На стороне подростка




НазваниеНа стороне подростка
страница8/24
Дата публикации19.06.2013
Размер3.84 Mb.
ТипКнига
zadocs.ru > Психология > Книга
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   24

^ Поведение взрослых часто усугубля­ет трудности подростков.

Отрочество само подготавливает отделение от родителей еще в латентной фазе — в контролиру­емом виде. Так, в двенадцать-тринадцать лет они могут предложить в виде крайности отправить их путешествовать, родители согласятся, и они уедут на родительские деньги и при их участии. Они приобретают удивительный опыт, не порывая свя­зующей нити со своей семьей (потребность, возни­кающая на разных этапах), которая не мешает им отдалиться, все время, впрочем, сообщая о своих делах. В этом один из секретов, как пережить от­рочество.

Когда мои сыновья стали уходить из дома по своим делам, между ними и их отцом, который хотел их кон­тролировать, возникло напряжение.

— Ты ушел в таком-то часу. Что ты делал?

Ничего страшного в этом нет, если это говорится раз-другой. Мой муж установил порядок «до полу­ночи», а Жан пришел позже. И решил уйти из до­ма. Младший остался, но перестал разговаривать с отцом. Он нашел себе другое прибежище и другое общение.

Молодые люди, которые в 1988 году остаются дома, больше всего ценят семью, верность, любовь, здоро­вье. Это запоздалые подростки.

^ Внешний вид молодых не более чем дань моде. Не групповое ли это самоутверждение, манера одевать­ся, или это самозащита?

Одно связано с другим. Требование быть одинаково одетыми от шести до одиннадцати лет потом, в отро­честве, рождает парадоксальные различия между ни­ми. Именно потому, что они не хотят быть похожими друг на друга внутренне, они носят одинаковую одеж­ду. Они делают вид, что совершенно не интересуются своим внешним видом и мнением своих товарищей, в то время как единственные, от кого они зависят, — это папа с мамой.

На стадии отрочества наблюдается та же са-мая «маскировка»: они мечтают об одежде своего клана, о своем «прикиде» — панки, рокеры, «баба́ кул», «нью вейв»... Подлинную непохожесть моло­дые прячут внутри. Мой сын Жан никогда не об­ращал внимания на то, что он носит... кроме обу­ви: ему хотелось иметь остроносые ботинки — тогда такие были в моде. Он носил безвкусные, на мой взгляд, вещи. С подметками плохого качества. Они быстро снашивались. Но остроносые ботинки были для него чем-то вроде фетиша. Меня это удивля­ло. У мальчиков бывает гомосексуальный период, когда они проявляют преувеличенное внимание к своей одежде.

^ Наблюдение противоречивого свойства. Значение обуви для разутого поколения... Молодым нравится ходить босиком круглый год.

Современные мальчики придают большее значе­ние обуви, чем девочки. Они покупают чилийскую и бразильскую обувь. У моих детей были деньги на по­купку одежды. Они сами ходили в магазины и поку­пали себе вещи. Однажды Жан попросил меня пойти с ним, чтобы продавщица на него «не давила»: «Ты не будешь на меня давить. А она хочет, чтобы я купил то, что мне не нравится». Он говорил «да», что бы ему ни предлагали.

— Ты со всем соглашаешься.

— Я соглашаюсь, потому что жду, что ты решишь за меня.

Гриша совершенно не интересовался тем, что и как на нем надето. Он мог купить пуловер и прийти до­мой с разорванным рукавом, даже не помня, за что он зацепился.

— У тебя порван рукав...

— А-а, зато не жарко!
Отрочество — очень подходящее время для того, чтобы научить подростка как можно раньше нести за себя ответственность, не споря с ним.

Не оспаривать — не значит одобрять. В атмосфере взаимного доверия глобальное отрицание есть взаим­ное право. Не глобальное отрицание личности, нет, речь идет об отказе от общих установок, когда люди уславливаются о сосуществовании при явных разно­гласиях между собой и делают это при открытых две­рях.

Когда молодые хотят покинуть семейную среду и испытывают трудности: им уже восемнадцать — двадцать лет, а взрослые злоупотребляют своей властью, — тогда и рождается этот варварский неологизм «парентэктомия» (семейное хирургиче­ское вмешательство), будто речь идет об ампута­ции.

Парентэктомия! Хирургический образ выглядит жестоко, но он правильно выражает необходимость «резать по живому», чтобы запоздалый подросток смог наконец освободиться от семейных пут.

^ Ваше отрочество? Что более всего запомнилось вам о той поре?

Терпение. Я знала, что должна ждать. Я знала, что уйти не могу, у меня не было ни единого су, я даже не могла купить билет на автобус. У меня не было никакой свободы для маневра. И я терпеливо сносила свое положение, имея в виду единственную перспек­тиву — получить возможность жить сама по себе, ког­да достигну совершеннолетия.

Если у подростка есть какой-нибудь проект, пусть даже долгосрочный, это его спасет. Нужно, чтобы что-то питало его замыслы. Это то, что делает ожидание терпимым, когда ты в чистилище юности, в состоянии бессилия и экономической зависимости. Мать помог­ла мне понять то, чего именно я хотела, самим фак­том своего сопротивления.
II часть

Время испытаний

Если бы обществом поощрялось стремление подростков к самовы­ражению, это поддержало бы их в трудный период роста.

^ Франсуаза Дольто

9 глава

Бунтовщики от психиатрии.
Молчаливый психоанализ

Педиатры медицинских учреждений, специа­лизирующихся на подростковом возрасте, замечают разрыв между внешним безразличием подростка и несформулированным желанием стать объектом врачебного интереса.

Гинеколог Давид Элиа ведет работу в ассоциации «Пять миллионов подростков». Он изучает поведе­ние подростков, какую бы социально-культурную среду они ни представляли. Налицо общие черты у представителей молодого поколения всех стран.

Опрошенные педиатры замечают одну и ту же особенность: подростки (больше мальчики, чем де­вочки до пятнадцати лет) приходят по причинам соматического характера (проблемы возмужания, угри, сколиоз, астения). Они молчат, стоят, опу­стив голову. А потом эти юноши и девушки жалу-ются, что педиатры интересуются не ими, а толь­ко тем, с чем они пришли на консультацию.

И уходят разочарованными, если с ними всерьез не поговорили. Но педиатры не могут отвечать на вопро­сы, которых им не задают. Спрашивающей стороной должны быть подростки, но они молчат. Контакт не устанавливается.

Американцы создали специальные службы для старшеклассников. Так же как есть специальные службы для раннего возраста, старческого и т. д. По мнению профессора Дешампа из Нанси, это не при­мер для подражания. Он сомневается, хорошо ли для Франции то, что хорошо для Соединенных Штатов: слишком много гипноза, лекарств, транквилизато­ров, чтобы снять страхи. Вместо того чтобы по­говорить с подростком, врач норовит выписать ему успокаивающее.

Точно так же поступают с детьми, которые не могут заснуть: пихают в них таблетки, в то время как доста­точно просто поговорить с ними — как у них дела, что не получается. Если у подростка сложилось настолько негативное восприятие врача, то лишь потому, что пе­диатр не проявил ожидаемой от него тонкости, оказав­шись просто инструментом власти или просто «тупым», он не понял, что молодые люди, которые приходят на консультацию, ждут от него чего-то большего, чем ре­цепт на болеутоляющее средство. Взрослые совсем не думают о роли слова в отношениях с подростками, так же как они не думали об этом, когда те были грудны­ми детьми. Надо бы спросить: «Девочки бросают тебя или ты бросаешь их?» Это хороший вопрос. Или так: «Твои приятели ходят куда-нибудь только с мальчи­ками или есть такие, кто ходит с девочками?» Не надо прямо спрашивать о самом подростке. Гомосексуаль­ность подростков — явление нормальное. Они всегда очень боятся, что с ними начнут говорить о «педиках», это для них оскорбление с тех пор, как они стали хо­дить в детский сад. «У тебя приятели дружат только с мальчишками или кто-нибудь встречается и с де­вочками? С любимыми?» Тогда подростки начинают говорить с вами о других. Вот направление, в котором нужно думать, которое позволяет установить диалог и вызвать на ответ. Разговор о товарищах помогает перейти к разговору о нем самом.

Возьмем такой пример: мальчик встречается с де­вочкой, которая, не будучи гомосексуальной, дума­ет, что ей нравятся девочки. Между ними возникает что-то вроде дружеского соучастия. Они встречают на улице двух девочек. Она говорит: «Ты выбираешь ту, что слева, я — ту, что справа». Она как бы становится мальчиком, чтобы стать еще ближе к нему. Мальчик тут же рассказывает об этом своим родителям, в то же время он замыкается в себе, когда слышит прямой во­прос о своих сексуальных делах.

Наблюдения или суждения о других часто помога­ют подростку рассказать о себе, но не напрямую. И еще надо бы, чтобы мальчик или девочка были уверены в том, что педиатр ничего не скажет родителям.

Когда они идут на общий осмотр, они знают, что пришли, чтобы обследовать свое «физическое со­стояние», о котором будут говорить с родителями. Это родители должны сказать своим детям: «Теперь ты уже большой и должен сам говорить с врачом». И лучше с врачом-мужчиной, чем с женщиной. Ко­гда дети маленькие, матери любят консультировать­ся с докторами-женщинами. И все равно продолжают ходить к тому же врачу, когда дети стали подростка­ми. Это хорошо для девочек и очень плохо для маль­чиков.

Юные очень недоверчиво относятся к взрослым, которые на них «давят». Образ доктора тоже связан с подавлением. Это продолжение страха перед жан­дармом и сказочным страшилищем. Сколько себя помнят, дети только и слышат: «Придет доктор, сде­лает тебе укол» или «Если не будешь спать, доктор даст тебе микстуру» (подразумевается: с тобой распра­вится). Доктор — это дяденька или тетенька, надева­ющие «таблеточную» смирительную рубашку.

Ни одно юное существо не может преодолеть рифы отрочества, не за­думавшись о смерти, ибо оно долж­но умереть относительно своего дет­ства — смерть представляется ему в метафорической форме суицида.

Лекарства всегда связаны с риском суицида, по­тому что с того момента, как врачи об этом загово­рили, все кончено. Чем больше ему дают таблеток, тем скорее молодой человек может прийти к мысли о самоубийстве — таблетки ведь могут кончиться... Врач не воздействует словами, а обращается к та­блеткам — торможению фантазмов, как будто эти видения у подростков — уже действия. А это может быть еще опаснее для подростка, потому что фарма­кологические предписания драматизируют ситуа­цию. Пусть ему скажут: «Сейчас у тебя самый плохой период в жизни. Ты не был бы подростком, если бы не думал о самоубийстве». И это так: ни одно юное существо не может преодолеть рифы отрочества, не задумавшись о смерти, ибо оно должно умереть от­носительно своего детства — смерть представляется ему в метафорической форме суицида. И тогда под­росток нуждается в ком-то, кто помог бы ему пере­жить это видение, кто дал бы ему возможность вы­плеснуть его наружу, «социализировать». «Если ты не признаешься в этом, ты не сможешь пройти эту стадию». Необходимо думать о физической смерти, чтобы перейти на новый уровень, вот чего он дей­ствительно хочет, речь идет не о теле, а о сердце и душе, но подросток об этом не знает. Ему необходимо поговорить об этом со взрослым, который не боится разговаривать с ним о смерти.

Дать лекарство, которое помешает молодому чело­веку думать об этом, — значит драматизировать ситу­ацию, будто тот, кто прописывает это лекарство, боит­ся стать сообщником вероятного самоубийства моло­дого человека. Смерть во всех ее измерениях рождает жизнь. Недаром в пруд запускают хищников — чтобы могли жить карпы и уклейки. Сколько людей живут за счет индустрии смерти! Это очень важно — гово­рить о смерти.

Работать с подростками — значит помогать им пережить идею смерти с некоторым риском неблаго­приятного исхода. Если он вероятен, тут уже может помочь психоаналитик.

Каков тот взрослый, который может поддержи­вать диалог с подростком в трудный период его жиз­ни, — не лучше ли, если это будет человек немолодой, в возрасте дедушки? Человек, который старше учи­телей и родителей, у которого более естественные отношения с подростком. Меньше тревоги, больше заинтересованности?..

Множество подростков, преодолевших этот период, говорили, что понимал их в это время кто-то очень не­молодой. Как они бывают потрясены смертью дедушки или бабушки! «Он (или она) был(а) единственный(ая), кто меня понимал(а)!», «С бабушкой было проще». Или совсем коротко: «Дедушка был что надо».

^ Лекарства для молодых — тяжелый прессинг. «Мерзость». «Это ничего не дает».

Такое отталкивание легко объяснимо. Они пре­красно знают, что лечить надо не тело. Происходит мутация, процесс адаптации к новому мышлению.

Лекарства ориентированы на тело: побольше же­леза, магнезии, лития. Молодые чувствуют, что хими­ческие реакции ничего не решают и, по сути, ничему помочь не могут.

Слово, которое нужно иметь в виду: линька, мута­ция — это естественное состояние болезни. Во время линьки нельзя, чтобы все было хорошо. Ситуация нестабильная, и о ней трудно говорить. Линька не может происходить без риска и ломки. Так что нуж­но понимать отказ подростков принимать предпи­санные лекарства: если есть шанс быть немножко больным — это лучше, чем не быть вообще. Они да­же довольны, что немножко больны физически, по­тому что тогда они снова становятся как все люди. В период мутации они чувствуют себя отверженны­ми. Опыт других ничему не служит. Смерть другого человека не научит вас умирать, рождение другого не поможет вам родиться. По сути, подростки хотят вылезти из этого сами, без постоянного присутствия кого-то рядом.

Напротив, состояние мутации ставит их в еще большую зависимость от других. И правда, очень жаль, что у подростков не существует другой возмож­ности жить где-нибудь еще, кроме своей семьи.

^ Африканцы, масаи например, это хорошо пони­мали, потому что устраивали за пределами дерев­ни лагерь для подростков, для мальчиков (будущих воинов) и девочек вместе.

Самостоятельности детей в латентный период и в подростковый период мутации мешает трево­га взрослых. И больше всего та, которая обуревала в этом возрасте самого взрослого, так как он бывает убежден, что ребенок в свою очередь переживает то же самое, и взрослый передает подростку «неспособ­ность», «мучительное состояние».

^ Девочки более озабочены угрями, чем мальчики.

Чистота кожи выражает у детей их непроговорен­ное состояние. Экзема может означать желание пере­мен. Шелушение кожи и неприятие чего-либо означа­ют недостаток чего-то необходимого. Астения может проявиться у ребенка, которого покинула мать, и он перестал ощущать ее запах. У подростковых угрей примерно та же природа. Мне знаком такой случай: мальчик по имени Жан-Пьер в тринадцать лет на­ходился в той стадии пубертатного периода, которая соответствует одиннадцати годам, — мутации голоса не было, волосяной покров не проявлялся. Он гово­рил мне: «Не понимаю, почему я высокий блондин, а отец у меня маленький брюнет, и мать тоже». На одном из сеансов психотерапии он мне заявил: «...Ко­гда я был маленький, я не был ребенком. Сначала я был собакой». — «Как это, собакой? Собака никогда не смогла бы превратиться в человека. Вы наверняка были маленьким человеком, детенышем человече­ского рода». Он помнил, что его принесли в корзине. «Я был собакой. Доказательства? От тепла моего тела растаяла пачка масла, которая была у меня в корзин­ке». Я встретилась с его отцом. Он и его жена усы­новили мальчика, когда ему было четыре года. Они жили в Париже. Летом, чтобы ребенок подышал све­жим воздухом, родители оставили его у своих друзей, у которых была ферма. Обратно его отправили, как комнатного пуделя, в корзине. Приемные родители так и не решились открыть ему тайну происхожде­ния. Боялись «потерять лицо». С того момента, когда это перестало быть тайной и отец все рассказал Жан-Пьеру, у него часто стали появляться угри. Жан-Пьер спросил меня, может ли он поговорить об этом со сво­ей приемной матерью. «Она должна это знать».

Эта женщина ответила так: «Смотри, я могу пока­зать тебе мое платье для беременности, твои первые башмачки...»

Жан-Пьер пересказал мне эту сцену и заключил: «Она все еще думает, что я ее ребенок!»

Угри прошли через несколько недель. Сменил ко­жу, хотя рисковал потерять лицо, как его родители. Собака не пойдет на такой риск.

^ Каждый второй подросток страдает бессонницей.

Если подросток чем-нибудь занимается, когда не спит, что-то делает ночью, это уже не бессонница. Мало кто это понимает. Но это нормально — жела­ние жить в контрритме именно в этом возрасте. Им хочется жить по ночам. Есть множество радиостан­ций, которые работают по ночам. Взрослые драмати­зируют это, вместо того чтобы использовать. «Слушай музыку в наушниках». Непосредственная информа­ция может помочь молодому человеку, который слу­шает передачи. Мальчик звонит из своей комнаты на студию и говорит по телефону о своих проблемах. Это запоздалые подростки, которые обычно остают­ся таковыми до двадцати — двадцати одного года. Молодые люди постподросткового возраста, которые сидят дома, кажутся родителям апатичными или не­понятными.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   24

Похожие:

На стороне подростка iconНа стороне подростка
Д65 На стороне подростка / Франсуаза Дольто; [перевод с фр. А. К. Борисовой; предисл. М. М. Безруких]. — Екатеринбург: Рама Паблишинг,...

На стороне подростка iconНа стороне подростка
Д65 На стороне подростка / Франсуаза Дольто; [перевод с фр. А. К. Борисовой; предисл. М. М. Безруких]. — Екатеринбург: Рама Паблишинг,...

На стороне подростка iconБюрократия могильщик СССР
Но главное в том, что делается на противоположной стороне, на стороне обворованных

На стороне подростка iconАннотация: Эта популярная, ставшая бестселлером книга, дополненная...
Доктор Кэмпбелл предлагает способы, с помощью которых вы сможете выработать целостный подход к воспитанию подростка, а также помогает...

На стороне подростка iconКласс паукообразные arachnoidea
Кровеносная система незамкнутая, сердце находится на спинной стороне. На брюшной стороне — нервная цепочка из частично слившихся...

На стороне подростка iconГеометрия. 9 класс. Задачи повышенного уровня подготовки
Задача: в треугольник abc вписан равнобедренный прямоугольный треуголь­ник def так, что его гипотенуза df параллельна стороне ас,...

На стороне подростка iconДина Ильинична Рубина На солнечной стороне улицы «На солнечной стороне улицы»
Новый роман Дины Рубиной – новость во всех смыслах этого слова: неожиданный виртуозный кульбит «под куполом литературы», абсолютное...

На стороне подростка iconУчастков мировых судей ростовской области ворошиловский район города ростова-на-дону
Страны Советов в западном направлении по северо-восточной стороне железной дороги, проходящей вдоль улицы Нансена, включая путепровод...

На стороне подростка iconВсадника
Обучение движению ребенка, подростка и взрослого человека

На стороне подростка icon-
Целью исследования является определение воздействия методов самосовершенствования Фалунь Дафа на личность подростка

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов