Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя




НазваниеПервая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя
страница14/30
Дата публикации20.02.2014
Размер5.45 Mb.
ТипКнига
zadocs.ru > Военное дело > Книга
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   30

Удивлённая Равена провожала взглядом удаляющихся длинными прыжками противников. Для них это был весьма странный поступок, хотя он пришёлся как разко времени – надо было отдохнуть. Воительница с удовлетворением заметила, что сражаться здесь пришлось ничуть не меньше, чем в Крепости Гноллов, а может даже предстоит и больше, но она менее устала и практически не заработала ран. И тут девушка услышала вздох позади себя, прямо над самым ухом. Сердце упало в пятки и замерло там, когда Равена обернулась. В тупике стояли призраки рыцарей, убитых три сотни лет назад. Они вздыхали, и эти вздохи впитывал камень. Они были прозрачны и невесомы, будто причудливые облака пара. Тот, который стоял рядом с Равеной прошептал: «Вместе…Покой…» Тихий голос исходил будто не от призрака, а был принесён оттуда – из загробного мира – случайным ветром.

– Думаю, он просит найти того, предателя, – почесала макушку Имоен.

– О, несомненно! Только сначала я всех вас «подштопаю», – издевательские нотки промелькнули в голосе Джахейры.

«Штопать» пришлось много. В основном это были ожоги от огненных стрел. Бросив взгляд на призраков, команда снова заплутала по лабиринту катакомб. Вздохи и шёпот неслись им вслед. «Вместе… Покой…»

Друзья пробивали себе путь через толпы кобольдов. Приключение давно перестало казаться интересным. Каждое движение заставляло морщиться от боли и усталости.Сколько времени прошло с тех пор, как они спустились под землю, никто не знал, но всем казалось, что прошла целая вечность.

– Всё. Я больше не могу, – Имоен опустилась на пол по стене. Огненные стрелы прожгли в двух местах доспех, натягивать тетиву стало неимоверно трудно. – Я валюсь с ног. Давайте хоть чуточку отдохнём.

– Хорошо, – кивнула Равена, у неё самой болело бедро.

Пока Джахейра занималась своим привычным делом, полудроу решила заглянуть за поворот, узнать, что их там ожидает. Оттуда тоже решил выглянуть кое-кто… или точнее это было кое-что. Равена в страхе отпрянула назад. На неё двигался высохший скелет, опираясь на потрескавшуюся алебарду. На нём не было уже ни клочка одежды, лишь проржавевший доспех прикрывал пожелтевшие кости. Пустые глазницы приковали к себе взгляд воительницы. «Вместе… Покой… Доспех…» – долетел из загробного мира хрип предателя. Внезапно скелет атаковал Равену, но она была быстрей. Через миг голова бывшего рыцаря слетеласплеч, и бренные останки рассыпались в прах, оставив лишь доспех на каменном полу.Его аккуратно завернули в плащ, чтобы вернуть рыцарям хоть что-то от их бывшего друга.

Возвращаться оказалось легче благодаря смекалке Имоен: она решила ставить метки на стенах, как она в них что-то понимала, было известно только ей, но к рыцарям они вернулись быстро и почти без проблем. Когда проржавевшая сталь была передана убитым рыцарям, последний вздох освобождения вырвался из призрачных уст: «Спасибо…» Рыцари обрели покой. Вместе…

– Эх, жаль По не увидел этого, – помощь легендарным защитникам прибавило Имоен сил. – Что ж пора бы и нам поискать отсюда выход.

Со словами девушки не спорил никто. Проблема была в том, что никто не помнил, где они спускались под землю. Лабиринт сделал своё дело. Они заблудились. И почему никто сразу не догадался делать пометки по пути?

Через некоторое время бесцельного брожения по коридорам, Джахейра поинтересовалась у Равены:

– Ты слышишь разговор?

– Да. Слов не разобрать, но слышу чётко, что общаются два существа. У одного голос писклявый, как у ребёнка, а у другого грудной бас. И происходит разговор где-то вон там, как мне кажется.

– Я разведаю, – Имоен скрылась в тени и побежала вперёд команды.

– Будь осторожней!

Остальные медленно продолжали путь. Имоен ставила пометки, куда надо свернуть. Полуэльфы слышали, как прекратился разговор, как скрипнули петли тяжёлой двери, как грубый голос начал произносить что-то нараспев. Можно было уже разобрать отдельные, пусть и непонятные слова.

– Эт-то заклинание! – изумился Халид. – Н-но почему…

– Он обнаружил Имоен! – не дослушав мужа, сделала вывод Джахейра.

Равена уже неслась на помощь сестре. За время путешествия с Дайнахейр девушка хорошо запомнила слова этого заклинания. Это заклинание хотел прочитать Красныймаг Эдвин во время битвы с ведьмой из Рашемана. Этим заклинанием Дайнахейр выжигала отряды кобольдов в шахтах Нашкеля. Огненный шар. Её сестра была в большой опасности.

– Имоен! – что было мочи заорала воительница.

Из дверного проёма в стене, вдоль которой бежала Равена, вырвалось пламя. Ударной волной лёгкое тело Имоен отбросило далеко в коридор. Не помня себя от страха за жизнь родного человека, полудроу кинулась к сестре. Волосы девушки сильно опалило, доспех дымился, кожа кое-где начала пузыриться. Подбежала Джахейра и молча начала колдовать над Имоен. В дверном проёме стоял огромный огр и басом произносил непонятные, но знакомые слова. Очередной огненный сгусток рос в руках у чудовища, готовясь сорваться во врагов. Откуда-то из коридора прилетела зеленоватая магическая стрела и зашипела, разъедая плоть огра. Чудовище вскрикнуло и злобно уставилось в коридор. Оттуда выскочили два воина-мужчины. Полуэльф полоснул огра мечом, оставив на щиколотке тому глубокий порез. Громила-человек с хомяком на плече ударил врага сзади под колено булавой. Огр не удержал равновесия и грохнулся на пол. Тут булава Минска и добила его.

Равена была рада помочь своим друзьям, но боялась даже на миг оторвать взгляд от лица Имоен. Ресницы девушки дрогнули, и она открыла глаза.

– Как ты? – задала вопрос полудроу, зная, насколько он глуп.

– Больно… Горит…

Тлеющие доспехи были давно уже сняты с неё и дымились в углу. Одежда была местами прожжена.

– З-здесь д-дверь! – крикнул Халид.

– Нужно уходить. Куда бы она ни вела, – Джахейра серьёзно смотрела на Равену.

– Уходим, – твёрдо сказала воительница.

Минск, казалось, и не заметил веса девушки. Рашеманец подхватил Имоен на руки, как пушинку. Лук перекинула через плечо Равена, а вот колчанам не повезло – оперенье стрел вспыхнуло, оставив жуткие ожоги на бедре и спине лучницы. Чтобы ни было за этой дверью, они должны найти выход и хорошего целителя. Джахейра сделал всё, что могла.

Дверь поддалась не сразу. Друзья прошли через короткий, узкий и низкий туннель, и пред их взором предстала благоустроенная комната с мягким ковром на полу, креслом-качалкой возле горящего камина и другими вещами обыденной жизни. Судя по размерам комнаты и высоте потолка, они оказались в жилище полурослика.

– Положите Имоен на диван, я поднимусь и разузнаю, что там за обстановка, – голос Равены был твёрд, как никогда прежде.

– Тебе нельзя идти туда одной, – всё же возразила Джахейра. – Ты не должна…

– Должна! – отрезала полудроу. – Из-за меня мой самый дорогой человек при смерти!

– В путешествии может случиться что угодно. Нельзя винить себя во всём, что случается с тобой или теми, кто идёт рядом.

– «Путь ис-скателей приключ-чений выстлан колюч-чками», – так когда-то с-сказал мне твой п-приёмный отец, – Халид встал рядом с Равеной, выражая готовность подняться наверх вместе с подругой.

Воительница улыбнулась: Горайон так часто говорил и ей эту фразу. Она означает, что, если уж ступил на путь приключений, будь готов не раз уколоть себе ногу до крови.

– Эй! Кто вы такие?! Что вы делаете в моём доме?! И как вы вообще попали сюда?

– Через потайную дверь за книжным шкафом, – смущённо ответила Равена. Как вот теперь объяснить этому полурослику, что они вовсе не бандиты.

– Так вы прошли через него... – маленький мужчина задумчиво посмотрел в чёрный ход позади отодвинутого шкафа. – Ой! Кажется, я немного проговорился. Вы можете рассказать всем про моего большого друга и его лающих прихвостней, поэтому оставлять вас в живых опасно.

Наверное, у полурослика был какой-нибудь тайный трюк, который, как он был уверен, поможет ему справиться с группой вооружённых людей одним ударом. Как бы то ни было, воспользоваться он им не успел, потому что Дайнахейр метко запулила в него чернильницей, и хозяин дома кубарем скатился вниз.

Не прошло и нескольких секунд, как в дом ввалилась целая толпа полуросликов с дубинами, топорами и другими тяжёлыми вещами, которые попались под руку. Кое-где в толпе возвышались вилы, а одна женщина в первом ряду держала на изготовке золочёный подсвечник о пяти рожках.

К счастью они выслушали всё, что сказали им искатели приключений и попросили пройти с ними к старосте. Как выяснилось, катакомбы Моста Файервайн соединялись с деревней полуросликов Галликин. Долгое время деревня страдала от набегов кобольдов. Никто и никак не мог вычислить, откуда эти бестии появляются. Подумать только: среди них был предатель! Гэндолар Лакифут – староста деревни – приказал на месте повязать предателя и посадить под замок для дальнейшего обсуждения, что с ним сделать. Далее он распорядился, чтобы пришли клирики из храма Йондаллы.

Команду расположила у себя та самая женщина с подсвечником. Она оказалась той ещё болтушкой и, пока клирики залечивали ожоги Имоен, прожужжала друзьям все уши. Правда потом она компенсировала свою надоедливость прекрасным ужином. Маленькие лекари посоветовали не трогать больную сегодня, поэтому хозяйка дома засуетилась, расстилая на полу постели для гостей.

Равена почти не спала. Ей всё чудилось, что Имоен стонет от боли, что отодвигается шкаф и из чёрной дыры позади него вылетает огненный шар. После тщетных попыток заснуть девушка просто села у камина с книгой, да так и прочитала до утра.

Только лишь взошло солнце, как непоседа Имоен вскочила с диванчика. Спать на нём было неудобно, но она чувствовала себя лучше. Благодаря стараниям служителей храма Йондаллы, ожоги сошли, и лишь на спине под вспыхнувшим колчаном остался небольшой след. Опалённые волосы пришлось обстричь ещё короче. Курносая девушка-полурослик с профессиональной скоростью обровняла кончики волос Имоен, которые от постоянного нахождения на солнце выгорели и приобрели почему-то розоватый оттенок. Теперь под ними еле скрывались уши. К слову, эта причёска очень шла Имоен и очень хорошо отражала её характер.

Хозяйка суетилась возле плиты и всё всплёскивала пухленькими ручками, глядя на Халида и всех представительниц женского пола.

– Какие худенькие! Голодом себя морите что ли? Какие у вас силы будут, если тела нет? Вот свининка. Берите. Картошечка. Сейчас пирожки подоспеют.

Одобряла она лишь Минска и по-товарищески хлопала его по плечу. Правда, чтобы достать до плеча даже сидящего следопыта, ей приходилось вставать на носочки.

– Давай-давай, наяривай. Покажи всем этим щепкам, как должен питаться настоящий воин.

Бу, наевшийся до отвала крекеров, спал маленьким пуховым комочком на стопке салфеток.

От этой женщины веяло добротой и домашним уютом. У всех сразу потеплело на сердце, и развеялся неприятный осадок вчерашнего дня. Хоть хозяйка и ворчала, что они почти ничего не ели, друзья вышли из-за стола с наполненными до отказа животами. По уходу женщина всё же всучила Имоен свёрток с тёплыми пирожками, а местный кузнец подарил колчан со стрелами. Гэндолар Лакифут объяснил, как лучше пройти в Нашкель. Нужно идти на запад через развалины школы Улькастера до дороги, а там до Нашкеля рукой подать. Сердечно поблагодарив маленький народец за гостеприимство, команда покинула Галликин.

Деревня полуросликов стояла на холме. Очень удобно – видно любого приближающегося врага. Жаль, что они не смогли рассмотреть этого врага у себя в тылу. Обсуждая неправильные действия в катакомбах под Мостом Файервайн, Равена с друзьями продвигались по холмистой местности.

На горизонте показались руины магической школы Улькастера, а у подножия одного из близлежащих холмов разбила лагерь другая группа искателей приключений. Один из них увидел шестерых путешественников и толкнул сидящего у костра дворфа. Тут же они все встали и взялись за оружие. Полудроу знала наверняка, что эта колючка на пути обязательно сейчас вопьётся в её ногу.

– Трудно же было тебя разыскать, – помахивая топором, заговорил дворф. – Но, наконец-то, мы встретились. Бедная, бедная, несчастная Равена! Думаю, что ты даже не догадываешься, почему сейчас сдохнешь.

– Как жаль, – обнажила меч воительница. – Хотя перед смертью мне очень хочется узнать, кто же так страстно желает моей гибели?

– Ты думаешь, я выдам тебе своего хозяина? – сплюнул дворф. – Хрен тебе! С тебя хватит узнать, что меня зовут Молкар, и я – твоя смерть.

Ярость закипела в груди полудроу, девушка не видела, что творится вокруг. Мир исчез для неё, остался лишь враг, который должен умереть. Ни страха, ни уважения не вызывал у неё этот дворф. Не было и ненависти. Всего лишь презрение. Молкар был бойцовским псом, который по приказу хозяина убьёт собственную мать.

Мощный удар обрушился на щит убийцы, но сила дворфа сдержала его. Равена парировала удар топора и снова атаковала, но враг снова загородился щитом. Оба воина были сильны. Однако парировать низкие удары дворфа девушке было крайне неудобно. Молкар так и метил по ногам соперницы. Равене вдруг подумалось, что сам он не ожидает атаки именно туда. Она резко присела и подсекла убийцу понизу. Стальные поножи не позволили отрубить ноги, да и удар был не сильный, но этого хватило, чтобы дворф упал на спину. Молкар поднял щит для встречи с мечом, но понял, что это бесполезно. Его жертва улыбалась ему той самой улыбкой, которая заставила полуогра визжать, как девчонка. Острие прошло через прорезь для глаз закрытого шлема. Кровь обагрила спутанную рыжую бороду.

Равена оглянулась вокруг. Минск добивал последнего врага.

На теле Молкара не обнаружилось записки. Возможно потому, что дворф был более предусмотрителен. Возможно потому, что заказчик встречался с ним самолично. Или заказчик просто сменился. Ведь не мог желать Тазок её смерти до того, как она помешала ему в шахтах Нашкеля. Возможно тот, кто хотел её смерти сначала, всего лишь мелкая проблема по сравнению с той бедой, в которую она ввязалась теперь. И он просто ждёт, когда более могущественная сила раздавит её, как букашку. Невесёлые мысли окутали Равену. Она хмурилась, отвечала на вопросы невпопад и большую часть пути промолчала.

Ближе к вечеру команда нагнала одиноко бредущего по дороге гнома. Гном представился не иначе, как «Хафиз бин Ватат – астролог, учёный и маг». Он был удивлён тем, что узнал Равену. Он видел её в своих снах несколько раз, и каждый сон с ней был наполнен кровью. И ещё: будто бы за ними наблюдал третий, злой человек, который следил за каждым их шагом. И ни разу сон не закончился хорошо. В конце их всегда настигала смерть. Или Равену, или его самого. Остаток пути до дороги Хафиз бин Ватат был погружен в исследование прошлой жизни Равены. Девушка рассказала, как Горайон привёл её в Кэндлкип, как она познакомилась с Имоен, как обучалась в библиотеке, как ей и её приёмному отцу пришлось бежать из дома, как его убили, как она повстречала друзей, как они спасли шахты Нашкеля. Умолчала она только о том, что они собираются делать дальше. Хафиз слушал очень внимательно, не перебивая, пытаясь найти связь между своими снами и жизнью Равены.

У небольшой тропинки, что отходила от их пути в сторону, гном сообщил, что ему туда, и протянул воительнице свиток.

– Всё, что могу тебе дать, – «астролог, учёный и маг» поправил сумку через плечо. – Это заклинание оградит тебя от всех проявлений магии. Ну, или почти от всех.

Неизвестный гном видел её во сне. Сам Эльминстер говорил, что ей уготовано оставить след в истории Побережья Мечей. Горайон увёл именно её из Кэндлкипа. Именно из-за неё убили её приёмного отца. Именно её пытались саму столько раз убить. Всё это не может быть просто совпадением. Здесь кроется какая-то тайна. Равена вдруг поняла, что выяснение этой тайны и будет самым увлекательным приключением в её жизни. Помогая Джахейре и Халиду, она действительно может оставить свой след, уничтожив Железный Кризис. Но как тогда связаны смерть Горайона, охота на полудроу и сон Хафиза? Столько секретов вокруг её персоны интриговали, но она не спешила делиться своими наблюдениями, ибо они её также и пугали.

Когда наступила ночь,команда остановилась на привал недалеко от дороги. Небо было чистое и звёздное. Пирожки хозяйки-полурослика закончилась по дороге. Из провизии осталось немногое, поэтому пришлось довольствоваться сыром, вяленым мясом и сухарями. Равена была погружена в раздумья о последних днях. Она слышала разговор друзей, будто во сне. И ей показалось, что среди их голосов прозвучал тот самый голос из её кошмаров. «Ты научишься…» Девушка вздрогнула.

– Что-то не так, Равена?

– Нет, всё в порядке, Имоен, – по взгляду названой сестры полудроу поняла, что та ей не верит. – Ладно, не всё в порядке. Точнее всё не в порядке…

– Ты из-за этих убийц? Брось! Ты правильно поступила.

– Да, наверное. Я чувствую себя пушным зверем, которого вытурили из норы, чтобы убить, и свора охотничьих собак уже почти кусает за задние лапы.

– Ну, тогда ты зверь с очень ценным мехом, раз ты каждый раз уходишь от погони, а охотники не отзывают собак.

– Зато выпускают всё новых.

– Более обученных и умелых. Да. Разве это не доказывает, что они поняли, с кем связались, и что ты не дашься им просто так.

– Не дамся. Главное, чтобы под удар вместе со мной не попали мои друзья.

– Помнишь, что сказал Эльминстер там, на развилке? «Если у тебя есть друзья, то отчаяние тебе ни к чему». Мы же знаем, что ты всегда вступишься за нас, а мы…

– Равена, Имоен, кто-то приближается, – послышался голос Джахейры.

Четыре всадницы свернули с дороги прямо на стоянку искателей приключений. Они остановились у самого костра, но не торопились спешиваться. У двоих к сёдлам были пристёгнуты мощные длинные луки, а двое носили плащи храмовых служителей с эмблемой, которую Равена никогда не видела.

– Есть ли среди вас некая Равена? – вместо приветствия крикнула одна из женщин.

– Ну, допустим, это – я, – только что откушенный кусок вяленого мяса никак не хотел разжёвываться.

– Сними капюшон, – приказала вторая.

Равена нехотя повиновалась и с вызовом посмотрела им в глаза. Всадницы нехорошо ухмыльнулись, одна из лучниц брезгливо скривилась. Первая говорившая ловко спрыгнула с лошади.

– Я и мои девочки ищем тебя уже много дней. Нам нужно передать тебе сообщение: «Вы все должны умереть!»

– Прямо сейчас? – жующие челюсти придавали полудроу беспечный вид. – Можно мы хотя бы поужинаем? А то с утра во рту ни крошки.

– Ты наглая, девочка, – встала рядом с подругой вторая наездница.

– Тем и выживаю, – пожала плечами Равена.

– Имоен, – шепнула Джахейра. – Не отходи от меня далеко.

– И какая же причина сего жгучего желания меня укокошить? – упрямый кусок наконец-то поддался, и девушка поспешила его проглотить.

– Ваше вмешательство в дела Железного Трона. Оно хоть и не было безрезультатным, однако осталось до смешного незаметным. Ваша смерть будет означать, насколько ничтожны были ваши усилия. Довольна, девочка? – женщина смотрела на неё с явным превосходством.

– Вполне. Только вот я никак не пойму, почему ты так уверена, что убьёшь меня?

Этот вопрос поставил в тупик самоуверенных всадниц.

– Никому до тебя этого сделать не удалось, – продолжала Равена. – Я предлагаю тебе забрать своих амазонок и убраться подобру-поздорову туда, откуда ты только что пришла.

– Ты смеешь оскорблять меня! – зашипела она, и лица её спутниц вспыхнули гневом. – Теперь я вдвойне хочу убить тебя.

– По крайней мере, теперь ты сделаешь это наполовину по своему желанию, а не только потому, что твой хозяин сказал: «Фас!» – презрительно бросила полудроу и сделала шаг назад к друзьям.

Раздались первые слова заклинаний. Халиду удалось повалить одну из служительниц ударом щита, вторая же довела до конца задуманное. Минск и Джахейра замерли на месте. Друид, хвала богам, успела наложить заклинание на Имоен, и кожа девушки стала похожей на древесную кору. Лучницы-амазонки остались в сёдлах и вскинули луки, но стрелы сломались о «каменную кожу» Дайнахейр. Поняв, что ей не навредить, одна из женщин переключилась на Минска. Зря она обидела друга ведьмы из Рашемана. Камень, пущенный из пращи, выбил женщину из седла, а затем мощная струя огня оставила на земле лишь обугленный труп. Падение подруги отвлекло вторую лучницу, за что она и поплатилась. Стрела Имоен попала в плечо, лишив женщину равновесия. В этот момент лошадь встала на дыбы, испугавшись магического огня, всадница не успела схватиться за вожжи и тоже оказалась на земле. Все четыре скакуна бросились прочь галопом. Увы, но нога лучницы застряла в стремени. Крик несчастной заставлял лошадей нестись всё быстрее. Мучительная и ужасно нелепая смерть. Тем временем Равена уже вспорола живот одной из служительниц. Краем глаза она наблюдала за Халидом. Девушка знала, что полуэльф не нанесёт решающего удара. За столько лет путешествий и сражений воин так и не смог заставить себя сознательно убить женщину. Это поняла и оставшаяся в живых, поэтому была спокойна за свою жизнь, до тех пор, пока полудроу не оттолкнула плечом друга. Лезвие двуручного меча сверкнуло в отблескекостра, и ещё одно покушение на жизнь воительницы провалилось.

Равена присела рядом с умирающим врагом.

– Как жаль, что даже в погоне за мелкой дичью, пёс может погибнуть. Или же я доросла до чего-нибудь более крупного? Скажем до лисы.

– В таком случае ты – не лиса, – слабо улыбнулась женщина. –Ты – волк.

– Почему?

– У тебя есть стая. И она порвёт любого за тебя. Псы… и волки… они похожи…

Глаза служительницы закрылись, чтобы больше не открыться никогда.

– Равена, как ты? – подбежала Джахейра.

– У меня всё в порядке, – сказала девушка, сама не веря в то, что говорит.

– Железный Трон… – задумчиво проговорила друид.

– Что такое Железный Трон? – Равена заставила себя отвести взгляд от лица умершей женщины.

– Торговоесообщество. Признаться, честностью и законностью оно не отличается. Равена, это не простые наёмники. На плащах эмблема Железного Трона. Это их личные служители.

– Эмблема… Я-то голову ломаю, что за странный знак неизвестного божества.

– Боюсь, единственное божество, которое они почитают – золото, что подаёт им хозяин.

Забрав вещи из своих комнат в гостинице Нашкеля, шестеро друзей на утро снова вернулись в Берегост.

Имоен негоже было оставаться без доспехов, поэтому названые сёстры первым делом навестили Тэрома Фуирима. Тот сообщим Равене, что доспех будет готов в скором времени. Заготовки он показать отказался. Девушка сгорала от нетерпения облачиться в доспех, которому позавидуют даже самые привередливые аристократы. Во время разговора с кузнецом Имоен была как на иголках, а потом потащила сестру к одиноко стоящему манекену. На нем красовался доспех, сшитый из полосок чёрной кожи и проклёпанный каким-то тёмным металлом.

– Это броня Теневых Воров – гильдии, что обосновалась в Амне. Я тебе про неё рассказывала. У неё прекрасная защита, и она поможет мне лучше прятаться в тени.

Равена знала, насколько неровно дышит Имоен к этой воровской гильдии. Хотя, надо признаться, они достойны этого. Девушка надевала доспех дрожащими руками. Он оказался ей как раз в пору.

– Не думал, что его кто-то купит, – признался Тэром. – С этим недоверием к Амну, их товары стараются обходить стороной. Хорошо, что вы без предрассудков.

Клыкастый Лес встретил путешественников шумом листвы и скрипом веток. Он расплылся огромной зелёной кляксой на карте. Начинался он почти сразу за холмами Галликина и плотно прилегал к дороге, ведущей во Врата Бальдура. Он был почти в три раза больше Глухолесья, что ютилось на северо-востоке Побережья Мечей. Проблемы Глухолесья были вполне известны: пауки и виверны. А вот Клыкастый Лес приютил у себя не только опасных животных. Ходили слухи, что Красные маги Тэя собираются под сенью деревьев леса.В последнее время увеличилось количество разбойников, да и сами разбойники стали сильнее. Если раньше это были головорезы, рассчитывающие на лёгкую добычу, то теперь чаще встречались хорошо вооружённые люди и полулюди.

– Интересно, а «клыкастым» его назвали из-за елей, что поднимаются ввысь, подобно клыкам, – Имоен сумела изобразить интонацию вдохновлённого поэта, и сама захихикала.

– Угу. Скорее из-за чрезмерно зубастых его обитателей, что так и норовят укусить путешественников за… что-нибудь, – Равена передёрнула плечами. – Не отходи далеко, великий сказитель.

– Тьфу на тебя, всю идиллию испортила.

Названые сёстры вызвались насобирать хворост. Их лагерь был окружён елями, ветки которых горят ярко, но не долго. У каждой в руках было по хорошей вязанке, этого должно хватить на весь привал.

– Равена, смотри, здесь грибы.

– Надеюсь, они не семь футов в высоту, не ходят и не бросаютсяспорами.

– Микониды не водятся на поверхности. Наверное. В этом лесу, вообще-то, можно разучиться удивляться. Мне больше интересно съедобные ли они.

– Посмотри на ножку, есть ли там эдакая «юбочка». Учитель Каран говорил, что это один из признаков ядовитости гриба.

– Точно, а ещё ребристая поверхность под шляпкой не должна быть чёрной. Вроде бы всё в порядке. Давай соберём несколько и отнесём Джахейре, она-то наверняка скажет какие мы с тобой грибники.

Грибы, действительно, оказались съедобными. Путешественники получили сытный обед.

В сосновом лесу даже маленькая искорка может стать причиной пожара, поэтому кострище в выкопанной яме тщательно засыпали землёй и укрыли снятым перед этим слоем дёрна.

Друзья шли долго, прислушиваясь и присматриваясь к тому, что окружало их. Широкая поляна открылась как-то внезапно. Странные каменные статуизаполняли почти всю её площадь. Они представляли собой в основном искателей приключений: воинов, магов, лучников, жрецов. Здесь были люди и дворфы, полурослики и эльфы. Встречались и полуорки. Была парочка кобольдов, огр и даже один крестьянин с вязанкой хвороста за спиной. Всех их объединял ужас в каменных глазах, застывший крик каменного рта. Что за сумасшедший ваятель установил здесь все эти фигуры? И самое странное: все они были повёрнуты почти в одну и ту же сторону. Некоторые изваяния лишились пары частей тела. Несколько были почти разрушены. Хотелось побыстрее уйти отсюда. Лучше нарваться на патруль разбойников, чем быть здесь, среди этих странных статуй. Равена поравнялась с одной из них. Она была расколота пополам. Безрукий торс лежал рядом с осыпающимися ногами. Девушка невольно взглянула на неё. Холодок пробежал по позвоночнику. Внутри статуи был не гладкий камень и не пустая полость.Окаменелые внутренности покоились на своих местах.Воительнице стало сразу всё понятно.

– Стоять! – громким шёпотом приказала она. – Всем назад! Быстрее! Уходим отсюда!

– А что такое? – поинтересовалась Дайнахейр.

– Это не статуи – это окаменелые люди. Они когда-то были живыми. Среди рассказов о Клыкастом Лесе есть такие, в которых упоминаются василиски. И, похоже, мы совсем рядом с их логовом.

Упоминание о жутких существах никого не оставило равнодушным, но у Имоен внезапно расширились глаза. Она похлопала Равену по плечу и указала на что-то пальцем. То, что приближалось к ним, не было похоже на василиска. Это был самый настоящий гуль. Девушка вскинула лук.

– Не надо! – прохрипел гуль. – Не убивай меня!

От удивления руки Имоен опустились.

– Меня зовут Корак. Я хочу вам помочь, – как ни в чём ни бывало продолжал гуль. – Можно я пойду с вами?

Пожиратель трупов просто отвратно вонял, при разговоре длинный язык вываливался изо рта, наполненного жёлтыми острыми зубами. Не задумываясь, команда шагнула Равене за спину, прикрывая носы. Полудроу с трудом подавляла позывы к рвоте.

– Ты хочешь нам помочь? Но ты же – гуль… – слова звучали глухо из-за ладони, прикрывающей нос и рот.

– Ага, – кивнул Корак.

Равене показалось, что с него что-то упало на землю. Что-то белое и шевелящееся. Она не хотела туда смотреть.

– А ты кажется дроу.

– Полудроу. Твоя правда. Не стоит обращать внимание на… э… расу. И чем же ты можешь нам помочь?

– Там жуткие ящерицы. У них шесть ног и каменный взгляд. На меня их магия не действует. Я отвлеку их на себя, а вы сможете пройти дальше.

– Я так понимаю, ты что-то хочешь за это.

– Пойти с вами.

– И только?

– Ага, – гуль снова резко кивнул, и на землю упало ещё что-то. На этот раз, кажется, это был кусочек мёртвой плоти со щеки.

– Хорошо. Если ты действительно можешь помочь нам с василисками, пойдём с нами. Но только иди так, чтобы ветер дул в твою сторону. Без обид, Корак.

– Да, да. Я всё понимаю. Спасибо.

Корак поковылял на разведку, а шестеро искателей приключений аккуратно крались за ним. Странный гуль почти провёл их мимо логова василисков, как вдруг захрустели ветки под ногами чего-то большого позади них. Равена слышала, как резко вдохнула воздух от испуга ведьма из Рашемана, и как Минск взревел: «Дайнахейр! Нет!» Женщина стояла каменным изваянием и указывала на огромную золотистую ящерицу с тёмно-зелёными матовыми глазами. Следопыт нёсся, потрясая булавой, на животное. Из пасти василиска вырвался светящийся шарик. Он был в паре ярдов от Минска, когда Корак вырос между ними, как из-под земли. Шарик вонзился в гуля, но ничего не произошло.

– Корак! Отвлекай его! Битвы не избежать! – крикнула Равена на бегу.

Несмотря на кажущуюся неуклюжесть, гуль ловко сновал вокруг огромной шестилапой ящерицы. Василиск отвлёкся от него только один раз, чтобы пустить ещё один шарик в Равену. Воительница сделала низкий кувырок, уходя от него, и вонзила меч в бок ящерице. Та ухитрилась попасть одной из лап ей по лицу. Из раны над бровью брызнула кровь, заливая глаз и мешая чётко видеть врага. С неба ударила молния. Халид запрыгнул на спину василиску и проткнул ему хребет. Ящерица дёрнулась и осела на землю, разбросав в стороны все шесть лап.

Корак стоял именно так, как его просила Равена. Ветер дул на него. Он принёс запах. Запах щекотал ноздри и заставлял бурчать желудок. Кровь. Не протухшая полузасохшая кровь мертвеца, а свежая горячая кровь живого существа. Он обернулся на своих спутников. Девушка со светло-эбеновой кожей, что разговаривала с ним, внимательно рассматривала мёртвого василиска. Её лицо было залито кровью. Этот вид завораживал гуля. Он стал медленно подкрадываться к ней.

Равена подняла глаза на Корака. Он смотрел на неё, не отводя взгляд. Жуткий взгляд мёртвых глаз. Он смотрел на неё, как на жертву. Повинуясь лишь голоду, гуль кинулся на полудроу и обмяк, пронзённый двуручным мечом.

– Прости, Корак!

– И ты прости меня, полудроу, – гуль наконец-то обрёл покой.

– О, Сильванус! – услышала Равена за спиной голос друида.

Рядом с Дайнахейр стояла Имоен. Она успела пустить лишь первую стрелу и тянулась за другой.

– Имоен… – бессильно прошептала воительница.

– Их ещё можно оживить, – успокоила её и следопыта Джахейра. – Я смогу подобрать контрзаклинание.

– Тогда поспеши.

По крикам оживших стало понятно, что окаменение не проходит безболезненно. Им было трудно дышать, ноги не держали их. Какое-то время Дайнахейр и Имоен пришлось нести.Сотворение заклинаний отобрало у друида много сил, она шла, опираясь на руку Равены. После такого приключения нужно было как следует отдохнуть, особенно жертвам василиска. Да и опасности Клыкастого Леса оказались вовсе не выдумками. Стоило хорошенько подготовиться.

– Я так испугалась за тебя, малыш, –призналась Равена сестре, когда они вернулись в Берегост. – У меня будто в одночасье отняли все силы.

Имоен хихикнула.

– Что тут смешного?

– «Малыш»… Последний раз ты называла меня так в Кэндлкипе. Это кажется так давно было. Правда?

– Да. Мне иногда думается, что я всю жизнь в дороге.

– Тебе не нравится это? – Имоен заглянула в улыбающееся лицо сестры. – Вижу, что нравится.

– Нравится. Не смотря на то, что мы ходим каждый день по краю пропасти, я счастлива, как никогда раньше. Даже, когда Горайон был рядом.

– М-да, смерть нашего воспитателя – единственное, что омрачает это приключение.

– Единственное? – засмеялась Равена. – А как же толпы убийц, которые за нами охотятся?

– Это лёгкие неприятности, – отмахнулась Имоен. – И вообще их можно отнести к самому приключению.

Утром, когда команда собралась за столом, к ним подошёл подмастерье из кузницы Тэрома Фуирима и сообщил, что доспех на заказ готов. Наскоро проглотив остатки завтрака, названые сёстры выскочили в дверь «Филдпоста», оставив за спиной ворчание Джахейры.

Доспех был прекрасен. От обработки огнём серебристые прожилки потемнели. Это был доспех для настоящего искателя приключений. Он давал прекрасную защиту, но не стеснял движений и был практически невесом. Тэром придал пластинам вид крыльев жука, края были отделаны позолотой. Кузнец создал элегантный доспех, подчёркивающий фигуру его обладательницы. Панцирь надевался на кольчугу, в которую были вплетены тончайшие нити пластин анкега, придавая ей зеленоватый оттенок. Этот доспех стоил своих денег.

Следующие пару дней Равена с друзьями блуждали по Клыкастому Лесу, всё больше осознавая, что мифы пронего вовсе не мифы. Они наткнулись на гнездовье василисков и чудом ушли живыми, оставив за собой поляну с искромсанными телами гигантских ящериц. Минск на себе испытал ощущения окаменелости, а Бу чуть не разбился вдребезги. Чтобы не растачивать свои силы, Джахейразапаслась в храме Латандера свитками с заклинанием «Камень в плоть». Благодаря им, процесс снятия заклинания прошёл менее проблематично. В поисках места, где можно подлечить раны и отдохнуть, друзья наткнулись на собрание Красных магов. С горем пополам они выиграли и этой бой. Были и пауки, разбойники, в общем, скучать у них не получалось. Все чувства были на пределе, каждый шаг делался осторожно, каждую минуту ожидалось нападение.

Солнце ещё не зашло за горизонт, но вокруг всё потемнело. Откуда-то примчался ураган. Столетние деревья склонялись до земли, будто тонкие тростинки. Потом полил дождь с грозой, как и в ту ночь, когда Равена бежала из Кэндлкипа со своим приёмным отцом. Команда укрылась в полуразрушенной одиноко стоящей башне. Потолок был дырявый, и с него капала вода, но стены ещё сдерживали сильные порывы ветра. Промокшие насквозь путешественники грелись у костра, разведённого в единственном сухом углу. Равена давно привыкла к доспехам и уже не замечала их, но всё же было приятно поблаженствовать без них. Удивительно, но одеяло на дне сумки не промокло. Равена завернулась в него и, вытянув босые ноги к костру, начинала дремать.

– Проклятье! Представляете, я набила оба колчана почти до отказа этими ледяными стрелами, – разбудил её голос Имоен.

Лучницадержала в руках стрелу с голубым оперением и наконечником, похожим на кристаллик льда, и не знала, куда её воткнуть.

– От-тлично! Пусть эт-ти разбойники п-почувствуют на себе своё оружие.

Халид был ранен такой стрелой, и озноб до сих пор не оставлял его. Он сидел рядом с Равеной у костра, заботливо закутанный Джахейрой в покрывало, и его била мелкая дрожь. Иней на доспехах смыл дождь. Разбойники, что обстреляли их этими стрелами, носили кольчуги вместо кожаной брони, имели отменную тактическую выправку и,чем дальше на север уходили друзья, тем больше были их шайки. А значит лагерь совсем рядом.

Над картой громко вздохнула Джахейра.

– Что-то не так? – обратилась кней Равена.

– Конечно не так! Мы прошли уже весь лес, а ни самого Тазока, ни его связных нигде нет! До лагеря осталось каких-то несколько миль!

– Что ж, если за эти несколько миль ничего не изменится, то попытаем счастья у ворот лагеря. Если и там удача нам не улыбнётся, придётся сровнять этот лагерь с землёй.

– Равена, ты же обещала! – возмутилась Имоен.

– Сестрёнка, это самый крайний вариант. Я изо всех сил пытаюсь избежать его.

Во время подготовки к ночлегу Равена часто вздыхала и, казалось, находится где-то в другом месте.

– Ты очень грустная, – подошла к ней Дайнахейр. – Ты переживаешь из-за чего-то?

– Нет, просто сегодня ровно месяц, как моего приёмного отца не стало.

– Да неужто целый месяц прошёл? – оторвалась от устроения спального места Имоен.

– Я уверен, чт-то Горайон был бы без-змерно рад узнать, насколько н-насыщенным был у вас эт-тот месяц.

– Да, при этом, сначала бы он улыбался во все тридцать два зуба, а потом начал бы с серьёзнейшим видом указывать на всевозможные огрехи и неточности в ваших действиях, – поддакнула мужу Джахейра.

– Вы ведь знали его очень хорошо. Я в курсе, что он не всегда был книжным червём. Он путешествовал. Много. С арфистами. С вами. Расскажите, какой он был тогда, – Равена умоляюще посмотрела на старых друзей Горайона.

– Хорошо, но только сначала попробуем то, что сварганил нам Минск. Вдруг это окажется вкусным, – подшутила над следопытом друид.

Тот не обиделся (Минск вообще не обижался), он знал, что его стряпня нравится всем.

– Я найду этого картографа и вырву ему руки, – процедила сквозь зубы Джахейра. – Неужели так трудно было пометить это место!

– Столько разговоров в таверне было оКлыкастом Лесе, и хоть бы один болтун заикнулся об этом болоте! – поддержала её Имоен.

Дождь лил всю ночь, и уровень грунтовых вод резко поднялся. Там где раньше была скользкая грязь, ил да камыши, теперь стояла маленькими озерцами вода.

– Может стоит обойти? – предложила рыжая непоседа.

– Нет, слишком долго. Пойдём вброд, – Равена подняла длинную палку с земли и попыталась достать дно. – У самого края по щиколотку будет, дальше, возможно, глубже. Дно мягкое, но пока что не сильно раскисло.

– Надо идти по кочкам, – предложил Минск. – Только осторожно: здесь могут быть коварные плавающие кочки.

Джахейра шла впереди, прощупывая перед собой посохом, а за ней, перепрыгивая с кочки на кочку, гуськом двигалась остальная команда. Хуже всех было Дайнахейр. Длинная юбка не позволяла делать прыжки, поэтому пришлось заткнуть подол за пояс, оголив ноги выше колен, что сильно смущало женщину. Минск, казалось, всю жизнь только и делал, что прыгал по кочкам. Эта груда мышц двигалась вперёд по твёрдым островкам с ловкостью снежного барса. Равена попала-таки на плавучую кочку, которая почему-то не отреагировала на тычок посоха Джахейры, а вот из-под сапога воительницы решила убежать. Полудроу плюхнулась прямо в грязную воду, обрызгав оказавшихся рядом Имоен и Халида.

Лягушки, будто издеваясь, начали громкий нестройный концерт. «Ква-ква-ква!» – словно хохотали они над путешественниками. Правда, они за это вскоре поплатились, потому что на болото опустились несколько цапель. Пора было пообедать. Злорадный смешок пробежался по цепочке.

– Вот вам! – погрозила кулаком лягушкам Имоен. – Так и вам и надо, скользкие холодные тваааа…

Если бы Равена не успела схватить названую сестру за шиворот, та полетела бы с воду.

Когда друзья ступили на твёрдую землю, мнение было единодушным, что в таком виде идти дальше не стоит. Так или иначе пострадали все. Поэтому, когда они наткнулись на лесной родник, никто не стал даже обсуждатьостанавливаться на привал или нет.

Равена сложила «лодочкой» ладони и подставила под струю. Ледяная вода родника обожгла руки и лицо. Девушка снова набрала хрустальной жидкости и мелкими глотками утолила жажду. Закрыв глаза, Равена ощущала, как холод растекается внутри. Ей казалось, что горло покрывается тонким слоем льда.

– Вот интересно, – Имоен смотрела в свою «лодочку». – Вроде бы вода везде одинаковая, и та вода, что мы добывали в колодцах Кэндлкипа, ничем не отличается от этой. Почему же вода из лесных родников такая вкусная? Может всё дело в природе? И она даёт чистый, неповторимый вкус лесной воды, и путник, изнурённый дорогой, просто…

– …очень хочет пить твой путник, и ему кажется после многодневного похода, что это самая вкусная вода на свете, – вытирая лицо, прервала сестру Равена.

– Видят боги, я когда-нибудь её убью, – уронила голову и руки Имоен. – Джахейра, скажи, что я права.

– Как друид, я могла бы тебе сказать, что дело всё в том, что лесные родники не тронуты цивилизацией и сохранили истинный вкус…

– Вот! А твоя проза жизни… – начала было Имоен, но полуэльфийка остановила её поднятой рукой.

– …но, как искатель приключений, должна тебя разочаровать и согласиться с прозой жизни Равены. После долгого путешествия ничему так не радуешься, как глотку воды.

– Ха! – Равена перекинула через плечо полотенце.

– Пф, – в ответ надулась её сестра.

– Пойдём доспехи чистить, гроза лягушек.

– У меня только сапоги пострадали, в отличие от некоторых.

– Если бы «некоторые» не поймали тебя, как котёнка, за шиворот…

– Всё! Моли о пощаде и загадывай последнее желание, я сейчас буду тебя уничтожать, – Имоен засучила рукава и с криком «йа-ха» бросилась на названую сестру.

Остальная команда чуть не надорвала животы от смеха, наблюдая за девушками. Это была обычная процедура примирения, наблюдать за которой когда-товыходил почти весь Кэндлкип. Имоен и Равена, вооружившись кривыми тонкими ветками, фехтовали, как заправские аристократы. Потом сёстры превращались в рыцарей и начиналась борьба убеждений. Как-то раз эта драма развернулась на кухне у Винтропа. «Что твой Орден против моего!» – потрясала рыцарь-Равена булавой-поварёшкой и щитом-крышкой от большой кастрюли. «А я сегодня не рыцарь, а великий маг», – раздалось из-за ящиков с овощами. – «Вот тебе мои магические снаряды». В полудроу полетели перезрелые помидоры. Помнится, тогда она отбила «щитом» два, а один всё же размазался ей по лицу. Сейчас же даже сдержанная Дайнахейр смеялась вовсю, когда настало время финального «выброса ярости». Раньше это было заявление: «Ну всё, ты разбудила во мне зверя!» Теперь же под рукой всегда был представитель чистой берсеркской стихии. «За глазами, Бу!» – закричала Имоен, и сёстры, хохоча, покатились по траве, усыпанной хвоей.

– Ладно, живи пока, – запыхавшись, махнула рукой Имоен.

– Покорнейше благодарю, – Равена пыталась вытащить из густой шевелюры сосновые иголки.

Названые сёстры должны были сменить Минска и Дайнахейр после полуночи. Равена проснулась от грубого тычка сапогом. Полудроу перевернулась на спину, не открывая глаз.

– То, что я поспала чуток побольше тебя, не даёт тебе право так грубо со мной обращаться, – пробормотала она сонным голосом.

– Мне не даёт, а им – вполне, – послышался голос Имоен откуда-то сбоку.

Равена распахнула глаза и увидела трёх нависающих над ней разбойников с прилаженными к тетиве стрелами. Она осторожно приподнялась, Имоен сидела рядом с поднятыми руками. Караул – Минск и Дайнахейр – был окружён целой толпой лучников, по разбитым носамнескольких разбойников было заметно, что врасплох следопыта застать им не удалось. Ведьма лежала на земле, не шевелясь, видно её оглушили. Ещё одна группа держала на прицеле амнийцев. Стоящий напротив Равены мужчина коротко дёрнул луком вверх, полудроу медленно подняла руки.

– Вы, небось, за железом пришли, – осмелилась она начать разговор.

– Как догадалась? – ответил ей один из бандитов, вооружённый мечом и лёгким щитом.

Сапоги его были в грязи, а на лице чернела трёхдневная щетина.

– Ну, мы пока что не встречали здесь тех, кто ищет ягоды или дичь, – заметила Равена.

– Хм. Вы тоже на грибников не похожи.

– Ну почему же. Могу посоветовать одну хорошую полянку, – невозмутимо заметила Имоен, и разбойник даже улыбнулся.

– Пошутили и хватит. Что вы тут вынюхиваете? Что ищете?

– Так вас и ищем. Мы присоединиться к вам хотим, – Равена, как говорится, «включила дурочку» в надежде, что перед ней связной Тазока.

– Зачем же вы нам нужны? У нас людей и так достаточно.

– Да уж, хватает. Ха! Такие крутые парни, а занимаетесь мелким грабежом. Железки из бедных путников выбиваете.

Мужчина превратился в слух и разрешил искателям приключений опустить руки.

– Так вот. У нас есть деловое предложение: вы берёте нас к себе в качестве мальчиков и девочек на побегушках, а мы с вашей помощью получаем верный и единственный способ процветания на Побережье Мечей в нынешнее время, – воительница беззаботно пожала плечами.

Она старалась говорить как моднонепринуждённее, но внутри всё тряслось от страха. Вдруг её сейчас раскусят. На них было направленно, как минимум, с дюжину стрел. Всё закончится в считанные удары сердца. Бандит смотрел на неё, прищурив глаза.

– Ладно, ладно, девочка! Прибереги свои рьяные речи для командира, – сказал наконец мужчина и подал какие-то знаки лучникам.

1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   30

Похожие:

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconБескрайнее Море Мечей. Что там за горизонтом? Приключения? Слава?...
Но каждый раз, поднимая вопрос об уходе в большой мир, она слышала один и тот же ответ: «Твоё время ещё не пришло…» Она ждала. Терпеливо...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconВедьмы с восточного побережья
Вполне возможно, что некоторые валькирии, решив покинуть Вальгаллу,[1] затем селятся в различных уголках той или иной страны, где...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconСодержание вступление часть первая
Создание меча. Историко-культурный контекст. Типы мечей

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconКнига трилогии Ф. Пулмана «Темные начала»
«Янтарный телескоп» заключительная книга трилогии Ф. Пулмана «Темные начала». Захватывающая история рождения нового мира, в которой...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconТомас Харрис Красный дракон Серия: Ганнибал Лектер 1 Аннотация «Красный дракон»
Первая книга легендарной трилогии о Ганнибале Лектере, по которой сняты три голливудских блокбастера

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconКнига первая. Аар
В память об Уднатте и многочисленных заморских странствиях предлагаю эти картины прошлого Вам, дорогой Винсент, поклоннику настоящего...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconАвстралия единственная страна мира, занимающая территорию целого...
Вдоль восточного побережья почти на 2000 км протянулось скопление мелких островов, подводных возвышенностей и коралловых рифов Большой...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconОт автора «передавай привет лесли»
Это моя вторая книга. Первая – «Жжизнь без трусов: Мастерство соблазнения – жесть как она есть» – имела огромный успех! Она стала...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconКнига основана на событиях, происходивших с ним с четырех до двенадцати...
Калифорния. Психически нестабильная мать-алкоголичка годами избивала и морила голодом маленького Дэйва Пельцера. Она изощренно издевалась...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconТатьяна Устименко Богами не рождаются Любимому супругу Александру посвящаю
...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов