Аллахвердян А. Г., Мошкова Г. Ю., Юревич А. В., Ярошевский М. Г. Психология науки. Учебное пособие




НазваниеАллахвердян А. Г., Мошкова Г. Ю., Юревич А. В., Ярошевский М. Г. Психология науки. Учебное пособие
страница15/27
Дата публикации03.12.2013
Размер4.75 Mb.
ТипУчебное пособие
zadocs.ru > Психология > Учебное пособие
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   27
Глава 2. Психологические особенности личности ученого и их формирование

Когда потенциал исследований творческих способностей в структуре интеллекта был в основном исчерпан, когда стало ясно, что уровень развития интеллекта или отдельных его структур не может служить надежным критерием отличия ученого от неученого, продуктивного ученого от менее продуктивного, поиск дифференцирующих признаков был перенесен в область личностно-психологических особенностей.

В психологии сложилась традиция рассматривать интеллект, который, строго говоря, входит в структуру личности в ее широком понимании, отдельно от других личностных характеристик. К "другим" характеристикам обычно относят личностные черты - устойчивые, повторяющиеся в разных ситуациях особенности поведения и мотивацию - побуждения, направляющие и регулирующие поступки и деятельность человека.

169

Проблема личности была и остается одним из наиболее интересных и дискуссионных разделов психологии. Именно в этой области существует самое большое количество теорий и подходов, по-своему объясняющих структуру, динамику и природу личности.

Сложность самого феномена личности порождает сложность его определения и изучения. Большинство авторов даже избегает давать дефиницию понятия "личность", ограничиваясь подробным перечислением того, что в нее входит или не входит. В конкретно-прикладных целях, в том числе в практике диагностики, часто пользуются описательным представлением о личности как совокупности индивидуально-психологических характеристик, сродни тому, которым руководствуется любой не знакомый с психологией человек, когда на вопрос о ком-то "Что он собой представляет?" начинает перечислять его качества: добрый, застенчивый, отзывчивый, агрессивный и т. п.

По принципу выделения личностных черт построено большинство используемых в настоящее время личностных опросников. Они либо измеряют одну черту, например локус контроля, тревожность, агрессивность, либо показывают личностный профиль - сравнительную выраженность разных черт у одного испытуемого (таковы 16-факторный опросник Кеттэлла, MMPI).

Разумеется, все многообразие концепций личности, а также противоречия во взглядах на нее находят свое отражение и в исследованиях личности ученого.

Вопрос о специфических свойствах человека науки занимал умы исследователей уже тогда, когда изучение научного творчества только зарождалось. Начало его изучению положил знаменитый Ф. Гальтон своей книгой "Люди науки: их природа и воспитание", им интересовался известный химик В. Оствальд, ему отдали дань многие другие ученые-естествоиспытатели и психологи. Но расцвет исследований личности ученого начинается с конца 50-х годов нашего века, когда, как уже отмечалось, поиск творческих способностей переносится в сферу личности и ее мотивации.

Большинство работ по этой проблеме можно отнести к одному из трех направлений: 1) выявление комплекса личностных качеств, специфичных для ученых; 2) изучение мотивации научной деятельности и ее влияния на продуктивность; 3) анализ факторов, ответственных за появление интереса к научной деятельности и формирование особых черт личности, присущих ученому.

Начало "личностного" периода развития психологии науки можно связать с выходом в свет трудов А. Роу, очень скоро ставших почти классическими и до сих пор широко цитируемых. Основная ее работа - "Становление ученого" (Roe, 1953a).

170

Отличительной особенностью этой монографии было тщательное и всестороннее изучение активно работающих ученых современности при относительно небольшом количестве респондентов - 64 человека. Это были физики, антропологи и психологи', биологи.

Эмпирические данные, полученные Роу, до сих пор представляют большой интерес и используются другими психологами как материал для интерпретации. Кроме интервью, ею применялись тесты на соотношение вербальных и невербальных способностей и проективные методики исследования личности. В ходе интервью внимание уделялось происхождению, семейному окружению и воспитанию будущих ученых; причинам выбора профессии ученого; хобби, интересам, отношению к религии, семейному положению на момент обследования.

Исследовательнице не удалось обнаружить каких-либо особых характеристик, по которым ученые отличались бы от всех остальных людей, за исключением большей любознательности и увлеченности исследовательской деятельностью, что, скорее, относится к области мотивации. Фокус ее внимания был направлен прежде всего на изучение влияния социоэкономических факторов происхождения (занятия родителей, их образовательный и культурный уровень, материальный достаток, количество детей в семье) и ранней истории развития на выбор научного поприща и дальнейшую научную деятельность.

Попытка рассмотреть ученого как представителя определенной области науки, связать его личную историю и личностные черты со спецификой разрабатываемой научной дисциплины и проблематики является несомненным достоинством данной работы. Некоторые, хотя и очень слабые, индивидуально-психологические различия между представителями разных научных дисциплин были обнаружены. Но связь эта рассматривалась вполне в духе психоанализа, хотя формально Роу не принадлежала к этому направлению: например, повышенная тревожность в детском и юношеском возрасте определила, по ее мнению, интерес части респондентов к проблемам микробиологии.

При этом вопрос о том, что является причиной, а что следствием: предопределен ли интерес будущих ученых к определенной научной дисциплине их сходными личностными свойствами или работа в одной и той же области делает людей похожими друг на друга, - всерьез не рассматривался.

' В США и западных странах антропология относится к гуманитарным дисциплинам и смыкается с психологией, культурологией и этнографией в нашем понимании. По своему содержанию и проблемному полю она отличается от отечественной антропологии, которая имеет явную естественнонаучную направленность.

171

§ 1. Изучение индивидуально-психологических характеристик ученых

Работы Роу во многом задали характер и методологию последующих исследований личности ученого. Значительная часть из них представляла собой более подробную разработку одного из трех указанных выше направлений, которые были намечены ею в монографии и статьях. При этом приоритетным направлением оставался анализ "по чертам". Согласно оценкам специалистов, 64% всех публикаций по проблеме выдающихся ученых было посвящено изучению их личностных черт (Genius and eminence, 1983).

Основываясь на результатах эмпирических исследований, каждый автор выделял свой набор инвариантных личностных свойств, присущих продуктивным ученым. Вот некоторые из предлагавшихся списков.

I. (Mansfield, Busse, 1981):

1) автономия;

2) личностная гибкость и открытость опыту;

3) потребность в оригинальности и новизне;

4) потребность в профессиональном признании;

5) увлеченность работой;

6) эстетическая сензитивность. Авторы этого списка утверждали, что высокий уровень творчества возможен только при условии высокого развития всех этих характеристик.

II. (Ban-on, 1969):

1) наблюдательность, отсутствие склонности к самообману;

2) чувствительность к той части истины, которую другие обычно не замечают;

3) умение взглянуть на объекты и явления по-своему, с необычной стороны;

4) независимость в суждениях, высокая ценность ясного, четкого знания и готовность прилагать усилия ради его получения;

5) высокая мотивация, направленная на приобретение таких знаний;

6) высокие врожденные умственные способности;

7) мощные половые побуждения, основанные на большой жизненной силе и высокой нервной восприимчивости;

8) богатство внутреннего и внешнего мира, склонность к сложной жизни и напряженным ситуациям;

9) высокая готовность к восприятию своих подсознательных мотивов, фантазий и т. п., внимание к собственным побуждениям;

172

10) большая сила "Я", которая определяет широкий диапазон поведенческих реакций - и разрушительных, и созидательных; творческая личность и более примитивна, и более здравомысляща, и более сумасбродна, чем средний человек;

11) доброжелательность и открытость по отношению к внешнему миру; сильное "Я" может позволить себе регрессию - спуск на более низкие уровни поведения, так как понимает, что оно в любой момент может вернуться в состояние духовной зрелости;

12) предыдущая способность является условием объективной свободы личности, а творческий потенциал есть прямая функция этой свободы. III. (Olah, 1987):

1) психологическая восприимчивость;

2) независимость;

3) гибкость;

4) уверенность в себе.

Другие авторы подчеркивали значимость для ученого таких качеств, как целеустремленность и настойчивость; энергичность и трудолюбие; потребность в достижении; честолюбие и терпение; вера в свои силы, смелость, независимость, открытость к

восприятию впечатлений.

Этот перечень можно было бы продолжать и продолжать, однако приведенные подробные списки качеств уже, вероятно, дают возможность оценить и замысел, и характер выводов, получаемых в подобных исследованиях. Всякий, кто захотел бы создать на основе этих данных законченный и непротиворечивый портрет личности ученого, оказался бы в тупике.

Во-первых, количество свойственных творческому ученому качеств, выделенных разными исследователями, очень велико. Если составить из них общий список, то окажется, что в нем много не согласующихся, а то и противоречащих друг другу характеристик.

Во-вторых, выделяемые качества представляют самые разные стороны и уровни личности: среди них есть интеллектуальные, мотивационные, характерологические. Однако они обычно рассматриваются как рядоположенные, равнозначные, вне всякой иерархии. В таком случае неясно, должен ли каждый продуктивный ученый непременно обладать всеми этими свойствами, достаточно ли половины из них или нескольких наиболее важных...

В-третьих, в психологии, так же как и в обыденной жизни, нет строгости в употреблении понятий, описывающих личностные характеристики. Поэтому, употребляя один и тот же тер-

173

мин, разные авторы порой вкладывают в него неодинаковый смысл, тогда как за разными обозначениями зачастую скрывается одна и та же черта.

В-четвертых, за большинством перечисляемых качеств стоит не "элементарная черта", а достаточно сложный феномен, природу которого не всегда просто понять, а тем более измерить его экспериментально или в тестах. Например, по каким признакам должно оцениваться такое на первый взгляд понятное качество, как увлеченность работой: по количеству времени, уделяемого ей, по степени эмоциональности рассказов о ней, по месту в списке предпочитаемых занятий или еще как-то?

Чем дальше, тем больше подвергаются критике как исходные допущения, лежащие в основе подхода "по чертам", так и способы их эмпирической проверки. Так, тезис о том, что личностные черты "творческих" и "нетворческих" ученых существенно различаются между собой, не подтвердился в эксперименте с участием контрольных групп (MacKinnon, 1964). Результаты других исследований не подтверждают мнение о специфичности выделенных черт именно для ученых и заставляют предположить, что выдающиеся деятели разных областей - политики, ученые, художники - имеют больше общего между собой, чем с посредственными представителями того же рода занятий (Mansfield, Busse, 1981).

Также бездоказательным остается утверждение о том, что сходные черты выдающихся ученых являются причиной их успеха на научном поприще. Не исключено, что похожие качества развиваются вследствие успеха, как реакция на особую, благоприятную социальную ситуацию.

Наконец, сомнению подвергается основное допущение - что выдающиеся ученые должны быть похожи друг на друга. Ведь специфика дисциплины, специализации деятельности внутри нее, а также конкретной проблемы объективно требует от работающих в них ученых проявления разных качеств: от кого-то - скрупулезности, терпения и добросовестности для проведения экспериментов, перепроверки фактов; от кого-то, наоборот, полета фантазии, импульсивности; от кого-то - огромной уверенности в себе, позволяющей идти на риск; от кого-то - постоянного сомнения в выводах и поиска новых аргументов.

Проблемные ситуации в науке при всем внешнем сходстве принципиально неповторимы и каждый раз требуют от того, кто ими занимается, многообразных свойств. При этом не только личностные черты оказывают влияние на выбор проблемы и манеру взаимодействия с нею, но и содержание выполняемой деятельности мощно воздействует на формирование личности.

174

Если между учеными и есть какое-то сходство, то оно, по мнению критиков подхода, должно лежать намного глубже - в области потребностей, ценностей, мотивов.

Значительное влияние на развитие представлений о творческой личности оказали работы Р. Кэггелла, который провел факторный анализ личностных характеристик ученых, используя биографические материалы о деятелях науки прошлого и результаты тестирования современных научных работников. Согласно его данным, ученым свойственны выраженная "шизотимия", т. е. отрешенность, сосредоточенность на своем внутреннем мире, довольно высокий уровень общего интеллекта, скептицизм и критичность, выше средней сила собственного "Я" и эмоциональная стабильность, сильное стремление к доминированию и влиянию на окружающих, а также "самообуздание", проявляющееся в сдержанности, серьезности, замкнутости, склонности предаваться глубоким раздумьям (Cattell, 1963).

Хотя описание, данное Кэттеллом, рисует ученого скорее как сильную, самостоятельную личность, использование им ряда клинических терминов способствовало частичному возрождению представлений об ученом как о человеке психически нездоровом.

Общий вывод Кэттелла состоял в том, что ученый по своей сути интроверт - человек, обращенный внутрь себя самого, фиксированный на явлениях своего внутреннего мира, в противоположность экстраверту, который направлен на внешний мир и его объекты. Кроме того, ученым, по мнению этого автора, свойственно брать на себя ответственность за собственные достижения и неудачи, а не приписывать их действию внешних обстоятельств. Последнее качество является необходимой предпосылкой внутренней свободы и зрелости личности. Сам Кэттелл считал, что его результаты со всей очевидностью показывают, что творческая способность коренится в личности и ее ценностях, а не в познавательных навыках.

§ 2. Типологии ученых1

Из всех соображений В.Оствальда наибольшую известность приобрела его попытка классификации ученых по двум разрядам. В своей книге "Великие люди" он разделил ученых на классиков и романтиков. Первые склонны к скрупулезным эмпирическим исследованиям, к индуктивному стилю мышления (ла-

' Совместно с М. Г. Ярошевским.

175

тинское слово "индукция" означает "поведение"), т. е. имеется в виду такая обработка данных опыта, которая позволяет установить "общий взгляд относительно сходных предметов" (Аристотель). Классики отличаются обстоятельностью и пунктуальностью, медлительностью, замкнутостью, предпочитают по несколько раз перепроверять свои результаты и выводы, любят работать в одиночку, как правило, не имеют учеников и последователей.

Что же касается ученых, представляющих тип романтика, то их отличает способность к смелому выдвижению гипотез, к целостному видению объектов и проблемных ситуаций. У них доминирует не индукция, а интуиция, благодаря которой они "прозревают" результат без предшествующего дотошного анализа. Романтики эмоциональные, общительные, они не любят долго заниматься одной и той же проблемой и теряют интерес к ней, как только она решена в общих чертах. Они оказывают сильное и непосредственное влияние на современников, обожают возиться с учениками и часто создают собственные школы. Романтик творит "скоро и много", работу же классика можно охарактеризовать словами известного математика Гаусса - "немногое, но зрелое".

Ученые различаются и по манере общения. Этот личностный аспект является весьма существенным с точки зрения создания ученым своей школы. Романтики общительны, являются блестящими педагогами, собирают вокруг себя молодежь, которую способны увлечь идеями, обещающими революционизировать науку. Что же касается классиков, то они, как правило, замкнуты, по своему темпераменту флегматичны и научные школы не создают. Тем самым мир науки виделся Оствальду "двухполюсным". Между "полюсами" размещались "средние типы".

Будучи естествоиспытателем, Оствальд не мог ограничиться описанием типов, их феноменологией. Он полагал, что различие между классиками должно иметь естественные причины в свойствах нервно-психической организации ученых. В качестве основного параметра этой организации мыслительных процессов выделялась их скорость. Классики отличаются медлительностью умственных процессов, романтики - быстротой.

После Оствальда свои представления о том, как членить ученых на различные по своим психологическим характеристикам разряды, высказывали многие авторы. Они использовали различные критерии. Для периода классической науки типичен принцип "двухполюсности". Так, например, ученых делят на логистов, которые обходятся без наглядных образов, и интуитивистов, прозревающих решение до того, как оно будет доказано

176

(таково мнение известного французского физика Луи де Бройля); на теоретиков и эмпириков и т. п. Иногда применяется предложенная И. П. Павловым "двучленка", исходящая из различения в высшей нервной деятельности двух сигнальных систем. Те, у кого превалирует первая сигнальная система, передающая информацию в чувственно-образной форме, относятся к художественному типу, тогда как господство второй, знаково-рече-вой сигнальной системы создает тип "мыслителя".

"Идея различия между "художниками" и "мыслителями", - говорил И. П. Павлов, - подсказана самой жизнью". И действительно, склонность одних людей к образному и целостному восприятию вещей, других - к их анализу, логическому членению, абстрактной схематизации говорит о том, что для двухчленной типологии имеются предпосылки в реальных психических свойствах людей, в том числе и людей науки. Житейские наблюдения Павлов надеялся оправдать своей физиологической гипотезой о двух категориях сигналов, поступающих в головной мозг.

Эта версия получила подкрепление с другой стороны. Было открыто различие в функциях левого и правого полушарий. Это открытие относило различие между восприятием образной и восприятием логической информации за счет так называемой функциональной асимметрии полушарий головного мозга. Одно полушарие (правое) выступило в качестве носителя функций, которые Павлов приписал "художественному типу", другое (левое) признано ответственным за аналитическую рациональную работу индивида "мыслительного типа".

Конечно, в повседневных, обычных условиях полушария взаимодействуют, являются, говоря словами одного журналиста, "пожизненными соавторами". Тем не менее возможность того, что у различных лиц одно из них способно играть более влиятельную роль, давала основание использовать это физиологическое открытие для объяснения индивидуальных различий в духе дебройлевского разделения ученых на интуитивистов и логистов.

М. Киртон выделял среди ученых новаторов и адаптаторов. Новаторы, обладающие высоким творческим потенциалом, способны генерировать большое количество продуктивных идей. Они всегда немножко "бунтари", так как не боятся поколебать устои и бросить вызов сложившимся традиционным взглядам на проблему.

Адаптаторы - это, скорее, исполнители, могущие довести до совершенства разработку выдвинутой новатором идеи. Они любят систематизировать, классифицировать материал, вносить упорядоченность в хаос идей, фактов и гипотез.

Наиболее известной является типология ученых, предложенная Г. Гоу и Д. Вудвортом (Gough, Woodworth,1960). На основе

177

тестов и наблюдений они выделили 8 типов научных работников: 1) фанатик; 2) пионер; 3) диагност (ученый, способный увидеть слабые и сильные стороны исследования, хороший критик); 4) эрудит; 5) техник (владеющий техникой, методикой научной работы); 6) эстет (предпочитающий изящные проблемы и изящные решения); 7) методолог; 8) независимый (избегающий коллективной работы, "гуляющий сам по себе").

В основе любой хорошей классификации должен лежать единый для всех выделяемых типов существенный признак (или признаки), изменение которого влечет за собой изменение связанных с ним свойств. Таковым, например, оказывается атомный вес, который Д. И. Менделеев заложил в основу своей классификации химических элементов.

При соблюдении этого условия достоинством типологии является внутренняя структурированность и взаимосвязанность свойств, приписываемых данному типу. Тогда знание нескольких характерных черт ученого позволило бы воссоздать его целостный психологический облик и в общих чертах прогнозировать поведение в определенных ситуациях. Однако авторы типологий чаще всего нарушают правила их построения. Так, в типологии Гоу и Вудворта не соблюдено требование наличия единого основания. В основе типов 2-6, согласно их классификации, действительно можно усмотреть общий признак - особенности проблемной ситуации, с которой предпочитает работать ученый. Однако характеристики фанатика и независимого не подходят под этот критерий. Описание фанатика делает акцент на уровне мотивации, ничего не говоря о специфике занимающих его проблем. Характеристика независимого отражает его позицию в научном коллективе. Поэтому вполне допустимо, что фанатик может быть одновременно эрудитом, либо пионером, либо кем-то еще, а независимый - методологом, эстетом и т. д.

Данная классификация, по мнению большинства психологов, отражает не столько личностные, сколько социально-психологические особенности ученого: его взаимодействие с другими членами группы, функции, которые он выполняет в коллективной научно-исследовательской работе, вклад в разработку общей проблемы, т. е. социально-научную роль. Этот аспект проблемы - ролевое взаимодействие ученых в научном коллективе - рассматривается социальной психологией науки.

Зачастую типологии составлялись учеными, которые сами не являлись специалистами в области психологии. Заняться же этим вопросом их побуждала практика отбора кадров и организации исследований с тем, чтобы учитывать психологические свойства личности. Руководители исследований испытывали нужду в том,

178

чтобы знать не только свои профессиональные проблемы, но и особенности людей, с которыми им приходится совместно работать. Отсюда и их версии о типах личности ученых. Стоит заметить, что эти версии с изменением характера науки приобрели другую направленность. Показательна в этом плане одна из последних попыток наметить новую типологическую схему, принадлежащая канадскому физиологу Г. Селье, известному не только своими исследованиями стресса, но и успешной работой по руководству крупными научными коллективами. В беседе с М. Г. Ярошевским (Монреаль, 1979 г.) Селье отметил, что его схема сложилась в результате наблюдений за существенными различиями в поведении сотрудников, которыми ему довелось руководить на протяжении нескольких десятилетий.

Он составлял ее постепенно, меняя различные варианты, поскольку в психологической литературе никаких продуктивных соображений на эту тему он не нашел. Свою главную задачу он усматривал в том, чтобы не ограничиваться, подобно авторам большинства типологий, признаками, касающимися интеллектуального облика научных работников (их умственных способностей), но охватить более широкий спектр их качеств и установок (личностных, социально-психологических, отношения к делу, карьере и др.).

Приведем примеры выделенных им типов.

"Большой босс" ("предприниматель"). В детстве он был капитаном спортивной команды. Он мог бы сделать одинаково удачную карьеру в бизнесе, политике, армии и т. п., но обстоятельства привели его в науку, и он не склонен терять "случай". Будучи отличным политиканом и организатором, он быстро становится главой исследовательской лаборатории. Но и в этой должности его главное достоинство в том, что он организует работу других. Его бегающие глаза не смотрят на человека прямо, за исключением тех случаев, когда он отдает распоряжения, в исполнении которых заранее уверен. Он либо вульгарен, либо крайне эрудирован. В зависимости от ситуации.

"Сильный бобр" ("торопыга"). Для него главное - быстрота достижения цели, неважно какой. Он занимается исследованием частных проблем не потому, что они ему интересны, но потому, что надеется найти их быстрое решение. В молодости он торопится подниматься по служебной лестнице, так как впереди еще много ступенек и далеко до вершины. Когда же он достигает служебных "вершин", то продолжает торопиться, потому что осталось мало времени в жизни. Он любит скорость ради нее самой, как спортсмен.

12* 179

"Холодная рыба". Это показной неэмоциональный скептик. Кредо его жизни: не проси помощи, не оказывай помощи. В конце его жизни мы найдем эпитафию: "Никакого успеха, никакой спешки, никаких ошибок".

"Сухая лабораторная девица" - резкая, враждебная, без воображения - женский вариант "холодной рыбы". Обычно выполняет техническую работу. Она умеет дисциплинировать работу других, но имеет тенденцию создавать большее напряжение, чем следует. Некоторые женщины становятся отличными учеными, но женщины такого типа - никогда.

"Нарцисс". Воплощение эгоцентризма, он находится в постоянном страхе за свои таланты и готов ради них на любую жертву. Для "нарцисса" и преодоление трудностей, и "подарок судьбы" - одинаковые свидетельства его исключительности.

"Агрессивный спорщик". В школе был остроумным, находчивым, все знал; в исследовательской лаборатории он остается невыносимо самоуверенным. Это - опасный вариант "нарцисса". Он может создать такое напряжение, которое нарушит гармонию даже наиболее сплоченной группы.

"Потенциальный вымогатель" ("акула "). Для него главное - подписать свое имя под возможно большим количеством публикаций. В лаборатории он постоянно раздражает коллег своими замечаниями о том, что их исследования навеяны его мыслями.

"Святой". Он чист в мыслях, словах и делах. В детстве он клянется сделать не одно, а десять добрых дел в день. Позднее он становится медиком только из своих гуманистических стремлений. Он не играет роль святого, он действительно святой. Однако его альтруизм представляет серьезную помеху его деятельности в лаборатории.

"Под святого". Он подражает подлинному святому. Он улыбается мягко, но с чувством собственной правоты. Этот тип почти так же редко встречается, как и истинный святой.

"Добряк". В школе он был любимчиком учителя, в институте - прилежным студентом. После женитьбы он стал кормильцем семьи, которой принес в жертву свою карьеру. Он любит, главным образом, жену и детей и готов на все ради их счастья. Он умен, но простодушен и не отличается богатым воображением, что делает его неспособным к значительным научным исследованиям.

Селье выделил и некоторые другие типы, в том числе характеризующие склад ума (аналитик, синтетик, классификатор). В целом же, несмотря на подробное и красочное описание типологических различий между научными работниками, нарисованная им схема крайне эклектична. В ней отсутствует внутренняя логика,

180

смешаны признаки, относящиеся к различным планам отношений ученых к коллегам, процессу творчества, своим притязаниям и др. Как позитивный момент можно было бы отметить указание на необходимость рассматривать роль детства в приобретении будущим научным работником стиля мышления, интересов, самооценки. Верно подмечено, что психологическое изучение творческой личности не должно носить характер "среза", но продуктивно лишь в том случае, если охватывает весь его жизненный путь.

В целом разработка типологий личности ученых не получила широкого развития. Во-первых, очень трудно выделить тот существенный признак, который мог бы лечь в основу подлинно научной классификации личности ученого. Пока что каждый автор выбирал этот признак достаточно произвольно, ориентируясь на собственные, подчас интуитивные представления. Кроме того, любая классификация личности ученого описывает "чистые типы, которые в жизни встречаются крайне редко. В действительности большинство ученых располагается между этими полюсами и реализует в своем поведении черты различных типов личности.

Хотя авторы классификаций считают, что тип личности - неизменная характеристика, но вопрос о том, может ли, например, "новатор" в иных условиях превратиться в "адаптатора" и наоборот, никем всерьез не изучался. Вместе с тем имеются данные о том, что научные роли, исполняемые одним и тем же человеком (типа описанных Гоу и Вудвортом), могут очень сильно меняться в зависимости от особенностей коллектива, в котором он работает, и проблемы, над решением которой данный коллектив бьется.

Во-вторых, польза от подобных классификаций весьма ограниченна. Как правило, они базируются на довольно шатком теоретическом фундаменте и в этом смысле не открывают принципиально нового взгляда на ученого и его работу. Областью их практического применения мог бы стать подбор определенного типа ученого для выполнения конкретного вида деятельности (например, ученый-наставник, ученый-организатор), создание оптимального "ролевого ансамбля" группы, т. е. сочетания ученых, функционально дополняющих друг друга в процессе разработки той или иной проблемы, научной программы.

1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   27

Похожие:

Аллахвердян А. Г., Мошкова Г. Ю., Юревич А. В., Ярошевский М. Г. Психология науки. Учебное пособие iconЮридическая психология. Учебное пособие
Учебное пособие подготовлено выдающимся российским психологом-правоведом профессором Юрием Валентиновичем Чуфаровским в соответствии...

Аллахвердян А. Г., Мошкова Г. Ю., Юревич А. В., Ярошевский М. Г. Психология науки. Учебное пособие iconПсихология делового общения : Учебное пособие
Учебное пособие предназначено для студентов, изучающих дисцип­лину "Психология делового общения" как в государственных, так и негосударственных...

Аллахвердян А. Г., Мошкова Г. Ю., Юревич А. В., Ярошевский М. Г. Психология науки. Учебное пособие iconПетровский А. В., Ярошевский М. Г. П 30 Психология: Учебник для студ...
Рао в. С. Мухина; доктор психологических наук, академик рао в. В. Рубцов Петровский А. В., Ярошевский М. Г

Аллахвердян А. Г., Мошкова Г. Ю., Юревич А. В., Ярошевский М. Г. Психология науки. Учебное пособие iconУчебное пособие удк 159. 9(075) Печатается ббк 88. 2я73 по решению Ученого Совета
Зоопсихология и сравнительная психология: Учебное пособие. Ставрополь: скси, 2005. 272 с

Аллахвердян А. Г., Мошкова Г. Ю., Юревич А. В., Ярошевский М. Г. Психология науки. Учебное пособие iconУчебное пособие. М.: Право и Закон, 1997. 320 с. Isbn
Учебное пособие подготовлено выдающимся российским психологом-правоведом профессором Юрием Валентиновичем Чуфаровским в соответствии...

Аллахвердян А. Г., Мошкова Г. Ю., Юревич А. В., Ярошевский М. Г. Психология науки. Учебное пособие iconЗ. фрейд психология бессознательного
Ф86 Психология бессознательного: Сб произведений / Сост,, науч ред,, авт вступ ст. М. Г. Ярошевский.— М.: Просвеще­ние 1990.— 448...

Аллахвердян А. Г., Мошкова Г. Ю., Юревич А. В., Ярошевский М. Г. Психология науки. Учебное пособие iconУчебное пособие Издательство Института Психотерапии Москва
Психология материнства: Учебное пособие. — М.: Изд-во Института Психотерапии, 2002. — 240 с

Аллахвердян А. Г., Мошкова Г. Ю., Юревич А. В., Ярошевский М. Г. Психология науки. Учебное пособие iconУчебное пособие Тамбов 2008 удк 371 (075. 32) Ббк 74. 00я73 Печатается по решению
П 86 Психология и педагогика: учебное пособие / под ред. Л. Н. Макаровой, И. А. Шаршова; Федеральное агентство по образованию; Тамб...

Аллахвердян А. Г., Мошкова Г. Ю., Юревич А. В., Ярошевский М. Г. Психология науки. Учебное пособие iconУчебное пособие Якутск, 2012 Министерство образования и науки Российской...
Лекарственные средства, влияющие на центральную нервную систему: учебное пособие. – Якутск, 2012. – 97 с

Аллахвердян А. Г., Мошкова Г. Ю., Юревич А. В., Ярошевский М. Г. Психология науки. Учебное пособие iconУчебное пособие соответствует требованиям государственного образовательного...
Педагогика и психология высшей школы: Учебное пособие. Ростов н/Д: Феникс, 2002. 544 с

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов