерно для принятия решений, например, при совершении преступлений против личности (в частности, при совершении убийств на эмоциональной основе, причинении умышленных телесных повреждений, изнасилова­ний и т. п.).

_____________________________________________________________________________ *

Стресс (от англ. слова stress) — состояние напряжения, специфическая психофизиологическая реакция организма в ответ на воздействие различных неблагоприятных факторов внешней или внутренней среды.

 

Как правило, после принятия решения наступает главный этап: реали­зация сформированной мотивом и целью воли лица в действиях. Практи­чески же на стадии мотивации осуществляется, образно говоря, проекти­рование преступного поведения. На стадии исполнительной этот проект воплощается в реальные действия и их результаты. Исполнение преступ­ления требует волевых усилий, которые «питаются» силой мотива и цели действующего лица. На этой стадии психическая деятельность лица проявляется в регулировании осуществляемого действия в соответствии с его целью. Затраченная лицом психическая и физическая энергия воплощается в результате действия. Поэтому содержание преступного действия должно рассматриваться прежде всего с результативной сторо­ны, т. е. как процесс реализации цели в результатах действия. Достиже­ние цели означает окончание действия как волевого акта. Лицо оценива­ет достигнутый результат, сопоставляя его с намеченной целью. При этом оно констатирует его удачу или неудачу, успех или неуспех.

Таким образом, следует различать функции, выполняемые мотивом и целью на стадиях подготовки (мотивации) и исполнения преступного действия. На подготовительной стадии мотив и цель формируют реше­ние и порождают волю лица. В стадии исполнения преступления они определяют содержание уже сформированной воли лица, выступая ее смысловой стороной. Свою функцию мотив и цель в дальнейшем вы­полняют путем корректировки направленности совершаемых действий. Благодаря этому обеспечивается их претворение в действие и через него в реальных фактах действительности.

В ходе деятельности мотив может остаться 1) неизменным и стать действующим мотивом. Иногда мотив, сформировавший действие, в ходе исполнения исчезает, 2) заменяется другими или осложняется добавлением нового, дополнительного мотива. Изменение мотива мо­жет происходить путем его отпадения и прекращения преступной де­ятельности лица. В стадии исполнения может произойти также 3) переосмысливание мотива путем замены его социально-положительным мо­тивом поведения. Примером подобного переосмысливания мотива может служить добровольный отказ от дальнейшего совершения преступления, явка с повинной (когда преступление уже окончено), способствование предупреждению наступления вредных последствий, а также самооценка преступления в ходе расследования, чистосердечное раская­ние в содеянном и активное способствование его раскрытию.

Важно понять, что между мотивом и целью лица и его преступным поведением существуют два вида связей — прямая и обратная. Прямая связь выражается в том, что мотив и цель преступления порождают преступное поведение. Обратная связь между ними заключается в том, что преступное поведение в соответствии с конкретными ситуациями и условиями оказывает обратное влияние на мотив и цель как путем корректировки их самих в ходе совершения преступления, так и путем применения лицом определенной тактики и отдельных приемов по их реализации.

Хочется проиллюстрировать это следующим примером. Вор с целью совершения хищения идет в ночное время в магазин, чтобы проникнуть туда путем взлома висячего замка на двери служебного входа. Прибыв к магазину, он видит, что дверь служебного входа закрыта не на висячий замок, а изнутри. Тогда преступник изменяет свое решение, корректируя его в соответствии с поставленной целью, и решает проникнуть в магазин с центрального входа. Здесь он видит спящего сторожа. Поскольку цель его может быть достигнута лишь осложнен­ным путем, т.е. путем убийства сторожа, лицо вновь в соответствии с поставленной целью корректирует свое преступное поведение и реша­ет проникнуть в магазин с чердака. Реализуя свой план, он проникает в магазин с чердака, сделав пролом в потолке, и совершает хищение товаров.

Заметное место в мотивации преступных действий может принад­лежать состоянию опьянения лица. Роль алкоголя в мотивации преступ­ления состоит в том, что он снимает процессы торможения. Под влия­нием алкоголя человек перестает смотреть на себя глазами других. Вначале создается иллюзия внутренней легкости и желания общения, потом возникает нарушение обычной мотивации поведения. Пьяному человеку кажется, что он ведет себя весьма логично. Фактически же у него нарушается привычная мотивация и организация поступков и поведения.

Следует отметить, что роль мотива и цели как структурных и функци­ональных компонентов преступного поведения наглядно выступает в патологических случаях, когда один из них или они оба бывают нарушены. При патологических аффектах и импульсивных состояниях, когда побуждение непосредственно дает стремительную, неосознанную разрядку в преступном действии, последнее теряет характер волевого поведения и выступает как акт поведения душевнобольного человека, что имеет место при клептомании (импульсивное воровство), пиромании (импульсивное поджигательство), дромомании (импульсивное бро­дяжничество) и т. д.*

_____________________________________________________________________________ *Судебная психиатрия. М., 1987, с. 162—164.

 

Существенным звеном исполнения действия являются его предмет­но-вещественные компоненты, т. е. орудия, средства и условия, благо­даря которым достигается цель действия. Внешние условия могут благо­приятствовать или препятствовать достижению цели. В качестве средств совершения преступления выступают предметы, вещи, орудия, инст­рументы, механизмы, приборы, устройства и т. п., потому что они могут «служить цели лица». Предметно-вещественные элементы преступного поведения выбираются лицом в соответствии с их субъективной значи­мостью. Их назначение в том, что они используются и управляются субъектом как средства достижения своей цели. Средства есть способ­ность предмета служить цели*.

____________________________________________________________________________

* Трубников Н.Н. О категориях "цель", "средство","результат". М., 1968, с. 84.

 

Особо следует указать на документы как средства совершения пре­ступлений. Сюда относятся фиктивные, поддельные и разорванные служебные документы и другие записи о преступных комбинациях. Являясь средством совершения или «прикрытия» преступления, они выступают объективными показателями мотивационной стороны пре­ступления. Обнаружение подобных документов, а также выявление по­вода, назначения, автора и обстоятельств их изготовления проливают свет на мотив и цель совершения преступления.

 

 

§5. Психологическая характеристика и анализ преступной деятельности

При совершении преступления отдельное действие может выступать в качестве самостоятельного, автономного акта поведения или являться частью более обширного целого, т.е. преступной деятельности. Пре­ступная деятельность как структурная форма преступного поведения представляет собой совокупность действий, объединенных единством мотивов и целей. В преступной деятельности проявляется характерная для человека способность к действиям дальнего прицела, далекой моти­вации и целенаправленности, характерной для преступного действия. Как деятельности, так и входящим в ее состав отдельным действиям присущи свои мотивы и цели. При анализе преступной деятельности следует, таким образом, различать мотивы и цели отдельного действия и преступной деятельности в целом. Указанные виды мотивов и целей не могут заменяться один другим: мотивы отдельных действий, входя­щих в деятельность, не равнозначны мотивам деятельности в целом, и наоборот, т. к. они являются структурными элементами различных актов преступного поведения.

По своему содержанию мотивы и цели действия и деятельности могут совпадать. Лишь при этом условии можно говорить о единой преступ­ной деятельности лица. Однако мотивы и цели действия и деятельности по своему содержанию могут и не совпадать. В этом случае единой преступной деятельности не будет, т. к. нарушается смысловое единство деятельности и действия, в силу чего действие выпадает из структуры данной деятельности и становится самостоятельным актом поведения. Между конечной целью преступной деятельности и целью каждого входящего в нее действия складываются отношения зависимости и под­чиненности последней первой. Результат каждого действия по отноше­нию к конечной цели преступной деятельности выступает в качестве средства ее достижения и вместе с тем является целью данного действия. Общая цель определяет направленность, ход и построение всей преступ­ной деятельности и подчиняет себе цели входящих в нее отдельных действий. В соответствии с ней происходит прогнозирование действую­щим лицом конечных результатов преступной деятельности и резуль­татов каждого действия, входящего в него.

Мотивы отдельных действий также находятся в подчинении в зависи­мости от общего мотива преступной деятельности. По отношению к от­дельному действию общий мотив выступает в качестве силы, детер­минирующей их на осуществление конечной цели деятельности.

При осуществлении дознания и расследовании преступной деятель­ности по данным поведения, как правило, можно собрать достаточно сведений о психологии правонарушения, т. к. в ней мотивы и цели выявляются во всей своей полноте и определенности. При расследова­нии преступлений в виде отдельных действий часто бывает недостаточно материала, чтобы по данным поведения достоверно установить пси­хологический механизм его совершения. На этом основании иногда делается вывод о невозможности установления психологии правонару­шения по данным поведения. И основной упор переносится на получе­ние данных о нем от подозреваемого или обвиняемого. Между тем структурно любое фактически совершенное действие всегда выступает в качестве эпизода единой смысловой деятельности данного лица.

Структурно-психологический анализ, т. е. рассмотрение совершен­ного преступного акта поведения в единстве с предшествующей деятель­ностью этого лица (как правило, до преступления), дает возможность выявить всю деятельность в целом и входящие в нее непреступные действия, в которых в большинстве случаев четко выражены мотивы и цели их совершения. Это помогает в оперативно-розыскной деятель­ности выявить весь психологический механизм деятельности лица, в ко­торой преступный акт поведения выступает в качестве последнего завершающего действия, являясь по закону самостоятельным актом поведе­ния. В качестве примера в этом отношении можно привести дело об убийстве мужем гр-ки Каичевой. Сам Каичев, будучи в нетрезвом состо­янии, в квартире своих знакомых нанес своей жене — Каичевой ножом длиной 15 см ранение в область правого бока, в результате чего она на следующий день скончалась. Сам по себе факт причинения Каичевой ножевого ранения жене не давал достаточного материала, чтобы по данным поведения установить его мотив и цель. Каичев же, ко всему признавая факт ножевого ранения и свою вину в этом, показал, что цели убить жену у нею не было, а ножевое ранение он наносил ей с целью «попугать», «пошутить» или, как он стал показывать в дальнейшем, «уколоть» ее. И вот здесь от установления мотива и цели зависела квалификация преступления: как умышленного или неосторожного убийства, или как умышленного причинения тяжкого телесного по­вреждения, повлекшего смерть потерпевшей.

В процессе дознания и следствия выяснялись предшествующие взаимоотношения Каичева с женой, в частности, не было ли случаев поку­шения на ее убийство и по каким именно мотивам. Выехав по месту постоянного жительства Каичевых, путем проведения допросов и очных ставок между свидетелями, близко знавшими Каичевых, а также в ре­зультате обнаружения и исследования переписки Каичева было установ­лено, что совершенное преступление не является изолированным актом поведения, а входит в имевшую двухлетнюю историю деятельность, в ходе которой Каичев не раз угрожал жене убийством по определенным мотивам. Так, родители Каичевой показали, что в ответ на их нежела­ние, чтобы дочь выходила замуж за Каичева, последний пришел к ним и заявил, что, если они не разрешат дочери выйти за него замуж, он убьет ее, чтобы она «не досталась больше никому».

В процессе изучения переписки Каичева выяснилось, что его роди­тели сообщили ему, что жена гуляет с парнем по кличке Борзый. На почве ревности Каичев в письмах неоднократно угрожал жене и обещал «разделаться» с ней. При допросах сослуживцев, родных, осмотре меди­цинской документации и личной переписки было выявлено, что Каичев в последнее время стал считать себя импотентом. На этой почве у него вновь обострились отношения с женой, и он в переписке снова угрожал ей убийством, чтобы она «не досталась никому».

В результате собранных данных стало очевидным, что совершенное Каичевым ранение жены является преднамеренным убийством, мотивы к которому давно уже созрели у него и неоднократно проявлялись в других (непреступных самих по себе) действиях. Следственные органы квалифицировали действия Каичева как умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах, т.к. его жена была беременна. Суд осудил Каичева по статье закона об умышленном убийстве. Вышестоящая судебная инстанция согласилась с правильностью установления моти­вов преступления и его квалификацией, несмотря на то, что Каичев продолжал и в дальнейшем давать свои первоначальные показания.

Следует отметить, что преступление во всех случаях есть сознательное действие лица. Эти действия в большинстве случаев прогнозируются, планируются, подготавливаются, наконец, для их совершения использу­ются знания, опыт, навыки и т. д. Даже в том случае, если совершено преступление без заранее обдуманного плана, когда преступное реше­ние действовать возникло под влиянием создавшейся ситуации, полнос­тью проявляются эти сложившиеся психические изменения личности*.

_____________________________________________________________________________ *Игошев К.Е. Психология преступных проявлений среди молодежи. М., 1971, с. 21.

 

Социально-психологические дефекты всегда входят элементом даже в психологическую структуру преступлений, совершенных по небреж­ности, самонадеянности. Элементами психологической структуры пре­ступления, как уже нами отмечалось, выступают также наличие цели на удовлетворение противоправной потребности (или способа для ее удов­летворения), знания, мыслительная деятельность по прогнозированию, подготовке, совершению преступных действий, сокрытию следов пре­ступления и т. д.*

*См.: Кдрявцев В.Н. Причинность в криминологии. М., 1968, с.42-56.

 

Выявление психологической структуры преступления позволяет пол­нее устанавливать истину, определять пути перевоспитания лиц, совер­шивших преступления.

Только в том случае, если досконально изучены психологическая структура преступления, элементы каждого преступного действия, пред­ставится возможность более целенаправленно осуществлять деятель­ность по ликвидации этой структуры.

Каждое преступление оказывает определенное психическое воздей­ствие не только на потерпевших или очевидцев, но и на само лицо, совершившее это преступление. Это воздействие бывает различным в зависимости от степени изменения психических качеств личности, совершившей преступление, от особенностей психологической струк­туры конкретного преступления. Нельзя подвергать психологическому анализу преступную деятельность в ее развитии, не исследуя и этот обязательный этап развития и изменения психологии лица, совершив­шего преступление.

Разработка достаточно эффективных мероприятий по изменению психики лиц, совершивших преступления, по перевоспитанию и ис­правлению их может быть осуществлена только на основе выявленных закономерностей преступного поведения. С другой стороны, психологи­ческий анализ преступного поведения обязательно должен завершаться выявлением закономерностей и средств ликвидации социально-психо­логических причин преступлений, психологической структуры преступ­ного действия, нахождением более оптимальных путей перевоспитания лиц совершивших преступления.

Все изложенное нами и определяет содержание психологического анализа преступной деятельности. Этот анализ включает в себя: ис­следование причин появления социально-психологических дефектов личности, психологической структуры преступления, психологических последствий совершения преступления и, наконец, выявление основ­ных путей ликвидации психологических причин, структуры преступле­ния, определение закономерностей в исправлении и перевоспитании преступников.

 

 

 

1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   27

Похожие:

Учебное пособие. М.: Право и Закон, 1997. 320 с. Isbn iconУчебное пособие Санкт-Петербург Издательство «Союз» 2002
М65 Патоморфоз заикания. Изменение картины возникно­вения и течения заикания, особенности коррекционной работы: Учебное пособие....

Учебное пособие. М.: Право и Закон, 1997. 320 с. Isbn iconТематическое планирование по дисциплине «Хозяйственное право»: тема...
Учебное пособие предназначено для студентов Междуна­родного института экономики и права. Учебное пособие призвано дать студентам...

Учебное пособие. М.: Право и Закон, 1997. 320 с. Isbn iconУчебник «Правоведение» под ред. Смоленского. Остальные вопросы по теме «Гражданское право»
Напоминаю вам, что вопросы по теме «Наследственное право» нельзя готовить, используя пособие «Основы права» 1997 г, т к в этой части...

Учебное пособие. М.: Право и Закон, 1997. 320 с. Isbn iconУчебное пособие в схемах Москва
К 89 Гражданское право (Общая часть): Учебное пособие в схемах.  М.: Импэ им. А. С. Грибоедова, 2001.  76 с

Учебное пособие. М.: Право и Закон, 1997. 320 с. Isbn iconУчебное пособие для студентов специальности «Связи с общественностью»
К59 История журналистики зарубежных стран: Учебное пособие для бакалавров специальности «Связи с общественностью». – Ульяновск: Улгту,...

Учебное пособие. М.: Право и Закон, 1997. 320 с. Isbn iconМетодика тренировки в лыжных гонках от новичка до мастера спорта учебное пособие в 5 частях
Ковязин В. М., Потапов В. Н., Субботин В. Я. Методика тренировки в лыжных гонках от новичка до мастера спорта: Учебное пособие. Ч....

Учебное пособие. М.: Право и Закон, 1997. 320 с. Isbn iconАлексеев П. В., Панин А. В. Хрестоматия по философии: Учебное пособие....
Хрестоматия по философии: Учебное пособие. Издание второе, переработанное и дополненное.— М.: Гардарика, 1997,— 576 с

Учебное пособие. М.: Право и Закон, 1997. 320 с. Isbn iconПортфолио обучающегося системы нпо и спо учебное пособие
Колпаченко, Л. Я. Портфолио обучающегося системы нпо и спо : учебное пособие/ Л. Я. Колпаченко, О. А. Козырева. – Новокузнецк : маоу...

Учебное пособие. М.: Право и Закон, 1997. 320 с. Isbn iconУчебное пособие
Федерации. В нем освещены все основные темы: предмет, система и источники гражданского права, гражданские правоотношения, осуществление...

Учебное пособие. М.: Право и Закон, 1997. 320 с. Isbn iconКейн экология упражнения, задачи и задания в тестовой форме учебное пособие
Учебное пособие предназначено для проведения практических работ по курсу Экология на технических специальностях. Учебное пособие...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов