Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя




НазваниеПервая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя
страница17/30
Дата публикации20.02.2014
Размер5.45 Mb.
ТипКнига
zadocs.ru > Военное дело > Книга
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   30

– Это откуда? – потягиваясь, спросила она у дежуривших после полуночи Халида и Джахейры.

– К утру ближе приполз. Молодняк из нор выходит. Последний выводок. Не очень-то нам повезло, – пояснила друид.

Равена покивала головой. Им давно уже не очень-то везёт.

– А там что? Река? – указала она на блестящую под лучами восходящего солнца полоску.

– Да. Если тебя не затруднит, набери воды в дорогу и проверь, есть ли там брод.

– Отлично. Имоен! Вставай, соня ты эдакая! Пойдём, искупаемся в речке!

– Мммм? В речке? Здорово. Ты иди, я тебя догоню сейчас.

Равена взяла с собой пустые бурдюки и перекинула через плечо ножны с мечом на всякий случай. Как же приятно было ступать босыми ногами по росе. Однако она не забывала всматриваться в траву, помня о ползучих тварях, что нашли приют в этом лесу. Спустившись к реке, она закатала штанины по колено и решила сначала поискать брод. Брода она не нашла, зато вверх по течению через поток был перекинут добротный деревянный мостик. Не слишком широкий – если едет конный, пешему придётся подождать – но крепкий и надёжный. Потом она вернулась к бурдюкам. Имоен ещё не было. Стоило набрать воду сейчас, пока ил со дна не поднялся из-за купальщиц. Равена зашла по колено в глубь реки, чтобы набрать почище воду. Здесь можно было легко увидеть дно и мальков, которые кружили возле её ног. Они пытались ущипнуть, укусить её за щиколотки и разбегались в стороны всякий раз, когда Равена погружала в воду бурдюк, чтобы потом снова окружить её ноги серебристым кольцом. Осталась последняя ёмкость, когда полудроу услышала визг Имоен.

– Равена! Помоги!

Бросив на землю наполовину наполненный бурдюк, девушка схватила меч и бросилась на выручку к сестре.

Имоен стояла, одной ногой увязнув в паутине, которую расставило на траве странное существо. Двуногий гуманоид с руками гораздо ниже колен коротких ног был покрыт серо-коричневой то ли шерстью, то ли щетиной. Огромный живот свисал вниз, а челюсти с длиннющими клыками походили на жвалы насекомого.

Равена налетела на него с размаху и первым же ударом отсадила руку существу. Оно взвыло и плюнуло чем-то в воительницу. Равене не удалось во время уклониться, и левая рука крепко прилипла к туловищу. Этого было мало, чтобы остановить полудроу, и гуманоид рухнул с рассечённым черепом.

– Что это такое? – Имоен наконец вырвалась из ловушки.

– Эттеркап. Эти существа живут в тесном сообществе с пауками. Могут плести паутину, – она кивнула в сторону ловушки в траве. – Плеваться ею, – дёрнула она прилипшей рукой. – Если не ошибаюсь, они ещё и ядовиты.

– Имоен! Равена! – друзья неслись к ним на выручку. – Как вы?

– Теперь хорошо, а несколько мгновений назад я чувствовала себя бабочкой, – пошутила Имоен.

Четверо скосили глаза на эттеркапа.

– Хороший уд-дар.

– Я старалась, Халид, – снова дёрнула рукой Равена.

Рука освободилась он липких нитей гораздо легче в воде. Вдоволь накупавшись, названые сёстры присоединились к завтраку. Новости о мосте все были рады. Переходить реку вброд не придётся.

После обеда повеяло морем, и друзья вышли на крутой берег. Волны и ветер изрезали его затейливыми узорами. Две реки – одна медленная и полноводная, другая узкая и пенистая – устремлялись к обрыву, чтобы водопадами сорваться в солёную воду.

Прыгая по мокрым камням, путешественники перебрались через узкий поток. Имоен, наученная горьким опытом, теперь легко замечала натянутую в траве паутину. Искатели приключений аккуратно обходили липкие ловушки, дабы не побеспокоить тех, кто их расставил.

Их путь лежал на север, мимо какого-то странного куполообразного сооружения из паутины и веток. Около круглого входа перебирали лапами два гигантских паука. Завидев путешественников, парочка восьминогих заскрипела жвалами и ринулась в атаку.Равена лишь покачала головой: «Безмозглые твари». Обнажив меч, она разбежалась и на ходу упала на колени перед одним гигантом. Воительница подала тело назад и позволила ему скользить по инерции. Оказавшись под пауком, она рубанула мечом по чёрному брюху. Когда Равена «выехала» с другой стороны, паук дёргался в судорогах в луже крови и внутренностей. Девушка усмехнулась. Этот приём она изобрела случайно в доме Ландрин, когда поскользнулась на куске мыла. Минск, стоящий рядом с обуглившейся тушкой второго паука, подмигнул Равене и поднял большой палец вверх в знак наивысшего одобрения.

В кустах был ещё кто-то. Тихонько зайдя с тыла, Джахейра вытолкнула оттуда перепуганного парня. На вид ему было лет пятнадцать. Он переводил взгляд с мёртвых пауков на искателей приключений и обратно.

– Ты чего здесь делаешь? – как можно мягче спросила Имоен.

– Я брата жду, – еле слышно объяснил парень. – Вы ведь искатели приключений. Так?

– А сам как думаешь? – облокотилась на рукоять меча Равена.

Парень, не мигая, смотрел на полудроу, и её вид будто бы придал ему храбрости.

– Меня зовут Тайбер, мы с братом – фермеры. Нас просто осаждают пауки. Вот брат и предложил пойти сюда отыскать меч Погибель Пауков. Я согласился пойти с ним. Мы отыскали меч. Он спрятан вон там, – он кивнул на куполообразное строение. – Но он зашёл туда давно, и его всё нет. Здесь проходили другие искатели приключений. Их вёл огромный полуогр в чёрных доспехах. Я попросил помочь, но они сказали, что если я не уберусь с их пути, они убьют меня.

Друзья переглянулись.

– Постой, когда ты видел этих «искателей приключений»? – нахмурилась Равена.

– Два дня назад. Они шли в ту сторону, откуда пришли вы.

– Два дня? – удивилась Имоен. – Твой брат не выходит оттуда два дня? Почему же ты думаешь, что он ещё…

– Мы поищем его, – не дав договорить сестре, кивнула Равена.

– Правда? Спасибо!

– Поблагодаришь потом. Если мы не выйдем сегодня-завтра – ступай домой. Значит, надежды больше нет.

Парень неуверенно кивнул головой.

Из круглого входа тянуло духотой и прелостью. Чтобы пройти через него всем пришлось низко наклониться. Внутри пол и купол были утянуты паутиной, кое-где виднелись коконы с жертвами. Судя по их очертаниям, хозяин не брезговал человечиной. Круглая комната была наполнена пауками разной масти, особенно много их было в центре. Они никак не реагировали на пришельцев. По мере приближения к середине залы, пауки расползались по краям, и потом там осталось лишь нечто. Возможно, когда-то это было человеком, женщиной. Теперь это представляло собой груду трясущегося жира, многочисленными складками свисающими по бокам. Отвисшая грудь возлежала на необъёмном животе, а руки и ноги не могли соединиться. Редкие грязные волосы торчали во все стороны. Тело было покрыто бородавками, из которых кое-где торчали чёрные щетинки. Лицо заплыло, и маленькие глазки злобно блестели, рассматривая какие-то мгновения нарушителей покоя.

– Пауки! Убейте их! – заверещало нечто.

– Стой! Подожди! – Равена подняла руки вверх, давая понять, что не желает зла. – Кто ты?

– Кто я? – Тто, что когда-то было лицом, изобразило задумчивость. – Сен… Сен-те-ол. Так меня звали. Давно. Сентеол, – повторило нечто, смакуя каждый звук.

– Что с тобой произошло? Как вообще ты тут оказалась?

– Я проклята. Один маг сделал со мной это. Сделал это за то, что я сделала с его женой. Я любила этого мага… – руки Сентеол безвольно повисли насколько могли, она всхлипнула. – Но теперь я его ненавижу. И вас ненавижу! Я всехненавижу!!! Пауки! Убейте их!!!

Восьминогие твари плотной толпой загородили свою хозяйку. С таким количеством врагов трудно было спорить, но выход был уже перекрыт.

– Ай! – взвизгнула Имоен.

По её ноге поднимались совсем малюсенькие паучки. Дайнахейр с меткостью эльфа-лучника посбивала их магическими огненными стрелами. Минск, защищая свою ведьму, проламывал маленькие паучьи головы булавой. Скользить по полу, устланному паутиной, было невозможно, поэтому Равена встала в пару к Халиду. Полудроу перерубала ноги паукам, полуэльф делал один точный удар. Джахейра и Имоен встали спина к спине, чтобы не подпустить врага с тыла. Гулкие удары посоха заставляли пауков отступать, но особого вреда ни друид, ни лучница им не нанесли. Толпа маленьких паучков двигалась на них, как единый организм. Джахейра размахнулась и расплющила одного концом посоха. Толпа остановилась и рассыпалась по полу залы. Дайнахейр подбежала к подругам. От трёх воинов в разные стороны разлетались зеленоватая кровь, слизь, ошмётки паутины и плоти пауков.

– Отойдите к стене! – крикнула ведьма.

Огненный шар охватил бόльшую площадь залы. Искателям приключений пришлось вжаться в стены, чтобы пламя не опалило их. Горящие пауки выскакивали наружу, кувыркались, их ряды заметно поредели. Сентеол оказалась в самом эпицентре взрыва. Из-за своей комплекции она не могла двигаться, даже ползти. Проклятая магом женщина лишь тяжело дышала, постанывая. Равена не смогла понять, что в тот момент руководило ею: сострадание или отвращение, но она глубоко вонзила меч в оплывшую грудь Сентеол, и та неуклюже завалилась набок. Потеряв хозяйку, иные пауки разбежались, а тех, кто остался, добили Халид и Минск.

– Равена, скорее сюда! – позвала её слабым голосом Дайнахейр.

Джахейра сидела на полу около Имоен и пыталась произнести заклинание, но в который раз обрывалась на последних словах. Друид подняла глаза, и полудроу поняла: кровь Джахейры была отравлена. Имоен и Дайнахейр тоже. Равена помнила, что такое быть раненой отравленным жалом паука. У Джахейры было меньше всего времени. Сжав зубы, друид всё же заставила себя закончить начатое, и сердце Имоен застучало равномерно. Равена вдруг вспомнила о подарке дриады.

– На-ка, хлебни, – протянула она пузырёк с соком Древнего Дуба полуэльфийке.

Но Джахейра вместо этого упала навзничь. Равена влила часть эликсира в полуоткрытый рот подруги и передала пузырёк Дайнахейр. Когда щёки ведьмы из Рашемана потемнели от румянца, Минск смахнул пот со лба и выдохнул. Джахейра открыла глаза.

– Я ещё жива? – слабо улыбнулась она.

– Решила легко от меня отделаться? Нет уж! Я тебя так просто не отпущу, – пригладила Равена волосы полуэльфийке.

– Эх, а я уж было понадеялась…

Халид помог жене подняться, и она повисла на своём посохе.

Меч Равены застрял в теле Сентеол и никак не хотел выходить наружу. Воительнице пришлось упереться ногой в мёртвое тело, чтобы высвободить лезвие. Она окинула залу быстрым взглядом, и её внимание привлекло что-то блестящее, висевшее на паутине у дальней стены.

Имоен присела рядом с трупом Сентеол.

– Не знаю, что и думать о ней, – с непривычной серьёзностью в голосе сказала девушка. – Она, конечно, отвратительна, но ведь она стала такой из-за неразделённой любви.

– Скорее из-за эгоизма и предельного собственничества, – медленно подошла к ней Джахейра. – Когда любишь, желаешь лишь счастья любимому человеку. Сентеол просто не смогла смириться с тем, что маг, о котором она говорила, выбрал не её.

Равена смутно слышала разговор подруг. Она была полностью поглощена созерцанием висящего на нитях паутины меча. Это был двуручник с серебристым тонким лезвием и чёрной причудливой рукоятью, которую украшали два рубина. Воительница робко коснулась эфеса. Меч легко освободился от белых нитей и лёг в её руку. Он был на удивление лёгким. Лезвие со свистом рассекло воздух, когда Равена совершила несколько круговых движений мечом. Идеально острое и прямое лезвие буквально пело от любого движения. Руки настолько удобно легли на рукоять, что девушке показалось, будто она сражается этим мечом всю жизнь. Она читала про Погибель Пауков. Меч, который был создан дворфами клана Оронтиар специально для уничтожения пауков. Видно восьминогие живут здесь испокон веков. Правда вот уже много лет этот меч считается потерянным, как и сам клан. И вот она – потерянная легенда – в её руках.

– Э… Равена, м-мы нашли п-парня… – раздался голос Халида.

Не до конца укутанный паутиной парень лежал среди прочих тел. Воительница полосонула по кокону Погибелью Пауков.

– Он режет паутину, как сыр! – вскинула брови Имоен.

Лицо парня распухло от яда и недостатка кислорода, но всё же можно было разглядеть сходство с братом. Джахейра пощупала пульс и покачала головой.

– Он мёртв. Мёртв уже давно.

– Бедный мальчик, – одной фразой пожалела Дайнахейр и мертвеца, и его брата.

– Не знаю, стоит ли ему видеть это, – Джахейра взглянула на Равену.

Лицо полудроу снова стало непроницаемым, чёрные глаза пристально смотрели в мёртвое лицо.

– Равена! – привлекла её внимание друид.

– Да, не стоит, – еле слышно сказала воительница. – Если только он сам не захочет.

Как только ждущий их парень увидел выходящих из круглого входа искателей приключений, он вскочил с камня и подбежал к ним.

– Где Челак? Мой брат. Вы нашли его?

– Да, – Равена виновато опустила голову и не решалась поднять глаза на него. – Мне жаль, но твоего брата… больше нет.

– Он погиб? – глаза Тайбера наполнились слезами. – Где его тело? Я хочу посмотреть на него.

– Слушай, увидеть это нелегко. Тебе не стоит этого делать, – предупредила Джахейра.

– Я должен это видеть, – парень храбро вскинул голову.

­– Хорошо. Я отведу тебя.

Пока Тайбер и Джахейра были внутри сооружения из веток и паутины, на поляне перед входом никто не проронил ни слова. Тяжёлое напряжение чувствовалось вокруг, и каждый украдкой смотрел на другого. Только Равена сидела на тёплом камне, почти не шевелясь, и, не моргая, смотрела на зеркальную поверхность лезвия Погибели Пауков. Она подняла голову лишь, когда ушедшие вернулись на поляну.

– Вы правы: это увидеть нелегко, – утёр парень слёзы рукавом. – Маме это видеть не стоит.

– Это тот самый меч, за которым вы пришли сюда, – Равена протянула ему Погибель Пауков.

– Убери его! – отвернулся парень. – Видеть его не хочу. Этот меч стал погибелью для моего брата. Возьмите его себе в качестве оплаты за вашу помощь.

– Я не смогла спасти твоего брата. Это слишком большая награда за такую помощь. Я лучше куплю у тебя его.

– Нет. Мама убьёт меня, если узнает, что я променял жизнь брата на золото. Ох, я даже не знаю, как ей сказать об этом.

– Послушай, – подошла к нему Имоен. – Я не сторонник выражения «ложь во спасение», но ты уверен, что ей нужно знать правду?

– Не знаю. Она ещё не отошла от смерти отца. Но что тогда я ей скажу?

– Что твой брат нашёл меч и подался в искатели приключений, – поддержала идею названой сестры Равена. – Столько наших братьев по духу сгинули неизвестно где. Твоя мама будет знать, что он может не вернуться, но она будет надеяться до последних дней, что когда-нибудь он всё же придёт в родной дом.

– Не очень я хочу обманывать маму, но, похоже, что выбора у меня нет.

– Твой брат вряд ли отпустил бы тебя с пустыми руками, поэтому возьми это, – Равена вынула из ножен свой старый меч и передала его парню. – За этот меч можно выручить неплохую сумму. Предположим, что он лежал в одной связке с Погибелью Пауков, – серебристое лезвие заняло место своего предшественника за спиной у воительницы.

– Спасибо. Я никогда не забуду вашей доброты. Если вдруг будете проходить мимо нашей фермы, крыша над головой и накрытый стол всегда будут ждать вас.

– Нам осталось лишь замести следы, – после короткого кивка благодарности заявила Равена.

Через некоторое время семь факелов прикоснулись к стенам купола, и пламя, потрескивая, побежало по веткам и паутине. Огонь погрёб тела жертв Сентеол и её пауков, а также саму Сентеол и несчастного Челака, которого ещё долгое время будет ждать у окна его мать.

Прошёл целый день в пути через Глухолесье. Дорогу пришлось пробивать через огромные толпы пауков. Каким-то шестым чувством восьминогие твари знали, что за угроза скрывается в мече с чёрной рукоятью и серебристым лезвием. Погибель Пауков вполне оправдал своё название, ибо резал толстые панцири пауков с тем же усилием, что и кухонный нож разрезает корку хлеба. Одаривая свою новую хозяйку способностью не липнуть к паутине, меч позволял без боязни передвигаться по расставленным эттеркапами ловушкам. Продвижение заметно ускорилось и стало более лёгким. Но у Джахейры щемило сердце, когда она видела, с какой ненавистью Равена кромсает пауков.

Когда пришло время вставать на ночлег, полудроу не могла найти себе места. Она взяла меч и отошла на безопасное расстояние для тренировки. Издалека казалось, что Равена просто привыкает к новому оружию, но отлично выучившая её Джахейра понимала, что движения воительницы были неловкими и смазанными вовсе не от этого. Её подругу что-то гнетёт. Истратив последние силы, Равена села на землю и уронила голову на ладони. Друид посчитала это подходящим моментом, чтобы поговорить. Подойдя ближе, Джахейра услышала, как девушка причитает себе под нос.

– Я не смогла спасти. Опять не смогла… – повторяла себе Равена.

– Невозможно спасти всех, – тихо проговорила Джахейра.

Полудроу подняла голову. В глазах её не было слёз, лишь великая скорбь и осознание собственного бессилия застыли в них.

– Может и невозможно, но пытаться всё равно стоит.

– Ты пыталась…

– Плохо пыталась! – вспылила Равена. – Не промедли я каких-то несколько секунд, Горайон был бы жив! Если бы мы вышли в путь раньше, то могли бы спасти этого парня!

– Значит всё из-за этого? Из-за того, что ты не смогла защитить своего приёмного отца, ты готова броситься на помощь любому? Из-за этого ты отправилась спасать Дайнахейр? Из-за этого ты помогла той дриаде, идиоту Меликампу и командору Брэйгу? Из-за этого ты прорвалась через шахты Нашкеля, совершила диверсию в лагере бандитов? И сейчас ты из-за этого идёшь по самому опасному лесу Побережья Мечей к секретной базе Железного Трона?

– Частично да.

– Зачем? Что ты хочешь доказать? И главное кому?

– Себе. Я хочу доказать себе самой, что стою чего-то. После спасения Дайнахейр я почти была в этом уверена, но теперь… Ох, Джахейра, я всё ещё вижу лица этих братьев. Одно мёртвое, а другое убитое горем.

– Ты сделала всё, что могла. Ты не виновата в этом, – пыталась уверить её друид.

– Разумом я понимаю это, но сердце не соглашается с ним. Я так хочу показать многим, что, несмотря на моих родителей, я служу добру, – полудроу почти с отвращением посмотрела на свои светло-эбеновые руки. – Но в последнее время я всё больше сомневаюсь в этом.

– В том, что сможешь показать или, что служишь добру?

– Второе. Как я могу служить добру, если почти каждый день на моих руках кровь. Неужели, независимо от воспитания, кровь предков будет влиять на меня?

– В каком смысле?

– Я чувствую непонятное возбуждение во время боя. Моё сердце наполняет странное чувство, близкое к радости, когда я вижу, как падает мой противник, как его кровь течёт по моему клинку, как потухает в его глазах жизнь. Это беспокоит меня, – Равена обхватила голову руками. – Да ещё эти сны…

– Сны?

– Да. Мне снилось несколько кошмаров, и, кажется, они связаны между собой, – еле проскрипела девушка.

– Расскажи мне о них.

Пока Равена пересказывала свои странные сны, глядя куда-то в пустоту, Джахейра слушала её, закусив нижнюю губу.

– Почему ты думаешь, что они связаны?

– Голос… Их всех связывает голос. Такой мерзкий, противный, – полудроу сморщилась от воспоминания о нём. – Он всё твердил: «Ты научишься». А в последний раз заявил о какой-то сущности, данной в долг, и что придётся когда-нибудь этот долг отдать.

– Слушай, я плохо умею толковать сны, но всё же думаю, что тебе ни в коем случае нельзя сдаваться этим снам. В них есть что-то… что-то злое. Крепись. Я верю в тебя. Ты сильная. Ты сама не представляешь, какая ты сильная.

Неуверенная улыбка осветила грустное лицо Равены.

– Джахейра. Равена. В-вы где?

– Мы здесь, Халид! – крикнула друид. – Иди в лагерь, Равена, поешь и хорошенько отдохни, сегодня я подежурю за тебя. У тебя и так нервы на пределе.

Халид и Равена поприветствовали друг друга на ходу взмахом руки. Полуэльф взглянул на свою жену, та лишь покачала головой.

– Что с-случилось?

– Пока что ничего.

Видя, как Джахейра смотрит вслед воспитаннице Горайона, Халид улыбнулся украдкой. Он убрал русую прядь волос, упавшую ей на глаза, и нежно поцеловал свою избранницу.

– Ты п-привязалась к н-ней и Имоен.

– А ты будто нет, – улыбнулась в ответ Джахейра и вернула поцелуй.

Обнявшись, они вернулись в лагерь. Равена уже спала, укрывшись по уши одеялом.

С первыми лучами солнца друзья собрали лагерь и продолжили путь. После вчерашнего разговора с Джахейрой Равена чувствовала себя гораздо легче. Хотя где-то в глубине души всё ещё дрожало предательское «не могу», но Равена старалась его не замечать и обязалась при первой же возможности закрыть его уверенным «я смогла».

Они шли по берегу реки, что образовывала большой водопад у логова Сентеол. Она текла неторопливо и важно. Деревянный мост, похожий на тот, что у охотничьего домика, вёл на другую сторону. Здесь они решили набрать воды на последующий путь и немного отдохнуть.

Нарезая сыр и вяленое мясо, Равена вдруг заметила, что Джахейра уже достаточно давно ушла за хворостом и всё ещё не вернулась. Полудроу передала свою работу Имоен и пошла искать подругу.

Джахейра стояла на высоком берегу и смотрела куда-то вперёд, сдвинув брови.

– Куда ты смотришь? – голос Равены заставил её вздрогнуть от неожиданности.

– Вон там. Видишь? У нас могут быть проблемы с продвижением по этой местности, – Джахейра была явно чем-то озабочена.

– Большое дерево. И судя по состоянию, оно засохло, – пожала плечами Равена.

– Это не просто большое дерево. Это – Великое Древо друидов.

– Вот как. А разве оно не должно быть зелёным и цветущим?

– Должно, но не это. Здесь нашли приют теневые друиды.

– Теневые друиды, – протянула Равена, давая понять, что впервые слышит это название.

– Это когда-то небольшая группа, отколовшаяся от основного ордена. Задача друидов – сохранять Баланс между цивилизацией и природой. Теневые друиды готовы уничтожить первое для защиты второго. И поверь мне, они не остановятся ни перед какой жестокостью на пути к цели.

– Ожидаемые слова от приверженки «старых порядков», – раздался голос за их спинами.

К ним подходила девушка с татуировкой на лице, больше подходящей варварам-утгардам. Её сопровождала пара друидов с посохами. Сама она была вооружена дубиной и маленьким круглым щитом.

– Я – Фалдорн, друид теней. По какому праву ты находишься здесь, полукровка? Хм. Твоё лицо мне не знакомо, – девушка сверлила взглядом Джахейру, и та отвечала ей тем же.

– Меня зовут Джахейра. Я не местная. Ты не можешь меня знать.

– Хм. Друид странствующий. Да ещё в такой странной компании.

– Моя компания не страннее твоей, – парировала Джахейра, оставаясь невозмутимой.

– Ответь мне, полудроу, – будто не замечая слов соперницы, обратилась к Равене Фалдорн. – Ответь, как ты относишься к Железному Трону? Друг ты им или враг?

Равена понимала, что это ни что иное, как проверка. Фалдорн сузила тёмные глаза. Равена не отвела взгляда. Значит, теневые друиды защищают природу любыми средствами. Тогда нахождение в Глухолесье базы Железного Трона может быть самой лучшей гарантией безопасности леса. Или самой большой для него опасностью. В любом случае, Равена не видела причин лгать.

– Мы пришли сюда в поисках тайной шахты Железного Трона, чтобы уничтожить её.

– Вот как. Навряд ли вы делаете это для защиты Матери Природы, – Фалдорн усмехнулась в лицо Джахейре. – Или во имя Баланса. Что ж, если это так, вы можете свободно передвигаться по землям теневых друидов, исключая область непосредственно рядом с Великим Древом. Быть может причины у нас разные, но враг один. Уничтожив эту шахту во имя своих целей, вы уничтожите её во имя Матери Природы. Прощай, Джахейра, быть может, мы встретимся ещё, – с ноткой вызова закончила девушка.

– Не советую к этому стремиться, Фалдорн. Это может быть вредно для здоровья.

В ответ друид теней лишь фыркнула и скрылась вместе с сопровождением среди деревьев.

­– Ну вот, а ты говорила, что будут проблемы, – подошла к подруге Равена.

– Если бы ты знала, чего мне стоило сдержать себя и не вцепиться ей в волосы, – усмехнулась Джахейра.

Совсем рядом зашуршали по опавшим листья чьи-то шаги. К ним вышла Имоен.

– Вот вы где! Сколько же вас можно ждать! Обед почти остыл! – возмущалась она.

Подруги обхватили её за плечи с двух сторон и, смеясь чему-то, чего не знала Имоен, повели её обратно в лагерь.

Фалдорн сказала правду. Пока они пересекали земли теневых друидов, на них не было совершено ни одного нападения. Хотя Джахейра почти чувствовала на себе не один десяток внимательных глаз.

Вечером, когда небо побагровело, путешественники дошли до излучины. Обе реки, впадающие в Море Мечей, оказались лишь рукавами одной. На карте на малом рукаве был отмечен мост. Вокруг стояла странная тишина. Не слышно было даже уже привычных снований пауков и эттеркапов. Будто бы всё живое притаилось, чтобы не быть замеченным. Среди этой почти наигранной тишины мычание коровы показалось чем-то сверхъестественным. Кроме того звук шёл сверху. Друзья переглянулись и пожали плечами. Внезапно на них спикировал огромный крылатый зверь, он почти зацепил путешественников коровой, которую нёс в когтях. С усилием выровнявшись, зверь понёс свою добычу дальше.

– Виверна… – в один голос проговорили названые сёстры.

Вскоре они наткнулись на труп крылатого существа. Довольно крупная виверна погибла несколько дней назад. Блестящая чешуя потускнела, а глаза заволокла мутная пелена. Длинная изящная шея неестественно выгнулась. Крылья были продырявлены стрелами, а одно даже сломано при падении. Всё змеиное тело и мощные лапы были покрыты огромным количеством ран. Не менее длинный, чем шея, хвост был неловко откинут. Самый его кончик был обрублен. Виверны знамениты своими хвостами. На их конце есть набалдашник с острым шипом, который выделяет смертельный яд. Равена читала, что с помощью магии можно сделать так, что жало будет выделять яд даже после смерти виверны. Остаётся присоединить рукоять, и перед мастером предстанет сильное и опасное оружие.

Картина мёртвого, когда-то грозного, гордого, сильного животного, натолкнула полудроу на мысль о своей собственной смертности. Ведь когда-нибудь это случится. Каким бы великим ты ни был, какую бы власть ни имел, сколько бы ни жил, конец всегда один и тот же. Смерть. У кого-то Она вполне обычна: он встречает Её в глубокой старости, лёжа в кровати, окружённый любящей роднёй. Кто-то сталкивается с Ней в бою и понимает, что это Она, лишь когда видит свою собственную кровь, падающее из рук оружие и скорбные лица верных друзей. К кому-то Она подкрадывается сзади и наносит удар исподтишка рукой того, кому он всю жизнь доверял. А кто-то жаждет с Ней встретиться. Те, кого одолевает болезнь, горе, одиночество. Есть и такие, кто пытается уйти от Неё. Расставаясь с жизнью, они кричат: «Нет! Не бывать этому! Я буду жить!» И продолжают существовать в облике призраков, скелетов, упырей, личей и других отвратительных созданий.

«Нет!» – подумала Равена. – «Когда придёт моё время, и Она явится ко мне. Я не буду сопротивляться. Смерть лишь означает финальную точку в повествовании об определённом человеке. Это значит, что он успел совершить всё, что задумал. А если не успел, значит плохо старался. Значит надо стараться изо всех сил, чтобы не жалко было уходить из этой жизни, и чтобы уход не оказался бесследным».

В сгущающихся сумерках путешественники наткнулись на очередную преграду. Скала с огромной пещерой выросла, будто из-под земли.

– Не получится дойти сегодня до шахт, – выразила общую догадку Равена. – К тому же нам нужен хороший отдых и подготовка. Думаю, эти шахты защищены лучше, чем в Нашкеле. Стоит обследовать эту пещеру. Она может стать хорошим долговременным укрытием.

На разведку отправились названые сёстры, за ними на расстоянии шёл Минск. Остальные остались ждать. Небольшая песчаная поляна рядом с пещерой была утоптана следами виверн маленьких размеров, хотя здесь были и отпечатки взрослой особи.

– Равена, смотри – корова.

– Она ещё не до конца остыла. Её убили не так давно.

– Острые зубы перегрызли шею, – констатировала факт Имоен. – Слушай, а не та ли это корова, которую чуть не уронили на нас?

– Всё может быть. В любом случае нам лучше убираться отсюда. Судя по следам, это место пользуется популярностью у виверн.

Обернувшись, девушки обнаружили у себя за спиной семерых детёнышей виверны. Они были все приблизительно одного размера. Скорее всего, это был один выводок.

– Кажется, у кого-то ужин по расписанию, – нервно хихикнула Имоен.

– Ага, и мы загородили им основное блюдо.

Только они отошли от тушки, как молодняк набросился на еду и стал рвать бедное животное на части. Равена и Имоен осторожно пятились назад. По верхушкам деревьев будто бы пробежал ветерок, и на землю между разведчицами и пирующими детёнышами опустилась взрослая виверна. Крылья угрожающе подняты, шея напряжена для быстрого броска, длинный хвост со смертельным жалом готов к атаке. Виверна согласна была противостоять целой армии, если это понадобится для защиты её детей. Равене не хотелось убивать столь прекрасное существо, тем более не хотелось оставлять сиротами ещё не окрепших детёнышей.

– Минск! – в один голос закричали названые сёстры, и для виверны это прозвучало, как сигнал.

Шея распрямилась, будто пружина, нанося сильный удар рогатой головой. Имоен упала на живот, уходя от атаки. Равена кувыркнулась в бок и выхватила меч, стоя на одном колене. Гибкий хвост изогнулся и ударил по тому месту, где лежала Имоен. Благо, она успела перекатиться в сторону, и ядовитое жало впилось в рыхлый песок. Когда знаменитое оружие виверн снова поднялось в воздух, Имоен заметила зеленоватые струйки, что собирались по бокам шипа. Это заставило девушку очнуться от шока и приготовиться к стрельбе. Равена уходила от атак головы, держа Погибель Пауков перед собой, чтобы не подпускать виверну ближе. Она не хотела атаковать, и это понимала Имоен, поэтому тоже замерла с натянутой тетивой.

Призывный свист резанул по ушам, и названые сёстры вздохнули с облегчением. Виверна повиновалась ему не сразу, но потом всё же положила голову на плечо подошедшему Минску.

– Я не думала, что это действует и на виверн, – спрятала Имоен стрелу в колчан.

– Минску больше нравятся пушистые животные. Как Бу и медведь, – при этих словах из-за пазухи следопыта послышался негодующий скрежет зубов. – Но эти крылатые создания тоже животные, а значит, я могу говорить и с ними.

– Хм. А ты не сможешь попросить у неё остаться на несколько ночей с ними в пещере. Мы, конечно, не настаиваем, – подала идею Равена.

Через несколько часов вся команда уже жарила рыбу на костре, сидя в просторной пещере. Молодые виверны сперва боялись огня, но потом любопытство взяло верх. Искателям приключений даже пришлось поделиться рыбой с прожорливыми малютками. Утолив своё любопытство, они улеглись спать недалеко от тёплого очага.

– Эт-то самый уд-дивительный ужин в м-моей жизни, – признался Халид.

Всё время, пока друзья чистили рыбу, жарили её в углях, играли с молодняком, Равена пристально следила за их мамой. Взрослая виверна свернулась клубком у дальней стены и время от времени тяжело вздыхала и постанывала.

Полудроу осторожно, чтобы не спугнуть, подошла к виверне. Она положила руку на чешуйчатую спину, и животное снова тяжело вздохнуло, лишь слегка приоткрыв глаза. На ощупь её чёрные чешуйки на спине были прохладными и отливали зеленцой, а ближе к животу светлели почти до салатового и становились чуть теплее. Равена провела рукой по изящной шее, по лбу между рогами. Виверна довольно заурчала и расслабила перепончатые крылья. Теперь девушка могла легко выиграть спор с Винтропом о наличии передних лап у виверн. Их не было. Толстяк лишь хотел сбить её с толку. Скользя по гладкой спине ладонью, Равена вдруг наткнулась на рубец, окружённый пульсирующим жаром. Виверна дёрнулась. Это был не след от рогов коровы. Присмотревшись получше, девушка увидела ещё раны на теле. Все они были такого же характера, что и у трупа, который они обнаружили, и им было приблизительно столько же дней.

По зову Равены пришла Джахейра. Друид осмотрела раны и нахмурилась.

– Ей можно помочь? – полудроу неосознанно гладила виверну, будто успокаивая.

– Пока что можно. Раны загноились. Их придётся снова вскрыть, хорошенько промыть, некоторые прижечь, а некоторые зашить.

– Ей будет больно, – почесал макушку Минск.

– Может у меня получится её усыпить, – предложила Дайнахейр.

– Ей нужно помочь, – твёрдо сказала Равена. – Иначе её дети останутся сиротами.

Пока Минск и Равена ухаживали за виверной и протирали раны от грязи, Джахейра сварила отвар для промывания. Дайнахейр погрузила животное в магический сон, и работа началась. Виверну уложили на один бок так, чтобы можно было легко перевернуть её на другой, и при этом не повредить крылья.

– Джахейра, может я смогу чем-то помочь, – тихо произнесла Равена. – Покажи, что надо делать.

Друид понимала, что после неудачи с двумя братьями, эта помощь просто необходима воспитаннице Горайона.

– Конечно, – кивнула она. – Смотри: вот набухшая ранка. Засохшая корка не даёт гною выйти наружу. Нужно прокалить нож над огнём и надрезать. Не морщись. Теперь нужно подождать, пока не польётся чистая кровь. Можно немного ускорить процесс, – Джахейра нажала по краям раны, и поток гноя, смешанный с кровью усилился. – Кровь смыть и промыть ранку отваром.

– Он пенится.

– Потому что здесь инфекция. Нужно промывать, пока пены не станет. Ну, вот эту рану можно зашить, она не сильно загрязнена. Поняла?

– Да.

В этот момент вернулись Имоен и Халид, посланные командой за хворостом.

– Джахейра, смотри, что мы нашли, – девушка протягивала ей крепкий металлический прут. – Мы недалеко разваленную телегу нашли. Вот одну ось вынули. Подойдёт? Я её в реке помыла.

– Отлично! Положи его одними концом в костёр.

– А может, и я смогу чем-нибудь пригодиться? – выполнив задание друида, спросила Имоен.

– Будешь резать или шить? – хихикнула Равена, держа нож над огнём.

– Уволь меня. Мне бы что-нибудь бескровное.

– Тогда проверь мелкие ранки и царапины. Промой их отваром, пока пена не пропадёт, и прижги прутом. Сможешь?

– Я постараюсь.

Друид с двумя помощницами хлопотали над спящей виверной. В воздухе стоял запах лечебного отвара и палёной плоти из-под раскалённого прута. С помощью Минска и Халида крылатую пациентку перевернули на другой бок. Дайнахейр обновила заклинание, и потревоженная виверна снова уснула. Равена проткнула очередную засохшую корку, и гной брызнул оттуда струёй, испачкав одежду. Джахейра, заметив это, покачала головой.

– Проблемная рана. Гной сам не выйдет – слишком глубоко. Ребята, у нас ещё остались ржаные сухари?

– Да. Весьма много, – ответила Дайнахейр.

– Тогда дай мне какой-нибудь, где больше мякиша и плошку с небольшим количеством воды.

– Зачем это? – спросила Имоен.

Она уже закончила свою работу и помогала подругам вдевать в иглу нить и следила за ножами.

– Удивительно, но ржаной хлеб помогает вытянуть гной. Кстати, как твои ноги?

– В полном порядке. А что?

– Листья подорожника не выкинула?

– Не-а.

– Давай-ка их сюда.

Когда рана была промыта настолько, насколько это было возможно, Джахейра приложила сверху размоченный мякиш и прикрыла слегка повядшими листьями подорожника.

– Эту придётся перебинтовать. И несколько дней этой мамаше придётся побыть в покое. Дайнахейр, будь готова в любой момент обновить заклинание.

Рашеманка кивнула.

– И сколько это «несколько дней»? – недоверчиво спросила Равена.

– Зависит от того, сколько сил у неё осталось.

– Учитывая то, как она на нас напала, сил у неё ещё предостаточно.

– Посмотрим, – устало улыбнулась Джахейра. – Пока что мы сделали всё, что могли. Нам всем нужно отдохнуть.

Равена обернулась на спящих детёнышей.

– Пока мама будет спать, придётся позаботиться об её выводке. Да и о самой маме тоже, – сделала она вывод вслух.

Утром их разбудил писк маленьких виверн. Пришлось скормить им остатки вчерашней рыбы. Вскоре пришёл Минск и сказал, что завтрак для малышей подан.

Перед пещерой высилась куча свежей рыбы.

– На рассвете рыба хорошо клюёт, – похвалился следопыт. – Её много в реке. Минск наловил и нам, – и он деловито принялся за приготовление завтрака.

Детёныши сначала ходили вокруг кучи, изучая её содержимое, а потом вгрызлись в неё так, что видны были только длинные хвосты.

– А где Равена? – оглядываясь, спросила Джахейра.

– Минск видел, как она карабкалась наверх на пещеру. Очень ловко у неё получалось, – не отрываясь от работы, ответил рашеманец.

– Ей не привыкать, – сказала Имоен, потягиваясь после сна. – Она всегда быстрее меня вскарабкивалась на стены и крыши в Кэндлкипе.

– Ты чего поднялась так рано? – спросила у Равены полуэльфийка, когда добралась до неё.

– Я хотела найти еду малышам, но Минск меня опередил, – полудроу нервно теребила в руках тонкую травинку.

– А сюда зачем забралась?

– Осмотреть окрестности. Вон там, видишь, шахта. До неё ходьбы несколько часов, если по дороге никто не встретится.

– Хорошо укреплена, – Джахейра приставила ладонь козырьком ко лбу, чтобы утреннее солнце не светило в глаза.

– Угу. И вход один и очень узкий, но без ворот, – глядя на травинку в руках, добавила Равена.

– Похоже, придётся пробиваться с боем.

– Похоже на то.

Равена глубоко вздохнула.

– Что тебя беспокоит?

– Опять я вас задерживаю.

– Перестань. Я понимаю насколько для тебя важно то, что мы сделали вчера. К тому же ты абсолютно права: нам нужна подготовка и отдых. Так что всё получается как нельзя кстати.

Равена подняла на неё голову.

– Она выживет?

– Она обязана. Сейчас надо сменить ей перевязь и обработать зашитые раны. Напоить и попытаться покормить. Пойдём.

В пещере уже пахло ухой и печёным картофелем. Желудок Равены буркнул. Она вспомнила слова Дреппина – парня из Кэндлкипа, который ухаживал за скотом: «Сперва накорми хозяйство, а уж потом поешь сам». Кивнув самой себе, полудроу направилась к виверне с плошкой, в которой распушился размоченный в воде ржаной сухарь, и чистыми бинтами. Мякиш, вложенный вчера, пропитался гноем. Когда Равена промывала опасную рану, пены было гораздо меньше. Она заполнила глубокий надрез свежим мякишем и начала забинтовывать. Девушка почувствовала на себе чей-то взгляд. Виверна смотрела на неё сонными глазами, не поднимая головы с пола. Взгляд удивительного существа, понимающего, что его хотят спасти от смерти. Равена погладила её между рогами.

– Она проснулась, – негромко, чтобы не напугать животное, позвала она друзей.

Виверна с жадностью пила воду, но от еды отказалась. Она беспокойно оглядывала пещеру и вновь положила голову на пол, лишь когда дети окружили её. Вскоре она уснула, благодаря заклинанию Дайнахейр, а малыши создали вокруг неё тёплое живое кольцо.

– С твоей заботой о природе, из тебя вышел бы неплохой друид, – высказала Джахейра, и Равена чуть не поперхнулась ухой.

– Надеюсь, ты сейчас пошутила. Или перепутала меня с кем-нибудь. Сидеть в Роще и хранить Баланс… Я бы не смогла.

– Так и я не смогла, – хохотнула полуэльфийка.

– Ты не смогла сидеть на одном месте. Даже странствуя, ты хранишь Баланс. А я и Баланс – две вещи абсолютно несовместимые.

Вечером, когда Имоен и Минск отправились на разведку к шахте, а супруги-полуэльфы ещё не вернулись с охоты, ведьма из Рашемана и воспитанница Горайона занялись кипячением бинтов. Точнее грязные бинты кипятились сами собой, а Дайнахейр сворачивала чистые и смеялась над тем, как Равена играет с детёнышами. Малыши были очень подвижные и юркие и уже изваляли воительницу в песке.

Ещё издалека Джахейра и Халид услышали смех полудроу. У пещеры им открылась чудная картина: один из детёнышей тянул Равену за рукав, другой за штанину, остальные кружили вокруг неё.

– Ты чего делаешь? – улыбаясь, спросила друид.

– Не видишь? Развлекаю молодёжь, – не переставая смеяться, ответила девушка.

Общими усилиями «молодёжь» всё же снова повалила Равену и тыкалась ей в лицо прохладными мордочками.

– Семнадцать – ноль, – объявила Дайнахейр.

Решив, что это абсолютная победа, малыши позволили Равене подняться. Полудроу ласково потрепала по шее одного из них. Взгляд её вдруг стал серьёзным.

– Надо будет объяснить им, что не всем стоит так доверять, – поглаживая ещё светлые чешуйки детёныша, сказала она.

– А что? Наш переводчик на звериный язык ещё не пришёл? – Джахейра выкладывала из сумки только что собранные травы.

– Нет, они ещё не вернулись.

На ужин у искателей приключений были кролики и салат из каких-то странных овощей, кислых ягод, листиков и трав. Виверны снова лакомились рыбой и ничуть не жаловались на скудность рациона.

– П-придётся научить их маму рыб-бачить, – усмехнулся Халид, поворачивая импровизированный вертел.

Разведчики вернулись, когда уже стемнело. Мерзлячка Имоен сидела, закутавшись в плащ у костра. Минск чертил на песке расположение шахт, как это делала его помощница перед боем в Крепости Гноллов.

– Высокий частокол, – нарисовал он фигуру, похожую на восьмёрку. – Трудно перебраться. Вокруг вода. Вот здесь вход и мост к нему. Вот здесь высокий дом. Туда входили и выходили стражники. Наверное, это вход в шахту, потому что ржание коней слышно хорошо – конюшни и склады рядом со входом.

– Стражники вооружены так же, как и «Чёрные Когти», – Имоен отхлебнула согревающего травяного чая. – На закате прибыла группа людей. Большинство экипированы, как стражники, но вот четверо… Они особенные. Двое, кажется, были в мантиях, а двое в полных латных доспехах. Это не простое пополнение рядов. Уверяю вас.

– Только вот кто бы это мог быть… – задумалась Джахейра. – Покупатели руды? Или начальство Железного Трона?

– Или нас поджидают… – предложила свою версию Равена.

Никому не хотелось соглашаться с этим, но и отрицать этого они тоже не могли. Раз Железный Трон такая могущественная организация, у неё должна быть развитая сеть шпионов.

Перебинтовывая виверну на ночь, Джахейра отметила, что опасную рану утром можно будет зашить. Онаускорит заживление магией, и больше виверна не будет нуждаться в их помощи.

Целый день за Равеной ходил один из детёнышей, не отходя ни на шаг. И когда все устроились на ночлег, он, будто чувствуя скорое расставание, пристроился рядом. Ровно дышащий клубок удивительной жизни придавал уверенность полудроу, что она всё сделала правильно. Теперь она знала, ради чего стоит сражаться: ради жизни. Ради тех, кто не может держать оружие в руках. Ради тех, кто находится в опасности. Ради тех, кому нужна забота. Сражаться мечом, словом, деяниями. Сражаться, не жалея сил и своей жизни, за другую жизнь.

Почти весь следующий день был проведёт в приготовлениях. Виверна-мама с удовольствием поела. Джахейра и Дайнахейр заканчивали лечение. Почти ручной малыш всюду следовал за Равеной и отошёл лишь, когда та начала полировать и без того зеркальную гладь лезвия Погибели Пауков. Секунду поколебавшись, он присоединился к своим братьям и сёстрам, которые пытались повергнуть на песок могучего следопыта.

Заботливо протирая тряпочкой клинок, Равена смотрела на это действие и улыбалась, вспоминая, как вчера её изваляли эти малыши. Неожиданно она почувствовала на плече чьё-то дыхание. Позади стояла виверна-мама и неодобрительно смотрела на меч. Равена сняла Погибель Пауков с колен и подняла руки вверх, в знак того, что не собирается воспользоваться им. Внезапно виверна изогнула шею и положила голову на колени воительнице. Девушка подняла обескураженный взгляд на друзей.

– Ты ей понравилась, – заявил разрываемый на части Минск.

– Да? – Равена поймала взгляд виверны, она явно ждала ответа. – Она мне тоже понравилась.

Виверна закрыла глаза и довольно заурчала. После выздоровления чешуйки, казалось, стали ярче. Целительная сила магии природы заживила ранки без следа. Только на месте серьёзной раны всё же остался рубец, да несколько следов от прижигания. Равена невольно тронула свои шрамы на шее.

– Вот такое животное я бы себе завела, – сказала она, чтобы отвлечься. – И по цвету мне подходит.

– Ты ещё дракона себе заведи, – хлопнула её по плечу Имоен. – Чёрного.

– Если найду такого чёрного дракона, который не захочет меня сожрать с первого взгляда, обязательно сделаю ему такое предложение.

– Да, такого зверя за пазухой не спрячешь, – заметила Дайнахейр, аккуратно складывая подготовленную книгу заклинаний.

– Зато я смогу спрятаться за него. Или, в крайнем случае, улететь.

Расставание с крылатым семейством было преисполнено настоящей грусти. Виверна-мама положила голову на плечо Равене, а к ноге ей прижался тот самый малыш.

– Не доверяйте людям, – шептала полудроу. – Прошу вас. Будьте осторожны.

Виверна посмотрела на неё умными глазами, и девушка была уверена, что она поняла её. Животное лизнуло её в щёку раздвоенным языком, Равена засмеялась. Она потрепала детёныша по шее и погрозила ему пальцем.

– Слушайся маму, безобразник.

Вечерний сумрак окутал удаляющихся друзей, и вслед им нёсся прощальный крик крылатого семейства.

Ночь выдалась лунная и светлая. Бледные лучи отражались в воде окружающего шахту рва. Казалось, что он наполнен жидким серебром.

Равена рассматривала вход и не находила ни одной лазейки.

– Похоже, даже зайти на территорию не получится тихо.

– Ров глубокий, я проверяла, – подтвердила её слова Имоен.

– Как же близко вы подошли? – удивилась Джахейра.

– Достаточно близко, чтобы проверить, – гордо ответила девушка.

Равена лишь покачала головой.

– Охранников всего двое, – заметила полудроу.

– Видно только двоих, – поправила её Джахейра. – Неизвестно, сколько стоит за стеной.

– Я придумала, как узнать их количество, – заявила Имоен, снимая с плеча лук.

Она нацелилась на одного из охранников.

– А ты попадёшь? – неуверенно спросила Равена. – С такого-то расстояния.

– Не будешь говорить мне под руку – попаду, – пробурчала лучница.

Стрела вонзилась охраннику в глаз, и тот упал навзничь. Его напарник оглянулся на то место, откуда она прилетела, но вряд ли кого увидел, и помчался прочь.

– Что ж их было всего двое, но сейчас станет больше, – невозмутимо сказала Джахейра.

– Не станет, – Дайнахейр быстро произнесла заклинание и пустила вслед убегающему голубую молнию.

Куда бы охранник ни спешил, своей цели он не достиг.

– Будем надеяться, что эту нашу выходку никто не заметил, – сказала Равена, хватаясь за чёрную рукоять с рубином.

Скрипучие доски узкого моста не оставили незаметным приближение искателей приключений. Однако двор оказался абсолютно безлюдным и безопасным для дальнейшего продвижения вперёд. Кадящие факелы хорошо освещали путь. Друзья всё же шли с осторожностью, медленно приближаясь к высокой постройке в конце периметра.

Вдруг ночную тишину потревожили редкие ленивые хлопки чьих-то ладоней. На свет вышли два воина.

– Отличная идея – прийти посреди ночи в надежде, что сонные охранники не смогут дать вам должного отпора, – сказал один, приближаясь, второй остался стоять позади него.

– Вообще-то ночь только началась, и до её середины ещё далеко, – парировала Равена.

– Ты разговорчивая, – остановился говорящий.

– Ты не первый, кто это замечает.

– Попробую угадать: вы хотите пройти вон туда, ко входу в шахты, чтобы завершить начатое в Нашкеле.

– Ты догадливый.

– Ты не первая, кто это замечает, – издевательским тоном повторил он выражение Равены.

Пока эти двое вели словестную дуэль, Джахейра озиралась по сторонам.

– Тут есть ещё кто-то.

– Я тоже нутром это чую, – кивнул Минск. – И Бу неспроста нюхает воздух.

– Довольно бессмысленной болтовни! – вскричал воин. – Ваши жизни закончатся здесь!

Минск, Халид и Равена ринулись вперёд. Полуэльф и следопыт взяли на себя того, что остался позади. Имоен помогала названой сестре расправиться с болтливым. Дайнахейр накладывала на себя защищающие заклинания. Джахейра приступила к вызову молний. Ниоткуда, просто из ночной мглы вырвались магические снаряды и вонзились в кожу друида.

– Так и знала, что их больше! Дайнахейр, прикрой меня!

Ведьма, защищённая каменной кожей и антимагической сферой, была практически неуязвимой, поэтому загородила собой подругу. Жжение от магический снарядов мешало быстро произнести заклинание. Недалеко от Равены так же ниоткуда появилась кислотная стрела. Она пролетела мимо неё, оставив бледно-зелёный отсвет, и прожгла доспех Халиду. Горящая боль заставила воина согнуться пополам, за что он поплатился ударом щита от своего врага. Джахейра, наконец, дочитала заклинание, от боли выкрикнув последние слова. На тех местах, откуда прилетела магия, проявились полупрозрачные силуэты двоих мужчин.

– Это те самые маги, которых мы видели! – крикнула Имоен.

Маги были увлечены чтением заклинаний и не заметили, что невидимость спала с них. Тот, который стоял ближе к воинам, явно был нацелен на Равену. Имоен выстрелила в него, но стрела отскочила от розового цилиндра, в который был заключён маг.

– Это защита от стрел, – объяснила ей Джахейра и принялась за заклинание.

Дайнахейр не слышала, какое заклинание читает ближайший маг, он слишком тихо бормотал себе под нос. В любом случае его надо было сбить, но его каменная кожа не позволит это сделать. Рашеманка сняла с пояса пращу и вложила в неё снаряд. Камень попал в цель, но слишком поздно – вокруг мага в облаке дыма появилась целая стая диких псов.

Противник Минска был физически слабее его, но очень ловким. Он легко уходил от атак булавы следопыта. Тогда Минск воспользовался массой своего тела и сшиб противника с ног. От падения меч вылетел из руки воина, он, как мог, отбивал щитом богатырские удары следопыта. Понимая, что нужно как-то остановить лысого громилу, иначе он просто вобьёт его в землю, мужчина сильно пнул Минска в пах, и тот, скрючившись, повалился на землю.

Превозмогая боль в боку, Халид поднялся на ноги. Он увидел, что Минск лежит на земле, а его противник пытается вернуть себе меч. Халид приблизился настолько быстро, насколько могла позволить боль, отбросил оружие врага носком сапога в сторону и взмахнул своим мечом. Обезглавленное тело рухнуло на землю, и кровь растеклась широкой лужей.

С рук Джахейры сорвался искрящийся шар, розовый цилиндр вокруг мага исчез. Увы, это не помешало ему дочитать заклинание, и в Равену ударила сильная струя огня. Имоен охнула и на секунду замерла. То ли благодаря врождённой частичной сопротивляемости магии, то ли роль сыграл доспех из анкега или ей впервые за долгое время, наконец, повезло, но тело полудроу не вспыхнуло пламенем. Ударом её отнесло в сторону на несколько шагов. Доспех раскалился, кольчуга припечаталась к телу. Горячим воздухом обожгло лёгкие, дышать было трудно. Равена попыталась встать, но не смогла.

Стая диких псов набросилась на Дайнахейр. Первые несколько попытались её укусить, но наткнулись на каменную кожу. Магические снаряды уложили одного. В самую гущу толпы ударила молния, уничтожив сразу несколько. Ведьма из Рашемана с радостью поблагодарила бы Джахейру хотя бы кивком головы, но отвлекаться было некогда. От постоянных нападенийкаменная кожа истончилась. Перед женщиной возникла дилемма: обновить защиту или уничтожить ещё одного пса. Какое облегчение было услышать приближающееся: «Аррр! Бу, иди за глазами!»

Минск, оправившийся от подлого удара, был вне себя от гнева. Обычно лояльный ко всем животным, он разбрасывал бедных псин со свирепостью воина-орка. Молниеносная атака телохранителя позволила Дайнахейр отбежать в сторону и подлатать прорехи в каменной коже. Уничтожив остатки стаи, Минск обернулся на мага, призвавшего её. Если бы тот отвлёкся от заклинания и посмотрел в глаза воину-берсерку-следопыту, то понял, что это было его последнее заклинание в жизни.

Руки Имоен тряслись от злости и плохо сдерживаемых рыданий. Она никак не могла хорошенько прицелиться в мага, столь жестоко обошедшегося с её сестрой. Одна стрела вонзилась ему в бедро, другая пробила насквозь плечо. Лучница заставила себя успокоиться и навела стрелу на голову мага. Стрела сорвалась, но попала в грудь мужчине, потому что кто-то больно укусил Имоен за ногу. Дикий пёс вцепился зубами в голень девушки и не собирался отпускать свою добычу. Имоен тут же вспомнила Крепость Гноллов и такую близкую пасть собакообразного существа. Она выдернула из ножен короткий меч и вонзила прямо в лобастую голову пса.

Когда Минск рванулся на помощь Дайнахейр, Халид огляделся в поисках нового противника. Второй воин вальяжно подходил к пытающейся встать Равене, а ближайший маг дочитывал заклинание ицелился в Имоен. Халид рассудил, что Равене он сможет помочь немного позже и кинулся на мага.

Вызвав молнию в толпу разъярённых псов, Джахейра услышала слова заклинания сзади. Времени для заклинания у неё не было, а потому она замахнулась посохом. Рука Халида обхватила колдующего за шею, и лезвие меча прошило бок. Помощь её мужу явно была не нужна. Джахейра напала на оставшегося воина. Удар посохом заставил того переключиться на друида. Однако Джахейра не была столь же искушённым фехтовальщиком, как её противник и через мгновение лежала на земле, прижимая к окровавленному животу руку.

Дайнахейр хотела оставить магию на бой в шахте, вряд ли там удастся спокойно сесть и подготовить заклинания. А потому она уложила новый снаряд в пращу. Маг, в которого она хотела его запустить, осел под ударом булавы Минска. Ведьмабыла уверена, что он не жилец, а потому бросила его в воина, что приближался к Равене. Она не подрасчитала, и камень пролетел мимо.

Мужчина подходил к полудроу медленно. Она слышала сквозь своё прерывистое дыхание его шаркающие шаги. Слышала, как кто-то пытался остановить его, но потом шаги возобновились. Она ползла вперёд, чтобы добраться до меча.

– Тебе не говорили, полукровка, что во время боя нужно видеть, что творится вокруг тебя? – издевательски спросил мужчина, поигрывая оружием.

Погибель Пауков лёг в её руку. Опираясь на него, она приподнялась и встала на одно колено. Она почти висела на эфесе и всей кожей ощущала занесённый над нею меч.Равена зарычала по-звериному и изо всех сил ударила лезвием назад. Тонкий клинок легко пробил доспех. Мужчина хватанул ртом воздух. Лезвие вошло в живот и вышло в районе лопаток.

– А тебе не говорили, что подходя к жертве сзади, надо молчать? – просипела воительница.

Не в силах выдернуть меч, Равена отпустила рукоять и отползла в сторону, чтобы умирающий противник не упал на неё.

Крики «Равена» и «Джахейра» слились воедино. Меч нападающего пропорол друиду живот. Полуэльфийка, прижимая рукой рану, силилась прочитать целительное заклинание.

– Джахейра, не трать силы, они нам ещё пригодятся, – Равена поднялась с помощью Имоен и достала бутыль с эликсиром. Не в силах кинуть, она передала его названой сестре.

– Держи, Халид, – перебросила лучница эликсир другу.

Полуэльф помог жене сделать несколько глотков и вернул бутыль назад. Остатков хватило как раз, чтобы восстановить Равену.

Джахейра откинула голову на плечо мужа и смотрела на свою темнокожую подругу.

– Досталось нам с тобой, – улыбнулась полуэльфийка.

Эликсир начал действовать, и щёки друида порозовели. Рана затянулась, хотя всё равно пришлось её перебинтовать.

Равена мазнула рукой по закопчённому месту на доспехе.

– М-да. Горячий приём, – рассмеялась воительница. – Они думают, что эти четверо справятся с нами. Пусть думают и дальше. Нужно убрать со света тела.

Перед тем, как оттащить в сторону воина, которого убила Равена, Имоен, как водится, хорошенько покопалась у него в вещах.

– Сестрёнка, ты была права, – протянула она записку полудроу, когда та подошла. – Нас ждали.

– Давеорн… – прочитала подпись воительница и рванула из тела свой меч. – Что ж он понял, с кем он имеет дело, раз послал такой конвой своим гостям.

Команда прошла через узкий перешеек и очутилась во втором дворе. Здание, которое возвышалось там, стояло на сваях, к двери вела приставная лестница. Два полусонных стражника не остановили друзей. Они ступили на лифт, и он медленно пополз вниз, доставляя их на первый уровень тайной шахты Железного Трона.

– Пламя Абисса!!! – разнёсся низкий рык по поляне. – Что здесь произошло?!

– Тазок… – разбойник с перебинтованной рукой сделал несколько шагов навстречу командиру. – Ночьюначался пожар. Внезапно.

– Как таквнезапно? Кто недоглядел?

– Не всё так просто. У нас тут было место… э… диверсии.

– Что-о-о?!!

– Наёмники, которых привёл Тэвен, оказались скорее всего шпионами. Они…

– Где Тэвен? – Тазок спросил это таким тоном, что разбойник искренне пожалел предводителя элитного отряда «Чёрных Когтей».

– Он вместе с остальными ранеными в другом конце лагеря.

Командир разбойников шёл через бывший лагерь, как таран, отталкивая огромными ручищами всех, кто мешался у него на пути, в сторону. Те, кто остался работоспособным, стаскивали мёртвые тела в одну кучу, ухаживали за ранеными и пытались дотушить пожар. От некоторых палаток остались лишь чёрные круговины на траве, другим повезло больше – стены стояли сгоревшие лишь наполовину. Палатка Тазока быларазворочена изнутри.

– Тэвен! – заорал полуогр, лишь завидев предводителя, и снял дубину с пояса. – Ты привёл их в лагерь! Ты виноват в том, что случилось! – Без лишних предисловий перешёл он сразу к обвинениям.

– Я не согласен, Тазок, – спокойно ответил Тэвен.

От удивления, что с ним решили спорить, полуогр выпучил глаза.

– Я привёл их
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   ...   30

Похожие:

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconБескрайнее Море Мечей. Что там за горизонтом? Приключения? Слава?...
Но каждый раз, поднимая вопрос об уходе в большой мир, она слышала один и тот же ответ: «Твоё время ещё не пришло…» Она ждала. Терпеливо...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconВедьмы с восточного побережья
Вполне возможно, что некоторые валькирии, решив покинуть Вальгаллу,[1] затем селятся в различных уголках той или иной страны, где...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconСодержание вступление часть первая
Создание меча. Историко-культурный контекст. Типы мечей

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconКнига трилогии Ф. Пулмана «Темные начала»
«Янтарный телескоп» заключительная книга трилогии Ф. Пулмана «Темные начала». Захватывающая история рождения нового мира, в которой...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconТомас Харрис Красный дракон Серия: Ганнибал Лектер 1 Аннотация «Красный дракон»
Первая книга легендарной трилогии о Ганнибале Лектере, по которой сняты три голливудских блокбастера

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconКнига первая. Аар
В память об Уднатте и многочисленных заморских странствиях предлагаю эти картины прошлого Вам, дорогой Винсент, поклоннику настоящего...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconАвстралия единственная страна мира, занимающая территорию целого...
Вдоль восточного побережья почти на 2000 км протянулось скопление мелких островов, подводных возвышенностей и коралловых рифов Большой...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconОт автора «передавай привет лесли»
Это моя вторая книга. Первая – «Жжизнь без трусов: Мастерство соблазнения – жесть как она есть» – имела огромный успех! Она стала...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconКнига основана на событиях, происходивших с ним с четырех до двенадцати...
Калифорния. Психически нестабильная мать-алкоголичка годами избивала и морила голодом маленького Дэйва Пельцера. Она изощренно издевалась...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconТатьяна Устименко Богами не рождаются Любимому супругу Александру посвящаю
...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов