Виктор Ночкин Андрей Левицкий череп мутанта серия «S. T. A. L. K. E. R» №31




НазваниеВиктор Ночкин Андрей Левицкий череп мутанта серия «S. T. A. L. K. E. R» №31
страница8/20
Дата публикации26.08.2013
Размер3.15 Mb.
ТипДокументы
zadocs.ru > Военное дело > Документы
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   20
^

Глава 3

БАР «СНЕЖИНКА»



С "Агропрома" мы ушли вдвоем с Зюзей. Пацану надоело прозябание в этой дыре, где единственное развлечение — посидеть у костра с дрянной водкой да послушать ворчание старикованархистов под завывание Дуськиных сородичей. После истории с полтергейстом парню захотелось еще при­ключений в таком же роде, и он решил податься на север. А когда я сказал, что собираюсь валить, предложил прово­дить в бар «Снежинка», где якобы обосновались его прияте­ли. Меня напоследок осыпали похвалами и звали заворачи­вать, если буду мимо проходить. Но я не сомневался, что че­стной компании будет только лучше, если я уберусь: здесь сложился коллектив угрюмых ворчунов, которые с трудом и друг к другу-то притерлись, чужие им ни к чему. Не удивительно, что разбитной легкомысленный Зюзя чувствовал се­бя тут не в своей тарелке…

Сперва мы шли к северо-востоку, чтобы обогнуть Ян­тарь — там сейчас легко можно было наткнуться на посты во-енсталов. Потом свернули к северу, места пошли более опас­ные. Случалось, пропадал спутниковый сигнал, иногда датчик аномалий по несколько минут не смолкал — и невозможно было определить, на что именно он реагирует, приходилось глядеть в оба, чтобы не вляпаться. Я быстро понял: моего опы­та тут уже недостаточно. Зюзя тоже не ветеран, и мы решили пройти более безопасным маршрутом — по территории, кон­тролируемой «Долгом». У меня отношения с долговцами ни­когда не ладились, но из двух зол… Если выбирать между не­проходимыми аномальными полями и общением с долговцами, я предпочитаю этих бравых парней.

Пришлось, конечно, заплатить на долговском блокпосте, но тут уж ничего не поделаешь, этот порядок давно установ­лен. Зато по охраняемой «Долгом» территории мы за день от­махали на север столько, сколько и за трое суток не преодо­лели по ничейным землям. Когда покидали вотчину группиров­ки, на нас никто не глянул, охрану интересовали только входящие, потому что они платят. Выход — бесплатный… по­ка что.

Зюзя подслушал, что долговцы обсуждают недавнюю пере­стрелку со «Свободой».

— Земля к югу от Рыжего леса пока что ничья, — объяснил он. — Трудно поделить, потому что на эту территорию претенду­ют и «Долг», и «Свобода». Пока они грызутся, такие точки, как бар «Снежинка», не принадлежат никому. Верней, есть несколько человек… ну, которые в авторитете. Один бар держит, но пе­рекупщики там склады устроили, они ему не платят.

Бар «Снежинка» в Зоне ничуть не напоминал кафе, где я так романтично ухаживал за Лари ком и подслушивал беседу Шапки на с капитаном. Когда-то здесь была скотобойня, не то совхозная, не то кооперативная. Вообще, до аварии в этом ме­сте располагался животноводческий комплекс, но сейчас боль­шая часть зданий лежала в руинах, сохранились погреба, мо­розильник — там и устроили бар. Громоздкое холодильное оборудование разобрали и вынесли, а обширное подземелье с массивными воротами осталось. Выброс переждать в самый раз. ну и в остатках надземной части комплекса оборудовали ночлежку.

Поскольку хозяина этот комплекс не имел, порядок навес­ти оказалось некому, однако житье тут было организовано ку­да лучше, чем из «Агропроме». Народ собирался постоянно, и Зюзя быстро отыскал знакомых. А я остался в одиночестве.

— Обратись к Бледному, — посоветовал мне один из при­ятелей Зюзи. — он новичков берет, у него многие начинают. Походишь по маршруту, для начала это лучше, чем свободный поиск. Ну а потом оглядишься, освоишься. Вон он, в углу.

Перекупщик, устроившийся неподалеку от стояки, оказал­ся в самом деле очень бледным парнем.

В тот вечер я к Бледному не пошел, сперва хотелось отдох­нуть я отоспаться. А Зюзя времени не терял — растрезвонил что я знаменитый следопыт и великий боец, так что, когда я на следующий день пошел знакомиться с Бледным, тот уже знал обо мне даже больше, чем я сам.

— Хромой? Наслышан, наслышан. — Перекупщик растя­нул губы в улыбке. — О тебе тут много болтают… Этот, как его, пацан…

Я только вздохнул. Зюзя оказался треплом, это я понял в пути — просто на «Агропроме» его не слушали, коллектив не тот. Ну а здесь он уже наговорился вволю…

— Если хочешь, дам работу, — продолжал Бледный. — Дело простое. Мои люди сносят хабар в тайник, я даю тебе координаты, ты забираешь артефакты, взамен оставляешь снарягу, припасы — и обратно налегке. Координаты и подроб­ный маршрут скину на ПДА. Сделаешь несколько ходок, ос­воишься в наших краях. Только дальше моего схрона не захо­ди —– там места опасные, не для новичков, понял?


* * *

Чувство опасности — великая вещь. Зона — такое место, где зачастую лучше полагаться на интуицию. Зона умеет обмануть пять стандартных человеческих чувств, здесь не помогут стопроцентное зрение и острый слух, зато интуиция убережет.

Я доверчивый, я внимательно отношусь к ощущению опас­ности — может, потому и жив до сих пор. Вот и сейчас мне сделалось не по себе и стало тревожно прежде, чем я засек что-то конкретное. В Зоне всегда тревожно, но сейчас я ощу­тил нервный зуд и остановился, чтобы оглядеться еще разок. Автомат и так держал наготове, теперь рука скользнула по предохранителю — это нервы, я на предохранитель не став­лю, когда один иду, но пальцы сами тянутся проверить.

ПДА не показывал ничего интересного. Ни единого сигна­ла поблизости, только на периферии экрана смещаются свет­лые пятнышки, толком не разобрать, кто это и сколько их, так что я сосредоточился на кустарнике. Если где-то рядом прита­илась опасность, то вряд ли это человек. А притаилась навер­няка — шестое чувство зря бы не всполошилось!

И ведь что досадно: до цели, призывно светившейся на мо­ниторе ярким крестиком, оставалось совсем немного, крестик-то почти в центре экрана…

Тяжеленный рюкзак натягивал лямки, плечи ныли, хотелось скорее покончить с этим делом, избавиться от груза, но я ос­тановился. Заросли выглядели довольно паршиво, обзор был никакой, и все же я не рискнул выбираться на открытое про­странство, стоял и оглядывался. Тот, кто прятался в кустах, за­мер, не выдавая себя ни малейшим движением. Кто первым пошевелится, тот проиграл.

Спустя пару минут я все же решил потихоньку двигать дальше, во тут расслышал хриплый вздох. Очень уж харак­терно прозвучало — я развернулся и замер. Ну, давай, тварь. Теперь я знаю, где ты прячешься. Кусты дернулись, роняя листья, воздух пошел волнами — будто лес прыгнул навстречу. Очертания зарослей встрепенулись и поплыли, я встретил кровососа длинной очередью. Не будь на мне по­клажи, я бы постарался отступить, но тяжелый рюкзак тор­мозил, лишал возможности маневра. Оставалась одна на­дежда — свалить мутанта сразу, не дать ему сойтись вплот­ную и пустить в ход когти. Поэтому я взял низко, на уровне широченной груди твари — главное, попасть, сдержать му-танта, а при отдаче ствол сам уйдет вверх, и, если мне по­везет, попаду в башку.

Кровосос хрипло взревел, но его рык потонул в звуке вы­стрелов. Едва первые пули ударили в грудь мутанта, он стал видимым — от боли потерял контроль над маскирующей функ­цией. Кровососа отшвырнуло, он продолжал переставлять ноги, но пули били в него, толкая назад.

В воздух взвилось обрубленное пулей щупальце, пули про­шили горло, разворотили челюсти… Кажется, я заорал… Да,

точно, я орал: «Сдохни, сдохни!» Еше помню ощущение стра­ха — патроны закончатся, а мутант так и будет шагать ко мне… Очередь все грохотала, я кричал, кровосос уже не ры­чал, а булькал, из развороченной морды летели багровые ош­метки, ворохом взлетали капли крови, удары пуль кренили его назад, но он шагал, шагал… Автомат смолк, я все еще вдав­ливал палец в спусковой крючок. И слышал эхо, словно где-то вдалеке палил другой «калаш».

Кровосос сделал последний шаг, потом стал валиться навз­ничь, одно щупальце встало торчком, как рог. Я швырнул ав­томат в мутанта, рванул из-за пояса «вальтер», поднял — но это уже было ни к чему. Кровосос рухнул в груду гнили, за­дергался в конвульсиях, взбивая палую листву, хрустя сучья­ми. Потом я услышал щелчки выстрелов — это уже не АКМ. Что за оружие, я на слух не смог определить и решил поско­рее убираться.

Едва глянув на мутанта, понял, что возиться и вырезать че­люсть не стоит, трофей вряд ли удастся продать — щупальца искромсаны пулями так, что от них мало осталось. И еще подумал, что не смогу нагнуться с таким тяжеленным рюкзачищем, ноги сделались ватными. Если поблизости стреляют, нужно сваливать, до цели осталось недалеко. Избавлюсь от рюкзака — тогда и проверю, что к чему.

Я осторожно обошел умирающую тварь. Рывки и судо­роги кровососа становились все тише, но зачем рисковать? Обогнув лежащего монстра, я подобрал в кустах своя «ка­лаш», для чего пришлось аккуратно присесть, чтоб не сме­щался центр тяжести. Перезарядил автомат и еще раз гля­нул на ПДА. Тот показывал, что поблизости чисто, я сори­ентировался по крестику у центра монитора — и пошел дальше.

Пока шагал к пункту назначения, снова услышал выстрел — теперь уже совсем далеко, едва различимо. Может, мне и по­казалось — откуда здесь такая активность? Рыжий лес рядом, туда мало кто ходит, места небогатые, зато опасные. Разве что сталкеру наверняка известно, где имеется хабар, — тогда есть смысл, а иначе за каким чертом лезть к Рыжему лесу. Это про­сто у меня такая ситуация сложилась, что хочешь, не хочешь, а как-то нужно жить, вот и согласился сделать эту ходку.

На экране маркер цели уже совсем слился с перекрестьем линий координатной сетки. И тут же комп тихим писком изве­стил меня: цель найдена. Несколькими секундами позже вновь раздался писк — упало сообщение. Писал Бледный, мой на­ниматель: «Хромой, ты у цели. Найди большую поваленную ель. Дай знать». Хорошая у него техника, если может засечь сигнал с моего компа… или Бледный где-то рядом? Нет, вряд ли, ему полагается сидеть в «Снежинке», работа такая.

Ель обнаружилась в десятке шагов — толстенное дерево, вывернутое с корнем. Вросший в землю ствол полускрыт го­рой опавших игл. Я огляделся — все чисто. Интуиция моя то­же помалкивала. А местечко здесь хорошее, в хвойном лесу нет кустарника, только пронизанные солнечным светом ряды молодых елей. Я отбил ответ Бледному: «777456. На месте». Цифры с точкой — условный знак, теперь Бледный точно зна-ет, что отвечаю я, а не посторонний с моего компа. Пришел ответ: «Иди вдоль ствола к вершине. 100 м». Не отключая почтового режима, я двинулся в указанную сторону. Эта здо­ровенная ель лучше любого компаса, в Зоне он может шалить по-всякому, а такой тяжелый ствол и псевдогигант вряд ли сдвинет. Хороший ориентир.

Я отмахал сто метров — ни аномалий, ни мутантов, тиши­на — и остановился у толстенного бревна. Похоже, эта ель почти такая же старая, как и первый ориентир, только здесь был не целый ствол, а обрубок пятиметровой длины, да и при­волокли его не так давно, в землю пока не врос.

«Я у бревна». — «Сверху крышка, потяни сук, откроешь тайник». Точно, торчит обломок ветви… Значит, таи у них схрон. Только у кого «у них»? Я пока не мог сообразить, на ко­го работает Бледный. Устроено все отлично — продуманно, грамотно: и связь, и шифры, и ориентиры. Он действует не один, тут видна работа какой-то группировки… Какой? Кому нужны эти игры в казаки-разбойники? Ладно, не мое дело.

Я еще раз огляделся, аккуратно высвободил плечи из ля­мок, опустил рюкзак у бревна и с облегчением вздохнул. Те­перь сук. Взялся за него левой рукой, правой держал ору­жие. Крышка оказалась тяжеленная — срезанный кусок де­рева почти метр длиной. Поднять не вышло, я сдвинул ее вдоль ствола, приоткрывая нутро тайника. Там лежали три контейнера. Дальше все просто: контейнеры вынуть, а на их место сгрузить содержимое моего бездонного рюкзака. Хорошо, обратно буду шагать налегке, контейнеры едва ли семь кило тянут.

«Готово. Иду назад», — отбил я Бледному, и он напомнил: «Сотри переписку». Да, об этом заранее условились, я подчи­стил почтовый ящик, потом вошел в сетку, глянул свежие сообщения — ничего интересного — и выставил на ПДА новую цель: бар «Снежинка». Ну, в путь…

Обычай гласит: не возвращаться той дорогой, какой при­шел. Я так думаю, логичного объяснения здесь нет, однако в основе любой сталкерской традиции лежит опыт, накоплен­ный путем проб и ошибок. Великие первопроходцы вычисли­ли правила, и не нам ид нарушать. А чтобы было легче, пра­вила сформулированы в виде легенд и традиций. Так что я взял курс севернее прежнего маршрута, в обход, к поросшим кри­выми деревцами холмам. И тут же старые традиции вышли бо­ком — едва приблизился к холмам, датчик аномалий затрещал в унисон с дозиметром. Я держал путь прямиком к зоне ано­мальной активности. Однажды сталкер Петров попросил пе­рекупщика раздобыть ему пособие по азбуке Морзе. «А зачем тебе?» — «Да вот. нашел какой-то приемник, совсем старый, азбукой Морзе мне чего-то щелкает, а я не понимаю…* — «Так это же дозиметр?»

Словом, пришлось забрать еще круче к северу. Едва я ски­нул из рюкзака груз Бледного, сразу сделалось так легко, что крюк в пару километров не казался проблемой. До вечера да­леко, безопасный ночлег найти успею, завтра еще до обеда бу­ду в «Снежинке»…

Треск дозиметра стих, я миновал холмы. За ними деревья не росли, только рыжая, выгоревшая на солнце трава. Судя по скудной растительности, воды поблизости тоже нет — стало быть, и зверью в этих краях делать нечего. Так что первые пол­часа я шагал довольно скорым шагом. Один раз вдалеке по­казалось кабанье стадо, а больше никого не встретилось. Ка­баны на меня не обратили внимания, почесали куда-то по сво­им свинским делам. Потом начался лес, и я убавил шаг. За кустами журчал ручей, счетчик Гейгера вяло протрещал, что вода радиоактивна. Я пошел осторожнее, мало ли какую тварь принесет к водопою.

Вот из-за того что шагал медленно, я их и заметил — россыпь гильз, матово поблескивающих, совсем свежих. Местечко укромное, с одной стороны валуны по пояс, с дру­гой густой кустарник. Хорошее место для засады. Сразу же припомнилось: в этой стороне совсем недавно стреляли. Я глянул на ПДА, ругая себя за то, что давно не проверял его. Святые мутанты! Две точки, неподвижные. А трава-то примята — похоже, парень лежал в засаде, прежде чем от­крыть огонь. Я присел, сгреб гильзы — калибр 7,62… Воз­можно, стреляли из СВД. Снайпер? Засада? Тьфу, что за шутки? Кого может стеречь снайпер в такой глухомани? А сигналы на ПДА так и не сдвинулись. Очень мне это не понравилось. Может, они ранены? Им нужна помощь? Хо­телось побыстрее вернуться, но не дело это — проходить мимо в такой ситуации. Любой может оказаться в беде, ког­да-нибудь и я в ней окажусь, понадобится мне помощь, а кто-то пройдет мимо… Солнце скрыли тучи, сразу стало темнее, в самый раз к моему настроению.

Я еще раз осмотрел гильзы — ничего нового, конечно, не разглядел, ну и двинул осторожненько к неподвижным сигналам. Лес становился все гуще, и чего это сталкеров туда по­несло? Открытое место куда лучше, или, на худой конец, ред­колесье. Так что им понадобилось в чаще? Судя по карте, ни­чего там нет.

Шел я медленно, осторожно, теперь уже на ПДА погля­дывал чаще — и не зря. Когда почти добрался до цели, из-под западного края монитора выплыли еще две точки. Они медленно кружили, не сближаясь. Один преследует, другой уходит… знать бы еще, кто кого гонит. Пожалуй, снайпер должен оказаться преследователем — он же здесь сторона активная, он напал? Расслышав хруст валежника, я замер. Шум быстро нарастал, приближался… Крупный зверь бе­жит, не крадется, не скрывается. Я прикинул, откуда ждать гостя, и отступил за дерево. Там нижний ярус ветвей давал укрытие, я притаился.

Вроде издалека донесся вой слепой собаки, но прислушать­ся мне не дали — с хрустом и треском из кустов вылетели две псевдоплоти. Вернее, сначала я заметил одну — первой не­слась здоровенная скотина, грязная, лохматая, шерсть клочь­ями топорщится. Я не хотел с ней связываться, надеялся, что тварь уберется по-хорошему, но оказалось, что следом мчится еше одна, мелкая. Ветки, отброшенные первой псевдоплотью, разгибались и лупили детеныша, и как назло, когда мутанты поравнялись с моим убежищем, толстая ветка попала мелко­му по глазам, тот заверещал, мамаша взревела и развернулась но мне — оказывается, она меня сразу заметила, но не соби­ралась нападать, а туг вообразила, что я пристаю к ее отпры­ску. Но я был готов и, убедившись, что столкновения не набе­жать, сразу дал очередь. Длинные конечности псевдоплоти подломились, я угадал с выстрелом — взял тварь в разворо­те, когда ее инерция была погашена. Она кувыркнулась, мелькнуло брюхо с сосульками налипшей грязи. Детеныш на скаку врезался в мамашу, завизжал — раненая туша колоти­ла голенастыми паучьими лапами так, что вмиг превратила башку отпрыска в кровавую кашу. Инстинкты принуждают этих мутантов вступать в драку не раздумывая, едва их тро­нешь — мелочь извернулась и воткнула копытца в опрокину­тую мамашу, теперь они ревели и визжали в унисон, терзая друг друга.

Я бросился в сторону, не дожидаясь, чем кончится дело. И вовремя — за моей спиной послышались хриплый визг и «о-хо-хо» слепых псов. Отмахав несколько десятков шагов, я прислушался — стая накинулась на раненых мутантов. Ну, по­рядок, теперь можно спокойно уходить, задерживаться здесь не следует. Псы станут жрать псевдоплоть, они ж эту парочку наверняка и шли. Хотя, с другой стороны, я не раз замечал, что стая, разгоряченная преследованием, становится непред­сказуемой, тем более что молодые псы, аутсайдеры прайда, ко­торых вожаки поначалу не допускают к добыче, и вовсе бесят­ся от запаха кровавого мяса.

Я прикинул по ПДА — неподвижные сигналы совсем близ­ко. Однако шагать придется в обход, чтоб не приближаться к пирующей своре… Сталкера Петрова мутанты обычно не обижали. Бюреры за своего принимали, кровососы, едва за­видев, разбегались… Вот только псы иногда бросались — со­слепу.

Тут из-за края карты на монитор вплыли два сигнала, по-прежнему медленно кружа друг за другом. Один уходил, дру­гой преследовал. Я прибавил ходу; вдалеке раздались два вы­стрела, потом автоматная очередь. «Калаш» прозвучал впол­не узнаваемо… а кто палил* первым? Снайпер? Кто его разберет, вполне возможно.

Вот и поляна. Стволом я осторожно раздвинул ветки и при­гляделся. Двое, комбезы обычные, у меня раньше похожий был. Такой, конечно, не защита от пули из СВД…

Я сверился с ПДА — подвижные точки пляшут в киломе­тре или около того. В любом случае, они, похоже, увлечены друг другом… хотя снайпера не может не заинтересовать мой сигнал. Ладно! Я подбежал к телам — с первого взгляда сде­лалось ясно: этим людям уже никто не поможет. У одного грудь разворочена очередью, другого расстреляли в голову, так что лица не узнать. Первого я вроде помнил, он покинул «Сне­жинку» вскоре после того, как я туда притопал. Ушел с при­ятелем. Или с ними был третий? Вроде нет, но он мог присо­единиться позже. Снайпер подстрелил двоих, третий ушел, те­перь убийца его преследует. И кому вы не угодили, мужики, почему вас снайпер подстерегал? Вроде сталкеры как сталкеры, ничего особенного. Хорошо заметный кровавый след уво­лил в кусты. Тот, что сбежал, ранен? Видимо, так.

Что-то здесь не лепилось, не укладывалось в картину заса­ды, которую я себе нарисовал, но думать было некогда — за лесом снова прогрохотал «Калашников». Кто бы там ни стре­лял, бил он длинными очередями и, как мне показалось, на­угад. Хотел спугнуть снайпера, который подобрался слишком близко? Или напоролся на мутанта? Точки сигналов на мони­торе ПДА плясали, не задерживаясь ни на миг, — парни спе­шили, беглец двигался сложным зигзагом вокруг полянки, где остались тела его приятелей. Может, хотел избавиться от пре­следователя и вернуться за своими. И что мне теперь делать?

В конце концов я прикинул примерный маршрут погони и двинулся наперерез.

Было немного не по себе — я впервые оказался в по­добной ситуации. Может, зря вмешиваюсь? У нас на юге любой бы поступил так… правда, там куда более людно, чем здесь. Окрестности Рыжего леса — место пустын­ное, на помощь позвать некого. Неудобно пройти мимо, ес­ли свой брат сталкер в беде. Понять бы еще, что здесь тво­рятся… Зачем одиночка напал на группу из трех чело­век, связано ли это как-то с моим заданием, с тайником в бревне?

Соблюдая осторожность, я брел по мертвому редколесью, поглядывал на ПДА, решив доверять больше технике, чем соб­ственным чувствам — обзор-то закрыт, и шума в лесу всегда бывает достаточно. Половина деревьев сухие, безжизненные; когда ветерок налетает, омертвелые кроны издают жестяной скрежет. Да и живность водится: то ворона сядет на ветку, ссы­пав рыжую высушенную кору, то в кустах какая-то мелкая жи­вотина прошелестит…

А погоня кружила и кружила. Я понимал беглеца: ему из зарослей выходить невыгодно, на пустом месте снайпер его легко возьмет, вот он и держится леса.

Когда их сигналы приблизились, я остановился. Мне-то в любом случае незачем было суетиться. Поскольку мы уже с час топтались на одном пятачке, я успел изучить мест­ность, приметил безопасные участки — мне это было про­ще, чем двоим активным участникам погони. Отключив комп, я нырнул в заросли так, чтобы вклиниться между бег­лецом и снайпером. Конечно, обоих должно было озадачить исчезновение моего сигнала с ПДА, но это лучше, чем тор­чать у них на экранах. Шагал я осторожно, старался не шу­меть, ведь я теперь тоже не видел, где эти двое. Сейчас па­рочка кружила по часовой стрелке, а я как бы выдвигался из центра циферблата, чтобы вклиниться между ними. Сле­ва взвыли псы, ударили одиночные выстрелы. Слышны бы­ли голоса пяти или шести мутантов. Снайперу сейчас было не до меня, так что я врубил ПДА. И услышал писк датчи­ка. Он показывал, что в той стороне, где началась свалка, притаилась аномалия.

Вот у снайпера закончилась обойма, псы взвылн еще яростнее… Потом раздались хлопки «Макарова», Я выва­лился из зарослей, как раз когда охотник расстрелял обой­му и три пса прыгнули на него. Двоих он успел завалить — рыжие тела распростерлись на поляне, — третий повис на рукаве. Я вскинул автомат, но стрелять было не с руки — еще два пса, хрипя, вцепились в комбез снайпера, пытаясь повалить, парень прыгнул туда, где мой датчик засек ано­малию. В прыжке сталкер развернулся, трамплин подхва­тил двух псов, мутанты взвыли еще отчаяннее, но челюстей не разжимали. Аномалия так и подкинула их — вчетвером.

Я короткой очередью срезал в воздухе третьего пса, кото­рого инерция отнесла вбок.

Три сцепленные фигуры приподняло над землей, парня шмякнуло о ствол мертвой сосенки, хрустнуло — то ли дере­во, то ли ребра. Улучив момент, я подстрелил еще одну соба­ку, а последний мутант оказался на груди снайпера. Они сполз­ли по стволу, снайпер, рыча не хуже пса, вцепился в рыжее горло. Оба упали в кусты. Загрохотал «Калашников» бегле­ца — тоже совсем рядом. Я бросился на звук. Снайпер остал­ся наедине с собакой, вот пусть и разбирается, а рядом стал­кер, которого он гнал, — вроде раненый.

Выскочив из-за кустов, я увидел слепого пса, совсем моло­дого, некрупного. Прошитый автоматной очередью мутант умирал, по телу пробегали последние конвульсии. Над ним стоял незнакомый сталкер, его автомат был направлен точно мне в лоб. Губы шевелились, но я не слышал ни звука. Гла­за — шальные, безумные.

— Эй… — начал я. — Я не с ним, я тебе помочь решил… Мой «калаш» был направлен вниз, я чувствовал: стоит лишь пошевелить стволом, сразу получу очередь. Я и не ше­велился, только косил глазами по сторонам — как назло, ря­дом ни одного приличного деревца. Упаду в кусты — он по­лоснет очередью… Вот черт, влип! Помог, называется.

— Убью, — отчетливо произнес автоматчик. — Убью всех. Всех убью.

— Ты погоди, погоди… — Я уже понял, что передо мной псих, но с психом можно поговорить, согласиться со всем, что он наболтает, попробовать успокоить его. — Послушай меня…

Сталкер не слушал. Я даже не был уверен, понимал ли он, что я к нему обращаюсь. Взгляд шарил по моему лицу, но глаза оставались пустыми. Я заметил, что на его плечах перекре­щиваются лямки двух рюкзаков, а еще — кровь на комбезе…

— Убью. И черных тоже. Убью!

И тогда я сообразил — части паззла встали на место, кар­тинка сложилась. Людей на поляне расстрелял не снайпер! Очередью — и одного, и другого. Очередью из того самого «калаша», что глядит сейчас мне в лицо. Не знаю, зачем и ко­го пас снайпер, но этот, стоящий передо мной, убил двоих, ог­рабить не успел — его спугнул снайпер, так что убийца схва­тил чужой рюкзак и побежал. Рюкзак убитого сталкера был в крови, с него лилось, вот и остался след, уходящий с поля­ны. И я, дурень, влез. Святые мутанты, почему я вечно лезу не в свои дела?!

— Ты сможешь, — очень серьезно сказал я психу, — у те­бя получится. Ты всех убьешь, и черных тоже.

За спиной сумасшедшего лес пришел в движение — по ку­стам и кривым стволам рахитичных сосенок побежали волны, лес наползал на него сзади, кусок пространства выпирал, вы­ламывался из общей картины, а я глядел в лицо психа и мо­нотонно, на одной ноте повторял:

— Всех их, гадов, всех убьешь. У тебя получится. Но глав­ное — не спешить. Торопиться нельзя, потому что работы много. Их же много — и черных, и всяких. Не надо спешить.

— Их много, — согласился безумец. Автомат его слегка ушел в сторону. — Но черные хуже всех.

— Вот, сам понимаешь…

За его спиной хрустнула ветка, он дернулся, но ничего не успел сделать — лес ухватил его корявыми лапами, од­ной поперек груди, другой за голову. Здоровенная широкая ручища закрыла лицо сталкера, дернула. С вязким чавкань­ем сломался хребет, голова запрокинулась, показалась темная морда с изуродованными, иссеченными щупальцами, на челюстях и на шее выделялись только что затянувшиеся раны, из трещин в регенерирующей плоти сочилась вязкая прозрачная дрянь… Кровосос — тот самый, что схлопотал с полдесятка моих нуль, — подался назад, увлекая за собой обмякшего сталкера… А я все глядел, завороженный. Глаза кровососа — мутные, словно налитые кровью. Взгляд… странный. Нечеловеческий. То есть, понятно, что нечеловеческий, это само собой… но уж очень странный. Мне раньше никогда не доводилось смотреть в глаза кро­вососу.

Мутант пошевелил изуродованными щупальцами, пара от­ростков легла на вывернутую шею сталкера. Горло мертвеца казалось неестественно белым и гладким рядом с шершавыми бугристыми щупальцами и засаленным воротом свитера, кото­рый вылез из-под иомбеза. Я наконец стряхнул оцепенение, вскинул автомат… но не стал стрелять. Кровосос пятился и пятился, скрываясь в зарослях, ветки кустарника мягко раскачи­вались перед ним.

Я подобрал свалившиеся рюкзаки психа, послушал, как стихает в зарослях шум, — мутант решил убраться от меня подальше, он-то уж точно не был психом.

Сперва я тоже пятился, потом отважился повернуться спи­ной к полянке, сориентировался по ПДА и пошел к снайперу.

Его я застал лежащим в обнимку с собакой, оба с ног до головы были заляпаны кровью. Слепой пес уже издох, а стал­кер дышал. Я разомкнул его руки, сцепленные на собачьем горле, отвалил рыжее тело в сторону и перевернул парня на спину. Вот так встреча!

— Кореец?

— Слепой?

— Ты откуда здесь?

Кореец верховодил новичками на автокладбище, когда я в последний раз наведывался к Свалке, и дела у него шли от­лично. Странно, что он бросил обжитое место.

— Ну, так вышло, Сле…

— Называй меня Хромым, теперь меня так зовут. Старую

кличку лучше не вспоминай, ладно?

— Ладно.

Кореец неловко попытался сесть и застонал.

— Что с тобой?

— Ребра… может, сломал. Когда об сосну приложился, сильно ударило.

— А чего ты в трамплин полез?

— Так ведь псы. Повисли, твари, я и подумал: суну их в трамплин — сразу отпустят, сам отскочить успею. А они, ви­дишь, и меня утянули.

— Ну ты даешь… — Я знал, что Кореец — отчаянный ма­лый, но решиться на такое — засунуть в аномалию мутанта, который в тебя клыки вонзает… это, по-моему, как-то слиш­ком.

— Показывай, где приложился. Собаки тебя сильно по­кусали?

— Не так чтоб… Но комбез прогрызли. Укол сделаешь?

Пока я хлопотал над Корейцем, он поведал свою исто­рию — вояки устроили рейд по Свалке, он распустил пар­ней и сам двинул сюда. Пока что осел в «Снежинке», но ушел оттуда за день до моего прихода. Парня, которого утащил кровосос, звали Гена Жмур, Корейцу его заказали свободовцы.

— И ты согласился?

У нас на юге считалось зазорным наниматься охотником на человека. Здесь, видимо, другие порядки. Кореец пожал плечами и поморщился — ребра его, похоже, были не сло­маны, но трещины наверняка появились, да и ушибся он по­рядочно.

— А чего ж не согласиться? Насчет Жмура слушок про­шел, мол, мозгами двинулся он. Крыша съехала. Несколько раз пацаны пропадали, и он там же крутился, но ни в «Сне­жинке» не показывался, ни в «Сто рентген» — никуда не хо­дил. Вот свободовцы его и это… приговорили.

В Зоне свой суд. Если контроль над территорией берет группировка, она и решает, кого приговорить.

— Псих он, это верно, — кивнул я. Потом добавил: — Был.

— Ну вот, сам видишь, Слепой… — Кореец перехватил мой взгляд и поправился: — То есть Хромой. Я запомню, не беспокойся… Согласился, да. Свободовец, Пермяк кли­куха, мне СВД дал, патронов. Это задаток, за работу плата отдельно. Когда б кого нормального заказывали, я не взял­ся бы, а этого Жмура — чего ж не взяться? У тебя курить нет?

— Я же не курю.

— Я тоже. Сейчас вдруг захотелось… Так я говорю, взял­ся. Эта территория вроде как свободовская, они своих ребят посылали Жмура прибрать, потеряли троих. Здесь какая-то группа обосновалась, сами вроде никого не трогают, но если кто к ним суется чужой…

— Черные, что ли? — догадался я. — Жмур перед смер­тью говорил, мол, черные здесь, он их убьет.

— А Зона их разберет, черные или еще какие. Комбе-зы вроде черные, как у «Монолита». Я их близко не видел и к Рыжему лесу, где они окопались, не совался. Свободов-цы-то Жмура не нашли, напоролись на этих… А я стерег Ге­ну здесь, потом гляжу — идет мой клиент, да не один. Ну, мне откуда знать, как чужие пацаны поступят, если я у них на глазах Гену приберу? Мало ли… Пацаны молодые, та­ким не сразу объяснишь, еще кипешевать начнут. Они-то небось радовались: опытный сталкер встретился, с ними идет, то-сё…

— Я понял. Тогда ты засаду устроил?

— Угу. Подумал, завалю Жмура издали, да и дерну. Мо­лодые не пикнут, даже не въедут, что к чему, заодно они же и закопают Генчика — мне мороки меньше. Обогнал их, уст­роился…

— Видел твою лежку.

— Да я и не прятался особо. Прикинь, уже Жмура начал выцеливать — они как раз вышли на поляну. Он вдруг паца­нов этих одной очередью валит, в упор, представляешь? Вдруг, резко!

Конечно… Автоматной очереди я тогда не расслышал как следует, ну и принял за эхо. Еще бы мне слушать, если кро­восос наседает!

— Я секунду промедлил, потом промазал… — Кореец с досадой плюнул. — А он уже ухватил рюкзак и в кусты. Я за ним… Кстати, твой сигнал почти сразу приметил, но, понятно, не знал, что это ты, — вижу, идет себе мимо че­ловек. Я так н думал, что ты неправильно поймешь и су­нешься. Думал, если что, стрелять придется. Тьфу, что за жизнь пошла… Ну и ты ведь тоже думал, если что, меня ва­лить?

— Так я ж…

— Ничего, Слепой… то есть Хромой, все нормально. Мы друг друга не застрелили, остальное можно поправить.

— Ты идти сможешь?

— Смогу. Пацанов похоронить бы.

— Ладно идем, только мне в «Снежинку»…

— Мне тоже.

И мы пошли.

1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   20

Похожие:

Виктор Ночкин Андрей Левицкий череп мутанта серия «S. T. A. L. K. E. R» №31 iconАндрей Левицкий Сага Смерти: Мгла
Вы держите в руках книгу, которая начинает следующий этап в развитии серии S. T. A. L. K. E. R., выводит ее на новый уровень

Виктор Ночкин Андрей Левицкий череп мутанта серия «S. T. A. L. K. E. R» №31 iconЕжи Тумановский Два мутанта
Зона соберет их на берегах озера и даст возможность выяснить, кто из них достоин сокровищ Подковы. Но лишь два мутанта, оказавшиеся...

Виктор Ночкин Андрей Левицкий череп мутанта серия «S. T. A. L. K. E. R» №31 iconАндрей Левицкий Сердце Зоны S. T. A. L. K. E. R. 10
Глобальная катастрофа в Зоне! Сверхмощный выброс меняет ландшафт, уничтожая известные районы и открывая новые территории. Кланы вынуждены...

Виктор Ночкин Андрей Левицкий череп мутанта серия «S. T. A. L. K. E. R» №31 iconАндрей Левицкий Сердце Зоны S. T. A. L. K. E. R.
Глобальная катастрофа в Зоне! Сверхмощный выброс меняет ландшафт, уничтожая известные районы и открывая новые территории. Кланы вынуждены...

Виктор Ночкин Андрей Левицкий череп мутанта серия «S. T. A. L. K. E. R» №31 iconВиктор Ночкин Пищевая Цепочка S. T. A. L. K. E. R. 36
Слепому опять не удалось завязать: Гоше Карому, хозяину гостиницы «Звезда», понадобилась помощь. Карый просит Слепого в последний...

Виктор Ночкин Андрей Левицкий череп мутанта серия «S. T. A. L. K. E. R» №31 iconОшо раджниш
Когда Ли-цзы закусывал на обочине дороги по пути в Вэй, он увидел столетний череп. Подняв прутик, он указал на череп и, повернувшись...

Виктор Ночкин Андрей Левицкий череп мутанта серия «S. T. A. L. K. E. R» №31 iconВиктор Суворов Самоубийство Серия: Ледокол – 4
Зачем Гитлер напал на Советский Союз? Была ли Германия готова к войне? Казалось бы, ответы на эти вопросы очевидны. Но не все так...

Виктор Ночкин Андрей Левицкий череп мутанта серия «S. T. A. L. K. E. R» №31 iconАндрей Левицкий Выбор Оружия S. T. A. L. K. E. R. 05 Аннотация: Вы...
Зоне специалист по артефактам, соглашаются отыскать пропавших. Им предстоит пересечь давно покинутый людьми Чернобыль, форсировать...

Виктор Ночкин Андрей Левицкий череп мутанта серия «S. T. A. L. K. E. R» №31 iconАндрей Левицкий Алексей Бобл Варвары Крыма
От Херсона до Севастополя дикие земли населены мутантами, бандитами и бродягами. Посреди горы Крым началась война кланов. Главный...

Виктор Ночкин Андрей Левицкий череп мутанта серия «S. T. A. L. K. E. R» №31 iconКнига у Шакилова получилась боевая, энергичная, интересная. Рекомендую...
Эпоха Интернета в прошлом. Не осталось государств и границ. Городов больше нет. Есть лишь остроги — могучие оборонные сооружения,...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
zadocs.ru
Главная страница

Разработка сайта — Веб студия Адаманов