Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя




НазваниеПервая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя
страница5/30
Дата публикации20.02.2014
Размер5.45 Mb.
ТипКнига
zadocs.ru > Военное дело > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   30

– Охота, говоришь? – подняла вверх русые брови Джахейра.

– Да, её уже трижды хотели убить, а у последнего убийцы стражники нашли свиток, в котором упоминалась награда в двести монет, – произнесла Имоен шёпотом.

Халид нахмурился и покачал головой. Джахейра же усмехнулась.

– Двести монет? Всего-то!Что-то слабо они тебя ценят. Видно не сильно ты кому-то мешаешь.

– Да я мешаю-то им всего-навсего вторые сутки.

– Если за каждые сутки прибавляется сто монет, то скоро за тобой будут охотиться все убийцы Побережья Мечей, – улыбаясь, рассуждала Джахейра.

– Спасибо, ты меня успокоила, – грустно усмехнулась Равена.

– З-знаешь, Горайон хот-тел, чтобы мы т-тебя охраняли, – негромко произнёс Халид.

– Но его больше нет, и ты вправе сама выбирать свой путь, – серьёзно заметила Джахейра. – Теперь я могу лишь задать тебе вопрос, который часто задают друг другу искатели приключений: «Хочешь ли ты, чтобы я и Халид присоединились к твоей группе?»

– Это честь для нас, если вы будете рядом, – искренне обрадовалась Равена. – Но какая же мы группа, так – двезаплутавшие девчонки. Скорееэтомыдолжныпросить разрешенияприсоединитьсяквам. Опыта у нас очень мало.

– Не волнуйтесь, опыт вы наберёте очень быстро: дороги Фаэруна – прекрасные учителя. Для тех, кто избрал путь искателей приключений, самоеглавное – умение работать в команде и доверять другому, – объяснила Джахейра.

– Кому, как ни друзьям моего приёмного отца я могу довериться.

– Ты можешь полностью доверять нам, Равена, – помолчав, тихо сказала Джахейра. – И ты, Имоен, тоже.

Полудроу, стиснув зубы, не мигая, смотрела в кружку. На глазах её сестры снова выступили слёзы, от воспоминаний о Горайоне.

– Как жаль, что мы встретились в такой трагический момент, – Равене показалось, что голос полуэльфийки надломился, но лицо Джахейры было просто грустным, и никакого намёка на слёзы. – Мы с Халидом не сможем полностью заменить вам вашего воспитателя, но научим вас всему, что знаем сами, чтобы вы смогли выжить в пути.

– За объединениенаших сил! – предложила Имоен.

– За объединение сил, – и в воздух поднялись четыре кружки с элем.

– Итак, вы не знаете куда идти, – приступив к ужину, который им, наконец, подали, продолжила разговор Джахейра. – Тогда у нас с Халидом есть предложение: пойдёмте с нами в Нашкель.

– Нашкель? – переспросила Имоен и переглянулась с сестрой. – Мы уже встречались с группой, которая шла туда. Маг-человек и полурослик…

– Кзар и Монтарон? – спросила Джахейра.

– Да. Вы знаете их?

– Мы… сталкивались как-то раз. Они шли в Нашкель?

– Да. Они предлагали присоединиться к ним, но мы не согласились. Они показались нам странными. Особенно этот Кзар.Надеюсь, они не наломают там дров. А что там такое в Нашкеле?

– Я тоже надеюсь, – вздохнула Джахейра. – Нашкель знаменит своими шахтами по добычи железной руды. Вот в этих шахтах и появились какие-то проблемы. Не иначе как Железный Кризис берёт там своё начало.

– Железный Кризис? – водин голос удивились Равена и Имоен.

– Ну да. Похоже, вас не выпускали за пределы Кэндлкипа. Что-то или кто-то испортил руду в шахтах. Оружие, которое делается из неё, стало ломким и порой рассыпается в пыль. Мэр Нашкеля бросил клич о найме людей, которые с этим могли бы разобраться.

Равена вспомнила, как сломался её меч, когда она добивала мага.Тогда она подумала, что эторезультатего заклинания. Значит всё дело в железе. Ну, конечно же! Винтроп сказал, что это свежая партия прямо из Нашкеля.

– По д-дорогам стало опасно п-передвигаться, – отметил Халид.

– Разбойники охотятся за железом. Дороги во многие города, в том числе во Врата Бальдура, закрыта до тех пор, пока не минует Железный Кризис, – объяснила Джахейра и вопросительно взглянула на приёмную дочь Горайона.

– Хорошая идея, – кивнула та в ответ. – Только, похоже, придётся носить с собой запасной меч.

– Придётся, – согласился Халид. – П-пока в твоих руках не окажется з-зачарованноеоружие, – он похлопал по рукояти. – У м-меня нет такой п-проблемы.

– Хорошо бы тебе, Имоен, доспехи приобрести, продолжала Джахейра. – Кто знает, с чем мы встретимся в шахтах. И ещё: у вас двоих мало опыта в бою с настоящим врагом, надо исправить это. Наверняка в гостинице найдётся пара-тройка постояльцев, которым надо что-нибудь найти, принести или выбить из грязных лап какого-нибудь гоблина. Но это будет завтра, а сейчас вам надо вымыться и выспаться, – друид будто прочитала мысли Равены.

Бентли отвёл новых жителей в маленькую комнатку. Интерьер её был не богат, но она была чисто убрана и вполне уютна. Здесь стояли две узкие кровати, пара несколько раз отремонтированных стульев и шкаф со скрипящей дверцей, дополняла интерьер небольшая ванна за ширмой. Имоен быстренько ополоснулась и ушла разведывать местность: есть ли на территории гостиницы оружейная лавка или храм, где они могли бы пополнить свои запасы. Оставшись одна, Равена погрузилась в горячую воду. Ноющие мышцы расслабились. Она прогоняла в мыслях всё, что случилось со времени выхода за пределы Кэндлкипа. Крик Горайона стоял в ушах. Даже когда она с головой ушла под воду в надежде избавиться от него, он всё равно звенел где-то в голове. «Я найду того, кто это сделал. Он заплатит за всё», – твердила она самой себе. Имоен застала сестру уже спящей, чистая постель подарила ей долгожданное забвение.

Утром их разбудил стук в дверь. На пороге стояли Джахейра и Халид.

– Доброе утро, сони, – улыбнулась друид. – Готовы к приключениям?

– Конечно! – подпрыгнула на кровати Имоен.

– Мы принесли завтрак сюда – внизу слишком шумно – все обсуждают ваше вчерашнее эффектное появление. Там не будет возможности поговорить.

На подносе под салфеткой оказались кувшин с парным молоком, свежеиспечённый хлеб и фрукты. Завтрак прошёл под планирование дальнейших действий и узнавание друг о друге много нового. Равена была удивлена насколько легко ей в обществе Джахейры и её мужа. Хоть Джахейра и была лидером в их паре, она всегда прислушивалась к советам Халида. Что же касается самого Халида, похоже, он боготворил свою жену.

Было решено помочь дворфу Анши, что жил в комнате напротив, который не мог отправиться дальше в путь без очень дорогого пояса, отобранного у него огромным огром. Также помощь не помешала работницегостиницы– у неё хобгоблины украли фамильное кольцо. Имоен сообщила, что оружие можно купить у самого Бентли,а рядом с гостиницей есть небольшой храм, которым заправляет его жена. С покупки амуниции они и решили начать своё приключение. Кроме оружия у Миррошейда нашёлся немного потёртый клёпанный кожаный доспех, которому была очень рада Имоен. Два двуручника за спиной давили на Равену с непривычной тяжестью. Халид поддерживающе похлопал её по плечу.

Встреча с огром прошла довольно гладко. Получив удар молнией, вызванной Джахейрой, существо упалона колени и с туповатым выражением лица смотрело вверх – откуда этатуча посреди чистого неба. Равена с Халидом воспользовались этим и напали с двух сторон. Обезглавленный труп повалился на землю.

С бандой хобгоблинов пришлось повозиться. Конечно хобгоблины слабее огров, но и умнее. А ещё их редко встретишь численностью меньше четырёх. К тому же лагерь, разбитый ими, находился на открытой местности. Из укрытий, которыми могли воспользоваться искатели приключений, были тонкая полузасохшая берёзка, да редкий куст шиповника. Можно было и не думать о внезапном нападении. Пожав плечами, Халид и Равена бросились в атаку, Имоен присела за кустом, а Джахейра начала вызывать молнию из-за берёзы. На друзей обрушился ливень стрел, пущенных из шести луков. Первый залп прошёл мимо. Халид ухитрился пронзить насквозь одного из лучников, Равена ранила другого. Чудище держалось одной рукой за бок, а другой выхватило грубо сделанный меч. Стрела Имоен просвистела в воздухе и попала ему в ногу. Хобгоблин упал сначала на колено, а потом повалился замертво без головы. Равена стряхнула кровь с меча. Сзади приближался ещё один меченосец. Воительница полоснула его лезвием, но тут оно развалилось на куски. Хобгоблин ударил её кулаком в челюсть, и она отлетела на несколько ярдов. Оказавшись на земле, Равена почувствовала вкус крови во рту. Враг приближался. Равена вскочила и рванула второй меч, но хобгоблин уже недоумённо смотрел на лезвие, которое торчало из его груди. Позади него стоял Халид. Он уже уложил ещё одного. Врагов осталось двое. Один из них выпустил стрелу и попал Равене прямо в незажившую ещё рану от магической стрелы. Однако тут же в живот ему влетела стрела Имоен, и он решил удрать. Далеко он не убежал – его нагнала молния Джахейры. Последний хобгоблин уже был с ожогами. Что-то пошептав над стрелой, он выпустил её в Халида. Полуэльф согнулся от боли пополам. Стрела была отравлена. Когда-то Равена читала книгу о хобгоблинах и знала, что у многих из них есть способность отравлять стрелы. Джахейре пришлось покинуть своё убежище, чтобы нейтрализовать яд в теле мужа. Оставшийся в живых хобгоблин решил отомстить друиду за обожжённую кожу, он снова пошептал над стрелой и прицелился. Сконцентрировавшись на Джахейре, хобгоблин не заметил, как к нему подобралась Равена, а когда заметил, было уже поздно. В прыжке полудроу занесла над головой меч и, приземлившись рядом с врагом, рассекла чудище пополам. Её обдало вонью и тёмно-красной кровью. Равена прерывисто дышала. Плечо болело. Она потянула за стрелу и вскрикнула от боли. В глазах потемнело, и Равена упала на землю. Имоен подбежала к сестре, но, увидев разрубленное тело, зажала рот и отбежала снова за куст, где её и стошнило. Джахейра уже сняла действие яда с Халида, вместе они оттащили Равену к берёзе и прислонили к стволу. На теле у неё нашлось ещё несколько ран.

– Что же ты мне не сказала про магические ожоги вчера! – возмущалась Джахейра.\\\

– Я была слишком уставшая, чтобы думать об этом, – сквозь зубы призналась Равена.

Джахейра кивнула головой.

– Теперь запоминай, как вытаскиваются стрелы: сожми зубы и… Рывок! – и она резко выдернула стрелу, хлынула кровь.

Хоть зубы Равены и были сжаты, она всё равно не сдержала крик. Джахейра положила руку на рану, закрыла глаза и что-то прошептала. Кровь остановилась, и края раны немного затянулись.

Получившие назад свои утраченные вещи хозяева были несказанно рады. Друзья продали трофеи, которые достались им от огра и хобгоблинов. Прибавив к этим деньгам то, что дали им заказчики за выполненную работу, и отняв плату за комнату и ещё один меч (благо стрелы Имоен насобирала у хобгоблинов), Равена обнаружила, что этого всё равно не хватит на более или менее хорошее снаряжение.

Вечером в комнату к сёстрам вошла Джахейра. Она заставила Равену показать остальные магические ожоги и наложила повязки, пропитанные целебной мазью.

– Ты чем-то озабочена, – заметила она.

– Да, Джахейра, ты права. Меня сегодня чуть не прибил какой-то хобгоблин. Кто знает, что за беда поселилась в шахтах Нашкеля. Нужно быть готовым ко всему. Нужна не просто экипировка получше, нужна хорошая экипировка. И тут встают два вопроса: где её найти (у Бентли нет ничего особенного) и откуда взять на неё денег (того, что у нас есть слишком мало), – по голосу Равены было понятно, что она очень расстроена.

«Толковая девочка у тебя, друг Горайон», – подумала друид и вслух сказала:

– Хм… Может стоит заглянуть в Берегост? Там есть кузница. Оружие и доспехи «с наковальни» покупать дешевле, чем с прилавка. Это всё равно по пути в Нашкель.

– М-можно свернуть с дороги в с-сторону Моря, – вставил появившийся в дверях Халид.

– Верно! – поддержала его Джахейра. – Если мы возьмём немного западней, то сможем найти людей, которым возможно нужна наша помощь. В лесах уйма разбойников.

– Больше врагов – больше трофеев! – поддакнула Имоен.

– К тому же в Берегосте наверняка найдётся пара заданий, – добавила Равена.

– Вот видишь: стоит посоветоваться с командой, и все проблемы решены, – улыбнулась Джахейра. – Халид, ты принёс то, что я просила?

Полуэльф кивнул, в руках у него был поднос, на котором стоял закрытый крышкой кувшин и четыре пиалы. Джахейра налила всем по порции.

– Этот отвар поможет вам лучше отдохнуть, а ранам быстрее затянуться.

После того, как супруги ушли к себе в комнату, сёстры потушили свечу. Отвар Джахейры успокоил разум и расслабил тело,девушки захотели спать. Магические ожоги немного тревожили, но в целом Равена спала крепко.

На следующее утро четвёрка попрощалась с Миррошейдом и направилась в путь. У дверей «Дружеской Руки» их вдруг окликнули. К ним бежала женщина-гном.

– Доброе утро, друзья мои! – сказала она, запыхавшись. – Меня зовут Ландрин. Анши рассказал мне вчера, как вы ему помогли, а сегодня я узнала, что вы идёте в Берегост. Дело вот в чем: я убежала из Берегоста, потому что в моём доме поселились огромные пауки. Если вы очистите мой дом и принесёте в доказательство тушку паука, я вам хорошо заплачу.

– И как же мы её дотащим из Берегоста сюда? – почесалась Имоен.

– О, я думаю, найдётся добрая душа, которая одолжит вам телегу и лошадь. В крайнем случае, вы всегда можете нанять возницу. Все расходы я вам верну.

Друзья согласно кивнули, и Ландрин обещала ждать их в гостинице. Выйдя за ворота, команда искателей приключений свернула с дороги к западу и долго шла, не наблюдая даже агрессивных диких зверей. Вокруг по деревьям прыгали белки, а в траве сновали ежи да зайцы. Вдруг из кустов послышался пронзительный крик: «В атаку! Йе-е-е-е!»

Равена зажмурила глаза, потрясла головой и снова открыла их. Не менее удивлённый вид был и у Имоен. На них надвигалась целая толпа маленьких человечков. Они были чуть повыше пояса путешественникам. Их кожа была ярко-голубой, голоса визгливые, а маленькие чёрные глазки наполнены злостью. Равена стояла и не знала, что ей делать. Пока мимо неё не пробежали Халид и Джахейра и не начали раскидывать человечков направо и налево. Она переглянулась с Имоен, и они обе ринулись в атаку. Через несколько минут поляна была устлана ярко-голубыми трупами.

– Кто это? – спросила Равена у Джахейры.

– Ксварты. Маленькие и злобные ксварты. Несмотри на их размер, они достаточно кровожадны, чтобы разорвать тебя на части.

– Кстати, Джахейра, я слышала, что друиды носят кожаные доспехи… – полюбопытствовала Имоен, намекая на кольчугу полуэльфийки.

– Вот-вот, – поддержала её Равена. – А ещё они живут в своих общинах, сохраняя Баланс между природой и человеческой цивилизацией. Так? И к прямым действиям прибегают лишь тогда, когда Матери Природе грозит реальная опасность. А ты вот так запросто путешествуешь…

– … да ещё и в кольчуге, – добавила Имоен.

Джахейра отметила для себя начитанность и любознательность названых сестёр. Она не сдержала лёгкий смешок и, откашлявшись, пояснила ситуацию.

– То, что вы сейчас сказали, большей частью верно, хотя многие нюансы друидской философии вам не понять. Лично я всегда считала, что к защите Баланса нужно подходить более активно. А ещё я очень быстро поняла, что зачастую на дорогах Фаэруна не достаточно вызвать молнию или оплести корнями ноги врагов. Пришлось усовершенствовать своё владение боевым посохом, коим вы могли сейчас полюбоваться. А в ближнем бою кожаный доспех даёт весьма слабую защиту, поэтому я облачилась в кольчугу.

– Ну, да, – рассуждала Имоен с видом знатока. – Кожаный доспех в ближнем бою хорош для тех, кто разит быстро и насмерть. А посох… ну… им можно оглушить…

– Ты просто не знаешь куда и как надо бить, – сдержано улыбнулась Джахейра.

– Поделишься секретом? – подмигнула ей девушка.

– Попробую, как будет время.

Далее всё снова было тихо, пока друзья не познакомились с существом, о котором Равена хотя бы читала.Большой меховой шар с острыми зубами в оскаленной пасти прыжками двигался к ним на тонких, почти лишённых шерсти конечностях. Гибберлинг. Короткое серо-сиреневое тело больше, чем до половины покрывала косматая чёрная грива. Передние лапы у гибберлингов гораздо длиннее задних. Они царапаются острыми, как лезвие, когтями, вставая «на ноги». Справиться с одним таким существом не составит труда даже крестьянину с вилами. Беда в том, что по одному они никогда не нападают. Искатели приключений, охранники караванов, да и просто удачливые путешественники истребляли их десятками. Однако популяция этих тварей и не думала уменьшаться.

Вечерело. Темнеющее небо охватил пылающий танец заката. Сперва танцоры-лучи расписали небосвод в яркие жёлто-оранжевые тона и медленно вальсировали, стараясь сомкнуть круг по горизонту. Но вот они меняют темп танца и, вращаясь всё быстрей, возвращаются к дирижёру-солнцу. Чем ближе финал танца, тем сильнее проступает пурпурная краска страсти. Дирижёр-солнце раскланивается и уходит со сцены вместе с уставшими танцорами-лучами, и звёздный полог, словно занавес, опускается до самого горизонта. Путешественники уже хотели поворачивать в Берегост, освобождать дом Ландрин от пауков, как увидели впереди круг камней, который служит друидам святилищем. Там был виден костёр и фигуры людей. Джахейра весьма обрадовалась, ведь появилась возможность пообщаться со своими.

У костра сидел, покачиваясь вперёд-назад, мужчина. Рядом по бокам лежали щит и золотой боевой молот, по которому время от времени пробегали электрические разряды. Все остальные находились в тени, и их внешность трудно было рассмотреть. Равена накинула капюшон.

– Вечер добрый! – поприветствовала она мужчину.

– Кто это? – вскинул он голову вверх, его глаза были как-то странно раскрыты, в них читалось безумие. – Матушка?Это ты? Матушка, это я – твой сын Басилус.

– Нет, Басилус, ты меня не за того принимаешь.

Басилус медленно встал и поднял щит и молот. Равена почувствовала, как напряглись её друзья.

– Ты просто не помнишь, мы поможем тебе вспомнить, – шипел Басилус.

В этот момент фигуры из теней двинулись на свет.Глаза Равены расширились от испуга. Имоен вцепилась в названую сестру.

– Равена, это же… живые… мертвецы.

Команду окружили дюжина зомби и около десятка скелетов. Равена сглотнула. Басилус сверкнул сумасшедшими глазами.

– Мертвецы?! Нет! Это наша семья, матушка. Она поможет тебе вспомнить!

В этот момент самый близкий к ним зомби повалил Имоен. Его полусгнившие зубы пытались достать до её шеи. Равена слышала, как Джахейра начала читать какое-то заклинание. Одним махом воительница выдернула меч и отсекла мертвяку голову. Равена помогла сестре подняться и закрыла её собой, отбиваясь от толпы ходячих мертвецов. Халид защищал Джахейру. Джахейра читала заклинание. Имоен тряслась, как осиновый лист. Вдруг она перестала дрожать и в толпу нежити полетели стрелы. Равена тоже стала себя чувствовать уверенней, видно друид прочитала заклинание снятия страха.

Равена яростно рубила нежить, но ряды зомбии скелетов не собирались редеть. Равена взглянула на их хозяина. Басилус стоял, закрыв глаза, и что-то шептал. Так он их поднимает заново! Полудроу попыталась пробиться сквозь плотную стену нежити. Меч, доспех и лицо были покрыты чёрной вязкой кровью.Однако девушке не удалось продвинуться ни на йоту.

Вдруг Равена почувствовала боль в ноге. Разрубленный пополам мертвяк вцепился зубами ей в голень, прокусив сапог и штаны. Его мёртвые соратники топтали тянущиеся за ним полуразложившиеся кишки. Равена тряхнула ногой, но тварь вцепилась крепко. Сдерживая мечом толпу кровожадных трупов, второй ногой она нащупала голову, что вцепилась в неё, и со всей силы ударила по ней. Зомби отцепился, вырвав кусок плоти. Полудроу сжала зубы и окровавленной ногой наступила на череп. Сапог впечатался в гнилые мозги. У Равены заканчивались силы. Она обернулась на Халида, его положение было чуть полегче только из-за того, что Джахейра подлечивала его. Кровь и слизь стекали с его щита, делая почву под ногами скользкой. Воин всё неуверенней держался на ногах. Казалось, усиль толпа ходячих трупов хотя бы на чуть-чуть натиск, и они легко смяли бы чету полуэльфов. И тут Равену снова осенило: Басилус!

– Имоен, – шепнула она сквозь зубы. – Мертвякам наплевать на твои стрелы. Попробуй убить Басилуса, он иххозяин. Его смерть должна ослабить восставших.

– Есть! – отчеканила Имоен.

Стрелы Имоен мешали Басилусу читать заклинания. В конце концов, он схватил молот и бросился на лучницу. Он сделал всего несколько шагов и упал – стрела Имоен попала ему точно в глаз. Как только Басилус умер, скелеты рассыпались, а зомби перестали вставать заново. Друзья собрали последние силы и пошли в наступление.

Басилус оказался служителем Цирика. Друзья нашли на его теле знак тёмного бога: квадратный клочок шёлковой ткани, вышитый дорогими нитками – череп, окружённый ореолом фиолетового пламени. Равена положила его в сумку, как трофей. Халид взвесил в руке молот Басилуса. Оружие было первоклассного качества и, несомненно, стоило больших денег. Вокруг стоял смрад разложения, и никто из них не хотел оставаться в этом месте ни минуты дольше. Пройдя немного на юг, команда нашла вполне пригодное для ночлега место.

Четверо искателей приключений сидели у костра. Джахейра перевязывала Халидураненную руку. В котелке над костром варилсялечебный отвар. Имоен сидела рядом с названой сестрой и мазала ей укус. Нога у Равены опухла и горела. В глазах рыжей непоседы полудроу увидела слёзы и страх. Имоен поняла, что жизнь путешественника – это не только приключения, но и вечная угроза смерти. Своей и тех, кто тебе дорог. Сегодня они все могли умереть.Некогда беззаботное лицоИмоен стало немного серьёзней. Она присела на колени рядом с Равеной и обняла её за шею. «Не покидай меня», – услышала шёпот полудроу, и слёзы увлажнили её плечо.Имоен ни на шаг не отходила от Равены. Она даже уснула, положив голову ей на колени.

Этой ночью Равена спала неспокойно. Ей снился сон. Один из тех, после которых не знаешь: проснулся ли ты или всё ещё спишь. Она шла в Кэндлкип. Пыльный запах дороги едва разбавляла свежесть Моря Мечей. До крепости оставалось каких-то несколько футов. Равена чётко различала шум волн, крик чаек и гомон людей за воротами, ведущими в её родной дом. Сначала она настойчиво стучала в них, потом скреблась, как наказанная кошка. Она не хотела мириться с очевидным: ворота эти для неё закрыты. Она провела рукой по их тёплым доскам, холодному камню стен, зелёному плющу, что обвил их до верха за столько лет. Вдруг рядомзазвучал голос спокойный и мягкий: «Тебе нельзя возвращаться, дитя. Ты должна идти вперёд». За её спиной стоял Горайон. Алое пятно на груди растеклось жутким узором по серой мантии. Он был мёртв в её сне так же, как и наяву. Его сущность была прозрачна, сквозь его тело можно было увидеть лес, что раскинулся позади мудреца. Горайон указал Равене на него. Лес был далеко, но вдруг в мгновение ока приблизился к ней, и вот она стоит у его кромки. Через него вёл извилистый путь. Этот путь уводил прочь от прошлой жизни. Она почему-то знала, что он будет трудным. Деревья всё норовили выдернуть корни прямо под ноги. Кустарник переплетался, чтобы заставить свернуть с дороги. Но через корни можно переступить, в кустарнике – прорубить ход. Ни одной бездонной пропасти на пути, и золотые лучи пятнами освещали дорогу, обещая сделать её ровной и ясной.Горайон улыбнулся тепло, и блеснула слезинка в морщинках около глаз. Потом он исчез. Растаял, словно иллюзорный образ. Равена обернулась в сторону Кэндлкипа. Ворота, около которых она стояла только что, оказались на милю позади. Воспитанница Горайона вздохнула и уверенно ступила на лесную тропу.Тьма накрыла её бывший дом и с бешеной скоростью неслась, поглощая всё на своём пути, за Равеной. Тьма следовала за ней по пятам, и каждый ярд освещённого пути, что оставался за спиной у воительницы, жадно пожирался этой тьмой. А в голове снова зазвучал голос, но уже другой – зловещий и неприятный: «Ты научишься…» Но она так больше и не обернулась назад.

Когда Имоен проснулась, Равены не было рядом. Её названая сестра сидела на берегу быстро бегущего куда-то ручья. Солнце ещё не встало, и их окружали предрассветные сумерки.

– Равена, тебя что-то тревожит? – Имоен присела рядом. – Ты ворочалась всю ночь.

– Мне снился Горайон, – ответила Равена, не сводя с потока глаз.

Имоен внимательно выслушала пересказ её сна.

– Значит, он улыбнулся, когда исчезал?

– Да. Знаешь, я боялась, что его предсмертный крик никогда не покинет меня. Но я не слышу его больше… По крайней мере пока что. Так не хочется жить под гнётом потери, но и забыть эту потерю я не в силах, – Равена глубоко вздохнула. – Но этот другой голос… Он неизвестен мне, но кажется знакомым… Я ничего не понимаю.

– Может это твоё подсознание? Или совесть? – Имоен старалась не улыбаться, но у неё это плохо получалось. На левой щеке проявилась ямочка.

– Если б это была совесть, она не разговаривала бы со мной – мы с ней давно в ссоре.

Имоен прыснула. Равена шикнула на неё – Джахейра и Халид ещё спали. Полудроу не смогла больше заснуть, потому отправила их спать, пообещав подежурить вместо них. На востоке показался кусочек розового солнца.

– Равена, помнишь в Кэндлкипе, когда мы были ещё маленькие, мы утащили из библиотеки толстую книгу в красном бархатном переплёте с чёрными кожаными вставками?

– Ага, – кивнула Равена. – «Жизнеописание вампиров». Мы читали её весь вечер до темноты, а потом не спали всю ночь. Нам казалось, что мы познали тайны бытия, и за это нам сулит расплата, – она тихонько хихикнула. – А почему ты вспомнила?

– Просто тогда мы тоже смотрели на восток в ожидании солнца. Правда тогда мы сидели на одной кровати, с головой накрывшись покрывалом, и вздрагивали от каждого шороха.

Названые сёстры тихо смеялись. На них нахлынули воспоминания. Они вспоминали, как через несколько лет после прихода Равены в Кэндлкип, Горайон привёл в её комнату Имоен. Вспоминали сказки их приёмного отца. Вспоминали, как решили называть друг друга сёстрами и даже составили шуточный договор.Вспоминали, как представители всех профессий жаждали получить их в ученики. Джондалар был горд, когда Равена пришла к нему. А вот воровскому искусству в Кэндлкипе не учили, поэтому Имоен пришлось познавать азы магии. Однако после тогокак она едва не взорвала лабораторию, её оставили в покое. Имоен была самоучкой и постигала премудрости воров из книг. Что касается Равены, она долго спорила со своим учителем о выборе оружия. Он предлагал ей то длинный меч, то копьё, то булаву, но она стояла на своём. Её поражала мощь двуручного меча. Его удобно держать, им удобно бить, его приятно носить за спиной. Это было идеальное оружие. В конце концов, Джондалар сдался и подарил ей первый двуручник. Они вспомнили и Заркха с друзьями. Вот тогда-то Имоен и получила настоящего учителя. Рододендрон был поражён способностями ученицы и говорил, что у неё большое будущее.

Равена отметила для себя, что они совсем не вспоминают грустных событий. Сёстры говорили, перебивая друг друга, будто бы они снова сидели на крыше смотровой башни Кэндлкипа, а не на берегу дикого ручья. Они были радостны и беззаботны. Тяжёлый осадок ночи быстро растаял.

– А помнишь?..

–А вот это помнишь?..

–А помнишь, как?..

Равена и Имоен уже не сдерживали смех, слёзы от него текли по щекам. Джахейра и Халид подошли к ним, когда они вспоминали, как решили пробить дверь в одной из башен Кэндлкипа, чтобы узнать, куда она ведёт. Решено было сделать взрывчатку, и названые сёстры направились в лабораторию Горайона за ингредиентами.

– А когда он нас заметил, мы решили убежать, – смахивая слёзы, вспоминала Имоен.

– Ага, только убежать у нас не получилось – мы встали, как вкопанные, – трясясь от хохота, поддакнула Равена.

– Это Горайон на нас навёл заклинание удержания. Ох, и влетело нам тогда, помнится!

– Так вы, оказывается, никогда не были спокойными и милыми девочками? – раздался голос Джахейры за их спинами.

Девушки покачали головами.

– Нет! Ни-ког-да!

– Я боялась, что вы будете себя плохо чувствовать сегодня. Как нога, Равена?

–Немного дёргает.

– Пойдём, сменим повязку, позавтракаем и дальше в путь.

День начался с печёных в костре яиц и травяного чая с рассыпчатыми пшеничными сухарями. Лечебная мазь покрыла новую полоску бинта, вокруг опухшей ноги легли прохладные листья подорожника. Рану немного пощипывало от заживляющего действия. Равена принялась латать разорванный голодным зомби сапог. В качестве заплаты она решила использовать кусок голенища сапога самого Басилуса, отрезанный ещё вчера.

– Джахейра, а что это за горы там вдалеке? – поинтересовалась Имоен, уплетая завтрак за обе щёки.

– Это – Облачный Хребет. Нам туда не надо.

– Облачный Хребет? Говорят, там,где он спускается к побережью, живут сирены, – вспомнила Равена какую-то книгу.

– Живут. И встреча с ними не предвещает ничего хорошего.

– Но ведь их песни не действуют на женщин, только на мужчин… – вспомнила в свою очередь рассказы искателей приключений Имоен.

– Я же тебе уже говорила, что это всё чушь! – покачала головой Равена.– Они одинаково могут завладеть и мужчиной, и женщиной. А вот длительность их чар зависит от интеллекта зачарованного существа. Чем оно умнее, тем меньше длится очарование.

Равена была занята сапогом и не увидела, как Джахейра кивала, соглашаясь с каждым её словом.

– Ну, а то, что они могут полностью завладеть разумом, хоть правда? – шепнула Имоен, будто боялась, что её услышит какая-нибудь сирена.

– Именно так. Ладно, доедайте быстрее. Кажется, мы слишком ушли на юг, – поднялась с земли Джахейра. – Чтобы попасть в Берегост, нам придётся вернуться немного на север.

Солнце светило ярко, и путь искателей приключений продвигался вперёд с потрясающе лёгкой быстротой. Друзья разговаривали о прошлом, о настоящем и о планах на будущее. Нога у Равены немного ныла, но потом – к обеду – она перестала чувствовать боль. Джахейра рассказывала о существах, с которыми им пришлось сталкиваться, о способах лёгкой победы над ними. Равена, в свою очередь, рассказывала, что она прочитала обэтих существах в книгах Кэндлкипа. Вскоре они попали в холмистую местность, часто заросшую лесом. Тут удруида словно прибавилось сил, она рассказывала о деревьях и о силе, которую они хранят. В её серо-зелёных глазах отражались листья, а проникающие сквозь кроны деревьев лучи солнца играли в русых волосах.

– Она воодушевлена, – заметила Имоен.

– Т-такой я её встрет-тил впервые, – Халид улыбнулся и поправил шлем. – Н-ну, как тут было н-не влюбиться?

Вскоре деревья расступились, и друзья увидели маленькое озерцо и небольшой водопад.

– Ладно, д-девочки, можете расслабиться, я п-пойду осмотрю местность и п-поищу что-нибудь съестное.

Когда Халид скрылся за деревьями, Равена и Имоен сбросили доспехи и одежду и радостно попрыгали в воду. Джахейра осталась пока на берегу разводить костёр и готовить отвар для перевязки. Вдоволь наплескавшись, сёстры сели на камнях недалеко от водопада. Имоен принялась расчёсывать волосы Равены. Вскоре к ним подплыла друид.

– Джахейра, давно вы с Халидом вместе? – полюбопытствовала Имоен.

– У нас такое ощущение, что всю жизнь, – улыбнулась полуэльфийка. – А что?

– Ну, не знаю… Просто он такой… – непоседа замолчала, получив тычок локтем в бок от Равены.

– Какой? Невзрачный? Нескладный?– не смутилась Джахейра. – Многие говорили нам, что мы не подходим друг другу. Для меня во всём Фаэруне нет мужчины лучше Халида, Имоен, – щёки полуэльфийки немного порозовели.

– Джахейра, а как узнать любовь? Как понять, что любишь? – накручивая прядь волос на палец, спросила Равена.

– Ох, как же объяснить… – Джахейра села рядом на камни и взглянула на водопад. – Любовь – это когда видишь, и нет сил оторвать взгляд. Когда слышишь, и сердце начинает чаще биться. Когда прижимаешься, и чувствуешь тепло. Любовь – это когда день за днём, год за годом хочешь видеть рядом с собой только одного человека. Этот человек для тебя – всё, и невозможно представить себя с кем-то другим.

– Но ведь вы с Халидом оба – искатели приключений, а значит, вы в любой момент можете потерять друг друга.

– Мы знаем это, Равена, но принимаем как неизбежность. Этот шаг мы сделали не сразу. Над этим пришлось поразмышлять.

– Над чем размышлять: влюбиться друг в дружку или нет?

– Нет, Имоен, любовь приходит сама, без стука и не спрашивает: хочешь ты влюбиться или нет. А вот осознать это, открыть своё сердце другому человеку, связать себя с ним навечно узами брака – вот что даётся нелегко даже после долгих и мучительных раздумий.

Равену этот разговор больно резанул по душе. И зачем она его вообще завела. Любовь. Это удивительнейшее чувство пройдёт мимо неё. Кто может полюбить полудроу? Если только слепец. Надежда, подареннаятем странным стариком на развилке, мгновенно угасла в «Дружеской Руке». Нет, все видят только её облик, не пытаясь заглянуть в душу.

Внезапно её накрыло ледяной волной. Нет, это она упала в воду. Имоен стояла на берегу и ухахатывалась над своей шуткой. Улучив момент, Равена дёрнула сестру за ногу, и та тоже свалилась в озеро. Джахейра стояла на берегу уже почти одетая и, улыбаясь, качала головой.

После вкусного ужина из перепёлок на вертеле, друзья завалились спать. Они были в пути ужетретийдень и прошли много миль. Несколько раз на них нападали разбойники с требованием отдать железо. Один из мечей Равены сломался. Трофеи утяжеляли поклажу. Пора было поворачивать на Берегост. Два раза в день Джахейра меняла повязку Равене. Воительница пыталась отговориться от неё, но друид и слушать не хотела.

– Укус восставшего мертвеца – не простая рана, – объясняла она. – Такие раны заживают крайне медленно, они гораздо опаснее, чем магические. И скорее всегоутебяостанется шрам на ноге.

Равене оставалось лишь сдаться.

Их путь продолжался, и друзья свернули на восток к дороге на Берегост. Чем ближе к дороге они приближались, тем чаще нападали на них бандиты. К обеду солнце начало припекать. Четвёрка присела в тени дерева с густой листвой, чтобы переждать жару.

– Давайте-ка потише! – вдруг обратилась к команде Джахейра. – Впереди стая волков, которые преследуют добычу. Если они заметят нас, то решат поменять цель. Так как четырёх искателей приключений хватит на всех, а вот курицу, которую они преследуют, едва ли хватит одному вожаку.

– К-курицу? Т-тебе не показалось?

– Мне, конечно, напекло в голову, но для куропатки это слишком большая птица.

Внемля предостережениям Джахейры, все притихли. Но, не смотря на старания друзей, волчья стая повернула именно на них. И впереди бежала… курица.

– Когда мы разделаемся с волками, – встала с земли Джахейра, и грозовые тучи начали скапливаться над стаей. – Я сварю из этой курицы жирную похлёбку!

Равена вытирала кровь с меча о шкуру волка, когда к ней подбежала будущая похлёбка.

– Спасибо! – прокудахтала курица молодым мужским голосом.

Полудроу замерла на месте.

– М-да! Похоже, мне действительно сильно напекло в голову. Я слышу, как курица говорит с нами, – Джахейра обхватила голову руками.

– Вам не напек-пек-пекло в голову. Я действительно разговариваю с вами. Я – не совсем курица, я – человек-кок-кок под заклятьем.

Равена присела поближе к удивительной курице на корточки.

– Я был ученико-ко-ком у одного мага. Он живёт немного северней. Он сможет мне помочь, но я не дойду сам. В лесу столько-ко-ко хищнико-ко-ков, – курица-человек тряхнула головой. – Помогите мне!

На глазах у птицы навернулись слёзы. Равена посмотрела на Джахейру. Похоже, варить похлёбку из говорящей курицы друиду не хотелось. Воительница взяла существо подмышку, и оно радостно запело по куриному.

Немного северней они действительно наткнулись на башню мага. Она была невысокая и мрачная. К её огромной двери вела лишь одна еле заметная дорожка. Каменные ступени не были разбиты тысячами ног тех, кто желал получить помощь мага. Видноеё хозяин не отличался гостеприимством.

– Там внутри есть какие-нибудь ловушки? – поинтересовалась Имоен.

– Нет, моему учителю не нужны ловушки. Его башню оберегают два голема.

– Два голема? Слушай, как там тебя…

– Меликамп.

– …Меликамп, может ты от двери до мага сам дойдёшь?

Курица посмотрела на Имоен умоляющим взглядом. Равена вздохнула и открыла тяжёлую дверь. Внутри по обеим сторонам тянулся коридор, в котором слышались приближающиеся тяжёлые шаги.

– Големы, – прошептал Меликамп. – Идите вперёд, в главную комнату.

Посередине главной комнаты на полу был начертан круг, разделённый на четыре части. Каждая часть символизировала одну из стихий. Четыре голубых кристалла стояли по окружности друг напротив друга, между ними то и дело пробегал энергетический разряд. Невдалеке стоял маг. Это был уже немолодой человек с тонкими сухими пальцами, острым подбородком, острым длинным носом и тонкими губами. Вся его внешность будто говорила: магия – дело тонкое. Он пренебрежительно взглянул на путников.

– Надеюсь, у вас есть веские причины для того, чтобы находиться здесь.

– Да. Мы принесли вашего ученика, он сказал, вы сможете ему помочь, – Равена поставила курицу на пол.

Маг посмотрел на птицу отсутствующим взглядом.

– Вы издеваетесь надо мной?

– Да нет же! Эта курица – преобразованный человек, он говорит, что был вашим учеником.

– У меня никогда не было ученика! Забирайте этот пучок перьев и убирайтесь! – он отвернулся было уходить, но вдруг остановился. – Постойте! Меликамп? Меликамп, это ты?

– Да, это я, учитель Талантир, – опустила голову курица.

– Не называй меня так! – вскипел маг. – Ты мне не ученик!

– Однако же вы его знаете, – заметила Имоен.

– Ученик хочет учиться! А этот… этот оболтус хочет иметь знания! Не получив того, что он хотел быстро, он просто обокрал меня и сбежал.

– Но Вы говорите так-кок-кок много, а показываете так-кок-кок мало. Я лишь хотел узнать частичку того, что знаете Вы, – курица всхлипнула. – По-по-получить маленький кусочек той силы, которой Вы обладаете.

– Ох, Меликамп, – вздохнул Талантир и присел рядом с бывшим учеником. – Я потратил более пятидесяти лет, чтобы получить эту мощь и заодно желание никогда её не использовать, – он осмотрел птицу. – Сильная магия. Что же придало тебе такой вид? Ну-ка, скажи мне, что ты украл? – маг погладил острый подбородок.

– Да ничего особенного: какие-то ко-ко-компоненты, свитки, пустую книгу для заклинаний, како-ко-кой-то пергамент,пару старых браслетов…

– Стоп! – Талантир изменился в лице. – Старые браслеты из зачарованного сундука?

– Д-да. А что?

– Ой, дурень! Надеюсь, тебе понравился птичий корм. Потому что есть тебе его, пока не окажешься главным блюдом у кого-нибудь на столе!

– Учитель, я понимаю, Вы рассержены, но умоляю: спасите меня!

– Я тут ни причём, куриные мозги! Это очень, очень, очень сильная магия, и я здесь бессилен!

Меликамп втянул голову и грустно заквохтал.

– Неужели ничего нельзя сделать? – вмешалась Равена. – Может, мы сможем чем-нибудь помочь?

– Вообще-то есть одна возможность, маленькая лазейка. Ложный обряд воскрешения. Мне нужна часть какого-нибудь мёртвого существа: скелета или зомби. Лучше всего, если это будет голова. Хотите помочь – принесите мне голову мертвеца. После захода солнца вокруг моего жилища просто толпами ходят не желающие успокоиться жмурики.

Мысль о том, что опять придётся иметь дело с ходячими трупами, не радовала искателей приключений, но оставлять в беде бедного Меликампа тоже не хотелось. У мага в запасе оказалось много магических вещей, которые он предложил купить. Группа приобрела зелье инфравидения для Имоен, чтобы та не промахивалась в предстоящей ночной драке. Ещё лучница взяла себе по одному набору магически улучшенных стрел. Одни разъедали плоть жертвы кислотой, другие жгли огнём. Имоен припрятала их для особого случая в запасной колчан. Талантир рад был выкупить у гостей драгоценные камни.

–Для магических экспериментов, – объяснил он, и тут же добавил: – Вам не понять!

Когда на землю опустилась мгла,друзья вышли из башни, нашли полянку, где их можно было легко увидеть и стали ждать.

– Что-то не видно этих ходячих трупов, – возмущалась Джахейра. – Наверное, маг что-то напутал. Мы стоим здесь уже битый час.

– Потерпи, Джахейра, ещё немного. Талантир, наверняка, лучше знает эту местность, чем мы, – вглядываясь в темноту, успокоила друида Равена.

– Эй! А вон и наши долгожданные гости! – крикнула Имоен.

Ей было удивительно видеть так, как она никогда не видела в темноте.

Все обернулись в сторону девушки. Из зарослей, издавая загробный хрип и громыхание, выбирались скелеты. Их глаза горели зеленоватым потусторонним светом.

– И чего им н-не спится в такую прекрасную, тихую н-ночь, – усмехнулся Халид.

– По таким светлячкам я и без зелья смогла бы стрелять, – хихикнула Имоен. Потом пересчитала врагов и насупилась. – Так не честно!Их одиннадцать. Кому-то не достанется одного. Так что не зевай!

На алтарь рядом с Меликампом лёг череп, его глаза ещё тускло светились. Птица немного отшагнула в сторону. Талантир смотрел на алтарь, нахмурив брови. Потом он вздохнул.

– Что-то не так? – аккуратно спросила Равена.

– Этот обряд очень сложный. Даже самые способные маги не могут быть наверняка уверенными в положительном исходе.

– Боишься, что тебе не хватит знаний, маг? – вздёрнула бровь Джахейра.

– Меня больше интересует часть про «исход», – вставила Имоен.

– Тут дело не в знаниях, друид. «Исход» не зависит от мага.

– То есть я могу умереть? – прокудахтал Меликамп.

Талантир вздохнул и покивал головой.

– Что ж по-по-попытка – не пытка. Вдруг всё же по-по-получится. Чтобы не случилось сейчас, это лучше, чем стать закуско-ко-кой для како-ко-кого-нибудь хищника или фермера. У меня есть шанс, хоть и небольшой. Вдруг всё получится. Давайте, учитель, начинайте обряд.

Талантир почесал сухим пальцем острый кончик носа и начал читать заклинание, его голос раздавался эхом по залу. Вскоре Меликамп начал увеличиваться. Он рос, рос и рос. Перья стали пропадать, голова приобрела человеческую форму, начало вырисовываться лицо.

– Получается, – прошептала радостно Имоен, глядя на это зрелище из-за сестриного плеча.

А курица всё больше и больше становилась похожей на человека. Вот крылья превратились в пятипалые конечности. Вот ноги, оставаясь ещё покрытыми чешуйками, стали человеческими. Равена вдруг подумала, что когда всё закончится, Меликамп будет абсолютно голым. Эта мысль слегка сконфузила её, и полудроу на всякий случай опустила капюшон пониже. Внезапно раздался резкий хлопок. От неожиданности все присутствующие на мгновенье закрыли глаза, а когда открыли их, Меликампа не было. Ни в человеческом, ни в курином облике. На алтаре красовалось огромное кровавое пятно, повсюду валялись перья и мелкие ошмётки плоти. Талантир, вздыхая, отряхивал с себя останки горе-ученика.

– Вот о чём я и говорил. Тело Меликампа не вынесло повторной трансформации. И вы, и я сделали всё, что могли. Ну, желаю вам на дорогу «ума», так как запас «удачи», похоже, в этом мире истощился. Извините, но у меня теперь много работы. Эй, громила! – крикнул он одному из големов. – Принеси метлу и тряпку. У нас наметилась генеральная уборка.

Четвёрка ещё долго молча стояла на ступенях башни Талантира, не зная плакать им или смеяться. Никто из них ни разу не попадал в такую глупую ситуацию, и дальнейший путь они прошли молча, погружённые в свои размышления.

До Берегоста оказалось рукой подать. Ещё не начало рассветать, как Равена с друзьями вошли в город. Лишь кое-где были видны сонные люди, выгоняющие скот на выпас. Коровы выходили из загонов медленно, не торопясь, будто пытались на ходу додремать. Воздух был чист и прозрачен, как и в любом другом маленьком городке, хотя его запах немного отдавал коровьим помётом.Берегост прилепился к дороге, как почка к тонкой ветке. В основном здесь процветали за счёт гостиничного бизнеса, да ещё кузница приносила большую пользу городу.Четыре гостиницы пытались перещеголять друг друга во всём: в яркости клумб, в убранстве комнат, в качестве обслуживания, в экзотичности блюд. Эта своеобразная война стала основой для множества анекдотов, что ходили по городу. Время было раннее, и были не заперты только их двери. Друзья решили переждать в одной, пока не откроется кузница.

Как только они переступили порог ближайшей таверны, на них набросился очередной наёмный убийца.Это был дворф, он изрядно выпил, пока дожидался своих жертв, поэтому на ногах стоял неуверенно. Выставив вперёд топор, он ринулся в атаку. Равене вовсе не хотелось драться с пьяным противником. Будто прочитав её мысли, на помощь пришла Имоен: первая стрела вонзилась в пол у ног дворфа.Она была всего лишь предупреждением, но тот не заметил её, и вторая прервала его никчёмную жизнь. Сколько же он выпил? Дворфы обычно устойчивы к действию алкоголя любой крепости. В Кэндлкипе в страже состояли несколько бородачей. Когда совершались общие попойки, даже вечный выпивоха Халл падал под скамью, в то время как дворфы сидели, пили и рассуждали почти трезво о несовершенности человеческого общества.На теле обнаружилась записка с аналогичным содержанием, как и у мага в «Дружеской Руке», только цена за голову Равены возросла до трёхсот пятидесяти монет.

– Я же ничего им не сделала (кто бы это ни был). Почему они повышают плату? – возмущалась Равена, сидя за барной стойкой в той же таверне.

Похоже, что потасовки со смертельным исходом были не редкостью здесь. Так как из-за трупа у двери никто не волновался. Лишь многие были недовольны, что у убитого нечего было уже взять. Вскоре пришёл вышибала и без эмоций на лице оттащил куда-то тело.

– Цена будет повышаться независимо от того, сделаешь ты чего-нибудь против них или нет, – объясняла Джахейра. – Просто тебя не убрали с дороги, а значит ты им всё ещё мешаешься. Они будут поднимать цену, чтобы привлечь более опытных убийц, пока один из них не справится с тобой.

– Что ж тогда я постараюсь, чтобы, когда это всё-таки случится, сумма сделала бы нанимателей моего убийцы нищими.

Друзья рассмеялись. В этот момент появился бармен. Он был похож на Винтропа: полный, с маленькими глазками, красными щеками и улыбкой от одного уха до другого.

– Чем могу быть полезным любителям приключений и путешествий?

– Скажи-ка, любезный, нет ли в этом городе людей, которым нужна помощь таких, как мы, – поинтересовалась Равена.

Бармен был слишком миролюбивым, чтобы заглядывать под капюшоны путешественникам, поэтому Равена чувствовала себя уверенной.

– Как же, госпожа! Не человеку, а всему городу требуется помощь! – всплеснул пухлыми руками человек. – Люди пропадают! Даже дети! А всё из-за этого Басилуса – служителяЦирика! – услышав имя жреца, Имоен оторвалась от еды и испуганно посмотрела на названую сестру. – Храм Повелителя Зари Латандера объявил, что заплатит пять тысяч за голову этого изверга, – теперь уже все четверо смотрели на бармена.

– П-пять т-тысяч? – кое-как проглотив застрявший в горле кусок, прошепталарыжая непоседа.

– Этого вполне хватит на хорошую экипировку, – радостно заметила Джахейра.

– Но у нас нет его головы… – начала было Равена.

– Зато у нас есть его молот, – напомнила Имоен..

– Молот у Басилуса был, конечно, особенный, – вставил своё слово бармен. – Но он не был единственным в своём роде, – он уже с большим подозрением смотрел на своих гостей.

И тут Равену осенило. Она достала из походного мешка небольшой окровавленный клочок вышитой ткани и положила перед барменом.

– А вот это подойдёт? – спросила она.

Толстяк выпучил глаза и попятился.

– Знак Цирика… Он всегда был с Басилусом. Он в крови… Это его кровь? Басилус мёртв… – тут он захохотал и заорал уже в полную глотку: – Басилус мёртв! Друзья мои, эти искатели приключений избавили нас от этого жуткого человека!

– Мы пропали… – прошептала Джахейра на ухо Равене, и та с ней молча согласилась.

– Я предлагаю вам по кружке превосходного эля, а платой за него будет ваш рассказ, – вся таверна радостно загудела.

Идея рассказа такой жестокой битвы убила страх в Имоен, и она взяла на себя роль повествователя.

Друзей отпустили из таверны ближе к полудню. Их путь пролегал мимо кузницы, которая стояла на окраине, к огромному и шикарному храму Латандера, находившемуся за чертой города. Стояла невыносимая духота. Солнце, отражаясь от доспехов, слепило глаза. На крыльце одного дома, в тени полотняного навеса сидел человек в летах и обмахивал лицо манускриптом. Команда уже миновала его, когда Равена услышала за спиной знакомый голос.

– Имоен?

Имя заставило его обладательницу обернуться.

Равенатоже узнала этого мужчину, это был частый гость Кэндлкипа.

– Файэбид! Что Вы здесь делаете? – улыбаясь, пожимала Имоен протянутую руку.

– Как что? Это мой дом. А вот что ты делаешь здесь, это уже интересней. Значит всё-таки убежала из Кэндлкипа? А как же Горайон? Он будет волноваться за тебя.

– Горайон мёртв, Файэбид.

Эта фраза была сказана так, что мужчина вздрогнул и перевёл взгляд на говорившего. Он узнал лицо, скрывающееся в тени глубокого капюшона – приёмная дочь его друга.

– Равена? Ты тоже здесь? – суровый взгляд полудроу сказал ему, что его друг умер отнюдь не в своей кровати. – Крепитесь, девочки, этот путь вы должны пройти сами. Однако я смотрю, у вас появились помощники.

– Да… – очнулась от воспоминаний об отце Равена. – Это Джахейра и Халид – друзья Горайона… и мои тоже, – Равена вдруг подумала, что таких друзей, как все эти двое она, возможно, никогда не найдёт. И от этой мысли на душе стало легче. – А это Файэбид Элвенхиэ – любитель книги давний знакомый Горайона.

– Значит теперь ты на пути искателей приключений, – снова обратился к ней мудрец после обмена поклонами и улыбками. – Тогда я хочу дать тебе одно задание. Для меня в один магазинчик должны были прислать «Историю Пророческой монеты», а я не могу отойти из дома – готовлю зелье, да ещё эта жара. Не будешь ли ты так любезна сходить туда и принести мне сие издание. За это я дам тебе другую, отнюдь не маловажную книгу.

Равена, конечно же, согласилась. Как можно было отказать старику, который не хотел тащиться по солнцепёку через весь городок. В награду она получила весьма потрёпанную книгу с названием «История троицы мёртвых». Пообещав, что обязательно прочитает её, девушка вместе с друзьями продолжила свой путь к цитадели Повелителя Утренней Зари.

Храмы, посвящённые Латандеру, всегда поражали пышностью и изяществом. Здание, стоящее на северо-западе от Берегоста, было возведено из белого камня, его крышу украшали множество тёмно-бордовых куполов различных размеров и тонкие остроконечные башни, стремящиеся к солнцу. Открытая площадка перед главными воротами была вычищена до блеска, будто послушники только и делают, что метут золотистую плитку.

Невозможно было описать те чувства, которые читались на лице главного жреца Латандера, когда он с помощью заклинания убедился, что на знаке Цирика алеет именно кровь Басилуса. «О, светлый день! – будто восклицал его взгляд. – Этот монстр больше никогда не увидит солнца! Но вдруг мы разозлили тёмного бога? Вдруг… Нет-нет не стоит об этом. Сегодня светлый день!» Он отдал трофей помощнику и велел жрецам готовиться к благодарственной молитве. Имоен снова пришлось рассказать историю боя с Басилусом. Жрец настоял на том, чтобы помочь с лечением Равены. Он немного поморщился, увидев тёмную кожу под повязкой, но всё же призвал на помощь своё божество, и рана заросла через несколько мгновений. Как и предупреждала Джахейра, шрам остался, ведь тварь отхватила кусок плоти.Главный жрец Повелителя Зари покинул друзей, не проронив больше ни слова. Полудроу была уверена, что он тщательно отмывал свои руки душистым мылом, будто бы возился ими в нечистотах.

Весть о Басилусе растеклась из таверны по улочкам Берегоста, заглядывая в каждый дом. Равене надоело видеть, как люди сначала принимают её с распростёртыми объятиями, а потом презренно фыркают, лишь заметят прядь волос, выскользнувшую на плечо, или ветерок отогнёт край капюшона и выставит напоказ светлый эбонит кожи. Поэтому она скинула фиолетовую ткань с головы, лишь только ступила под крышу кузницы.

– Мне сказали, что этого изверга победила группа искателей приключений, среди которых есть не совсем обычный член команды, – хозяин кузницы рассматривал друзей с интересом. – Я перебрал все известные мне расы, но про эту забыл. Не волнуйтесь, я не из тех, кто судит о людях по расе. Я встречался и с вполне умными гоблинами, и с учтивыми орками. А вот теперь мирный дроу, пусть даже и не чистокровный. Да, мир, ты полон сюрпризов! – его слова заставили Равену улыбнуться. – Добро пожаловать в мою кузницу! Меня зовут Тэром Фуирим. Рад предложить вам свои услуги, равно как и товары.

Кузнец очень долго рассматривал молот Басилуса, взвешивал его в руке, проводил пальцами по рунам, качал головой и цокал языком. Он отметил безупречную работу мастера, сделавшего это оружие, и по достоинству оценил его. Добавив к этому награду за его хозяина, четвёрка набрала более чем достаточно денег для хорошей экипировки.Лук Имоен дал трещину в последнем бою с разбойниками, когда она огрела того, кто осмелился подойти поближе, по голове. Тэром предложил ей зачарованный. «Почти не промахивается», – заверил он. На стойках с оружием был огромный выбор мечей, но кузнец лишь вздохнул – он не ручается ни за один из них. Руда прошлого сезона закончилась. То, что представлено на обозрение покупателям, было сделано из хрупкой руды, добытой недавно в Нашкеле. Джахейра посоветовала Равене сменить доспехи.Конечно, полудроу не хотела расставаться с напоминанием о Винтропе, но старенькая пластина не давала нужной защиты.В латном доспехе полудроу выглядела ещё выше. Светлый металл оттенял тёмную кожу. Равеной трудно было не залюбоваться. Из кузницы искатели приключений вышли в душе готовые сразиться с любым монстром Фаэруна. Лишь за спиной у Равены по-прежнему крепились два меча.

Друзья остановились перед дверью, на которую им указал кузнец.Она была забита крест-накрест двумя толстыми досками. Когда они их оторвали, то за своими спинами услышали осторожный шёпот. Позади собралась толпа любопытных горожан.

– Если шум боя стихнет, а мы не выйдем – забейте снова дверь, – спокойно сказала Равена в толпу, из-под капюшона.

Ей кивнул рослый мужчина и послал быстроногого мальчишку за гвоздями и молотком.

– Мы не знаем, сколько их там, – заметила Джахейра. – Предлагаю сразу обнажить оружие.

– Предложение принято, – Равена потянулась к рукояти меча.

Дверь скрипнула, и искатели приключений вошли в душный сумрак небольшой лачуги.

Несколько минут после этого толпа была поглощена восприятием звуков из-за двери. Жители Берегоста слышали то звон мечей, то глухие удары по щиту, то бормотание заклинаний, то пение тетивы. Через какое-то время самый любопытный парнишка не выдержал и решил посмотреть через засаленное окно, что происходит внутри. Лишь он приблизился к цели, как на стекло с другой стороны брызнула струя зеленоватой паучьей крови. Парень тут же отказался от своей затеи. Вскоре все звуки стихли. Взоры были сосредоточены на двери. Тишина тяжёлым покрывалом лежала на толпе, многие боялись даже дышать. Мальчик молча подал отцу гвозди и молоток, и тот уже собирался последовать совету вошедших в этот дом, как дверь отворилась. Толпа взревела: все четверо были живы, и каждый тащил за собой тушку огромного паука. Доспехи были покрыты слизью и кровью восьмилапых чудовищ. Имоен пыталась снять с себя остатки паутины, которой один из пауков обвил её в бою. Халид и Джахейра осматривали трупы, чтобы выбрать которого из них отвезти в качестве доказательства Ландрин. Друиду вдруг показалось, что кто-то дёргает её за штанину. Обернувшись, она увидела премиленькую девочку.

– Чего тебе, малышка?

– Папа говорит, что вы похожи на друида.

– Я и есть друид. Твой папа прав.

– И вы умеете излечивать от ядов?

– Да. От большей части известных людям, – гордо сказала Джахейра.

– Тогда вам стоит поторопиться, потому что ваша подруга с белыми волосами и огромным мечом упала вон там за углом, и она была очень бледная, точнее серая.

Друзья бросились в направлении, указанном девочкой. Равена металась в агонии, изо рта шла кровь и все внутренности горели. Видно тот паук всё же успел вонзить своё ядовитое жало ей в тело прежде, чем она вспорола ему брюхо.Девушка стремительно покидала этот мир, и Джахейра должна была спешить. Тело становилось всё холоднее, отыскать рану надо было немедленно. Прибегнув к инфразрению, друид обнаружила единственное место, где пульсировало тепло – след от укуса. Каким-то образом жало паука прошло между пластин доспеха и пробило кольчугу под ним. Жар разливался по рёбрам, одаряя полудроу мучительной болью.Джахейра быстро и чётко произнесла заклинание и наложила руки на след, вызвав тем самым ещё большую боль. Равена издала истошный вопль. Постепенно боль унялась, кровь перестала течь, и девушка задышала спокойно и размеренно. Она приподнялась с земли и села, обхватив голову руками.

– Как ты? – Имоен обняла сестру за плечи.

– Голова кружится…

Чуткие уши воительницы уловили шёпот: «дроу», «тёмный эльф», «полукровка». Равена подняла взгляд на толпу.

– Нам нужно отдохнуть, – твёрдо сказала Джахейра.

– Нет. Берём самого целого паука и возвращаемся в «Дружескую Руку». Там уже и отдохнём, и соберёмся дальше в путь.

Это было сказано таким тоном, что даже Джахейра не стала спорить. Она поняла, что воспитанница Горайона не хочет оставаться среди тех, кто, даже после известий о Басилусе и битвы с пауками, недолюбливал таких, как она.

ПокаХалидиДжахейраискаливозницу, Равена и Имоен стерегли паука. Полудроу почувствовала дёрганье за штанину. Та же самая девочка, что сказала Джахейре о ней, смотрела ей в глаза без страха и ненависти.

– Значит, теперь Ландрин сможет вернуться домой? – с надеждой в голосе произнесла девочка.

– Да. Теперь она обязательно вернётся домой.

– Ура! Она снова будет нам рассказывать сказки и истории, – запрыгала девочка, хлопая в ладоши. Потом, спохватившись, она стала не по-детски серьёзной. – Папа сказал, что вы можете взять его телегу и лошадь, чтобы довести паука, а потом Ландрин вернётся на ней и отдаст ему телегу обратно.

Она побежала к дому с криками: «Ландрин вернётся!» И ей вторили другие дети: «Ура! Ландрин вернётся!»

С помощью повозки, одолженной у отца девочки, четверо путешественников быстро добрались до «Дружеской Руки». Ландрин была необычайно рада, что наконец-то может вернуться домой. Она побежала собирать вещи, как ребёнок вприпрыжку. Правда, это у неё получалось более неуклюже, чем у детей в Берегосте.

Тушку паука окружили со всех сторон жители гостиницы. Кто-то хотел просто посмотреть, кто-то взять на анализ паутинную железу, а кто-то смазать кинжал ядом. Сообщив, что паук теперь принадлежит Ландрин, друзья направились к дверям гостиницы.

Ранним утром следующего дня команда сидела на ступенях «Дружеской Руки». Доспехи были отчищены, оружие наточено, эликсиров хватало на всех.

– Куда дальше, Равена, – поинтересовалась Джахейра.

– В Нашкель. Может там ещё не решились проблемы с шахтами, – Равена потирала рёбра (укус паука ещё не зажил до конца и это место противно ныло).

Полуэльфийки посмотрели на Имоен и Халида. Те кивнули в знак согласия и поднялись со ступенек.

К обеду, пополнив запасы провизии, четвёрка направилась на юг в надежде найти в шахтах Нашкеля ответ на вопрос: «Откуда начался Железный Кризис?» Ландрин уехала ещё вчера до заката, и весь путь предстояло пройти пешком.

Перед глазами Равены стояла одна и та же сцена: прыгающая девочка из Берегоста. «Ландрин возвращается! Ура! Ландрин возвращается!» Будет ли хоть кто-нибудь также радоваться её возвращению в Кэндлкип? Вернётся ли она когда-нибудь туда? Найдёт ли другое место, которое назовёт домом? Услышит ли она когда-нибудь: «Ура! Равена возвращается! Она возвращается домой!»

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   30

Похожие:

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconБескрайнее Море Мечей. Что там за горизонтом? Приключения? Слава?...
Но каждый раз, поднимая вопрос об уходе в большой мир, она слышала один и тот же ответ: «Твоё время ещё не пришло…» Она ждала. Терпеливо...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconВедьмы с восточного побережья
Вполне возможно, что некоторые валькирии, решив покинуть Вальгаллу,[1] затем селятся в различных уголках той или иной страны, где...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconСодержание вступление часть первая
Создание меча. Историко-культурный контекст. Типы мечей

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconКнига трилогии Ф. Пулмана «Темные начала»
«Янтарный телескоп» заключительная книга трилогии Ф. Пулмана «Темные начала». Захватывающая история рождения нового мира, в которой...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconТомас Харрис Красный дракон Серия: Ганнибал Лектер 1 Аннотация «Красный дракон»
Первая книга легендарной трилогии о Ганнибале Лектере, по которой сняты три голливудских блокбастера

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconКнига первая. Аар
В память об Уднатте и многочисленных заморских странствиях предлагаю эти картины прошлого Вам, дорогой Винсент, поклоннику настоящего...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconАвстралия единственная страна мира, занимающая территорию целого...
Вдоль восточного побережья почти на 2000 км протянулось скопление мелких островов, подводных возвышенностей и коралловых рифов Большой...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconОт автора «передавай привет лесли»
Это моя вторая книга. Первая – «Жжизнь без трусов: Мастерство соблазнения – жесть как она есть» – имела огромный успех! Она стала...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconКнига основана на событиях, происходивших с ним с четырех до двенадцати...
Калифорния. Психически нестабильная мать-алкоголичка годами избивала и морила голодом маленького Дэйва Пельцера. Она изощренно издевалась...

Первая книга трилогии. Равена воспитанница Кэндлкипа самой большой библиотеки Побережья Мечей. Она мечтает покинуть родные стены и идти дорогой искателя iconТатьяна Устименко Богами не рождаются Любимому супругу Александру посвящаю
...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов